Тихоня

Осторожно, чтобы не скрипели половицы, девочка медленно подошла к массивному письменному деревянному столу. Раньше отец никогда не разрешал ей не то чтобы заходить, даже приближаться к его кабинету, а из этого следовало, что здесь могло быть то, что она искала. В темноте светлые глаза казались совсем белыми, девочка бегло осмотрела все помещение и решила первым делом разворошить стол. Быстро просмотрев бумаги, ровными стопками лежавшие в самом углу стола, она в сотый раз поблагодарила судьбу за принадлежность клану Хьюга и за обладание столь полезным генкаем. Стараясь действовать как можно аккуратнее девочка сложила все обратно ровно в том порядке, в котором взяла, на случай если здесь ничего полезного не найдётся и придётся скрыть факт своего пребывания здесь. Однако, если она что-нибудь найдёт, придется забрать это с собой и ничего не нужно будет скрывать. На столе были лишь скучные бумаги и неинтересные отчеты, которые Хината решила прочесть на всякий случай, понимая, что знания лишними не бывают. Далее она прошерстила все свободно открывающиеся ящики внутри стола и в шкафу, что стоял возле двери в спальню. И снова ничего такого, что заслуживало бы внимания. Однако было ясно, что хранить опасные сведения будут в сохранности, за семью печатями, а значит, в открытых шкафах их быть не могло. Пришёл черёд трёх нижних ящиков стола, на которых черными чернилами был нарисован хорошо знакомый символ запечатывания и сохранения. На каждом из ящиков сверху висели внушительных видов замки. Этому не учили потомков побочной ветви, однако, даже принадлежа к главной, она была слишком мала, чтобы знать способ нейтрализации печатей клана Хьюга. В этот момент что-то щелкнуло в мозгу, и перед глазами всплыли корявые иероглифы какого-то желтого, довольно потрепанного свитка, прочитанного примерно месяц назад. Да, этот свиток не был запрещён, и к нему был дан свободный доступ в библиотеке, однако, обладая незаурядным умом и способностью систематизировать полученные знания, можно было понять основные принципы составления печатей. К каждому рисунку прилагались небольшие комментарии типа "контур нарушается при дорисовке в круг печати следующего знака" и список деактивации определенных черт с помощью сложения печатей или вливания в рисунок чакры. Любую печать, как гласил свиток, можно сломать или поменять на принципиально новую, с совершенно иными свойствами. Внимательно осмотрев рисунок, расчерченный поверх всех трёх ящиков, девочка стала усердно вспоминать содержание свитка. Эта печать являлась защитой от воров, а также обеспечивала уничтожение всего содержимого в случае взлома замка. Однако, замки не являлись бы проблемой при отсутствии печати и, не будь она ниндзя, первым делом полезла бы взламывать именно их. Рисунок представлял собой спиралевидную вязь иероглифов, расположенную против часовой стрелки, от которой в разные стороны шли четыре немного искривлённые линии. Между каждыми двумя линиями располагалось по два томое. Хината зависла, как при решении ужасно сложной задачи. Главной её проблемой было то, что она была самоучкой и при возникновении вопросов ей не было к кому обратиться. Приходилось полагаться на собственное чутьё и уповать на удачу в надежде, что нигде не напортачишь и что-нибудь не взорвёшь. Сейчас следовало действовать очень осторожно, чтобы не повредить центральный основной рисунок печати не спровоцировать уничтожение ценного содержимого. Вытащив из кожаного мешочка на правой стороне бедра кунай, она осторожно затерла у двух противоположно нарисованных томое хвостики, оставляя их обычными точками. Далее, сложив три ручных печати, она затерла три соответствующих иероглифа в основной цепи. Следующим этапом была подрисовка новых деталей в печать, превращение её в абсолютно мирную и безобидную. Найдя на столе в стакане мягкую кисть для рисования кандзи и слегка надрезав на запястье кожу, она тут же обмакнула кисть в каплю выступившей крови и тонкими линиями нарисовала два других совершенно новых иероглифа, оставив место от третьего пустым. Таким образом, спустя двадцать минут возни переделка была закончена. Согласно свитку, теперь печать была не опасней рисунка трехлетнего ребёнка и можно было, наконец, заняться замками. Они представляли собой небольшое препятствие на пути опытного ниндзя, однако Хината не имела ни малейшего опыта по вскрыванию замков. Решив позже восполнить этот досадный пробел в своих умениях, она с двойным усердием принялась копаться в замке собственной шпилькой для волос. На лбу выступили капельки пота, а ее плечи уже начали болеть от напряжения. С третьим замком было покончено спустя четыре часа, и внутренние чувства подсказывали, что примерно через час должно было взойти солнце. Последний замок был аккуратно отложен в сторону к остальным двум, а брюнетка с неудовольствием оглядела проделанную работу. Как итог, можно было сказать, что скрыть своё присутствие уже не получится, а за всю ночь она успела вскрыть только три ящика. Взломать шкаф она уже не успеет, а значит, если в ящиках не окажется чего-нибудь ценного, она рискует убить кого-нибудь со злости или убиться самой. Тихо вздохнув, она встала с колен и медленно потянулась во весь рост, разминая затёкшие мышцы. Снова присев на колени девочка взялась за ручку верхнего ящика и выдвинула его. Глаза её счастливо загорелись, на губах заиграла мечтательная улыбка, когда, раскрыв один из свитков, она наткнулась взглядом на "совершенно секретно". Внутри лежало всего четыре свитка. Второй снизу ящик порадовал Хьюгу ещё шестью свитками, на этот раз значительно больше и тяжелее предыдущих, чувствовалось, насколько много информации скрыто в этих свернутых листах бумаги. Каждый свиток она бережно размещала внутри своей безразмерной куртки. Однако, когда она начала выдвигать последний ящик, что-то пошло не так. Интуиция мгновенно завопила: "Опасность!", однако Хината не была бы Хинатой, если бы в последний момент, с риском для жизни не схватила первый попавшийся свиток. В следующую секунду прогремел чудовищный взрыв, оглушивший её и отбросивший к окну на другой конец кабинета. Проломив стену, она грохнулась спиной на мостовую, больно ударившись затылком. Перед глазами закружили цветные пятна, боль от удара выбила весь воздух из лёгких. Просто лежать не было времени, нужно было убраться отсюда поскорее. Поднявшись сначала на колени, а потом и на ноги, девочка подождала, когда зрение полностью восстановится, и нетвердой походкой двинулась по широкой мостовой. Одновременно она сунула за резинку штанов лишь чудом спасённые два свитка. Раннее утро играло на руку, и в это время не было ни одного прохожего на улице. Постепенно ускоряя шаг, стараясь не обращать внимания на больно ноющие ожоги лица и рук, Хьюга спешила к монументу четырёх Хокаге, высшей точке деревни. Наверху находилось здание центра Анбу, однако они предпочитали не вмешиваться в дела кланов и вряд ли, даже если узнают о случившемся, станут искать её прямо у себя под носом. Добежав до лестницы, ведущей на вершину скалы и располагавшейся прямо возле каменной громадины лица первого Хокаге, она вдруг остановилась и обернулась туда, откуда пришла. Вдалеке маячил высокий столб черного дыма, слышались крики простых жителей деревни, из домов начинали выбегать люди. Да, немало своей ошибкой она наворотила дел. Что же она сделала не так? Отвернувшись, Хината продолжила свой путь наверх. Первый шок проходил, и раны начали болеть все сильнее и сильнее. Добравшись до конца ступенек, она бегом пересекла открытое место и одним прыжком перемахнула на голову четвёртого Хокаге. Неудачно приземлившись, она чуть не сорвалась, мелкая крошка опасно заскользила под ногами, однако, вцепившись обожженными пальцами в камень, она удержалась. Проползя ещё пару метров для верности, она перевернулась на спину, с упоением наслаждаясь прохладой сырого камня. "Как же больно", - подумала она, закрыв глаза и тихо вздохнув. Ломило ушибленную при падении со второго этажа спину, болели рёбра, так как именно животом и грудью она при взрыве пробила стену в кабинете. Ужасно ныли ожоги на лице и руках, а когда трясущейся рукой она провела по волосам, обнаружилось, что огонь спалил часть волосяного покрова на левом виске. Не хотелось видеть всего этого, однако и оставлять раны нельзя. Она приподнялась на локтях и одной рукой пролезла в почти не пострадавшую сумку на бедре. Там она, покопавшись, нашла небольшое складное зеркальце и баночку травяной мази, что всегда выручала её при небольших ранах на тренировках. Раскрыв зеркальце и вглядевшись в отражение, она поборола желание разреветься: из отражения на неё глядела красная рожа, на коже появились огромные волдыри, ресницы и брови были почти полностью сожжены. Девочка, борясь с подступающей к горлу истерикой, негнущимися пальцами, на которых тоже вздулись саднящие островки, откупорила баночку, случайно лопнув несколько на правой ладони. Совсем недавно она заменила мазь на новую, и теперь целебного густого желе внутри было довольно много. Не щадя, Хината начала тонким слоем размазывать по лицу мазь, уделяя особое внимание левой стороне, на которую пришёлся основной удар. Закончив, она размазала остатки геля по рукам и немного подождала, когда он впитается. Пытаясь отвлечься от грустных мыслей, брюнетка вспомнила о том, ради чего она, собственно, все это затеяла. Все казалось таким глупым и ненужным, что она уже в сотый раз пожалела, что ей в голову вообще пришла эта дурацкая мысль. Расстегнув все ещё немного дымящуюся серую куртку, она повытаскивала из-за пояса дюжину свитков. Два из них отличались от остальных, так как были осторожно завернуты в листы кожи и перевязаны толстой нитью, именно их она в последний момент выдернула из объятий огня. Один из них она сразу же вскрыла, не особо заботясь о сохранности обертки. Тонкая бумага свитка была темно-жёлтой, старой и ужасно ветхой, не оставалось сомнений, что свиток очень древний и в нем хранятся поистине бесценные знания. Как только глаза пробежали по первым строчкам, сердце ухнуло куда-то вниз. Очень странно... Список данных печатей никак не мог принадлежать клану Хьюга. Знакомые иероглифы складывались в знакомые слова, однако смысл самих предложений словно пытался ускользнуть из мозга, словно сам текст не хотел, чтобы его понимали. Следом следовало две вертикально расположенные печати, нарисованные, судя по всему, кровью. Сами рисунки были столь же странными, как прочтённый до этого текст. Один словно расплывался перед глазами, не давал рассмотреть себя целиком или же каждую деталь в отдельности. Второй же, наоборот, бил по глазам своей четкостью и прямотой настолько, что хотелось поскорее отвернуться и забыть все увиденное. Проморгавшись, Хината попеременно переводила взгляд с одной печати на другую, пока, наконец, это занятие ей не надоело. Тяжело вздохнув, она отвела глаза и попыталась развернуть свиток дальше. Неаккуратным движением девочка провела рукой над бумагой, и капля крови из одной из многочисленных мелких ранок капнула прямо в центр расплывчатой печати. В ту же секунду камень под ногами с рвущим душу гулом начал трескаться и ломаться, словно при землетрясении, вся скала задрожала. Хината попыталась подняться, но удержаться на ногах не представлялось возможным, и девочка прижалась к земле. Изо всех сил вцепившись в ветхий свиток, она закрыла глаза и защитила голову руками. Вдруг огромная трещина прошла четко по середине лика четвёртого, аккурат под тем местом, где она лежала. Через мгновенье голова раскололась напополам, грохот и тряска внезапно прекратились, а брюнетка с ужасом осознала, что летит вниз.