Не бойся, малыш...

Невозможно передать, как сильно я пыталась контролировать свои действия… Увы, все шло насмарку. Я уже вовсю ныряла со всеми парнями, и пила наравне с ними. Брат, увидев, что я действительно начала веселиться, отошел в душевые кабинки, и явно не со своей блондинкой, которая уже вовсю посапывала в машине. — Ты полный дебил. — сказала я полчаса назад, когда ни его, ни Маши уже не видела. Похоже он все-таки еще не выбрал до конца, с кем хочет быть. Дима, к слову который тоже не остался без внимания девушек, уже вовсю с ними хохотал. Я косо поглядывала на него, не понимая собственных чувств. Меня никак это не задевало и никогда задевать не будет…. Просто было чутка не по себе, что я осталась в компании парней из банды Белова. Поначалу было не по себе от столь дерзких людей, желающих побыстрее тебя споить коньяком… Уже после девяти вечера я начала активно участвовать в их различных обсуждениях. Убеждала каждого из парней прибегнуть к романтике, если девушка постоянно отказывает. Как только я поняла, что мой язык начинает заплетаться и не может выговорить даже слово «шишка», то стало совсем худо. — Давай, Кирка, еще одну! За любовь! — Дениc, единственный из банды Белова с кем я хорошо общаюсь в последние года четыре, вновь дает мне рюмку коньяка. Я пытаюсь сфокусировать свой взгляд на содержимом в рюмке, но не в силах. Всё мгновенно расплывается, мне становится не по себе от звона в голове. Делаю небольшой вдох и вовсе начинает подташнивать. Я не с первого раза дотягиваюсь до стола, чтобы хоть что-то меня придерживало. Ноги становятся ватными за считанные секунды… Надо же, я ведь даже не заметила, как напилась! Что-то подкатывает к горлу, медленно, сдавливая мое дыхание. — Мне надо отойти… — я хлопаю по плечу Дениса и мгновенно направляюсь сторону туалета. Необходимо держаться. Блин, Казакова, ты ведь не хочешь чтобы тебя вырвало на глазах у всех этих парней? — Ты как? — меня спрашивает невысокая шатенка, которая только что выходит из туалета. Я пытаюсь вспомнить, как зовут девушку, которая является парой для Дениса, но всё катиться к чертям, едва только в горле вновь сдавило. Я показываю ей соединенные большой и указательный палец, образовывавшие круг. «Окей» — говорю этим знаком, и пытаюсь пройти мимо. Побыстрее необходимо войти в туалет, но шатенка вновь мешает мне. — Точно? Киваю и чуть отталкиваю её от двери туалета и мгновенно захожу вовнутрь. Не проглатываемый комок стоит в горле, не дав мне даже ни малейшего шанса остановить поток алкоголя, выбиравшегося наружу. Я поддаюсь вперед, словно по инерции. Мои руки сталкиваются с не широкой стеной, на которую я теперь опираюсь. Замираю в такой позе. В эту же секунду, я освобождаю свой желудок, с характерный для этого звуком. Меня тошнит еще раза два. Понимаю, что весь алкоголь вышел, я выпрямляюсь. Перед глазами все туманит. Нос был заложен, поэтому беру туалетную бумагу и прочищаю его. Делаю несколько вдохов, чтобы убедиться в одном — меня больше не вырвет. Голова начинает так раскалываться. О жуть, убейте меня. В животе неприятно скрутило. Моргаю глазами, как вдруг вижу, что двери туалета открываются… Смущение вмиг захватило всё тело. Я, словно статуя, замираю при виде парня… Только не он…. Я смотрю на Белова, который не скрывает свое отвращение. Он внимательно оглядывает туалет, затем меня. Пристально смотрит на лицо, затем на руки, одежду, словно проверяет — не обрыгала я себя? — Я чистюня. — я развожу руками, делаю шаг и вмиг спотыкаюсь о собственную ногу. Меня подхватывают налету, держат за подмышки. Поднять голову я не в силах, но по обуви, которую вижу, понимаю что это до сих пор Белов. Неужели я так часто смотрела на него, что даже запомнила в какой парень обуви? — Вот тебе и примерная девочка. — Эй, не обзывай меня теми девицами, к которым ты привык… — в эту секунду я начинаю икать! Вот бляха муха, что за херня? Вновь икаю, как вдруг понимаю, что икота действительно напала на меня. Как же стыдно… Как же… Пофиг? Действительно, впервые я понимаю, что мне абсолютно наплевать на свое состояние и поведение в том числе! Возможно после этого Белов отстанет от меня, навсегда избавляя от своей нахальной морды! — Малыш, да тебе пить категорически нельзя. — А что, пупсик, ты мне и это будешь запрещать? Может в монашки? Хотя нет, как же ты тогда будешь меня то на коленки сажать. Икаю через каждое слово, стараюсь даже дыхание задержать, но кислород вырывается на свободу с очередным «йик»! Внезапно начинаю смеяться. Боже, до чего же весело. Сам Белов держит меня, абсолютно пьяную и смеющуюся из-за собственной икоты. Да уж, да прямо в такой позе да на Западную к тем мальчикам может рвануть! Они же со смеха всё передохнут и не будет никакой больше конкуренции. Как же мне хотелось предложить эту идею Белову, но он мгновенно с силой встряхнул меня, словно хотел таким образом привести в чувства. Лишь сейчас Белов ставит меня на ватные ноги и вглядывается в мое лицо. Да блять, я пьяна. И понимаю это, но ничего со своим телом и пьяным языком сделать не могу. Его глаза, завораживают меня с новой силой. Поучительный взгляд, но сколько в нем эмоций. Не могу никак разобрать, что ему нужно от меня? Хрена он пришел в туалет? Вряд ли попутал буквы «Ж» и «М». — Отпусти… — едва заметив, как вдали за большим прямоугольным столом парни разливают холодное пивко, я с полной решимостью ринулась к ним. — Не-не, никакого продолжения. Хочешь снова нажраться и в туалете упасть в собственную блевотину? Не думаю, что после этого ты будешь считать себя отличной от других девиц. — Не смей меня сравнивать с ними…. — Даже как-то заплакать захотелось от обиды, но почему-то я продолжаю хохотать, проглатывая смех из-за икоты. — Это я уже уяснил. Пошли, я умою тебя и передам брату… — Я сама… — я пытаюсь его оттолкнуть, делаю шаг, как вдруг вновь чуть не падаю. На этот раз он обхватывает меня за талию двумя руками. — Я тебя спасаю, дура, от позора. Или ты хочешь, чтобы все видели, а потом судачили несколько месяцев, как ты пьяная спотыкалась и падала на турбазе? Я откинулась назад на его руках, и просто смотрела вверх. В его лицо, словно в самом деле могла разглядеть его. — Знаешь, а в таком ракурсе ты. йик, ни че такой. — твердым и здравым голосом, а затем очередной смех, от которого голова уже раскалывалась. Я пытаюсь разглядеть его лицо вновь. Заглянуть в глаза, но перед глазами лишь туман…. Он окутывает мою голову за секунду, заставляя тело полностью расслабиться…. Еще одно мгновенье и я уже не ощущаю свое присутствие здесь….

***

Кажется, что это всё лишь сон. Затуманенный алкоголем разум никак не хочет отходить от отголосков полового акта, который только что был завершен. Владимир винит себя лишь за одно, что не успел вовремя вытащить член из Марии, до того, как экстаз настиг всё тело. Парень словно совсем не думает о том, что только что изменил своей нынешней девушке… Он прикрывает свою вину лишь одним — это был прощальный секс. Именно так он с самого начала Маше и сказал, но девушка была настолько счастлива, что сможет вновь ощутить вкус любимых губ, что была готова даже быть использованной. Маша всегда знала, что стоит им с Вовой заняться любовью, как парень вновь возвращался к ней после своих загулов… Именно поэтому юная красотка улыбается, гладит Казакова по плечам, что-то напевая про себя от счастья. Внезапно её руки резко были скинуты с мощного тела Казакова и парень вмиг встает на ноги. — В чем дело? — непонимающе смотрит на него в надежде, что парень сможет всё объяснить. — Мне пора. Кира осталась там совсем одна. — А как же?.. — не успевает даже спросить, её сердце вмиг сжимается от боли после слов Владимира. — Это был наш последний раз, надо же расстаться на хорошей ноте! — Ты… ты просто использовал меня? — от реальности данной обиды Мария вмиг захлебывается слезами и встает следом за Вовой, но не спешит одеваться так как он. — Ты сама знала, что так и будет. Маша, пойми, это окончательная точка, которую я наконец смог поставить. Теперь у тебя своя жизнь, у меня своя… — Но я ведь… — Только не говори, что беременна. Ты водку хуярила так, как мой папаша перед смертью. — сквозь зубы проговаривает Вова и собирается выйти из душевой кабинки. — А что если я сейчас забеременела? Ты ведь кончил в меня, больной придурок! Ты ведь… — Прошу, не стоит таких громких слов. Если Бог существует, то он не допустит этого. Вряд ли Всевышнему хочется, чтобы ребенок рос ненужным. Он, не смотря на слезы Маши, вмиг выходит обратно на улицу и вдыхает свежий кислород. Всё тело колет от неимоверной боли. Он должен был так сказать, он должен был так подло поступить. Проклиная себя, Владимир спешит обратно к ребятам, краем глаза пронаблюдав за своим автомобилем, убедившись, что Ольга до сих пор спит. — Сложный шаг. — внезапно слышит голос позади себя и вмиг оборачивается. Белов спокойно курит сигарету, стоящий в одних лишь боксерах. — Не поздновато для купания? — кивает ему на оголенный вид Владимир. — Я и не собирался купаться, лишь избавился от нечистой одежды. — Неужели какая-то мокренькая шлюшка успела тебе её испачкать? Андрей улыбается. — Скорее это была твоя младшая сестренка, своей рвотой. От слов Белова у Вовы окоченели все части тела. Парень вмиг начинает искать глазами Киру, почувствовав огромную эмоциональную боль, грузом ложащуюся на его сердце. — Где она? — Спит. Перепила немного… — Ты… Ты?.. — Я учусь на собственных ошибках, Владимир, — резко добавляет Белов уже понимая, о чем сейчас будет идти разговор, — и уверяю тебя, что не воспользуюсь слабостью твоей сестры. — Спасибо, — машинально выдавил из себя Казаков, — в каком она доме. Он получает немой ответ. Белой кивает на ближайший же дом, где до сих пор говорит свет и приоткрыто окно. — А ты по-моему любитель поблядовать? Или как назвать секс с бывшей девушкой, пока нынешняя спит в ста метрах от тебя? — Андрюх, я уважаю тебя, но сейчас, готов врезать… — Знаешь, — Белов суживает глаза, — Оля ведь не глупая. Не думай, что она никогда не догадается об этой измене. Считай, что она уже всё давно знает. Андрею стоит лишь дополнить свое предложение жестом руки и показать на наручные часы, как внезапно Вова видит Олю, выходящую из автомобиля. — Она всё понимает, это редкость для современных девушек, — добавляет Белов, — лучше обними её сейчас и молча докажи, что больше на такое не осмелишься. Ольга весело улыбается и подходит к Владимиру, который вмиг выполняет совет Андрея. Парень обнимает свою любимую и целует её в щечку, пока сердце раскалывается на части от боли после собственного предательства. Не могу открыть глаза. Все звенит и ноюще тянет. Проверяю наличие ног и рук на месте…. Затем, медленно открываю правый глаз. Он слипся от растекшегося макияжа. Приходится потереть его чуть сжатым кулаком, чтобы мой глаз смог приоткрыться. Я оглядываюсь и тут же принимаю положения сидя. На кулаке остается размазанный след от подводки и туши. Даже представить не могу, что твориться с моим лицом. Но сейчас волновало другое… О черт! Где я? Небольшая кровать посреди комнатки. Я вмиг нахожу глазами открытое окно, которое словно специально в таком виде оставили, лишь бы вышел весь запах перегара. Снаружи четко доносятся голоса людей, а так же громкая музыка, которая буквально раскалывала мою голову на части. Медленно, я начинаю вставать, и это удается мне с первого раза. Во рту ужасный привкус…. Только теперь я вижу, что нахожусь в одном из домиков для отдыха. Ребята, собравшиеся возле мангала, активно жарят шашлыки. Я вижу своего брата, который обнимает Олю… Проспалась видать. Дима вовсю целуется уже со второй блондинкой за этот вечер. Понимаю лишь одно, сейчас не другой день, а тот же самый… — Ты проспала три часа. — этот голос меня мгновенно заставляет повернуться и вновь ощутить боль в голове. — Что ты здесь делаешь? — Я вижу ты уже немного проспалась, пьянь…. — Белов протягивает мне стакан воды. Я медленно беру из его рук хрустальный предмет и начинаю делать глотки, — или тебе пивка надо было налить? Чувствую, как тошнота подходит к горлу от одного только представления о пиве. — Я так сильно напилась?.. Снова берусь за что-то протянутое им… Это оказывается моток влажных салфеток. Боже, неужели я действительно выгляжу настолько ужасно. Оставляю стакан с водой на подоконнике и принимаюсь тщательно вытирать кожу вокруг глаз. К моему удивлению, на салфетках не было такой черной «грязи» как на моих пальцах. — Что, ничего не помнишь…. Я только сейчас вижу то, что не заметила еще пару минут назад! Всё же стоило протереть глаза! Да он же, в трусах мать его! В трусах! Волосы все были взъерошены, а его голый торс тут же пронзил меня наповал. Татуировка, шедшая от бедренной кости с левой стороны, пересекалась с пупком и шла прямо до правого плеча. Дракон, который извергал пламя, приобняв девушку своим хвостом. Я внимательно разглядывала цветное тату, не понимая, почему не знала о нем раньше? Хотя кто ты такая, Казакова, чтобы знать о татуировках Белова…. — Ты… Мы…. — Что? Нет конечно, я не увлекаюсь некрофилией! — Андрей возмущенно крикнул на меня и зажег сигарету. — Ты обрыгала весь туалет. Поскольку твои дружки трахали других баб, так же как и брат, спасать твою жопу полез я. Протягивает мне зажжённую сигарету. Делаю глубокую тягу, наполняя свои легкие едким дымом. Едва не закашлялась, поспешно выпустив дым наружу. — Меня не надо было спасать…. — возвращаюсь к разговору, наконец полноценно затянувшись. — Да же так… Да ты буквально поскальзывалась на собственной рвоте, когда я вошел туда. Я повел тебя умываться, по дороге тебя вновь стошнило. К счастью никто этого не видел, но зато пострадали мои вещи. Он тыкнул указательным пальцем мне на угол комнаты, где небрежно валялись джинсы и футболка в которой Белов и приехал. Я закрыла глаза. Не может быть, неужели я его…. О боже, как же мне стыдно! Неловкость, в которой я была, сжигала меня изнутри. Хорошо, что я ничего не помню, мне было бы еще сильнее стыдно…. Я не могла представить себе эту картину, да и не хотела. Повертев головой я наконец-таки открыла глаза. — Извини… что… меня стошнило на тебя. Парень поднял бровь к верху. — Малыш, это нормально только для парня, который уже знает свой организм и не раз пил, но не для тебя. Хрупкая, маленькая Кира, которая решила выебнуться перед всеми, и показать, как она умеет пить…. Плохо девочка, очень плохо ты себя повела. — он нервно поцокал языком и сделал несколько шагов ко мне. Только сейчас я осознала самое главное, мы с ним одни в этом домике, на улице громко играет музыка…. Он, полуголый, стоит в сантиметре от моего тела и изучающим взглядом смотрит на моё лицо. Его губы растекаются в ухмылке…. — Я, пожалуй, пойду к брату, — закашлявшись от дыма, протягиваю ему недокуренную сигарету, но Белов её не спешит перехватывать. Тогда я снова поворачиваюсь к окну и бросаю окурок в стакан с водой, наконец сделав шаг в сторону двери, — Пускай отвезет меня домой… Пытаюсь пройти мимо Андрея, но парень резко хватает меня за руку и ставит на место. — Домой? — он говорит это слово мне прямо в губы, — а разве я тебе позволял поехать домой? — Да кто ты такой, чтобы мне позволять? Я не твоя собственность и…. — Я твой спаситель от позора, который мог преследовать тебя полжизни. Признайся, тебе ведь стыдно, что ты облевала меня, и была в таком виде… Я киваю. Ужасно стыдно. Но нотки алкоголя, что еще буйствовали в моем подсознании, не давали мне здраво расценить ситуацию. — А если бы это видели все? Если бы я не помог тебе, и ты показала бы наличие своего желудка при всех? Представляешь, что было бы…. Так что… Я вправе потребовать небольшое благодарственное действие, с твоей стороны. Я нервно дышу. Его слишком близкое присутствие, заставляет мое сердце быстро забиться. Еще никогда парень не приближался ко мне так близко, да еще прибавлял во мне волнение. Даже когда я целовалась с Мирошниковым, ничего похожего на волнение не было, а сейчас, присутствие Белова заставляет меня погрузиться куда-то глубоко, совершенно этого ни хотя. Я закусываю свою губу, лишь бы не поддаться панике и не ударить его, чтобы сбежать. Ему сейчас это надоест… Он отойдет…. — Малыш…. — шепчет он мне в губы и враз меня одаряет током, когда рука Белова скользит по моей щеке. Это все отражается румянцем на моем лице…. Парень загоняет меня в смятение, заставляя мозг понемногу отключиться. Он вновь гладит мою щеку, опуская свои пальцы плавно на шею, к зоне декольте. Не лезет под майку рукой, а слегка, подушечками пальцев, проводит по основанию лифчика. Меня кидает в приятную дрожь, дышать равномерно я больше не могу. Волнующе, я просто стояла и ждала какого-то продолжения, хотя сама вторила себе, что вовсе его не хотела. — Тебе ведь приятно, верно?.. Не могу отрицать. Мне ужасно приятно. Я смотрю в его глаза и вижу в них невероятное наслаждение. Или это отражение моих собственных глаз? Еще одна секунда, и Белов прижимается ко мне всем телом. Внутри, где-то в груди, начинает разгораться огонь. Пламя, поражает мое сердце, растекается по всему телу и останавливается чуть ниже живота…. Я, наконец, перестаю кусать свою губу, наблюдая, как рука Белова вновь возвращается к моему лицу. Он проводит пальцами по носику, по верхней губе и замирает на нижней. Большим пальцем Андрей приоткрывает нижнюю губу и чуть поддается ко мне своим лицом. Я мгновенно закрываю глаза, ожидая поцелуя…. Извините, что? Мать твою, Казакова?! Ты сошла с ума!.. В одно мгновенье в моем мозгу начинают появляться нотки разума! Я хочу поцелуя Белова, серьезно? Я хочу, чтобы этот кретин меня поцеловал? Я, как школьница, ожидаю от него поцелуя и… Хочу этого…. Что со мной? Алкоголь, или действительно ярое желание? Смех пронзает всю комнату, и я ощущаю уже не теплое дыхание на своих губах, а немного ярый ветерок, который образовался тогда, когда Белов отошел от меня. Он стоит в нескольких шагах и откровенно смеется. — Вот ты и попалась, Казакова…. Потекла как сучка, хотя я еще ничего не делал. Стоило мне просто прикоснуться к тебе, и ты готова уже на всё. Вот видишь, не такая уж ты и отличная от других…. Его смех разогрел в моем сердце непрерывный гнев. Я чувствовала, как мое лицо все кипело от пережитка эмоций. Желание переменилось на злость и… обиду… Я в одно мгновенье пережила многое. От желания ощутить его губы на своих, до желания прибить этого негодяя. — Ты чертов придурок! — Вот видишь, малыш, ты уже злишься, что я не поцеловал тебя. Прохожу мимо него и останавливаюсь у двери. Открыв дверь, уже собиралась пойти на улицу, как вдруг он крикнул вдогонку. — Не, ну если бы от тебя рвотой не воняло, возможно, я поцеловал бы тебя, малыш! Извини, когда я трезв, то весьма брезглив. — делает вид, что его перетрусило, обхватывает свои предплечья ладонями. — Ах, ты ж блять, ну поглядим Белов, как ты запоешь еще! — хотела ринуться к нему, но парень тут же как-то по детски отпрыгнул назад и издевательски заулыбался. — Ты хуже ребенка! — Непременно детка, поглядим! Но для начала, ты должна станцевать передо мной! — А вот хуй тебе! — Казакова, не забывай о благодарности, которую ты мне должна? — Да чтоб ты!.. — не успеваю договорить, так как Белов резко подлетает ко мне и пытается схватить за руку. Я отдёргиваю руку, едва не упав со ступенек домика… — Полный маразм! Ты, идиот Белов! Ей-богу, таких как ты я еще не встречала! Идиот! Самый настоящий кусок идиота! — Эй, малыш, признайся, идиот-то симпатичный! — он подмигивает мне, напоминает о тех словах, которые я сказала, перед тем как отключиться. Ну сука!.. Едва хочу вновь подняться по ступеням, как тут же захлопывает дверь прямо перед носом. Теперь уж точно я поняла, насколько он дебильный! Меня захлестывают противоречивые эмоции. С одной стороны, я ненавижу его, а с другой — мне действительно стоит быть ему благодарной за «спасение». Непрерывно смотрю на дверь, которая уже не откроется.

***

Владимир обнимает свою девушку, но его глаза смотрят отнюдь не на нее. Он вновь ищет взглядом свою сестру. Вова еще раз окутывает взглядом всех окружающих и наконец, видит разъяренную Киру, которая стремительно выходит из домика, собирая свои волосы в пучок, и направляется к душу. Перепила сестренка, ничего страшного. С ней такое очень редко случается. Девочка уже большая, поэтому Вова не злится ни в коем случае не будет её обвинять в переизбытке алкоголя. Парень вновь смотрит на Марию. Рыжеволосая покуривает сигарету, сидя в беседке и наблюдая за тем, как Ольга обнимает «её» парня. Обидно. Эта обида гложет Марию изнутри, заставляя лить слезы. Она просто не может их остановить. Не может совладать с собой. Час назад они занимались страстный сексом в душевых кабинках. Всё было, как и раньше — прерывистое дыхание, страстные поцелуи, которые были после каждого грубого толчка Вовы…. А теперь, он снова с ней…. Вновь с Ольгой. «Чем она лучше меня»? — Маша задавала себе этот вопрос уже три недели. Она до сих пор не может никак отойти от того дня, когда узнала, что Вова встречается с другой и на этот раз это не какая-то там девушка «на ночь». У него к ней есть чувства…. Маша как всегда ждала, пока её парень нагуляется. Все равно он будет с ней. Это главное. Подумаешь, измена. Тьфу, но в этот раз все по-другому. Так почему же Вова предпочел Ольгу? Ему надоело! Надоело вечное нытье Маши о том, что она хочет чуть большего…. Что она хочет ходить в кинотеатры, принимать от него цветы и подарки…. Он же не такой. Он не чертов романтик, он не может быть романтиком. Его натура — разборки и драки. А также забота о сестре… Маша пыталась его перевоспитать, даже лгать начала всем подругам, что у нее это получилось…. А Оля, она принимает его таким, какой он есть. Это Владимиру и нравится. Но два года тоже не пройдут бесследно, поэтому парень и мечется к Марии. — Милый, я пойду, проведаю Киру? — Оля поднимает свои глаза на парня, заставляет его посмотреть на нее, и не пялиться больше на Озанюк. — Да, иди. Скажи ей, что скоро домой поедем…. Оля пристально смотрит на парня, который так и норовит вновь взглянуть на Марию. — Вов? — Да? — Я ведь тебе нравлюсь, правда? Ты ко мне испытываешь чувства? — О чем речь, котенок! Конечно же! ты чего? — Вова бережно обнимает Ольгу, заставляя её полностью поверить в слова, которые он только что сказал, пусть парень и сам не полностью в них верит. Он в последний раз смотрит на Марию, которая уже направляется к своей машине, и томно вдыхает аромат волос Ольги.

***

Андрей заворачивает к своему дому, паркуя машину. Парень закуривает очередную сигарету, пытаясь тем самым освободиться от мыслей, которые его сжирали изнутри. Казакова… Да что в ней такого, что нет у других? Она даже заставила его приехать к дому совершенно голым, находясь в одних лишь кроссовках и боксерах, ведь одежду он так и не надел. Даже не забрал её… Очередная языкастая девчонка, которая привыкла дерзить и после этого всё легко ей обламывается. Острый язычок, который Белов так хотел ощутить в своем рту. Прыткая девчонка, возрождающая в его груди прежние угасшие чувства. Парень четыре года пытался их не открывать из сундучка своего сердца. Он хотел навсегда захоронить там свою любовь, которая оставила уродливый отпечаток на его лице. Как же его бесил тот факт, что впервые за такое время, Он захотел обладать кем-то. Не просто физически, но и морально. Ловко вторгается в собственный дом и спешит в ванную комнату. Снова принять холодный освежающий душ, который так необходим. Даже стоя под ледяным апокалипсисом, Белов никак не мог унять собственные мысли. Его ладони горели, едва вспоминал, как касался тела Казаковой. Стоило ли отметить тот факт, что он был поражен естественной красотой девушки? И зачем она только нарисовала эти нелепые стрелки? Старалась сделать из своего милого личика образ эдакой стервы? Не получилось. Совсем. Оно все было лишним, поэтому парень был безумно раз, когда остатки нелепого макияжа были убраны с лица Киры. Возвращается в комнату и нет бы прилечь на постель, Белов засмотрелся в собственное отражение в зеркале. Смотрел долго, изучающе, снова провел по своему шраму подушечкой указательного пальца. Противно, безусловно. Достав из шкафа вещи, стремительно надевает их на голое тело. Он уже давно решил, что ночь не может просто так закончиться. Нет уж, не сейчас. И пусть большинство его людей осталось на турбазе в попытке продолжить банкет, Белова это ничуть не пугало. Он готов был даже в одиночку противостоять всем, лишь бы они не смогли встать перед ним и его желанием. А желание было одно… — Ка-за-ко-ва. — Произносит её фамилию кому-то в динамик телефона, после чего слышит ответ. — Скину номер по смс в течении минуты. Одобрительно улыбается, сбросив вызов. Укладывает свою челку на шрам, стараясь его скрыть под черными волосами. Пользуется любимым парфюмом, завершив последний штрих в своем преображении. Белов набирает номер телефона, который ему прислали только что по смс. — Алло? — привычный мягкий голос с нотками осторожности, которые взрывали мозг Белова. — Моя дорогая малышка Кира, чем занимаешься? — Ложусь спать, гребанный ты придурок. Откуда у тебя мой номер? — Казакова взрывается. Грудь девушки сдавливает неконтролируемая агрессия, которую она всеми силами пытается показать Белову. — Во сколько тебе завтра вставать? — В восемь утра, придурок. Чего ты хочешь? — Ну же Кира, зачем ты меня обзываешь придурком? Разве я это заслужил? — Андрей мягчит свой голос подстраивая его под детский, лишь бы проявиться сострадание Казаковой. — От-ва-ли! Чего не понятно? — Сейчас уже три ночи, Кирочка, тебе осталось спать, ну грубо говоря, четыре с половиной часа. Не стоит, милая. — А что тогда ты предлагаешь? Лежать в потолок залипать? — Можешь выйти ко мне. — Что? — Я могу подъехать к твоему дому через сорок минут. Выйдешь, сядешь ко мне в машину и мы с тобой покатаемся по ночному городу N. Как тебе такая идея? — Нет! — она отчаянно пытается донести отвратительность к данной идее, но Белов не намерен останавливаться. Парень вновь предлагает Казаковой встречу, на что девушка взрывается. — Да что тебе от меня надо? — Одна встреча, Кира. Всего лишь. — Соблазнительный голос брюнета, который завораживает даже через телефонную трубку. Кира чувствует это напряжение, отдающееся от Белова, даже на расстоянии. Девушка медленно подходит к окну, убирая свою штору, чтобы взглянуть во двор. — Через сорок минут?.. — Обещаю. — Только кататься? — Так точно… — И никаких поцелуев и твоих гребаных движений пальцами… — Я передам им то, что ты категорически не хочешь чувствовать их на своем личике. «Придурок». — вырывается у брюнетки, на что девушка усмехается. Белов и прогулка по ночному N… Звучит опасно. Девушка чувствует каждой клеткой своего тела, что ей необходимо отказаться от этой затеи, но тем не менее Кира произносит долгожданное. — Я согласна.