Fallin

Особняк Ла Лори, который находился по адресу 1140 Роял-Стрит, Новый Орлеан, был особенным и в какой-то степени печально известным домом. Эту славу он заслужил себе из-за его прошлой хозяйки. Когда-то здесь жила молодая и обеспеченная леди Дельфина Ла Лори, ее родители погибли во время восстания рабов на Гаити. Она трижды была замужем, и выбор спутников жизни многое говорит о ней. Первый муж — богатый испанский дон Рамон де Лопез и Ангуло, второй — работорговец Жан Бланк, третий — доктор Леонард Луи Ла Лори. Кстати, как умерли ее первые мужья, остается загадкой. В прекрасном поместье Ла Лори часто проводили приемы и балы, и при гостях хозяйка вела себя со слугами-невольниками благосклонно, но на деле... Первый случай, который насторожил соседей, случился в 1833 году, когда они увидели, как Дельфина с кнутом гонится по двору за малолетней чернокожей служанкой, которая от страха забралась на балкон и прыгнула с него, разбившись почти до смерти. Но самая страшная правда открылась 11 апреля 1844 года, когда дом загорелся. Как выяснилось потом, пожар устроили рабы на кухне, видимо, желая привлечь внимание к ужасам, что творятся в доме, но они не смогли спастись от огня, так как были прикованы цепями. Из горящего дома выносили мебель и ценности, но никто не видел рабов. Хозяйка уверяла, что они в безопасности, но жители забеспокоились, просили дать им ключ от чердачного помещения, но получили отказ, и им пришлось взломать дверь. То, что они там увидели, потрясло всех. На чердаке было устроено что-то среднее между пыточной и хирургией. Всюду стояли тазы и ведра с кровью и внутренностями, рабы сидели в клетках, были прикованы, а некоторые просто прибиты к полу. У некоторых были зашиты рты, отрезаны гениталии в попытке провести операцию по смене пола, вскрыты черепа, и в мозг вставлены штыри и палки, снята кожа. Были там люди с ампутированными и не зашитыми конечностями, и несколько человек со сломанными руками и ногами таким образом, чтобы они были похожи на крабов. Дельфине Ла Лори удалось избежать суда, по некоторым данным она покинула Новый Орлеан, однако ее особняк никуда не исчез. И вот сейчас поместье, служившее местом собрания сверхъестественных фракций Нового Орлеана, содрогалось от криков и ругани. — Это выходит за всякие рамки! — на повышенном тоне говорила Талия, регент ведьм Нового Орлеана. — Мы не потерпим этого! — Все прекрасно знают, что именно Кара была инициатором всего произошедшего, — встрепенулся Марсель, — если у тебя есть какие-то претензии, Талия, то предъяви их Виктору. Именно его люди устраивают все эти провокации! — Ну-ну, Марсель! — Виктор, в отличие от всех остальных, говорил непринужденно и спокойно. Он окинул взглядом Клауса и Элайджу, удовлетворенно заметив, что гибрид изо всех сил сдерживался, чтобы не наброситься на него, также как и его протеже. — Мы знаем, что эти обвинения беспочвенны. Мои люди, как всегда, стали жертвами ваших животных наклонностей. — Посмотреть, так вы невинные, как ангелочки, — засмеялся Клаус. — Именно, — хладнокровно ответил лидер Девятого Круга. — Вы ведь не будете отрицать, Клаус, что некоторые из ваших новичков не умеют сдерживаться, — подала свой голос Франческа. Она всегда занимала нейтральную позицию в спорах между ведьмами и вампирами, но в этот раз она приняла сторону своей фракции, чем заслужила обращенный в свою сторону яростный взгляд Марселя. — А точнее сказать, они не хотят этого делать. — Если всем известно, что они вспыльчивые, то незачем их провоцировать, — подала свой голос Хэйли. — Вы сами нарываетесь на неприятности, Франческа. Ты же не будешь с этим спорить? — Кто виноват, что фракция вашего будущего мужа не может научить своих новобранцев такой простой вещи, как самоконтроль. По твоим словам, мы все должны носить их на руках, потому что они, видите ли, вспыльчивые. Я не собираюсь этого делать. Если они не могут себя сдерживать и будут устраивать резню каждый раз, когда на них кто-то не так посмотрит, то, возможно, им не место в этом мире, — с издевкой предложил Виктор. Марсель дернулся: — А может, ты и твои люди специально устраиваете провокации, чтобы разжечь войну? Я со своими людьми разберусь сам, а ты разберись со своими, Виктор, — Марсель был натянут как тетива, а ведьмак лишь улыбнулся. — Это обвинение? — Это совет, Виктор. — Мои люди пока никого не убили, в отличие от твоих, Марсель. — Их взгляды встретились, и тут Марсель почувствовал на своем плече легкий хлопок от Элайджи. — Мы с этим разберемся, — проговорил он. — Уж разберитесь, Элайджа, — сказала Талия. — Иначе мы примем меры, и вам они не понравятся. — Ты ведь понимаешь, что мы будем вынуждены ответить на ваши действия, — спокойно сказал Элайджа. — Мы и так теряем своих людей. И если нам придется потерять еще несколько, чтобы поставить ваших новичков на место, то я готова, — ответила Талия, и Клаус увидел, как Виктор удовлетворенно улыбнулся одним уголком губ. Чертов сукин сын добился своего — она встала на его сторону. — Тогда пеняйте на себя, Талия, — вдруг сказал Клаус. — Я уже предупреждал тебя о последствиях необдуманных альянсов.

***

Несмотря на внешнее спокойствие на собрании, стоило им остаться наедине с Марселем, Клаус взорвался. — И что ты себе думаешь, Марсель? — набросился «отец» на «сына». — Твои малолетки совсем страх потеряли? — Ты что, не понимаешь, что их спровоцировали? — защищал своих подопечных Марсель. — Да плевать я хотел. Меня провоцируют по сто раз на день, но я держу себя в руках. Меня начинают раздражать выходки твоей бунтарской группки, — Клаус стоял около своей машины и свирепо посмотрел на Марселя. — Одну из них я уже упрятал в «Сад». Я вижу, это не подействовало. Возможно, мне стоит сделать то же самое и с остальными? — Ты не тронешь моих людей, — огрызнулся Марсель. — Тогда донеси до них мысль, что им пора проявить чуточку самоконтроля, — Клаус сел в машину. — Потому что, если они своими выходками еще хотя бы раз поставят нас в такую ситуацию, я сам избавлюсь от них. И я сделаю это раз и навсегда! С этими словами гибрид захлопнул дверь и уехал в неизвестном направлении, оставив разозленного Марселя наедине со своими мыслями. Клаусу было плевать на новичков, он это прекрасно знал. Если это будет необходимо, то гибрид со спокойной душой прикончит их всех и глазом не моргнув. Только бы лишь ему не доставляли хлопот. Поэтому с этим нужно было что-то сделать, пока не стало слишком поздно. Виктор нападал на них и делал это очень искусно. Он нашел слабое место, брешь в их сообществе в виде новичков, и умело пользовался этим, разлагая их изнутри. Но он не позволит этому случиться и будет бороться за своих людей до последнего.

***

Десять часов вечера было идеальным временем для вечерней пробежки. Вряд ли Кэролайн нужно было держать себя в форме или худеть. Она была обращена в вампира на пике своей физической формы и считала, что ей очень повезло. Она с ужасом думала, что бы было, если бы Кэтрин обратила ее в начале десятого класса, когда она слегка поправилась. Лишний вес преследовал бы ее вечность, и она бы ничего не могла с этим поделать. Ведь тело уже не изменится. Конечно, ее мысли были истинно женскими. Девочки всегда будут девочками и в любое время будут заботиться об обычных для них вещах. Бег был для нее способом отвлечься от проблем и полностью погрузиться в свой собственный мир мыслей и раздумий о вещах, которые ее заботили. Сейчас стадион Мерседес-Бенц Супердоум был в ее полном распоряжении. Немного внушения — и она могла бегать здесь в свое удовольствие, скрытая от посторонних глаз. Она бы с удовольствием бегала по Кварталу, но шпионы ее первородного парня-гибрида глаз с нее не спускали. Он говорил ей, что это для ее безопасности, и она это понимала, но все же ей хотелось побыть одной и подумать. Например, о сегодняшнем звонке Елены и новости о том, что у Стефана появилась девушка. Ее лучший друг уехал в Австралию и там нашел себе какую-то Валери, от которой, исходя из разговора, был без ума. Она была не против того, что Стефан нашел себе девушку. Естественно, она была рада за друга, но ее обижало то, что она узнала об этом от Елены, а не от него. Она всегда считала, что за все эти годы у них со Стефаном образовалась особая связь, которая была сродни связи между старшим братом и сестрой, и ей было неприятно, что лучший друг не поделился с ней этой новостью. Хотя, возможно, он попросту не успел и еще скажет ей об этом. Елена мимоходом обмолвилась о том, что они с Деймоном хотели бы поехать и повидать Бонни и Энзо, которые вот уже три месяца жили в Италии. Бонни рассказывала, что родина ее мужа была прекрасной страной. Вилла в Неаполе на берегу моря, что могло быть лучше? Подруга звала ее в гости, но Кэролайн не могла приехать, по крайней мере сейчас. Она не знала, как ее друзья будут вести себя с Клаусом; кроме того, свадьба Хэйли и Элайджи должна была состояться через три недели. Она не могла уехать из Нового Орлеана теперь, когда они были на финишной прямой. — И сколько кругов ты так пробежала? — из раздумий ее вырвал знакомый веселый голос. Она повернула голову и увидела на одной из трибун Марселя. Он сидел на одном из сидений и помахал ей рукой. Кэролайн остановилась и улыбнулась. Ей нравился Марсель и она с уверенностью могла сказать, что он был ее хорошим другом. Он снисходительно относился к ней, когда она была без эмоций, и она была ему благодарна за это. Временами он напоминал ей Стефана. Тем, с каким самозабвением он занимался своими новичками, и тем, как он подшучивал над ней, постоянно называя ее крошкой-вампиром, несмотря на то, что она жила с его создателем. — Как ты нашел меня? — хотя она уже знала ответ. О ее тайном месте для вечерних пробежек знал лишь Саймон, который в данный момент сидел в своей машине на стоянке около стадиона, и Ребекка. И конечно, Клаус знал, но, видимо, он позволял ей оставаться наедине на эти несколько часов без его людей. — Мне сказал Саймон, — объяснил вампир. — Я надеюсь, что я не прервал тебя? Кэролайн начала подниматься по ступенькам на двадцатый ряд, на котором сидел Марсель. — Нет, — она покачала головой. — Я просто бегала. — И смотрелась с этого места просто отлично, — поддразнил Марсель, — особенно твои маленькие шортики, детка. Кэролайн игриво шлепнула его по голове и уселась на соседнее сидение. — Хватит издеваться. Радуйся, что Клаус не слышит фразы про шортики, а то наш тайный роман быстро прекратится. — Или Ребекка, — поддержал шуточный флирт Марсель, — оставим наши отношения скрытыми. Он закинул руку ей на плечо в братском жесте, и минуту пара молча смотрела на огромную арену стадиона перед собой. — Я хотел бы тебя попросить кое о чем, если честно, — вдруг сказал Марсель, и Кэролайн повернула к нему голову. Его голос был серьезным, и она почувствовала тревогу. — Ты можешь отказать, если хочешь. — О чем попросить? — спросила блондинка. — Вампиры делятся на три типа, Кэр. Первые обращаются и не испытывают никаких проблем при переходе. Да, им сложно, но они быстро берут под контроль свою жажду. Их примерно пять процентов. Один из таких вампиров ты, — он указал на нее, и Кэролайн зарделась. — Второй тип — это те, кому сложно. Они могут годами бороться с жаждой крови и в конце концов обуздать ее, главное — их желание это сделать. Эти вампиры составляют большинство. А есть те, у которых жажда невыносима, она преследует их постоянно, и самое страшное в том, что они не хотят ее подчинять. Им нравится быть такими. Кэролайн внимательно его слушала и честно не могла понять смысла этого разговора. Марсель на мгновение улыбнулся. — Среди моих новичков, к сожалению, есть четверо именно из последней группы, — тихо сказал он. — Потрошителей? — Нет, — он покачал головой, — они не «Потрошители». У них скорее очень взрывные характеры и мощный бунтарский дух. — Я поняла. Так о чем ты хотел попросить меня? — Сегодня у нас было собрание фракций, и не знаю, говорил ли тебе Клаус, но на нем обсуждался вопрос, который очень неприятен для меня. В прошлый четверг мои ребята опять сорвались и сильно потрепали двух ведьм. — Дай угадаю, — начала Кэролайн. — Они по большому совпадению оказались из этого ковена экстремистов и шизиков? Марсель засмеялся ее проницательности. — Я знаю, что мои ребята не подарок, Кэролайн, и не снимаю с них вины, но я знаю Виктора, и поверь мне, его умение манипулировать и выкручивать ситуацию в свою пользу практически такое же, как и у Клауса. Я знаю, что он и его ведьмы специально провоцируют моих вампиров, а им много не нужно. Клаусу плевать на «новичков», и я знаю, что он, не моргнув глазом, перебьет их всех, если они будут создавать слишком много проблем. По правде говоря, он именно так и сказал мне сегодня после собрания. — Так ты хочешь, — неуверенно начала Кэролайн, — чтобы я уговорила его не делать этого? — Нет, — покачал головой Марсель, — я хотел попросить тебя, чтобы ты занялась ими. Кэролайн в шоке уставилась на него. Она несколько секунд смотрела на него, не моргая, но быстро взяла себя в руки. Слегка прочистив горло, она медленно заговорила: — Марсель, — начала она, — я правда не думаю, что я подхожу для этой роли. — Я думаю, что ты подходишь лучше всех, иначе я бы не попросил тебя, крошка. Кэролайн придвинулась к другу и попыталась объяснить, хотя, судя по всему, Марсель уже все решил и не собирался отступать. — Марсель, я вампир, который почти десять лет жил отключив чувства, — начала она, — ты правда думаешь, что я подходящая кандидатура для того, чтобы учить совсем зеленых и не оформившихся новичков контролировать свою жажду крови? Она занималась всем, что касалось свадьбы Хэйли и Элайджи, вряд ли она смогла бы должным образом уделить время «новичкам», однако Марсель считал иначе. Кэролайн почувствовала, как он берет ее за руку. — Я думаю, ты идеально подходишь, Кэр, иначе я бы тебя не попросил. — Почему я? — Кэролайн искренне не могла понять причину. — У нас есть множество вампиров, которые в сто раз лучше подходят на роль воспитательницы. Марсель коротко усмехнулся. — Ребекка слишком долго участвовала во всех этих интригах и попросту не захочет, как бы я этого ни просил, — начал Марсель. — Элайджа сейчас занят делами волков, я, — он на секунду запнулся, — я, видимо, не слишком справляюсь, раз мои люди убивают ведьм направо и налево. Джиа и Джош… — казалось, он на секунду задумался. — Они обратились практически в одно время с ними, и мои ребята скорее воспринимают их как одних из них, чем лидеров, а Клаус, — он красноречиво посмотрел на блондинку, — он… — Можешь не говорить, — перебила Кэролайн и закатила глаза. — Вот именно, — согласился Марсель, — ты и сама все понимаешь. Он просто перебьет их и не станет мучиться. Из всех, кому я доверяю, остаешься только ты. — Я не могу, Марсель. — Ты обладаешь невиданным талантом, заставлять людей вести себя так, как тебе того хочется, — он чмокнул ее в щеку, — и Клаус отличный пример. Кэролайн фыркнула. — Они ни в чем не виноваты, Кэр, — уже серьезнее добавил Марсель. — Я чувствую за них ответственность. Я отобрал их. Каждого из них, и проблемных, и нет. И я один несу за них ответственность. И я никогда не прощу себе, если с ними что-то случится. У каждого из них своя собственная история и каждый из них имеет особую ценность. Ты поймешь, если согласишься и решишь познакомиться с ними. Кэролайн ничего не говорила, только внимательно слушала. — Я уверен, что ты представляешь из себя гораздо больше, чем просто красивую девушку, которая только и делает, что наслаждается прелестями вечности. Я знаю, что ты не только это. Ты глубоко чувствуешь и сможешь сделать то, что я, к моему большому сожалению, не смог. В любом случае мы собираемся завтра на Старой Реке и я буду ждать твоего решения. С этими словами Марсель поцеловал ее в щеку и поднялся со своего места. Вампир оставил Кэролайн наедине со своими мыслями. Кажется, ей стоит пробежаться еще несколько кругов по стадиону.

***

— Нет, нет и еще раз нет, — Клаус метался по комнате из стороны в сторону. — Я убью Марселя за то, что он впутал тебя во все это. Ты не будешь этого делать, — безапелляционно заявил он. Кэролайн сидела на счетчике в ванной и смотрела, как он ходит по гардеробной. Буквально тридцать секунд назад она сказала ему о своем решении помочь Марселю с воспитанием новеньких, хотя, признаться, она не ожидала такой бурной реакции. Клаус взбесился и слышать ничего не хотел. — Не понимаю, почему ты так завелся? — осторожно спросила она, чтобы не распалять его сильнее. — Я просто помогу ему и все? Мне казалось, это в интересах всех, и твоих в том числе. — Я знаю Марселя, Кэролайн, — продолжал взрываться Клаус, — он еще тот прохвост. Я сказал, что убью их, если они не возьмут себя в руки, и он решил надавить на меня через тебя. Кэролайн закатила глаза и, спрыгнув с умывальника, прошла в гардеробную. — Он не сказал про тебя ни единого слова, — она достала из комода свою ночную рубашку. — Но это не значит, что он не думал об этом все это время. Он решил, что если ими начнешь заниматься ты, то я их точно не поубиваю, чтобы не сделать тебе больно, — он стоял прямо за ее спиной. Кэролайн медленно развернулась и посмотрела на него с коварной улыбкой. Защитный Клаус был одним из ее самых любимых. Он редко когда показывал свою мягкую сторону, и каждый раз, когда это происходило, по ее телу растекалось чувство довольства, ведь она знала, что это было предназначено лишь для нее одной. — А это действительно так? — она знала, что он не мог сопротивляться этому ее взгляду, и доказательством было то, что он отступил на несколько шагов назад и указал на нее пальцем. — Не начинай, — уклончиво сказал он и начал выходить из гардеробной. — Что не начинать?— Кэролайн пошла за ним с улыбкой. — Ты знаешь что! Смотреть на меня этим своим взглядом, — Клаус вышел на балкон и оперся двумя руками о перила. — Так ты не убьешь их, если я привяжусь к ним, да? — Я убью их, если они будут представлять из себя угрозу как прямо, так и косвенно. — Мне в любом случае нужно чем-то заниматься, Клаус, — Кэролайн остановилась в проходе двери, которая вела на балкон. — Я не могу только и делать, что ходить по магазинам, пробовать торты и раздумывать, какую цветочную композицию мне поставить на обеденный стол. Ты знаешь, я не могу оставаться в стороне, — она медленно двинулась к нему и встала за его спиной. — И я знаю, что смогу с этим справиться. Разве будет лишним, если я помогу им и мы сможем избавиться от этой слабости? И этот козел Виктор не сможет подобраться к нам с этой стороны. — Я хочу, чтобы ты была как можно дальше от всего этого, — вдруг тихо сказал он, продолжая смотреть на ночной квартал. — Мне нельзя, а Кэми, значит, ты втягивать можешь? — вдруг резко сказала Кэролайн, и эта фраза заставила его повернуться и посмотреть на нее, чуть сузив глаза. — А это тут при чем? — Ни при чем, — ответ прозвучал слишком быстро, и он это заметил. — При чем здесь Кэми? — опять спросил Клаус. — Она ведь участвует во всех этих собраниях и все такое, — Кэролайн спрятала глаза в пол. — Почему мне нельзя? Вдруг она ощутила на своей руке его прикосновение. Клаус стоял прямо перед ней и, взяв в руки ее подбородок, заставил поднять голову и посмотреть на него. Кэролайн подняла глаза и не знала, куда себя деть. Она испытывала к Кэми маленькую, совсем неуловимую ревность. Каждый раз, когда они с Клаусом вместе уезжали на эти тайные собрания или когда они могли сидеть вместе и обсуждать дела квартала, она всегда чувствовала этот маленький укол: ведь она не участвовала в этом. — Неужели не понятно, что Кэми и ты для меня это абсолютно разные вещи? Я думал, что четко показываю тебе свои приоритеты, — он заправил ей прядь волос за ухо. — Просто у вас есть этот маленький мир, в котором я быть не могу, и мне это не нравится, — тихо сказала она, и он улыбнулся, покачав головой. — Я не хочу втягивать тебя во все это, разве не понятно? Кэролайн вздохнула и убрала его руки со своего лица, отступив на несколько шагов назад. — Я втянулась во все это, когда приехала и сказала, что хочу быть с тобой. Хочешь ты этого или нет, но я уже втянута в это и хочу это делать, поэтому самым простым выбором для тебя будет не мешать мне и смириться с тем, что я буду помогать Марселю. Она больше ничего не сказала и вернулась в комнату, оставив его наедине со своими мыслями.