Сгорающий дотла.

Тао откидывает голову назад, ударяясь об изголовье кровати, когда Сехун заглатывает глубже, смотря прямо в душу. Его блондинистые волосы спутаны из-за пальцев Тао, которые все сильнее и сильнее оттягивают чувствительные пряди гладких волос. Се ведет языком и играется с головкой, пошло посасывая, обильно смазывая член. Он приподнимается на локтях и смотрит на Тао так, будто собрался его съесть. Однако Тао знает, что его не съедят, а просто в очередной раз подожгут, оставляя медленно тлеть. Сехун покрывает поцелуями смуглую кожу и ведет языком по «шоколадной плитке» парня. Тао напрягает мышцы живота, заставляя кубики пресса выступать сильнее. Он сильно сжимает простынь в руках, когда тонкую кожу на шее прикусывают острыми зубами. Хун оттягивает кожицу, оставляя собственнические метки, затем еще и еще, пока шея не сольется с цветом волос, ярко красным оттенком. Се приподнимается и седлает бедра Тао, тот тянется к нему за поцелуем и получает желанное. Сехун всегда целует пошло, мокро и горячо, кусая нижнюю губу и засасывая язык. Цзы ведет руками по молочной коже, пересчитывая выпирающие позвонки на шее, Сехун выгибается под его пальцами и извивается. Член медленно проникает внутрь, и Сехун удовлетворенно выдыхает, насаживаясь глубже. Тао сжимает его упругие ягодицы и задает ритм, выбивая воздух при каждом толчке. Член постоянно проезжается по простате, отчего Хун выгибается, ему на минуту кажется, что душа готова вырваться из груди и зарыться в тело напротив, ведь никто, даже он сам, не знает, что Тао для Хуна воздух, которого всегда не хватает. Се жмется ближе, полностью ложась поверх горячей кожи, и чувствует, как по вспотевшей спине пробегаются вниз капли пота. Руки сильнее сжимают чужие предплечья. Капризно изогнутые губы целуют шею и подрагивающий кадык, а под ними расцветают следы алой розы. Они лежат на кровати и лениво касаются друг друга. Тао нравится смотреть на красные следы, которые моментально расцветают на коже Сехуна, но больше всего он любит вдыхать запах сигарет, которые курит его личный космос. Сехуну же нравится прощупывать чужие метки на коже и с гордостью смотреть на свои. У Тао кожа золотистая, отдает теплом, и кажется, что оставить следы невозможно, но Сехун старается, ведь именно так он внушает себе, что с Тао их связывает просто секс. Он выкуривает очередную сигарету прямо в постели, а Тао нависает сверху и смотрит с хитрым прищуром. Се затягивается и резко притягивает парня к себе за шею. Он выдыхает в чужие губы сизый дым и смотрит затуманенным взглядом. Тао приоткрывает губы, чтобы успеть урвать себе кусочек чужого дыма, какая-то малая частичка оседает глубоко в легких, а горьковатые губы в самой душе. Утренний секс перерастает во что-то большее, и ребята совсем забывают о парах. Тао помнит лишь горькие губы, а Сехун - горячие касания. Они встретились в университете, когда один случайно ударил другого мячом на физкультуре. Тогда Тао долго чертыхался, а Сехун тихо смеялся, постоянно повторяя слова прощения. В его глазах горели озорные огоньки, а язык постоянно пробегался по губам. О Сехун давно заметил Цзытао, который, в свою очередь, совсем не замечал его. И этот несчастный случай был Се только на руку. Хун всегда, когда замечал свои цели, долго изучал их и наблюдал. Тао же показался ему простым парнем, к которому он потерял бы интерес через неделю. Потерял бы… Но видимо что-то пошло не так… После «несчастного» случая Тао подсел к нему на занятиях. Сехун долго смотрел на счастливое лицо и смущенную улыбку. Продумывал про себя план соблазнения и вообще воображал нагое тело друга. Когда же это было впервые… Сехун даже не вспомнит, но вот Тао помнит каждую мелочь. Помнит, как осторожно склонил голову на чужое худое плечо и прикрыл глаза, вдыхая приятный запах тела. Как осторожно, совершенно случайно, коснулся холодной руки, и как длинные пальцы крепко переплелись с его горячими пальцами. Помнит, как долго смотрел в темные глаза, пытаясь найти в них тот же огонь. Тогда он думал, что нашел огонь, однако это оказалось только искоркой, которая подожгла все внутренности Тао. Сехун, быстро захлопнув дверь, втянул Тао к себе в квартиру. Его шальные пальцы пробежались по пуговицам рубашки, оголяя смуглую кожу. Тогда он думал, что окажется сверху и будет обладать этим телом. Но… Сехун выгибается дугой и просит еще, когда пальцы точно попадают по простате. Он судорожно втягивает воздух и прикрывает глаза. Кожа горит от прикосновений Тао и хочется еще и еще. Сехун хочет его, а Тао хочет всего Сехуна, с душой и телом; однако он видит только тело, но не душу. Она спрятана глубоко внутри бледной кожи, которую Цзы окрашивает в ярко-алый цвет, спрятана внутри ребер, которые так и хочется переломать и увидеть то, что скрывается где-то глубоко. Но… Сехуну ведь будет больно? Затем Тао опять садится возле Се на парах и смотрит преданно. Сехун отворачивается и долго молчит, слушает преподавателя, а после елозит на твердой поверхности и выдыхает, осторожно и медленно перемещая ладонь с парты вниз, к коленке Тао. Тот вздрагивает от неожиданного прикосновения и смотрит испытующе, будто говоря «кто-то не хотел даже разговаривать», а после улыбается, как объевшийся сметаны кот, и тихо мурлычет, придвигаясь ближе. Сехун пьянеет от их близости, дуреет от тепла, исходящего от тела Тао, и полностью отдается эмоциям, которые на мгновение захватывают его с головой. А ведь это не входило в его планы. Может быть, стоило пересесть после того, как он получил желанное? Но… Лопатки больно трутся об твердую поверхность парты. Аудитория пуста, как и этаж, однако, если прислушаться, иногда можно услышать цоканье каблуков в коридоре. Сехун сильнее кусает оголенное плечо Тао, когда при очередном толчке член оказывается глубже, но в коридоре снова слышатся чьи-то шаги. Он пытается не шуметь, но плохо получается, ведь до одури приятно заниматься сексом в неположенном месте. Кровь бурлит в венах и смешивается с адреналином, пробегаясь по всему телу прямиком в сердце. Так, что даже мурашки бегут по коже, а жар чужого тела притягивает, смуглая кожа манит. Сехун сильнее разводит ноги и полностью ложится на парту, холодная поверхность немного отрезвляет и создает контраст, отчего О стонет в голос. Тао рычит, шлепает его по упругой попе и толкается реже, отчего Сехун поджимает пальцы на ногах и бурно кончает. Перед глазами все плывет, он чувствует обжигающую жидкость внутри и мелко подрагивает. Тао ложится сверху и целует ключицу. Ему нравится такой открытый и расслабленный Сехун. Внезапно в его голове всплывает вопрос: «Являюсь ли я для него чем-то вроде наркотика? И если я уйду, будет ли у него ломка?» Тао качает головой и хмыкает, Хун зарывается в его волосы пальцами. — О чем думаешь? — хрипло спрашивает он и приподнимается. «Нет, для Сехуна я что-то вроде энергетика. Не влечу и не приношу никакого вреда. У него не будет ломки, она скорее наступит у меня». — О том, что, кажется, кто-то приближается к аудитории, — смеется Тао, пытаясь скрыть внутреннюю боль и подрагивающие пальцы. Пара резко встает с места и со смехом начинает одеваться. Сехун нагибается за футболкой, но в итоге она оказывается не его, а Тао. Надо же им было одеть одинакового цвета футболки именно сегодня. Он слышит, как приближаются шаги, и надевает чужую одежду, оставляя Тао в одних брюках. Тот дергается, когда дверь открывается и в аудиторию входит преподаватель по философии. Она смотрит строго, но все-таки пробегается по торсу молодого тела. — Что вы тут устроили? — преподавательница замечает, что оба парня потрепанные и вспотевшие. Её правая бровь недовольно приподнимается, а губы сжимаются в прямую полосу. — Отжимаемся, нормативы сдавать скоро, — говорит первое, что приходит на ум, Се и передает футболку Тао. Цзы ехидно улыбается и трет руки, будто действительно качался. Преподавательница хочет сказать еще что-то, но Сехун выталкивает Тао из аудитории и вежливо прощается. Он не хочет, чтобы она так откровенно разглядывала тело Тао, его Тао. Это впервые, когда Сехуну не хочется делиться своим партнером ни с кем. Раньше он сам добровольно устраивал групповухи, где жестко имел старшекурсников Луханя и Бекхена. Но теперь Тао для него что-то большее… наверно, или же у него комплекс жадности выработался? Хотя разве такое бывает? Вскоре Тао вовсе переезжает к Сехуну в квартиру. Он привозит с собой теплый разноцветный плед, под которым так приятно греться вместе, сплетая ледяные ноги и крепко прижимаясь друг к другу. Сехун просыпается всегда раньше Тао и смотрит на красную макушку парня. Он понимает, что эти отношения перешли грань и стали тяжелым бременем. О всегда боялся отношений, поэтому и не имел их. Он предпочитал иметь лишь чужие тела. Иметь, а в итоге имеют его: и тело, и душу. Тао сгорает изнутри, когда видит, как О Сехун целует незнакомую девушку, прижимая её к себе. Внутри что-то ломается и срывается вниз, громко разбиваясь. Он смотрит на них и не может пошевелиться. Что же делать? Подойти и устроить разборку или же молча уйти? Самое противное чувство — безысходность. Сехун отрывается от девушки и смотрит ледяным взглядом на Тао, будто сейчас именно Цзы изменял ему, а не он. Сехун ждал истерик, ждал драк и всплеска эмоций, но вместо этого получил пустынную тишину. Ничего… Тао просто ушел, даже не забрав свой разноцветный плед, в который Сехун кутается по вечерам, вдыхая запах обладателя. «Что же ты желаешь? Почему чувствуешь боль? Разве не этого ты добивался?» Сехуна раздирает изнутри, он царапает свою бледную кожу, пытаясь добраться до сердца. Он думал, что Тао не смог коснуться его, но, видимо, ошибался. Ошибался до такой степени, что не рассчитал того, что Тао размножался внутри с геометрической прогрессией, ломая все стены и преграды и оседая глубоко в венах. Сехун криво улыбается, когда к нему около бара подкатывает высокий незнакомец. Вроде красивый, вроде успешный, но… не такой теплый и яркий. Куда направляются разбитые сердца? Наверное, туда, куда ушел Тао. Туда, где нет таких шумных мест, пьяных тел и странных незнакомцев. Сехун прикрывает глаза и видит четкий силуэт Тао. Он ласково улыбается, протягивая руку. Сехун думает о том, что, если бы ему можно было заменить жизнь на другую, он бы не пошел за ним. Не пошел бы за ним… не пошел бы… Не поменял бы жизнь… Ведь в этой есть он… Сехун сильнее тянет вниз рукава потрепанного теплого свитера. Он помнит теплые прикосновения смуглых рук под ними, когда оба влезали под один свитер и тихо смеялись, постоянно разрывая смазанные поцелуи. Помнит яркий и счастливый блеск в чужих глазах. Тао кутается в ярко красный шарф и смотрит на пасмурное небо. Вроде как должна наступить зима, а погода не перестает удивлять. Едва уловимые снежинки быстро заменяются твердыми каплями дождя. Он проводит по запотевшему стеклу длинными пальцами и выводит первую букву чужого имени. Ему тесно в одинокой квартире, ему тесно в своем теле. Почему же время не лечит, а продолжает калечить? Тао сильнее зажмуривается и прикусывает губу. Три чертовых года, три года. А в голове все тот же снежный образ, все те же пухлые губы, все те же янтарные глаза и осторожные прикосновения. Сколько бы Тао ни старался, ничего не слышал о Сехуне. Он забросил учебу, найдя себя в совсем другом направлении, и теперь живет другой жизнью. Только плакучий город соединяет их и постоянно напоминает о прошлом. Хотя Тао уверен, что Сехун даже не помнит его лица, ведь таких, как Тао, не запоминают. Но… Как же он ошибался… Сехун стоит около скамейки в парке и смотрит на пасмурное небо, первая крупная капля попадает на щеку и стекает, как слеза, вниз за воротник. Парень мелко вздрагивает, и уголки его губ ползут вверх. Сегодня Се нашел Тао, увидел его мельком, когда тот выводил букву «С» на стекле. Внутри что-то теплое разлилось, разрушая построенную годами стену. Он стоит на месте, раздумывая о следующих действиях. Внутри что-то отчаянно кричит не уходить и подождать. Тао идет в направлении парка, когда дождь резко начинает лить крупными каплями. Он шагает быстрее, но замечает впереди чей-то силуэт. Стоит только подойти ближе, как сердце начинает набирать темп, руки мелко подрагивают, а в горле все пересыхает. Внутри что-то сжимается, а взгляд шарит по сторонам, пытаясь найти спасительный круг. Однако Сехун резко хватает Тао за руку и крепко обнимает, всем телом чувствуя чужое тепло. Боже, этот запах… Эта смуглая кожа.. Эти раскосые глаза с кошачьим прищуром и капризные губы… Как же он скучал. — Тао, — тихо шепчет он, чтобы даже холодные капли дождя не могли услышать их разговор. — Ты настоящая скотина. — Вообще-то это не я лез в чужой рот! — Тао отталкивает парня, но его крепко прижимают к себе и осторожно целуют, будто прося прощение. — Знаю, знаю… Я был так глуп. Боялся самого себя, но и ты виноват. Почему ты не накричал на меня, а просто ушел? Если бы ты отчаянно цеплялся за меня, то я бы никогда не отпустил. — Я… не нужен тебе. — Дурак. Стена из дождя скрывает чужие тела от единого мира двоих. Так куда же улетают разбитые души? Они сгорают, заставляя тлеть изнутри? Ответа на этот вопрос не знает ни Сехун, ни Тао. Прозрачный зонт защищает от бурь и неожиданных дождей, а красивый вид с горящими огнями моста завораживает. Теплая ладонь медленно поглаживает гладкую кожу. Красные кончики волос промокли, а блондинистые пропитались запахом никотина. И вроде ничего не изменилось, будто и не было тех трех лет, но внутри каждого теперь взрослый и понимающий человек с огромной дырой в груди. Глаза, смотрящие с такой трепетной заботой, изучают изменившиеся черты лица. Так много несказанных слов, которые так и останутся где-то глубоко, ведь зачем им рыться в пепле?