Жизнь с мечтой

      Впервые в жизни почувствовав себя героиней романтической новеллы, а не трагедии, я позволила поцеловать себя этому нахалу. Или хотела оторвать кусочек счастья и себе. Или просто не знала, как вести себя в подобной ситуации и любопытство взяло вверх. Мы неуклюже отшатнулись друг от друга, и я попыталась быстренько оттуда смотаться, споткнувшись о лавочку и зацепившись рукавом о дверную ручку.       Я шла и даже не смотрела по сторонам. Не обратила внимания на подозрительный взгляд Марлин. Не заметила (или заметила, но не запомнила), как Джеймс сидел на диване в гостиной в метре от Эванс, как они ворковали. Я стремительно вошла в ванную комнату, склонилась над унитазом, и так драматичненько покашляла. Конечно, меня не вырвало, но мое эмоциональное состояние требовало излияния.       А дальше в голову полезли самые невероятные фантазии. Блэк поспорил на то, что поцелует самую стремную девчонку из всей школы (ну, ладно — не из всей школы) или мне приснилось, что мы целовались. Это вышло случайно или все парни в школе сохнут по мне с первого курса. А если серьезно — несколько часов я выстраивала различные логические цепочки и единственные стабильные результаты — меня тошнит от воспоминаний о поцелуе и «так и быть продолжу учиться на этой планете, может ситуация сама разрешится».       Несмотря на то, что хладнокровный голос разума твердил — не обманывай себя, зеркало выдает тебя — сердце согревали любовные иллюзии. Мне трудно было выдержать всю эту эмоциональную неразбериху. Лучше сделать вид, что ничего не произошло. Равнодушие. Полное равнодушие. Со успокоенной душой я легла спать. Закрыв глаза, я представляла новый сценарий — Джеймс, изнемогающий от любви ко мне, попросил своего верного друга приударить за мной в целях выяснения — если у меня парень. Но я нечаянно слышу этот разговор и рассекречиваю их. В порыве негодования от этих методов я бегу прочь и на главной лестнице натыкаюсь на Эйвери, он грубо отталкивает меня к стене, я в полуобморочном состоянии сползаю на пол. Тут подспевает догоняющий меня Поттер, и со всей силой бьет его в лицо. Тот падает с лестницы, а Джеймс наклоняется ко мне и заключает в объятие мое обмякшее тело… и на этой романтической ноте я засыпаю.       Дни побежали, как сумасшедшие, в отличии от интересных событий в моей жизни. Поведение Блэка, в принципе как и других мальчишек, я понять не могла. То он был равнодушный и совершенно не смотрел на меня, то я ловила щенячьи взгляды. Несколько раз он уже направлялся ко мне, а потом резко менял траекторию движения. Или мне просто казалось так.       Через пару дней после поцелуя ко мне подошел Римус, чтобы спросить о моих успехах с невербальными заклинаниями. Мне оставалось только поблагодарить за помощь и заверить его, что пусть у меня не все идеально получается, но я полна оптимизма. Откуда я вообще знаю это слово? Римус еще несколько раз уточнял с очень выразительным взглядом, я недоуменно на него смотрела, и каждый раз отвечала более кратко.       Еще через несколько дней профессор МакГонагалл попросила меня передать Джеймсу, его недоделанное, случайно забытое эссе. Когда я нашла его, он не глядя поблагодарил, но потом заметив меня, вылупился и стал лихорадочно что-то соображать. После длительной паузы он еще раз поблагодарил и попрощался со мной. Такого внимания я и не смела ожидать, от чего у меня стала закрадываться одна очень правдоподобная и простая мысль — может это поцелуй действительно был случайным, Блэку жалко меня — и он не знает, как сказать мне это. Наверняка разболтал всё своим дружкам, отчего же они такие странные.       Такой низости, такой жалости я не могла выдержать. Если он не может, я сама к нему подойду и поговорю. Прикинусь такой простой, непринужденной, типа мне все фиолетово. Он еще удивиться, а я над ним посмеюсь. Или вместе посмеемся над ситуацией.       Я плюхнулась на кровать и погрузилась в сладостные грезы о Джеймсе — ведь веселые истории сближают людей, и после решения проблем с Блэком я смогу попробовать вновь что-нибудь наподобие «дополнительных занятий с Римусом». Точно! Запишусь в команду по квиддичу или … ну пока еще не знаю.       Прошла неделя, а я так и не смогла придумать повод, чтобы как бы случайно подойти к Блэку. Я уже честно говоря, плюнула на эту затею. Мои трепыхания не слишком хорошо заканчиваются в последнее время.       Я бесцельно шарахалась по замку, Марлин зависала со своим когтевранцем, Эванс наверно в очередной раз спасала каких-нибудь белочек, а с Элли пусть начищает свои медали «за невероятную тупость». В одном из коридоров я наткнулась на взмыленного запыхавшегося Блэка, убиравшего какой-то пергамент в свою знаменитую кожанку. Мы встретились взглядами. Он медленно подошел ко мне. Несколько мгновений мы стояли в тишине, я неловко убирала непослушные пряди, он одергивал куртку. Издалека послышались тяжелые шаги, Блэк рывком оттолкнул меня за огромную колонну и заполнил собой все мое пространство, нетерпеливо целуя. Единственным приятным из этого трехминутного поцелуя была подкладка куртки Блэка. В ходе незапланированного исследования я поняла — ткань невероятная на ощупь.       Стоп, стоп, стоп… Я резко вырвалась из его цепких объятий и вытянула в останавливающем жесте руку. Восстанавливая дыхание, я лихорадочно соображала — он вообще себя нормально вести умеет или только может врываться, как ураган в жизни других людей. Я посмотрела в его глаза. Ах, какие мы беспомощные. Что раньше мистера обворожительность не отталкивали девушки? Растерялся? Тело захлестнула ледяная волна отвращения — он наверно точно поспорил на меня. Я гневно прошипела на него — твое поведение не укладывается ни в какие рамки приличия. На что он заносчиво ухмыльнулся и пропел, что именно этого он и добивается. Я гневно распахнула глаза. Он быстро осекся, пожалев о сказанном. Теперь ему точно не выиграть меня и спор.       Я вбежала в комнату, громко хлопнув дверью от чего окно звонко распахнулось. В зеркале напротив меня стояла полурастрепанная девушка в длинном просторном свитере. Точно поспорил, на такую можно только спорить, и только в пьяном состоянии. Отражение скислилось от накатывавших слез. Обессиленно я присела на кровать. А мимо меня на волнах свежего ветерка пролетали свитки пергамента Элли. Я поймала один и невольно прочитала. «Кентавры — древнейшие хранители тайн… владеют многочисленными, невероятными, не доступными волшебникам методами влияния на судьбу… в их арсенале огромный запас тайных знаний… волшебники недооценивают их способности, ограничивая только астрологией… обитают стаями, не подпуская к своим владениям, где выращивают полезные в прорицании травы» Невероятная идея поселилась в моей голове. Кентавры так же обитают в Запретном Лесу, который так удобно видно из окон Гриффиндорской башни. Так близко, что грех не воспользоваться возможностью.