Белая роза

Так странно. Так странно стоять на похоронах своей единственной дочери. Той которой даже не исполнилось восемнадцати, той у которой вся жизнь была впереди, той которой не успела познать все её прелести и невзгоды, той которая не успела понять, что мир делиться не только на черный и белый, но ещё и на серый. Но нет, война забирает все самое лучшее. Она забрала тебя, моя любимая девочка. Мне так жаль, что я не смог тебе помочь. Так жаль, что не оказался рядом и не подставил своё плечо, в желании защитить самое ценное, что у меня было. Дождь. Вся природа будто плачет, как родная мать над ребёнком, который больше никогда не вздохнёт. Да, ты была похожа на цветок. Роза. Такая же прекрасная, но колючая. Ты могла дать отпор любому, но здесь удача отвернулась от тебя. Мне так жаль. Я бы все отдал, чтобы вернуться назад и спасти тебя, моё солнышко. Но ты угасла быстро. Как цветок без воды. Даже не успела сказать свои последние слова. И я не успел рассказать тебе всю правду, Гермиона. Я так и не смог. Война. Как это слово объясняет все, что происходит на самом деле. Горы трупов, ты уже запутался кто друг, а кто враг. Главное это спасти свою жизнь. Но ты была другой. Другой по жизни, и на войне. Любая жизнь для тебя была превыше своей. И ты поплатилась за это. Тебя убило не заклинание, а простой кинжал, который впитал всю твою силу. Ты не ожидала удара со спины, но такова жизнь, Гермиона, такова жизнь. Удар всегда приходит оттуда, откуда не ожидаешь. Ты думала, что те мальчишки тебя защитят. Они ещё подростки, они не понимают, той ответсвенности, что возложена на их плечи, им хочется жить, гулять, влюбляться… Но ты была другой. Особенной. Когда кинжал попал в цель, ты даже не поняла, что случилось. Только открыла рот в беззвучном крике. Словно в замедленной съемке, ты осела на холодную грязную землю и упала навзничь. Ты не почувствовала боли. Нет, ты умерла сразу, как только оружие покинуло твоё тело. Все, что я смог сделать в тот момент, это схватить тебя и убежать в безопасное место. Мои любимые подземелья. Я закрылся на все замки и положил тебя на кровать. Ты была так красива. Запечённая кровь на губах, которые улыбались чему-то своему, небольшие ссадина на лице, покрытом небольшими веснушками, закрытые глаза, но даже так я видел каково они цвета. Тёмный шоколад. Они достались тебе от матери. А вот волосы мои. Тёмные тяжелые кудри разметались по подушке. Я присел рядом с тобой и пытался запомнить каждую черточку любимого лица. Я гладил тебя по волосам и молил открыть глаза. Три дня я держал тебя здесь, три долгих дня я умолял тебя проснуться, три дня я кричал, громил комнату и рыдал, три дня рассказывал тебе всю правду, Гермиона. Ты была моей дочерью. Моей прекрасной дочерью. Твоя жизнь оборвалась так неожиданно. Ты даже не поняла, что умерла. И сейчас, лёжа в гробу, ты была похожа на ангела. Как мне жаль, что ты так и не узнала правду, Гермиона, возможно все было бы по-другому…