Повелители стихий

      Какое-то странное ощущение преследовало Тоширо с самого утра: то ли сожаление, то ли скука, то ли беспокойство. И к концу третьего урока, которым была физкультура, он понял, что это не его чувства, а одной вредной особы, которая весь день его избегает, пытаясь не встречаться с ним даже взглядом. Это раздражало. Он, конечно, тоже был смущен вчерашним происшествием, но они же взрослые люди и должны понимать, что против магии древних иногда не устоять.       Но, кажется, так думал только он – потому что, как только он приближался к Куросаки ближе чем на пять метров, даже случайно, направляясь за отскочившим мячом, она гневно сверкала глазами и пряталась за спину сестры, а то и того лучше – за спину раздражающего Кагами. Получив очередную дозу уничтожающих взглядов, блондин и сам не на шутку разозлился и, приняв решение не вступать с девушкой в какие-либо контакты пока она не остынет, покинул спортивный зал вместе со своей привычной свитой. Благо совместным уроком у них была только физкультура.       Оказавшись в классе, предварительно переодевшись в школьную форму вместо спортивной, Хитцугая находясь в прескверном расположении духа, громко плюхнулся за свою парту и принялся буравить доску взглядом, ожидая учителя истории, надеясь, что хотя бы этот урок сможет отвлечь его от мыслей о сумасбродной брюнетке. Но, просидев так пару минут и почувствовав прожигающий его затылок взгляд Юкио, он резко выдохнул и возмущенно спросил: - Ну что еще? - Это ты мне скажи что? – нараспев произнес златовласый, расплываясь в лисьей ухмылке. – Ты ничего не хочешь мне рассказать? - Например? – напрягся обладатель бирюзовых глаз. - Например, - продолжал улыбаться зеленоглазый, - о том, что происходит между тобой и Куросаки? Вы сегодня ведёте себя еще более странно, чем обычно. Что-то случилось? - Нет, - скрепя зубами, прошипел Хитцугая, про себя проклиная проницательность лучшего друга, - все как обычно. - Да, неужели? – изогнул золотую бровь молодой человек. – Что-то я не замечал, чтобы обычно она тебя так рьяно избегала. - Я же сказал, - бросил предупреждающий взгляд сын Повелителя стихий, - всё у меня нормально. А что твориться с девушкой-спичкой я без понятия. Получив столь резкий ответ, Юкио убедился в том, что тут явно что-то не так, но решив, что узнает об этом позже, оставил друга в покое.

***

      В это же время, Карин и Соске заканчивали убирать инвентарь в спортзале. Все уже разошлись, и они остались только вдвоем. - Карин, - окрикнул девушку Кагами, собирая последние скакалки. – Нам нужно поговорить. Я же обещал тебе кое-что рассказать. - Я помню, - хмуро пробурчала брюнетка, выныривая из подсобки, куда только что отнесла последние мячи. – Какой у нас следующий урок? - Математика, - скривился Кагами. - Прогуляем, - с надеждой спросила девушка? - Я уже думал - самому придется предлагать, - с облегчением вздохнул брюнет. – Конечно, прогуляем! А то я рискую уснуть под монотонный голос Ямадзаки-сенсея. - Отлично, - приободрилась обладательница глаз цвета грозового неба. – Тогда давай по-быстрому в душ и на крышу! – бросила она и направилась в сторону женской раздевалки. – Встретимся возле женской раздевалки! - Хорошо, - крикнул черноглазый удаляющейся девичьей спине и двинулся в сторону мужской раздевалки.       Быстро преодолев расстояние до своей цели, Карин вихрем ворвалась в женскую раздевалку, которая оказалась уже пустой. Она быстро разделась и подставила свое тело под теплые струи воды, наконец, освобождая свою голову от навязчивых и смущающих мыслей, которые весь день не давали покоя. Смыв с себя пот и пыль, девушка уже собиралась выбираться из душа, когда заметила на одной из стен кабинки надпись, сформированную струями воды.              «Оставь его в покое. Не то пожалеешь. Он – мой!»       Усмехнувшись такому грозному посланию от одной неизвестной другой, Куросаки принялась активно закручивать кран, чтобы перекрыть воду и выйти из душа. Но кран уже плотно закручен, а вода продолжает течь. Подумав, что кто-то сильно заморочился чтобы наложить заклинание на душевую, она решила – пусть течет себе - и попыталась выйти из кабинки. Но девушку ожидал еще один неприятный сюрприз: двери кабинки не открывались, сколько бы усилий она не прикладывала. Кроме того вода прибывала, почему-то не спускаясь в слив, а поднимаясь уже к средней трети ее голеней. Девушка начинала выходить из себя. Шутка затянулась. Это раздражало. Резко повернувшись к злополучному посланию, она направила на него поток пламени, намереваясь испарить водяные слова. Но пламя, издав еле слышное шипение погасло, оставив слова не тронутыми. Брюнетка разозлилась не на шутку и, покрыв все тело пламенем, попыталась испарить эту чёртову воду! Но потерпела очередное фиаско. Вода все продолжала пребывать, уже достигнув уровня ее колен. А слова на стене, плавно слились в новое предложение: «Тоширо – мой, оставь его!»       - Ах вот где собака зарыта! – зло шипела Куросаки, не прекращая пытаться испарить прибывающую воду и все больше выходя из себя, ощущая, как гнев охватывает каждую клеточку ее тела. – Так это из-за этого надутого индюка какая-то ненормальная мне угрожает! – теряла контроль девушка, с каждым разом вкладывая все больше магии в пламя. Стихия разделяла негодование хозяйки: она взбунтовалась внутри, опаляя своим жаром тело брюнетки, стремясь покинуть свою живую тюрьму и расквитаться с такими ненавистными струями, что с каждой секундой били все сильнее, повышая уровень воды в кабинке, который уже и так достиг ключиц молодой девушки. Почувствовав, как вода достигла подбородка, Карин охватила паника: « О, Боже! Неужели я так умру?!». Но дав себе ментальный подзатыльник, сероглазая сменила страх на гнев и дала волю огню, что рвался из нее на волю, с одной только целью - разрушать.       

***

      Тем временем Соске уже пять минут стоял возле женской раздевалки и нервничал: урок уже начался, а Карин все нет и нет.       Уже прошло десять минут урока, а Тоширо все никак не может сфокусировать своё внимание на учителе – его постоянно отвлекали эмоции непонятно где и чем занимающейся Куросаки. На какое-то время она, кажется, было успокоилась, затем его накрыла волна раздражения, возрастающая с каждой секундой. Раздражение сменилось нарастающим гневом, и он стал беспокоиться. Внезапно гнев сменился паникой и парень забыв обо всем на свете вскочил со своего места, по пути к двери, вскрикивая: - Юкио, какой у Куросаки сейчас урок? - Математика, вроде, - крикнул зеленоглазый, вскакивая вслед за другом.       Добравшись бегом до кабинета, в котором у Карин проходили занятия по математике, Тоширо рывком открыл дверь, вихрем залетая в классную комнату. Но обнаружив отсутствие брюнетки, он силой подавил уже собственный страх, и, игнорируя возмущения учителя, задал единственный интересовавший его вопрос: - Где Куросаки? - Она должно быть еще в раздевалке, - обескуражено лепетала Юзу, уже почувствовав волнение Хитцугаи. – Они с Соске сегодня дежурили на физкультуре, - добавила она, но нарушителей спокойствия уже и след простыл.       На огромной скорости преодолев расстояние, отделяющее основной корпус школы от спортивного, проклиная про себя все на свете и мысленно угрожая виновнице своего неадекватного поведения расправой, обладатель белоснежных волос чуть было не врезался в нервно оглядывающегося по сторонам Кагами, который караулил возле входа в женскую раздевалку. - Кагами, где Куросаки? – тяжело дыша от быстрого бега, спросил Хитцугая, пронизывая брюнета ледяным взглядом. - Тоширо?- удивился Соске, попутно оценив состояние молодого человека: весь красный и запыхавшийся, покрытый капельками пота, со взъерошенными волосами и глазами, полными какого-то ни то ужаса ни то гнева, он наводил на мысли о том, что случилось, что-то серьёзное. – Она там, - указал он на раздевалку. И в этот момент здание содрогнулось от взрыва.       Поднявшись на ноги, сбитые взрывной волной, Тоширо, Соске и Юкио бросились внутрь того, что осталось от женской раздевалки. Попав внутрь полуразрушенного помещения Тоширо ощутил, как гнев накрывает его новой волной. Он отчаянно искал девушку, когда услышал взволнованный крик Кагами: - Карин! – бросившись на голос, Хитцугая обнаружил склонившегося над обнаженной, почти бессознательной Куросаки, брюнета, который собирался ее поднять.       Ревность и гнев застелили глаза сыну Повелителя стихий. В одно мгновенье, оказавшись рядом с девушкой, беловолосый оттолкнул руки огненного мага и поднял ее на руки, крепко прижимая к себе, защищая от чужих глаз и, обретая, наконец, относительный покой. Брюнетка облегченно выдохнула, почувствовав тепло и магию Хитцугаи через связь, и уткнувшись лбом в его плечо, заплетающимся языком прошептала: - Прибью сучку, - после чего потеряла сознание, оставив смущенных и растерянных парней дальше недоумевать. Постояв минуту в полном оцепенении, Тоширо пришел к выводу, что нужно отнести ее в медпункт, а только потом уже разбираться, кого она собралась прибить. Он уже двинулся было в сторону выхода, когда был остановлен покрасневшим Соске, который изо всех сил старался не смотреть на обнаженную Куросаки. - Кхм, Тоширо, ее как бы не помешало бы одеть, - смущенно бормотал черноглазый, одновременно снимая свою школьную рубашку и протягивая ее настолько же смущенному блондину. Хитцугая резким движением выхватил рубашку из рук Кагами и, отвернувшись, зажмурившись кое-как надел ее на свою ношу. После чего вся компания в очень смешанных чувствах отправилась в сторону медпункта, привлекая к себе всеобщее внимание учеников и учителей, сбежавшихся на звуки взрыва.