Спор

— Мы в жопе! В глубокой и беспросветной сраке мула на окраине мироздания, где нет ничего, кроме всепоглощающих черных дыр! — емко высказался парень, вставая спиной к спине с темноволосым мужчиной и доставая оружие. Сражаться, так сражаться. — Юноша, вам не кажется, что в этом витиеватом выражении могло быть и поменьше грубых слов? — как можно тактичнее поинтересовался мужчина, хотя в принципе был согласен с молодым человеком, более чем по всем пунктам. — К сожалению нет, сударь, я более не могу сдерживать свою обсценную лексику, потому что это пиздец! Да и какая может быть лексика, когда еб твою мать через коромысло на девятой развилке, когда мы окружены более чем двумя сотнями смертоносных ниндзя, которые хотят от нас и пыли не оставить? — В принципе, я согласен, но… — Мадара, ебать тебя страпоном на вершине Фудзиямы, какая, блять, тебя муха укусила, что ты решил заняться моим воспитанием, причем так не вовремя? — возводя очи горе к небу, простонал Наруто. — Ну… — со вздохом протянул Учиха, — Я проспорил Цунаде, что смогу одержать победу в сёги против Шикамару в десяти партиях подряд, и в общем теперь отрабатываю… И тут врагам надоело ждать, когда ниндзя из Конохи наконец прекратят препираться, и потому не дождавшись никаких решительных действий в свою сторону, напали первыми. Завязался бой, и тут уже стало не до разговоров. Хоть они были совершенно беззащитны, потому что сражались на открытой местности, спуску своим противникам не давали, и вскоре количество нападавших заметно поредело, под натиском мужчины и юноши. А спустя примерно пять или шесть часов, они завалили последнего врага. — А если бы выиграл, что получил? — полюбопытствовал Удзумаки, когда они переступая через тела павших направились в сторону своей деревни. Задание было завершено. — Конечно же пост Хокаге… И тут Наруто не выдержал и заржал. — Боже, вроде взрослый мужик, бывал и выживал в таких схватках, где другие бы давно сдохли, а ведешь себя как ребенок… А Цунаде вообще развела тебя, как лоха! Ой не могу… От смеха у юноши в уголках глаз выступили слезы. Он пытался остановиться, но не мог, потому что это было слишком смешно и абсурдно. — Если ты сейчас не заткнешься, я заткну тебя сам, — прошипел Мадара. Он явно обиделся. От этого Удзумаки стало еще смешнее, и он икая и захлебываясь истерическим смехом, произнес: — Ну… ааххахаха… попробуй… ик… ахахаха… блять… Чего молодой человек не ожидал, так это то, что его схватят за шкирку и взденут, как нашкодившего кота, вглядываясь в лицо голодным и испепеляющим взглядом, а затем поцелуют. Это было настолько неожиданно, что Наруто на секунду даже опешил. Но это продлилось всего секунду, а потом он ответил на поцелуй, наверно самый правильный поцелуй во всей его неправильной жизни.