Кудрявому пуделю суждено быть с Робином

Крис с замедлением, но всё же отреагировал на оповещение о новом сообщении и тут же закатил глаза. Кто бы сомневался, что это будет Даррен? Пытаясь не обращать внимания на тот факт, что брюнет всё еще был записан в его телефоне как «Любимый», Колфер наконец-то прочитал сообщение. «Ты переходишь границы. Буду у тебя через пятнадцать минут, поговорим». Крис возмущённо фыркает, зарываясь пальцами в волосы. Его голова, кажется вот-вот взорвётся от внезапно нахлынувших мыслей, а сердце вдруг стало биться, словно сумасшедшее, но он не обращает на это ни малейшего внимания. Единственное, чего Крису сейчас хочется — к приезду Даррена выглядеть вменяемо, а не так, будто он ждал этого события чёртовы три месяца. — Неужели ты и правда думаешь, что можешь заявлять мне о грёбанном «перерыве» в отношениях, а потом вот так спокойно писать через три месяца о том, что я перехожу границы? — задает риторический вопрос Колфер, хоть внутри у него всё бурлит от радости. Пусть он и чертовски счастлив, вряд ли он когда-либо признается в этом самому себе, а уж Даррену и подавно. — Да я тебя даже на порог не пущу, недоделанный ты… — Колфер на какой-то миг замирает, сомневаясь в том, стоит ли ему продолжать. — Пудель недоделанный! — уверенно продолжает он, где-то в глубине души всё еще испытывая угрызения совести. Как-никак, он всегда волосами Даррена восхищался, а быть стервозным и завистливым бывшим не особо хотелось. — И вообще, я завтра же поменяю номер! — не успокаивается Крис, расхаживая по квартире из угла в угол. Разумеется, когда он делал это фото, он надеялся на то, что Даррен хоть как-то отреагирует. Но кто бы мог подумать, что его бывший парень сделает это так быстро? Не прошло и пары минут после того, как фотография появилась в сети. Телефон снова завибрировал, но Крис никак не мог осмелиться взять его в руки. Разумеется, он не ожидал увидеть сообщение, предупреждающее об отмене «встречи», но мало ли… «Почти подъехал. Можешь даже не пытаться закрыться, у меня есть ключи». Крис глубоко вздохнул и посмотрел на себя в зеркало. Его фанаты, может, и не заметили лёгкой бледности на лице и замаскированные мешки под глазами, но Дарр всегда был особенно хорош в подмечании деталей. «В любом случае, поздно что-либо менять», — подумал Колфер, даже не пытаясь сдержать улыбки. Он своего добился, и неважно каким путём. Его любимый через пару минут будет здесь, и они смогут нормально поговорить. — Побывал теперь в моей шкуре? — спрашивает пустоту Крис, прикусывая губу. Ему вдруг вспомнились все те ссоры и истерики, которые он закатывал из-за очередного фото Даррена с Мией, и они показались ему такими мелочными. После трёх месяцев разлуки все плохие воспоминания тускнеют, а хорошие, наоборот, грызут тебя. Ты вдруг начинаешь осознавать, что все те мелочи, что раньше раздражали — тебе чертовски нравятся. То, как любимый человек забывает помыть посуду или убрать за собой чашку — даже это ты вспоминаешь с лёгкой улыбкой на губах. А что уж тогда говорить о неимоверных ночных свиданиях, общем просмотре фильмов и чтении книг, утренних ленивых поцелуях? Это всё — частицы пазла. Замечательного и очаровательного пазла под названием «Любовь». Размышления Криса прерывает резкий и длительный звонок в дверь, но Колфер реагирует не сразу. Только после быстрого осмотра своего отражения он медленно направляется к двери и распахивает её настежь, холодным взглядом впиваясь в стоящего перед ним брюнета, который, кстати, тоже выглядит не особо здоровым. Даррен, не обращая внимания на расставленные в стороны руки Криса, проходит внутрь и закрывает за собой дверь. — Чем обязан? В последнее время ты редко наведываешься, — первым начинает Колфер, чувствуя, как неведомая ранее злость заполняет всё его тело. Странно, но от его бывшего настроя не осталось ничего. — Тебе чай, кофе или какао? — язвительно продолжает он, но Даррен не отвечает, снимая свою куртку и по-хозяйски вешая её в шкаф. — Давай ты перестанешь язвить и мы нормально поговорим, — наконец-то отвечает Крисс, вызывая у Колфера еще большее негодование. Шатену хотелось кричать об этой ужасной несправедливости на весь мир, но единственное, что он мог — кричать на виновника этой несправедливости, что Крис и планировал сделать в ближайшие пару минут. Оба парня садятся за стол, не понимая, зачем они устраивают весь этот цирк. Но, видимо, так устроен человек. Когда что-то задевает нас очень сильно, мы закрываемся привычными масками даже от самых близких, а снять эти маски потом — практически нереально. — Крис, мне кажется, что ты переходишь границы, — тихо начинает Даррен, уже жалея о том, что вообще сюда пришёл. О каких границах он говорит, если он сам три месяца назад предложил сделать перерыв? — Эта фотография, она… Она выбила меня из колеи, я даже не мог подобного от тебя ожидать, — продолжает он, как вдруг Колфер бесцеремонно перебивает: — Прости, что? Я перехожу границы? В таком случае, Даррен, я отвечу тебе твоими же словами: «Ну ты ведь понимаешь, что это просто пиар, верно? Не беспокойся, малыш», — чётко скопировав интонацию Даррена, сказал Крис. — Тем более, какая тебе разница сейчас? Ты сам предложил разойтись, так что нечего теперь врываться в мою квартиру и предъявлять какие-либо претензии, ясно? На какой-то миг в квартире стоит неловкая тишина, пока оба парня пытаются разобраться в себе и своих чувствах. Стоит ли бороться за то, чего уже нет? Стоит ли восстанавливать те хрупкие чувства практически из пепла? Крис не знает ответов на эти вопросы, но его сердце кричит «Да». Как жаль, что иногда здравый разум препятствует порывам сердца… — Дай мне второй шанс, прошу. Ты же не любишь Уилла, я знаю. И никогда не полюбишь. Давай попробуем начать всё с начала? — спрашивает Даррен, нежно и немного пугливо улыбаясь Крису, который еле сдерживает счастливые возгласы. — Я же вижу, что ты хочешь, — смеется брюнет, вставая со стула и садясь на пол рядом со стулом Колфера. — Мы созданы друг для друга, помнишь? Больше не будет никаких фотографий с Мией, — быстро тараторит Даррен, заставляя Криса счастливо улыбнуться и неуверенно кивнуть головой, что тут же было расценено как согласие. Не мешкая, парни буквально сливаются в одно целое, прижимаясь друг к другу будто в последний раз. И этот момент - лучше всяких подарков и свиданий, ведь он самый что ни есть настоящий. Из-за своей обиды, ни один из них до конца не понимал, как же сильно скучает, но, к счастью, их помирили обстоятельства, пусть даже и не очень приятные. Уже в следующий миг оба парня счастливо кружат друг друга в тесных объятьях и обсуждают удивление фанатов, которые завтра же узнают о том, что всё это время они были вместе. В конце концов, самую сильную любовь не сможет затмить и испортить никакой пиар. Лучики искренней и чистой любви обязательно пробьются сквозь щит обмана…