Правда или вызов

— Ой, бли-и-и-ин… Оливер расслабленно откинулся в кресле, несколько раз мотнув головой, чтоб перестало двоиться в глазах. Так он еще не напивался никогда в жизни и, уж конечно, не собирался этого делать теперь, на выпускном курсе, когда все свободное время следовало посвящать подготовке к ЖАБА, не то, чего доброго, завалит экзамены и останется на второй год, как этот увалень Флинт… Вот был бы кадр! Мало того, что позора потом не оберешься, так еще и отец снимет с него голову, объявив, что такому дурню она все равно не нужна, раз уж он ею по назначению не пользуется… Уж Оливер-то знал своего отца. Тем не менее, сегодня он не смог удержаться — не после того, как Гриффиндор разгромил Когтевран и вернул себе шанс завоевать кубок школы. Настроение не испортил даже проклятый Флинт, который вместе с Малфоем и его громилами нарядился дементором и попытался вывести гриффиндорского ловца из игры. Впрочем, Поттер достойно вышел из положения, а слизеринцы еще и по шапке от Макгонагалл получили. Оливер расплылся в довольной улыбке, вспоминая, как она их отчитывала. Общая гостиная Гриффиндора напоминала растревоженный пчелиный улей — гудящий, позвякивающий бутылками сливочного пива и время от времени взрывающийся от хохота. — Играем в «правда или вызов», — внезапно возникшая перед глазами Алисия схватила Оливера за руку и потащила куда-то в гущу толпы. Он пытался отнекиваться, но Спиннет не принимала никаких возражений — должно быть, попросту их не слушала, да и реально ли услышать хоть что-то, когда все вокруг так орут? Оливер плюхнулся в круг между Белл и Джорданом. Кто-то притащил и поместил в середину круга пустую бутылку из-под сливочного пива. — Эй, Вуд, рад, что ты с нами, — хлопнул его по плечу Джордан. Оливер слабо кивнул, устраиваясь поудобнее. Кто-то крутанул бутылку, — кажется, это была Алисия, — и ее горлышко указало прямо на Ли. Спиннет хитро прищурилась. — Правда или вызов? Джордан задумчиво тряхнул своими толстыми дредами. — Правда. — Отлично, — просияла Алисия. — Тогда поведай нам… м-м-м… имя девушки, которая тебе сейчас нравится. — Анжелина, — ничуть не смущаясь, ухмыльнулся Ли. Джонсон метко запустила в него недоеденной канареечной помадкой, а Джордан раскрутил бутылку. По иронии судьбы, она указала точно на Анжелину. — Правда или вызов? — Правда, — небрежно ответила Анжелина. Ли снова тряхнул дредами. — Тогда скажи мне, только честно: хотела бы пойти со мной на свидание? Джонсон метнула недобрый взгляд в его сторону. — Я бы скорее пошла на свидание с Кровавым Бароном. — А что, это вполне можно устроить, — ничуть не смутился Ли. — Он свободен круглые сутки. Правда, характер у Барона малость того… — Эй! А ну заткнись, Дон Жуан хренов! — возмутилась Анжелина и, выхватив у проходившего мимо первокурсника недоеденный тыквенный пирожок, запустила его в Джордана. Хитрый Ли ловко пригнулся, и пирожок ударился о зад Перси Уизли. Зад сию же минуту превратился в разгневанный перед. — Это что еще за дела, а?! Кто это сделал?! Признаваться никто не желал. Перси еще раз бросил подозрительный взгляд на играющих и вернулся к беседе с Пенелопой Кристалл. — Вот за это она мне и нравится, — шепнул Джордан на ухо Оливеру. — За словом в карман не лезет, а? Он снова покивал, мечтая лишь о том, чтобы поскорее рухнуть в объятия сна. Наверное, стоило ограничиться сливочным пивом, а не заливаться огневиски с чертовым Фредом. Или с Джорджем. Оливер так и не понял, с кем из них он напился. Тем временем Анжелина взялась за бутылку, и горлышко отметило кого-то из близнецов. Игра продолжалась, но очень скоро Оливер перестал следить за ее ходом и рассеянно уставился на догорающие в камине поленья. Ему казалось, что языки пламени затеяли причудливый танец, одним только им известный, и Оливеру почему-то подумалось о диких племенах Африки, которые плясали вокруг костра и читали нараспев слова древнего заклинания. Огонь разгорался все ярче и ярче… — Эй, Вуд, ты уснул, что ли?! — Джордан настойчиво дернул его за рукав. Оливер моргнул, возвращаясь к реальности. Все смотрели на него выжидающе, и, бросив взгляд в центр круга, Оливер, к своему ужасу, обнаружил, что бутылка указывала прямо на него. Ну вот, только этого ему сегодня и не хватало… — Правда или вызов? — Алисия посмотрела на него в упор. — Правда, — Оливер обреченно вздохнул. Ухмылка Спиннет очень сильно ему не понравилась. — Как звали первую девушку, в которую ты влюбился? Оливер невольно покраснел до корней волос — это была совсем не девушка, но признаться в этом значило бы просветить весь Хогвартс о своей ориентации, а уж этого-то он точно не собирался делать. Что ж, хоть солгать будет и не совсем честно, но, по крайней мере, убережет его от ненужных насмешек. Какое там самое распространенное женское имя? Ладно, пусть будет Мэри. — Ее звали М… м-м-м-м… Тьфу ты, черт! — выругался Оливер, потому что при попытке солгать его язык завязался узлом. — Что происходит?! — Ты хотел сказать неправду, вот что случилось, — торжествующе произнесла Алисия. — Ты разве не знал, что на игру наложены чары? Такой номер здесь не пройдет. — Тьфу! — Оливер от досады сплюнул прямо на ковер, и в следующее мгновение его плевок растоптал кто-то из празднующих. — Ладно. Я выбираю вызов! — Так тому и быть. Алисия на секунду задумалась. Оливеру ни капельки не внушала доверия лукавая улыбочка, появившаяся на ее лице. — Ты должен поцеловать Маркуса Флинта — да поскорее, пока он спать не улегся. Поцеловать в губы, — уточнила она деловито. Оливеру показалось, что он ослышался. — Я должен сделать что?! Ты в своем уме?! Он гневно оглядел всех, кто сидел в круге. Пьяные близнецы взорвались хохотом, Кэти Белл старательно прятала улыбку, Джордан продолжал поедать взглядом Анжелину, а та поглядела на Спиннет неодобрительно, но промолчала. — Прекрасно! — Оливер обозлился. — Может, мне еще у Снейпа пойти отсосать?! — Нет, только поцеловать и только Флинта, — милостиво разрешила Алисия. Оливер посмотрел на нее недоверчиво. — Ты серьезно этого хочешь? А ничего, что он мерзкий, как тролль, и меня от него тошнит? К тому же, если узнает кто, потом позора не оберешься! Нет, вот что я тебе скажу — я этого делать не буду! Кэти Белл сочувственно улыбнулась. — Тебе придется. — Что значит — придется?! — Оливер начинал нервничать. — А если я откажусь, что тогда? — Сорок дней и сорок ночей тебя будут преследовать сорок теней. Оливер невольно содрогнулся. Проклятье теней они проходили по Защите от Темных Сил, и Оливер не пожелал бы подобного никому. Хоть это проклятье не убивает, и, если повезет, человек даже не лишится рассудка, приятного в нем весьма мало — как минимум потому, что снять проклятье невозможно и сорок дней тебя будут преследовать галлюцинации, одна краше другой. Алисия продолжала смотреть на него выжидающе. — Послушай… — Оливер старался, чтоб его голос звучал как можно мягче. — С такими проклятьями не шутят. Отмени свое задание, пока не приключилось беды. — Но я не могу, — Спиннет развела руками. — Слова уже сказаны. Оливер стиснул кулаки. Час от часу не легче. Подобной подставы еще можно было ожидать от кого-то из близнецов, но чтоб от Алисии? Чем, интересно, он ей так насолил? — Ладно, — произнес наконец Оливер, сдаваясь. — Можно мне хотя бы Перси поцеловать? Он, по крайней мере, в рожу не даст. — Разве ты не слышал, что я сказала? — вздохнула Алисия. Она, похоже, уже сама начинала жалеть о том, что сделала, но путь назад лежал только через проклятье теней. — Всякое слово в этой игре имеет магическое действие, понимаешь? — Понимаю, — скрипнул зубами Оливер. Она посмотрела на него исподлобья. — Значит, ты сделаешь то, о чем я просила? — Сделаю, — Оливеру совсем не улыбалось пропустить подготовку к матчу со Слизерином из-за проклятья. — Хорошо, — кивнула Алисия. — Тогда поспеши. Оливер выдвинулся из общей гостиной практически сразу, задержавшись лишь для того, чтоб напиться холодной воды из-под крана: у него уже начинался сушняк. Следом отправились все игроки, кроме Анжелины («Я не собираюсь участвовать в ваших глупых забавах!») и Джордана («Ой, ты уже спать? Тогда я тоже!»). Как клялись близнецы, они пошли за Оливером лишь для того, чтобы в случае чего защитить его от кулаков Флинта, но по их хитрым глазам было видно, что это не единственная причина, Кэти же с Алисией своих намерений не скрывали вовсе. Все они хотят посмеяться над ним. Что ж, вскоре им предоставится такая возможность. — Молодые люди! Куда это вы направились в столь поздний час?! — голос Макгонагалл прозвучал как гром среди ясного неба. Поскольку Оливер шел впереди, его она не заметила. Воспользовавшись этим, он выскользнул из башни и устремился к Главной лестнице. Близнецам и Алисии с Кэти повезло гораздо меньше: спускаясь вниз, Оливер довольно долго слышал, как она их отчитывала. Что ж, тем лучше — не увидят его позора. Однако в подземельях ему стало не по себе. Пожалуй, в таком месте близнецов действительно следует держать поближе к себе — кто знает, на что способны проклятые слизеринцы… В коридорах в такое время не было ни души. Оливер примерно знал, где располагалась гостиная Слизерина, но совершенно не представлял, как попасть в нее, поэтому не нашел ничего лучше, кроме как начать долбиться прямо в стену. Времени церемониться у него не было. Лучше закончить все поскорее и потом никогда об этом не вспоминать. Оливер постучал сильнее. — Чего тебе? — часть стены отъехала в сторону, и на пороге общей гостиной появился тощий долговязый слизеринец, поглядевший на нежданного гостя с большим недоверием. — Э-э, привет, — миролюбиво произнес Оливер. — Ты не мог бы позвать Маркуса Флинта? Великий Мерлин, сделай так, чтоб этот чертов тролль еще не задрых! — Флинта? — слизеринец подозрительно сощурился. — А зачем он тебе? — Пожалуйста, — неуверенно добавил Оливер. Парень с минуту стоял и оглядывал коридор позади него, словно желая убедиться, что там нет засады. Наконец он всунулся обратно в гостиную: — Эй, Марк! Тут тебя спрашивают. Ну слава Мерлину! Тощий исчез, и вместо него в проходе возник здоровенный, который, вне всяких сомнений, являлся Флинтом. На нем был длинный зеленый халат и зеленые же тапки с серебристыми змейками. При виде Оливера змейки вскинулись и зашипели, точно живые, а у Флинта отвисла челюсть. — Не понял. Какого хера тебя принесло в нашу гостиную? Зубы, что ли, лишние завелись? — в голосе не прозвучало ни капли дружелюбия, и Оливер нервно сглотнул. Огромная фигура Флинта закрывала собой почти весь проем, и из гостиной их почти наверняка не увидели бы, но Оливеру не хотелось так рисковать. — Я пришел с миром, Маркус. Ты не мог бы выйти ко мне? — Я уже вышел, — насупился Флинт. — Нет, — нервно произнес Оливер. — Целиком. Чтоб нас подслушать не могли, понимаешь? Флинт злобно оскалился. — Ага. Думаешь, я такой дебил, да? Вот я щас выйду, и твои дружки меня отмудохают, да? Не пойти ли тебе к Годриковой бабушке, а? Между прочим, могу и ускорить встречу. В словах его прозвучала неприкрытая угроза, но Оливер на нее почти не отреагировал. Он с отчаянием разглядывал кривые зубы Флинта, огромные уши и прыщи размером с квоффл. Алисия рехнулась, не иначе. Да как такое вообще можно целовать?! — Ты че, оглох, Вуд? Флинт сделал шаг вперед, и Оливер с горькой усмешкой отметил, что его желание исполнилось: проход в гостиную Слизерина затворился. Быстро, пока Флинт не успел одуматься, Оливер метнулся к нему, крепко стиснул ладонями уродливое лицо и впечатался в толстые губы. Поцелуй сопроводил могучий неприличный «чмявк», напоминавший прочищение засорившейся канализации. Немедленно ощутив, как исчезают магические путы, вызванные заданием Алисии, Оливер шарахнулся в сторону. Флинт на мгновение остолбенел — но лишь на мгновение, потому что в следующее его огромный кулак уже искал свою цель. Оливер пошатнулся, схватившись за скулу, и едва не упал — помогла стена, в которой он и нашел опору. — Блядь! — Флинт смачно плюнул на пол, с отвращением вытирая губы. — Совсем охуел?! Жить тебе надоело?! — Послушай меня, я этого не хотел, — Оливер тщетно пытался выпрямиться. — Алисия заколдовала игру… — Мне насрать, ясно?! — перебил его Флинт. Он продолжал демонстративно утираться рукавом халата, и только по этой причине Оливер был еще жив. — Дай мне объяснить! Проклятье теней… — Покажется тебе сказкой по сравнению с тем, что я с тобой сделаю, — мрачно заверил Флинт и выжидающе посмотрел на него. — Ну? Ты все еще здесь?! Оливер не поверил своим ушам. Флинт отпускал его! Опасаясь, что тот передумает, Оливер почти бегом бросился к коридору, которым сюда пришел, все еще не веря, что отделался так легко. На скуле завтра расцветет лиловый синяк, а слизеринцы, возможно, будут распускать грязные слухи, но Флинт не убил его, даже ничего ему не сломал… До чего ж непохоже на Флинта. В конце коридора, освещенного слабым зеленоватым светом, мелькнула черная тень. Оливер подумал, что после произошедшего он больше не боится теней, а в следующую секунду резко повернул назад, потому что эту тень он все же боялся, причем почище любого проклятья. Флинт, как раз собиравшийся говорить пароль, осекся на полуслове. — Вернулся?! Пиздец! Тебе мало, что ли? Оливер не понял, о тумаках он говорил или о поцелуях, да и размышлять было некогда. — Там Снейп. Он сюда идет. Флинт злорадно оскалился. — Пизда тебе, Вуди. Оливер в этом не сомневался. Ему совсем не хотелось получить взыскание от Снейпа, которое, уж конечно, связано будет с квиддичем — сальноволосый хмырь не упустит возможности оставить Гриффиндор без вратаря аккурат к матчу со слизеринцами… — И как мне быть?! Флинт лишь пожал плечами. — Твои проблемы. Оливер посмотрел на него с отчаянием, и Флинт смилостивился. — Ладно. Иди сюда. Оливер без возражений шагнул к нему. Флинт сунул руку за палочкой. — Сальвио Гексиа! Оливеру показалось, что у него на голове разбили яйцо и за шиворот потекли холодные струйки. Легкие шаги были уже совсем рядом. — Глаза василиска, — прорычал Флинт, повернувшись к стене, и за руку втащил Оливера в открывшийся проем. Он с отвращением оглядывал гостиную в серебристо-зеленых цветах, но продолжал покорно следовать за Флинтом, который с гордым, независимым видом шествовал в сторону спален и ни на кого не оборачивался. — Вот сейчас ни звука вообще, — одними губами произнес Флинт, остановившись возле одной из дверей. Оливер криво усмехнулся в ответ. Подумать только, они дожили до восемнадцати лет и до сих пор шкерятся от Снейпа, как парочка провинившихся первогодок… Глупее ничего и придумать нельзя. В спальне царил полумрак — источником света служил только тусклый зеленый огонек, помещенный внутрь хрустального шара. Светильник располагался на тумбочке одного из спящих однокурсников Маркуса, и Флинт, нагло сцапав его, шагнул к угловой кровати. Отдернув полог, он махнул рукой, и Оливер, восприняв это как знак, залез на кровать. Флинт залез следом и, плотно задернув полог и наложив заглушающее заклятье, снял дезиллюминационные чары. Оливер увидел свои ноги, скрещенные по-турецки, и сидящего в такой же позе Флинта, и светящийся шар между ними. В спальне по-прежнему было тихо. — Ну? — Флинт устремил на него выжидающий взгляд. — Что за представление ты тут устроил? И Оливер стал рассказывать. Он поведал о том, как напился с кем-то из близнецов и его утащили играть, об Алисии и ее дурацком задании, о чарах, наложенных на игру. Когда он закончил, по лицу Флинта расползлась кривая ухмылка. — Значит, это проделки Спиннет? Оливер вздохнул. — Наверное, она ненавидит меня. — Наверное, — с усмешкой согласился Флинт. — Так зачем ты это сделал? Оливер посмотрел на него с раздражением. — Ты что, не слышал меня? Сорок дней и сорок ночей… — Да я не об этом, — нетерпеливо перебил его Флинт. — Ты же мог тупо сказать правду. Оливел покачал головой. — Нет, не мог. — Почему? — Не твое дело, — отрезал он. Флинт громко фыркнул. — Надо же, у святого Вуда есть скелеты в шкафу! Какой сюрприз! — Нет никаких скелетов. Просто есть вещи, которые я не могу изменить. Флинт посмотрел на него в задумчивости. — Кажется, я понимаю, о чем ты. — Нет, — горько усмехнулся Оливер. — Не понимаешь. — А я думаю, что понимаю, — настаивал Флинт. — Просто вы с Гриффиндора дохера благородные и раздуваете проблему из ничего. Ты ведь из тех, кто любит гулять на заднем дворе, да? Оливера этот вопрос озадачил, и он честно попытался припомнить, где гулял в детстве, пока не поступил в Хогвартс. Чаще всего он бегал по улицам и гонял мяч с маггловскими мальчишками, потому что отец не разрешал доставать игрушечную метлу в маггловском районе… Когда Оливер поделился этими мыслями с Флинтом, тот заржал как конь. — Не понимаю, что в этом смешного, — нахмурился Оливер. — Ой, не могу! — задыхался Флинт. — Мяч он гонял с мальчишками!.. Ладно, я оценил юмор. Так ты мне все-таки ответь, ты добываешь бурый уголь из шахт? Оливер все меньше понимал, куда клонит Флинт. Может, он тоже злоупотребил огневиски накануне? Хотя ему-то с чего… — На самом деле, я никогда не думал о шахтах, — почесав затылок, произнес Оливер. — Я хочу связать свое будущее с квиддичем, а отец хочет, чтоб я шел в Министерство работать… На этот раз Флинт не стал смеяться. Он посмотрел на Оливера с непонятной, почти грустной улыбкой и взялся за светильник. — Ладно, забудь. Снейп, должно быть, уже ушел. Я провожу тебя до выхода из подземелий. Это было вполне справедливо, но Оливер почему-то не ощутил должной радости, так хорошо они сидели и говорили. Но пора бы уже возвращаться, не то ребята, чего доброго, решат, что его тут убили. — Один вопрос, Марк, — сказал Оливер, не заметив, как только что назвал ненавистного Флинта по имени. — Почему ты отпустил меня? Тот убрал руку со светильника и почесал подбородок. — А что, ты мало по роже получил? — Даже не знаю… Я думал, ты меня за такое вообще Авадой приложишь. Флинт ухмыльнулся. — По-твоему, я так мечтаю загреметь в Азкабан? — Ну, хотя бы нос мне сломаешь, — неуверенно предложил Оливер. — Если тебе так хочется… — Флинт вскинул огромный кулак. Оливер не отшатнулся, с интересом наблюдая, что он сделает дальше. Приблизившись к его лицу, кулак разжался, и на скулу легла огромная мозолистая ладонь. Оливер невольно скривился, и Флинт убрал руку. — Тебе… неприятно? — Еще бы. Болит ведь, зараза! — А-а… Ну, сам виноват, — Флинт вернул руку на место и, подключив вторую, осторожно приблизил Оливера к себе. Поцелуй получился немного неуклюжим, они сталкивались зубами, и Флинт обслюнявил Оливеру все лицо, прежде чем нашел его язык, горячий и влажный. Язык исчез в чужом рту и вышел оттуда с жутким причмокиванием — хорошо, что Флинт догадался наложить заглушающее заклятье, в противном случае услышанное вызвало бы массу подозрений у слизеринцев. — Погоди, — Флинт нетерпеливо схватил мешавший светильник и, сунув его под кровать, вернулся к тому, на чем они остановились. Оливер с трудом отдавал себе отчет в своих действиях. Все из-за огневиски, Алисии и этой дурацкой игры. И даже то, что у него уже однажды был парень, ничего не меняло — Флинт не тот, с кем следует спать, они били друг другу морды начиная с первого курса и обменялись таким количеством оскорблений, что даже Малфой с Поттером их бы не переплюнули, а теперь… Теперь Оливер гладил твердые мускулы под слизеринским халатом и думал о том, что не все тролли одинаково страшные. Вскоре халат исчез под кроватью вслед за светящимся шаром. Они переплелись, обрушившись на подушки, и последующие несколько минут — а может, часов, кто его знает — Оливер не видел перед собой ничего, кроме огромного тела Маркуса, его закушенной от усердия нижней губы и буйной курчавой растительности, что покрывала его плечи, шею и грудь. * * * Каким-то чудом они с Марком умудрились не проспать занятия, и, когда наутро Оливер вернулся в общую гостиную, его встречали шесть пар круглых глаз. — Мерлин великий! — ахнула Анжелина, заметив его помятый вид и синяк на скуле. — Где ты был?! — Мы уж думали, что тебя замочили! — вторили ей близнецы. — Это Флинт тебя так отделал? — сочувственно вопросила Кэти. — Вот урод! — вынес вердикт Джордан. Алисия не добавила ничего, но от ее пристального взгляда Оливеру стало не по себе. — Я провел эту ночь в больничном крыле, — ответил он заранее приготовленной отговоркой. — Что он с тобой сделал? — стиснув кулаки, прорычал Фред. Или это был Джордж? — Извините, мне надо привести себя в порядок, — и Оливер, протиснувшись мимо них, устремился по лестнице вверх. К счастью, в такое время спальня уже пустовала и Оливер мог спокойно переодеться, не вызвав косых взглядов и перешептываний. Стащив с себя мантию, которую будто из чьей-то задницы вынули, Оливер извлек из чемодана свежую и потянулся было за чистым свитером, когда услышал легкие шаги позади. Резко развернувшись, он от удивления даже забыл прикрыться. — Алисия! Что ты здесь делаешь? Она немного помялась. — Я хочу извиниться. Я перебрала пива и дала волю фантазии. Мне не следовало заставлять тебя выполнять такое задание. — Вот уж точно, — строго произнес Оливер. Впрочем, он только пытался казаться сердитым. На самом деле его вполне устраивало, как все сложилось. — Зачем ты вообще это сделала? — Ну, меня… — Алисия осеклась, смущенно улыбнувшись. — Понимаешь, меня заводит, когда два парня… — Когда два парня что?! — Ну, то, что вы с Флинтом там делали… — Ну, знаешь ли, — возмутился Оливер. — Если тебя заводит, когда один парень лезет целоваться к другому, получает от него по морде и всю ночь валяется в больничном крыле… — А засосы тебе мадам Помфри поставила? — невинным голосом поинтересовалась Алисия. Оливер бросился к зеркалу и, позабыв о присутствии дамы, так грязно выругался, что сам Пивз позавидовал бы: плечи, шею и грудь покрывали маленькие бордовые пятнышки, такая же дорожка тянулась по животу вниз, и у Оливера не было джунглей Маркуса, чтобы все это скрыть. — Еб твою мать!.. — Ну хватит уже ругаться, — весело сказала Алисия. — Как так получилось, что вы переспали? — Ш-ш-ш! — сердито зашипел на нее Оливер. — Хочешь, чтоб весь Хогвартс услышал?! — Прости, — так же шепотом ответила Алисия. — Расскажешь мне, как все было? Оливер самодовольно хмыкнул. — Пожалуйста! — умоляюще воззрилась на него Спиннет. — Если пообещаешь мне больше никогда так не делать, — назидательно произнес Оливер. — Никогда! — Ну, хорошо — только позже, мы на завтрак опаздываем. — Договорились, — просияла Алисия и, прежде чем убежать догонять Анжелину и Кэти, послала ему очаровательную улыбку. Сущий ангел! И не подумаешь ведь… Нацепив на себя чистую одежду и пригладив встопорщенные волосы, Оливер устремился следом, прыгая через ступеньку и натыкаясь на нерасторопных студентов. Он мечтал лишь о том, чтобы оказаться в Большом зале как можно скорее: минувшей ночью Оливер нагулял такой аппетит, что готов был съесть гиппогрифа. Во всяком случае, это была одна из причин.