Недостойная. Часть II. Призраки прошлого.

- ...Лишение свободы сроком на 10 лет... Десять лет. Для меня сейчас это целая жизнь, а чем это станет для Лиен? Один лишь миг, пропитанный злостью и ненавистью ко мне, привёл к этому ужасу. Один удар такое сотворил со всеми нами. Или в этом виноват кто-то другой? - Чимин, но ведь это неверно. - мы сидим в зале заседания. Небольшой перерыв. - Что неверно, ЁнЧжун? - он отпивает воды из прозрачной и холодной бутылки, капли которой падают на его руки, стекая ниже. - Приговор жесток. Можно каким-нибудь образом смягчить его? Ведь это была невменяемость, разве психиатры не удостоверились в этом? - Её родители решили отказаться от услуг психиатра. - он равнодушно закрывает бутылку и ставит её на стол, подальше отодвигая от бумаг. - Это незаконно, насколько я знаю, отказываться от экспертизы специалиста. - я переминаю свои пальцы, судорожно оглядываясь на людей позади, смотря на адвоката Лиен. - Насколько ты знаешь, вот именно. - Чимин поворачивается ко мне. - Жалость здесь не нужна, ЁнЧжун. Она совершила бесчеловечный поступок, который повлёк за собою тяжёлые последствия. - он так холодно говорит об этом... - Это была глупость, голые эмоции. Да и как могли родители отказаться хоть немного облегчить жизнь своему ребёнку? - Это мир бизнеса. Ничего ты с этим не поделаешь, там свои правила, и их соблюдают. Даже если тебе это кажется жестоким и неправильным, никто ничего менять не станет. Тот мир чужд для нас, и лучше не пытаться узнать его и сделать родным. Посмотри на меня. - я поднимаю глаза. - Она получает по заслугам, ЁнЧжун. Мы все в этом мире получаем по заслугам. Когда-нибудь. Просто вспомни о том, как тебе было больно, вспомни, что она творила, отправляя тебя в лечебницу, и тебе не захочется её жалеть. - Чимин... да ты сам слишком зол на неё. - За тебя говорит гнев. - За меня ничто не говорит. Я опираюсь лишь на справедливость и законы. - Справедливость трактует лишения человека жизни в её настоящем проявление? - Суд продолжается. - нас прерывают. В этот момент мы по-настоящему вцепились в друг друга взглядами. Я смотрела на него пылающими и непонимающими глазами, а его глаза монотонно твердили одно: "Я прав. Нравится тебе или нет, но я прав." Прошло не много времени, на самом-то деле. С того самого прекрасного рассвета прошло два месяца, не больше. Всё это время я жила с Чимином. Переехала к нему практически сразу, мне не терпелось просыпаться каждое утро и понимать, что для нас всё закончилось хорошо. На этот раз. Не было предела и радости МинХи, когда узнала о нас. Думаю, к её волнению о предстоящей свадебной церемонии, добавилось и волнения за нас. Понятия не имею, какое из них приятнее. Многое изменилось за короткое время. Нужно всё успеть, за всем угнаться... но сейчас я в любви, от который никуда убегать не хочется. - ЁнЧжун, где ты? - Чимин присаживается рядом со мной, на диван. - Что? - оборачиваюсь. - Где? Здесь. - Видно, что мысли уносят тебя далеко. - улыбается, нежно касаясь меня. - Ещё думаешь об этом? - А как я могу не думать? Решается чья-то жизнь, мне страшно знать об этом, Чимин. Он глубоко вдыхает и бесшумно выдыхает, смотря на пол, думая о чём-то. Его взгляд сосредоточен, серьёзен и блестящ, как всегда. - Я проведу экспертизу для неё. Мы попытаемся смягчить срок. - он переводит взгляд на меня, ожидая ответа, полного радости, может быть. - Я весь день думал об этом. И в твоих словах есть правда, ЁнЧжун. Мне стоит хоть раз положиться на человечность и встать на сторону виноватого. Взглянуть на мир его глазами. - Ты понял. - я знаю, что ему нелегко. Лиен и Чимин были вместе долгое время, было бы глупо думать о том, что всё осталось без следа. Нам всем пришлось не сладко. Я понимаю его целиком и полностью, но и хочу подтолкнуть к осознанию того, что человеческий разум необъясним, да и сам владелец мыслей не всегда может истолковать мотивы своих поступков. Плохо помочь ему разобраться в этом?... Плохо не помочь. - Спасибо тебе. - Пока не за что. - он, договаривая фразу, получает тёплый поцелуй от меня, обхватывающей его, касающейся его шеи, рук, груди. В последнее время мы с головой окунулись в проблемы прошлого, забывая о прикосновениях. Забывая о том, что мы вместе и больше ничего не становится преградой на нашем пути, но ещё опасаемся потерпеть поражение, и это ясно обоим. Отрываюсь от его губ. - Скучала по мне, милая?... - Безумно... - еле дышу. - Девочка... - он касается губами моих щёк, спускается к шее, прижимая к себе, лаская. - Чимин... - сглатываю. - Я умру, вот так сразу... - неровно хихикаю единожды. - Я тоже, если честно. - чувствую его частое дыхание у себя на коже. - Мы отвыкли друг от друга, так давай вспомним, каково это... - он спускает с моего плеча рубашку. - Я хочу вспомнить твой настоящий голос, твои стоны, вкус твоего тела... Он прав, мы забыли друг друга... Я до одурения желаю его, я хочу заменить воздух его запахом, а душу продать только за один голос, любящий меня везде, где бы я не была. - Почему я внутри дрожу, как в первый раз?... - спиной опускаюсь на мягкий диван. Вместе с ним. - С определённого времени, это и есть первый раз. - расстёгивает мою рубашку. - Щекотно... - едва улыбаюсь. - А так? - его пальцы прикасаются к оголённой коже. - Прекрати. Я сейчас очень чувствительна... - Так тоже? - сильнее. - Чимин. - он ускоряется, а я всё больше смеюсь. - Ты не слышишь меня. - Ай! - грохот. Чимин свалился на пол. Я ему помогла. - Больно? - возвышаюсь над ним, смотря с дивана. - Не щекотно, скажем так. - пытается приподняться и тут же валится обратно. - Больно, да. - закрывает глаза. Молчим. - Я спущусь, конечно, - одна нога опускается с дивана, - но ты это специально же. - чувствую, как хваткой сжимают ногу. - Кто сомневался... - падаю. - Полежим? - не отпускает мою ногу. - Полежим... - приподнимаюсь, заставляя отпустить мою ногу, и осторожно на четвереньках приближаюсь к нему. - В другой раз... - и наши губы снова сплетаются в поцелуе. Мы мечтали о таком? Мечтали. Получили это? Получили. Мы счастливы? Определённо. Я просто хочу, чтобы он знал о том, как я люблю его. Эта любовь к нему сильнее всего на свете, она преследует меня уже столько лет, и я надеюсь на вечные её свободные оковы. Мы вернули себе друг друга. Мы вернули наше единение. Не как трофей, не как победу, не как материальную выгоду, а как душу, больно и мучительно разделённую на половины. - Мой милый, любимый, единственный... - поглаживаю пальцами его лицо. - Как ты пришёл в мою жизнь?... Это дурацкое молоко обеспечило нам столько проблем... - шепчу. - Столько проблем и такие глубокие чувства... Ты нашёл меня прижатую к стене, запутанную в собственных мыслях... ты принял меня и принимал всегда. Мои решения, глупые поступки, которые предвещали тебе такие муки. Ты простил меня вопреки всему. Кто я такая, чтобы быть рядом с тобой?... - он лежит с безмятежно закрытыми глазами, и где-то далеко в себе слушает меня. - Слушай, родной, слушай... - перебираю его волосы. - Это всё для тебя. Я всё сделаю для тебя. Всё переверну верх дном, пройду столько шагов, сколько потребуется. Не станет сил, они пропадут? Я выгну спину, но пойду... пойду к тебе, за тобой, клянусь. Мои слова не просто слова, выброшенные на ветер. Я буду кем угодно, только оставайся со мной. Ты молчаливый и серьёзный, но очень тёплый, излучающий свет. Я люблю тебя. Никогда не забывай об этом. Никогда не забывай про меня.