На линии огня

      Идти становилось все труднее. Ветки хлестали по лицу, ноги увязали в топкой трясине, но останавливаться не хотелось. Поворачивать назад – тем более.       - Соки Стакхаус, тащи свою фейрийскую задницу обратно! – голос раздался совсем близко.       Чертыхнувшись, я неудачно поставила ногу на очередную кочку и поскользнулась. Уверенность в том, что мне не дадут упасть, обернулась обидным и болезненным падением на пятую точку.       - Мог бы и помочь! – сердито бросила через плечо и услышала в ответ тихий смех вампира.       В следующее мгновение я уже была прижата к его груди.       - Поставь меня, - попыталась вырваться и тут же снова оказалась по колено в грязи. – Извини, нервы ни к черту, - я устало выдохнула и опустилась на толстую, низко растущую ветку.       - Ни у тебя одной, - спокойно заметил вампир, подпирая плечом широкий ствол молодого платана. - Но это не повод выходить за границы лагеря.       Вернее будет – военного лагеря. Нам пришлось признать это несколько месяцев назад. Началась самая настоящая война. Развернувшись в полную мощь на территории Штатов, она вскоре перекинулась на Южную Америку и Канаду, а затем и Европу, в считанные недели охватив весь мир.       Безжалостная и кровавая, как любая ее предшественница, она имела одно значимое отличие. Она поделила этот мир натрое: на людей, которые ненавидели все сверхъестественное и жаждали искоренить его любой ценой, на объединившихся в единый фронт людей и суперов, которые верили в возможность мирного сосуществования, и на вампиров, возглавляемых Тварью.       Я поежилась. Когда это произошло? Когда я начала называть его так же, как все? Пожалуй, уже давно. Вера по капле уходила из меня с каждым днем, с каждым новым покушением, с очередной жертвой, испускающей дух на моих руках.       И однажды я действительно поняла - это уже не Билл. Пришлось вдолбить себе это в голову. Билла больше нет. Он умер.       Есть Тварь.