not in time

Тео застывает на пороге комнаты, ошалело глядя на представшую его взору картину, потому что, ну правда. Он, конечно, знал, что МакКолл простит своего неуравновешенного бету, но чтобы так скоро и с такими последствиями... Лиам сидит у Скотта на коленях обнаженный, забросив ноги альфе за спину, и жмурится почти до слез. А Скотт смотрит на мальчишку с такой нежностью, что сердце пропускает удар. А потом Тео снова становится Тео. – Я много слышал про то, что альфы часто ебут своих бет, но не ожидал этого от тебя, Скотт. Тот поднимает будто бы остекленевший взгляд, прижимая вздрогнувшего Лиама ближе, и несколько секунд просто смотрит, даже не понимая, видимо, кто перед ним стоит. – Ты выглядел таким законченным гетеросексуалом. Я даже и мысли не допускал, что застану тебя в таком... положении, - ухмыляется Тео, облокачиваясь о стену. Скотт словно выходит из оцепенения - смотрит не зло, но настороженно, вытягивая из-за спины одеяло и укрывая им мальчишку на своих коленях. Тео думает, что будет с этими двумя, когда он скажет, что оживил Хэйден. – За чем пришёл? - спокойно осведомляется Скотт, одной рукой обвивая Данбара под одеялом, а другой - поверх. Смотрит осознанно и безмятежно, будто бы не у него на коленях сидит до ужаса возбужденный подросток и шумно дышит в шею. Тео чувствует вязкий запах стыда мальчишки и немного страха, но желание удушливо-сладкой волной перекрывает всё, пропитывая собой комнату и предметы, оседая на нёбе тонкой пленкой. – За советом, - Скотт удивленно приподнимает брови и - Тео чувствует это нутром - готовится выдать тираду о том, какое Рэйкен дерьмо и пусть валит со своими просьбами куда подальше. У Скотта мания помогать всем, кто этого попросит, но Тео - не все. – Уходи. Ты, во-первых, не вовремя, а во-вторых, я не буду помогать тебе в твоём грязном деле. Лиам задушено всхлипывает, вцепляясь в белую футболку альфы. Тео смотрит на растекшегося от мучительного удовольствия мальчишку и думает, что действительно не вовремя. – Ты сначала выслушай, чего я хочу, а уж потом принимай решение, - и добавляет издевательски, – альфа. МакКолл на издевку не реагирует, зарывается носом в растрёпанные волосы Лиама и несколько секунд буквально дышит им. Рэйкен собирается с духом и задаёт вопрос: – Что будет, если во главе стаи встанет бета? – Такого не бывает, - отвечает Скотт, не отрываясь от Лиама, и его голос звучит глухо. – Но ведь ты же не сразу стал альфой, - возражает Тео. – Это другое, - МакКолл качает головой, удерживая ерзающего Лиама на месте. – Зачем тебе это? Ты не оборотень, по сути. Тебя даже не обратили. Тебя сделали. Даже если ты укусишь кого-нибудь, за тобой никто не пойдёт. Это не звучит как оскорбление, просто факт, но Рэйкен закрывает глаза, борясь с подступающим бешенством. И Скотт, и Лиам не смогли бы противостоять ему сейчас, но какой толк в том, чтобы подраться? Ему нужна помощь, а силой её не получить. – А если у меня все же есть беты? - он почти рычит, потому что МакКолл ужасно, непозволительно расслаблен, будто бы не в его комнате стоит разъяренная химера, однажды его уже убившая. – Если у меня есть беты, но никто из них не хочет меня слушать? Как мне заставить их себе подчиниться? – Никак, - внезапно подаёт голос Лиам. Он поворачивает голову так, чтобы Тео видел лишь одну половину его лица с покрасневшими губами и блеском лихорадочного счастья от близости альфы в глазах. – Если они сами не захотят, они не пойдут за тобой. А они не захотят. Скотт поднимает на Рэйкена насмешливо-жалостливый взгляд и ухмыляется уголками губ. – Уходи, Тео. – Как думаешь, о каких бетах он говорил? - спрашивает Скотт спустя некоторое время, когда бешеное сердцебиение Рэйкена уже не слышится в пределах досягаемости. Теперь рядом только сумасшедший пульс его маленького беты, раскинувшегося на постели и шумно дышащего. – Господи, Скотт, какая к чёрту разница, он простоял здесь хреновых десять минут, пока я сидел со стояком, - Лиам недовольно скулит, стараясь прижаться к альфе поближе. – Мне плевать на этого мудака и его несуществующих бет, даже если они все-таки есть и прямо сейчас стоят под нашей дверью и готовят план по захвату мира, господи, - голос сбывается на бессильный хрип, когда горячее обнаженное тело накрывает его сверху, и Скотт, нежничая, трется носом о его шею и целует плечо. – Трахни меня уже, придурок... Скотт усмехается и на всякий случай прислушивается к происходящему на улице. Но там тихо и спокойно. Вот бы так подольше было, невольно думает он, целуя стонущего Лиама и обнимая разморенное тело. Вот бы так было всегда.