Люся сидит дома

Джим постучал рукояткой отобранного в неравной схватке пистолета по дверному косяку и прислушался. За дверью надрывалось радио. Люся все делала под радио, когда хозяйничала дома. В последнее время зарплаты киллера стало не хватать, и она ушла подрабатывать стриптизом в ночной клуб. Джим нетерпеливо стукнул в дверь ногой, ему очень хотелось есть. Пойти было больше не к кому. После того, как клиенты из-за кризиса задерживали расчет, а то и вовсе не платили, их отлавливали в Темзе, но на достаток это не влияло. Даже верная Моран уже полгода как сбежала от Джима к Джону Уотсону. — Мне надо жрать, Джим. Прости, я ухожу, — сказала она, собираясь хлопнуть дверью их квартиры, проданной за долги. Джим не собирался отдавать квартиру банку. Если он не будет в ней жить, то она не достанется никому. Последняя взрывчатка ушла на это бесславное дело. — К кому ты пойдешь? У ЦРУ тоже кризис. — Попробую соблазнить Джона Уотсона, он стал неплохо зарабатывать после того, как ты якобы убил Шерлока Холмса. — Отлично, ты давно хотела завести себе верного пса, — ответил он безразлично. Она поджала губы, прежде чем ответить. — Люся прокормит тебя, если что. Она привычная к задержкам зарплаты. А я нет. И Мэри Моран ушла, не забыв прихватить с собой сделанный Джимом на коленке новый паспорт на имя Мэри Морстен. Пока Джим вспоминал, Люся выключила радио и открыла дверь. На руках у нее было тесто. — Заходите, босс, я поставила пироги. Могу предложить пакетик чаю и роллтон. Джим заварил себе роллтон и представил, что вместо роллтона ест кишки сегодняшнего клиента. Люся суетилась на кухне, ей нужно было после пирогов бежать танцевать стриптиз. — Удалось найти пули по дешевке? — спросила Люся, скупо отмеряя потертую морковку по чайной ложке в каждый пирожок. — Нет, дешевых пуль на рынке нет. Скоро придется убивать кухонным ножом заказчика. — Вы же не любите так грубо убивать, сэр, — загрустила Люся. — Может быть, к мистеру Магнуссену обратитесь? После того как ему пришлось отдать Эпплдор на кирпичи, он стал более сговорчивым. — Он устроился смотрителем в Аквариум. Ест втихушку тот корм, который предназначен для белой акулы. — Бедняга, — сказала Люся сочувственно. — Да, бедная акула, — согласился Джим. Вторую упаковку роллтона он не осмелился взять. Вся еда была посчитана. Как пули и электричество. — Майкрофт Холмс снова звонил, предлагал вам работать у него. Я ответила, что вы на работе. — Правильно. Надеюсь, ты спросила, как ему живется на сухом пайке. — Спросила. Он ответил, что похудел, как будто бы мне это интересно. Еще он рассказал мне, что все про меня знает, и про то, что вы обещали мне, что устроите меня в Лондоне посудомойкой, в крайнем случае, стриптизершей. А вместо этого привезли, паспорт отобрали, и мне пришлось стать киллером. Джим перестал думать о еде и уставился на Люсю с интересом. — И что, жалеешь об этом? — Я ни о чем не жалею, босс. Я мою посуду по вечерам, ночами танцую стриптиз, а дневной работы теперь нет. Даже клиенты перестали к вам обращаться, когда поняли, что вы гарантированно их убьете, если они не заплатят. Даже если у вас не будет денег на патроны. Не последите за пирогами, пока я переоденусь? Люся ушла переодеваться. Джим пересчитал патроны в пистолете. Их осталось два. Можно взять еще один заказ. Он возьмет анонимный, там клиент обещал заплатить, и даже выдал аванс. Но Джим отложил аванс на черный день и не стал покупать омаров, чтобы порадовать Люсю.

***

— Поздравляю с воскрешением, жаль, что безработица так его тебе испортила, — сказал Шерлок. — Я передумал консультироваться анонимно. Я был уверен, что вместо тебя эту нишу занял кто-то другой. Но если уж мне так повезло… — Кого надо убить? — спросил Джим. Он еле держался на ногах от голода, и ему было не до приветствий или объяснений. — Ты голоден? — участливо осведомился Шерлок. — Может быть, сходим в ресторан? Я угощаю. Джим не ответил. Тогда Шерлок сменил тон на деловой и сказал: — Я был в неком стриптиз-клубе этой ночью, Людмила мне все рассказала. И что ты перебил всех неплатежеспособных клиентов, и что ты тем самым практически победил безработицу и инфляцию. И все это ты сделал дешевыми пулями из вторсырья. Джим молчал. — И что от тебя лучший киллер ушел, — безжалостно продолжал Шерлок. — К Джону. — Она что, приватный танец тебе танцевала? — спросил Джим, закуривая сигарету, купленную на аванс. — Ситуация на фондовом рынке выравнивается, — ответил Шерлок совершенно серьезно. — Пойдем в ресторан? У меня есть деньги, я только что вернулся в Лондон из процветающей страны. — Если ты не мой клиент, Шерлок, то, наверное, можно и в ресторан, — наконец согласился Джим. Ему очень хотелось омаров. Какая разница, кто за них заплатит, пусть даже Шерлок. — Я не твой клиент, — подтвердил Шерлок. И судорожно пересчитал в уме те гроши, которые ему удалось выторговать у Майкрофта: хватит ли ему на омаров для Джима? Из процветающей страны он вернулся полностью разоренным и едва живым. А еще он вспомнил, что в том самом ресторане сейчас Джон делает предложение Мэри, а у Джима есть две пули. — Мы можем поесть в кредит китайскую лапшу на другом конце города, — сказал Шерлок. Джим хмыкнул, но согласился. Он так и знал, что у Шерлока тоже плохо с деньгами. Шерлоку повезло, что он не его клиент.