Оставайся собой

      Я сильно переживаю за Машу. Совесть грызёт меня, ведь я поставила под удар то, что очень многое значит в моей жизни. Думаю, девочки должны меня понять. Первая любимая кукла является чаще всего самым ярким воспоминанием из детства. Сейчас эта память должна будет отвлекать весь класс, пока я займусь Аней. Боже, это ужасно звучит!  — Привет! Извини, что опоздал. Предки не отпускали, — а вот и Серёжа. Вот не повезло-то парню. Нравиться сразу мне и Ане — целое наказание.  — Привет. Так это ты мне самолётики посылал? — Маша неуверенно оглянулась и посмотрела на меня. Я подняла большой палец вверх, дабы немного подбодрить её. — Как ты передал мне записку сегодня утром? Я же была в другом крыле?  — Мне повезло. Я собирался даже звонить, но потом встретил тебя в коридоре.  — Я вообще-то жуть как испугалась! Мы же не снимаем ужастики! — вдруг вдалеке я увидела человек двадцать, не меньше.  — Ну извини. Больше не буду, — Серёжа уверенно взял куклу за руку и буквально потащил к той группе, среди которых я увидела и Аню.  — Куда?! Сама ходить умею! — послышался из толпы голос Веры. Меня так и подмывает выскочить и наброситься на виновницу всего происходящего.  — Разучишься! Я тебе это, Верочка, обещаю! — крикнула ей Аня.  — Отошли от неё! — я вышла из своего убежища. — Мне повторить?  — Так-так… Неужели у нашей Верочки дар открылся? — медленно стала подходить ко мне интриганка. Я не могла стоять на месте, поэтому ответила тем же:  — Представь себе.  — Разошлись! — это было сказано моим одноклассникам. Они послушно, словно зомбированные, попятились назад. Я смотрела на них и снова впала в шок. Картина, где мои одноклассники подчиняются Ане, что ещё мягко сказано, выглядела более чем устрашающей.  — Не подходите без разрешения. А теперь ТЫ! — но она не успела договорить, как сзади на неё накинулась Маша и закрыла рот рукой, что помогло мне выйти из прострации. Как можно быстрее я из сумки вытащила верёвку и перевязала руки, в планах которых стояло причинить вред мне.       Я, если честно, боялась, что остальные нападут на нас. Но их не отпускал приказ. Они продолжали стоять.       Завязав ей рот, я поставила её на колени, заглянула в глаза. Она, наверняка, догадывалась, что я собираюсь сделать: или убивать, или лишать силы. Я увидела дикий страх. Тот стах, который мелькал тогда в моих глазах, когда я увидела себя с горящими волосами. Медлить нельзя. Достаю зажигалку. Медленно подношу её к Аниным волосам.  — Маша, держи её крепче и, пожалуйста, осторожней. Это же огонь. — с этими словами волосы вспыхнули. Неестественно быстро, шипя, оставляя на кончиках волос чёрные комочки. Аня перестала брыкаться. Силы покидали её. В это же время потеряли сознание все мои одноклассники. Шикарно. И как мне их в чувство приводить?

***

      Я не люблю делать людям больно. Именно поэтому вскоре потушила огонь. Представляю, какие у неё были бы ожоги. Одноклассники пришли в себя спустя минут пятнадцать, не меньше. Просили простить. Да я и не обижаюсь. Но не стала любезничать: поручила им привести в порядок Аню и вместе с Машей уехала.       Странно, что победа далась так легко. Такое даже в сказках редко встретишь. Такого не бывает, чтобы просто так человеку удавалось победить. Но если это так, то мне просто крупно повезло.  — Вер, — меня позвал мой же голос. Никак не могу привыкнуть к этому. А зачем? Знаю же, что это не навсегда. — Я хочу быть куклой. Преврати меня.  — Конечно. Подожди меня пару минут.       Закончив приготовления, я подошла к кукле. Мы обе были напряжены, воздух звенел от поглощающей тишины. Сев рядом, я заговорила с Машей:  — Знаешь, мне немного стыдно, что я поставила тебя под удар. Это было опасно для нас обоих, а для тебя тем более. Извини, пожалуйста, если чем-то обидела.  — Да нет, ты не обидела. Просто меня волнует то, что волосы мы сожгли не до конца.  — В смысле?  — У меня такое подозрение, что от волшебной силы избавляет только смерть. Вспомни, как потеряла сознание Аня, когда ты только подожгла волосы. Если бы мы не остановили огонь, то, возможно, она была бы мертва.  — Но мне никто не говорил о том, что смерть наступит в обоих случаях. Только: убей или подожги волосы. Я думала, что просто поджога достаточно.  — Этот Андрей тебе лапшу на уши вешает. Хоть он и подсказал идею с оберегом, дал книгу, но точно что-то тебе не сказал. Или тебе нельзя её убывать, или я не знаю.  — Но он ведь мне говорил, что именно им нельзя её убивать, а про меня ничего.  — А они — это кто? — с подозрением спросила Маша и сузила глаза.  — Н-не знаю. Друзья его, наверное.  — Вот видишь! Ты даже не знаешь, кто есть кто. И в пророчестве было же сказано, что тебе долго с ней бороться нужно. И одним разом всё не обойдётся. Ты простодушна до наивности!  — Я не простодушная! — вспылила я. — Я верю тому, кто мне помогает! Он помог? Помог. Ещё вопросы?  — Не сердись, пожалуйста. Но мой тебе совет: прежде чем доверять человеку, разузнай его получше.       А ведь она дело говорит. Я знаю его меньше суток, а этого мало, для полного доверия. Он сказал мне только, что мы все похожи.  — Ты думаешь, я не спрашивала? — внимательно посмотрев на Машу, покачала головой я. — Спрашивала, конечно. Только вот он проигнорировал мой вопрос. Твердил только: возьми книгу, да возьми книгу.  — Так изучи её. Что тебе мешает?  — Да мне много что мешает. Страх мешает. Я боюсь новой информации. Каждый день у меня какие-то новости, из-за которых хочется провалиться сквозь землю и просидеть там ближайшую вечность. Эта книга — «ценнейший» дар, который ломает все мои планы. Я вообще хотела уехать жить в Москву и поступить на журналиста. Какой из меня будет журналист, если я буду постоянно с кем-то бороться, что-то видеть, искать, или же избегать. Не хочу я себе такой жизни.  — Человеку даётся столько испытаний, сколько он в состоянии выдержать. А ты у нас, как видно, мировая женщина! — рассмеялась Маша, на что я ответила кислой, но всё же улыбкой. — Ты должна поговорить с Андреем. Сделай это как можно скорее. Я хоть и кукла, но думать логично умею.  — Тебя сейчас превращать?  — Если тебе сказать больше нечего.  — Последний вопрос: когда я с тобой разговариваю, ты меня слышишь? Ну, когда ты кукла.  — Слышу, вижу, чувствую. Если нужно будет поговорить — говори. Выслушаю, куда денусь, — улыбнулась мне она. Я крепко её обняла на прощание, а после произнесла заклинание.       Я снова держала на руках свою любимую куклу. Странное ощущение наполнило меня. Это какая-то смесь тревоги, теплоты, возможно счастья. Не было у меня такого в школе ни с одной из подруг. Никогда. И к классу я относиться стала никак. Никаких чувств. Радости нет. Но злость — определённо есть.       Я положила Машу на место и тихо произнесла:  — Спасибо тебе, — после чего отправилась на кухню. На нервной почве я не ела весь день. Вдруг в моих глазах потемнело. Что? Опять видение?       Перед моими глазами предстали ворота школы. Я открываю тяжёлую железную дверь, прохожу внутрь учебного заведения. Дорогу мне преграждает Аня. Ни учителей, ни учеников не видно вблизи и на горизонте. Кто бы сомневался… Она заносит руку для удара, но кто-то перехватывает её и заламывает ей за спину. И этот кто-то… Колька? Да ладно!

***

      Так и не поев, я снова пришла в свою комнату и залезла под одеяло. Мне вообще сейчас не до пищи. Получается Коля — тот самый, кто будет мне помогать? Вот уж не ожидала.       Я точно помню, что в тот день, когда весь класс перестал разговаривать со мной, в школу пришёл только его самый близкий друг Витя, с кем он целыми днями и ходил. Куда Коля пропал? Значит, он знал обо всём происходящем? А почему не остался? Странно всё. Тут я вспомнила про мой с Машей разговор. Вот сейчас-то я и узнаю, что ещё произошло тогда.  — Андрей!  — …  — Андрей!  — …  — Появляйся давай! Поговорить нужно, — мне не хочется снова мешать соседям, но он опять долго не отвечает. Прошло уже как минимум минут пять, а я всё кричу, словно умалишённая. Я встала с кровати и взяла зажигалку. Не хочешь появляться — заставлю!  — Я сейчас сожгу эту книгу! И ты будешь возиться со мной до конца своих дней!  — Эй! Стой! — передо мной появился Андрей.  — Боже! Я как будто какого-нибудь строптивого духа вызываю! Где ты был?  — Успокойся.  — Да я спокойна как птица в небесах! Почему так долго? Ты же знаешь, что я не настолько дура, чтобы звать тебя по пустякам!  — Нельзя нам часто встречаться.  — Почему это? — бред какой-то.  — Потому что я не такой уж и сильный, чтобы часто к тебе являться.  — Хорошо. Возьму на заметку. А теперь ответь мне на несколько вопросов. Если я сожгла волосы мага не до конца, сила к нему возвратится? — я приготовилась слушать.  — Ты сожгла не все Анины волосы?  — Да.  — Ты с ума сошла? Зачем спасать того, кто тебя убить хочет?  — Ты не ответил на вопрос, — я всё поняла. Маша была права, что мы неправильно поступили, когда потушили огонь.  — Хорошо. Извини, что не рассказал сразу. Дар даётся человеку вместе с его жизнью. Если мы хотим отобрать дар, то нужно избавиться и от жизни, — я уже рассказывал тебе все возможные варианты того, как избавить человека от дара. Но они все ведут к смерти.  — Ты хотел обманом заставить меня убить человека, зная, что специально это делать я не буду?! — вот что он скрывал от меня! — Я бы до конца своих дней считала бы себя убийцей! Ты это понимаешь?!  — А ты до конца своих дней будешь спасать и себя и её! Вот это ты понимаешь?!  — Да! Потому что спасать лучше, чем убивать! Убивать я никого не буду! — сказала, как отрезала.  — Я бы рад сделать всё сам. Но мы не имеем права вмешиваться!  — Ты уже вмешался, — я нахмурила брови и села на диван. — Как ещё можно лишить силы человека?  — Никак. Другого пути нет.  — Ты уверен? Должен быть другой путь! Должен!  — Ты должна убить её! Если у тебя получится, то будешь жить нормальной жизнью. Не будешь постоянно бороться с ней! Что может быть лучше?!  — Тебе известны такие люди, которые называются полицейскими? А слово полиция тебе ни о чём не говорит?  — Там у нас есть друзья. Мы всё уладим!  — И это говорит мне человек, который мир спасает от зла?! Это шутка? Или у меня глюки?  — Успокойся.  — Я спокойна, как птица в небесах! Сколько повторять?!  — Ещё вопросы есть? — я почувствовала, что голос резко стал серьёзнее.  — Нет! Смойся, пожалуйста из моей головы. Ничего не хочу слышать.  — До встречи, — он небрежно махнул мне рукой и испарился.       Ужас. Мне предлагают убить человека! Докатились! Да ни за что на свете! Нашёл, что предложить! Тоже мне, знаток.       Я не забыла спросить у него про Колю. Просто не захотела. И к этой книге даже притрагиваться не буду. Там есть полезные вещи, но что-то мне говорит не трогать её. И не буду до появления Коли.