Что было после смерти...

Прошло две недели с момента появления Ары в новом мире. Весь день девушка усердно изучала зелья, не только выполняя задания профессора, но и самостоятельно штудируя пыльные талмуды, по вечерам играя в оркестре. "Будто так и было всегда", - рассеяно подумала Ара, поднимаясь в лабораторию Снейпа, и чувствуя, что сердце забилось быстрее, и сильные его удары стучали в висках. Она остановилась, несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь, и стукнула в дверь. И вот одна за другой снова утекают золотые минуты в его присутствии. Как бы ей хотелось стать ближе ему, хоть немножечко. - Добрый день, профессор, - Ара жадно заглянула в его глаза, пытаясь увидеть хоть малейший намек на отражение своих чувств. Ей казалось, что глядя в них, она на секунду прикасается к его душе. Всю сегодняшнюю ночь она сидела над заданием Снейпа: ей нужно было из заданных ингредиентов составить инструкцию для приготовления зелья. - Сегодня ограничимся проверкой домашнего задания, - устало бросил зельевар. Он выглядел очень изможденным. Ара со вздохом протянула пергамент, сожалея, что урок так быстро закончится. Северус тем временем начал проверять ее записи. - Только глупец в самом начале приготовления будет использовать корень златоглазки, предварительно не настояв его в живой воде, не так ли? Почему вы не сделали сноску с составом живой воды? – недобро поинтересовался профессор. Девушка залилась краской и почувствовала себя беспомощной: всю ночь просидеть над заданием, прочитать тысячи страниц – и все напрасно. Снейп продолжил пробегать глазами ее злополучное задание. - А здесь, полагаю, написано растолочь орлиный коготь и засыпать в закипевший сок водорослей? – зельевар уничтожающе посмотрел на нее и швырнул пергамент. – Все исправить, а сейчас можете идти, на сегодня все. Ара словно застыла на месте. Ничего особенного не произошло, решительно ничего. Просто он так редко разговаривал… За все время ни одного слова не по делу, ни одного признака, что девушка нравится ему хоть в какой-то степени – каждое его слово было на вес золота. "Когда ты так далека от него – каждая мелочь может осчастливить, или пройтись раскаленным железом по душе", - с горечью подумала девушка. - Я не знаю, чем обязан такому вашему пристальному взгляду, но был бы рад освободиться от него, - процедил профессор. Девушка побледнела от волнения и просыпающейся злости. Причиной этих эмоций был скорее не он, а одиночество , вечно не покидающее её... Вот в такие моменты давние душевные раны дают о себе знать, и даже самой себе после трудно объяснить вспыхнувшую боль, когда казалось бы нет причины. Чувства захлестнули ее в темный водоворот отчаяния, и она пожалела, что не умерла, оказавшись в параллельном измерении. Ара медленно подошла к профессору, выхватила ненавистный пергамент, и, прожигая взглядом удивленного зельевара, разорвала свое задание на мелкие кусочки. - Зачем вы спасли меня, кто сказал, что я хотела этого? – прошипела она, метая глазами гневные молнии. Осыпав напоследок мужчину «бумажным дождиком», девушка вылетела за дверь. *** Сидя в кресле у камина, Ара вновь и вновь пролистывала в голове каждое слово, каждый взгляд. Он совершенно равнодушен к ней, большего холода в свою сторону девушка еще не встречала. Профессор даже не соизволит остаться с ней во время приготовления зелья, хотя это его прямая педагогическая обязанность! Как унизительно и наивно было влюбиться в такого человека, чего-то ожидать, надеяться! Черт бы побрал все эти зелья! Резко вскочив, она ногой пнула учебники. От такого резкого удара страницы разлетелись в разные стороны. Она опустилась на колени возле пострадавших книг, машинально начала собирать страницы. "Нет, так не пойдет, - виновато подумала девушка, - веду себя, как невоспитанная, капризная, недалекая девчонка. Нужно набраться смелости, и извиниться перед профессором. В конце концов он ей ничем не обязан, в том числе и отвечать на ее не прошенные чувства ". Словно ураган, пронеслась она по разделяющим их этажам, и замерла возле заветной двери. Затем ворвалась в пустую лабораторию. Снейпа там не было... Девушка уже собиралась уйти, когда заметила лежащий на полу снимок с изображением рыжеволосой женщины, было видно, что это лишь оторванная половина фото. Ара медленно коснулась фотографии. "Кем она может быть, эта милая девушка?" – беспокойно размышляла она, очень внимательно рассматривая фото. "Не иначе, как его любимая", - девушка ощутила болезненный укол ревности. Появилось неприятное чувство, что она не должна здесь быть, и вторгаться в его жизнь без приглашения не правильно."Что, если он зайдет сейчас?" – мелькнула в голове паническая мысль. Вылетев обратно на лестницу, Ара устало побрела к себе. "Странно, что мир до сих пор еще не рухнул, - пролетела в голове мысль, - и стены стоят себе, не обращая внимания, что моя душа сгорела и восстала из пепла". Заворачивая за угол она внезапно врезалась в профессора. Как обычно при его появлении, тело радостно и трусливо задрожало. Нога ее пропустила очередную ступеньку и Ара рухнула, в последний момент чудом удержавшись за перила. Северус протянул руку девушке: - Вы в порядке? – тихо спросил мужчина, его черные глаза пристально рассматривали ее. - Кажется… - пролепетала девушка, чувствуя, что он вновь начинает сводить ее с ума. Спустя несколько секунд Ара порывисто подскочила к мрачному профессору и прижалась губами к его щеке. "Кажется мне лучше исчезнуть", - испуганно решила девушка, не в силах выдержать его взгляда. Вокруг мелькали стены, двери, заинтересованные взгляды проходящих мимо - девушка продолжала свой побег, пока дыхание совершенно не сбилось. *** Северус все еще стоял неподвижно на том же месте, вслушиваясь в звуки удаляющихся шагов девушки. Он заметил, как дрожало ее тело, когда она прижалась к нему... Он ей явно не безразличен. Неожиданный поворот, учитывая привлекательность и юность Ары к его мрачности и отчужденности. Все же, что-то шевельнулось в его измученной душе, на какой-то миг у него даже возникло желание прижать ее к себе, еще раз почувствовать ее губы на своей щеке, но зельевар тот час прогнал это наваждение. За все время обучения зельям, девушка показывала неплохие результаты, трудно не заметить, что Ара всерьез заинтересована этой наукой. У Снейпа даже возникла мысль, что она самостоятельно изучает дополнительную литературу: он оставлял ей уже не такие подробные рецепты, в которых указана каждая мелочь, как, например, дополнительные названия растений – и она справлялась. За все время его преподавания в Хогвартсе, лишь единицы так толково занимались. Хотя, с другой стороны, у девушки, кроме зельеварения, больше не было никаких занятий, и она уже достаточно взрослая, чтобы быть серьезней. Достаточно взрослая, но не сегодня, когда она, вместо того, чтобы исправлять ошибки, швырялась бумажками, хотя это почему-то не возмутило мужчину, а даже где-то позабавило. Неужели она из тех амбициозных всезнаек, что не могут вынести когда им указывают на недочеты? Или ему следует быть помягче с ученицей? Всю вчерашнюю ночь Снейп готовил зелье поиска. Он найдет Лили, увидит ее снова в этом мире, предстанет таким, каким она хотела бы его видеть. Мужчина так желал услышать, что он прощен, что она, Лили, не ненавидит его. Это было большим, на что он мог надеяться, ведь сердце любимой женщины занято этим недоумком, Джеймсом. Жаль, что она выбрала именно этого избалованного, высокомерного мальчишку, совершенно недостойного ее. Северус вообще сомневался, что Джеймс хоть когда-нибудь ценил и любил свою жену так, как он сам. Первое, что увидел Снейп, когда зашел в лабораторию, была фотография Лили, лежащая на полу. Мужчина мгновенно поднял свое сокровище и прижал к сердцу. Северус знал, что уже очень близок к встрече с любимой, осталось лишь найти сердцевину для волшебной палочки.