Холодное сердце

Спустя пару дней меня выписали из больницы, приказав не совершать большого количества подвигов в ближайшие пару дней. Чувствовала я себя лучше, чем следовало ожидать, однако это не отменяло того факта, что мне нужно со многим разобраться в своей жизни. В первую очередь, следовало серьезно поговорить с Дмитрием и решить, наконец, всё. За последние пару лет мы оба причинили друг другу достаточно боли, оба совершали ошибки, после которых сложно будет простить каждого из нас. Но если нам не удастся принять друг друга, если мы не перестанем быть такими же эгоистичными, как раньше, то даже самая великая в мире любовь не преодолеет это. Взрослея, ты понимаешь, что настоящая любовь—это не умиление при взгляде на эту любовь со стороны, это даже не страсть и не взаимное влечение друг к другу. Сейчас я была уверена, что настоящая любовь строится, в первую очередь, на взаимном понимании и уважении друг друга, настоящая любовь прощает любые поступки, но делает она это не слепо, как принято считать. Каждый заслуживает второго шанса и я когда-то дала его Дмитрию, но он не смог им воспользоваться в полной мере. Мне бы очень хотелось давать ему шансы снова и снова, но если я буду поступать так, то от меня рано или поздно ничего не останется. Именно поэтому я должна выслушать его позицию, а он— мою, и только после этого мы оба должны принять решение. Вместе. Именно с такими мыслями я шла по ставшей родной за долгие годы территории, воспоминания о начале наших отношений пролетали у меня в голове. Тогда всё казалось сложным и неправильным, однако сейчас было даже хуже. Не знаю, когда, но разговор с Дмитрием должен состояться—он знал это, как и я. Оказалось, Лисса прибыла в Академию не просто так: она совместно с большинством членов Совета убедила мороев в том, что нет ничего плохого в том, что некоторые морои желают научиться защищать сами себя. Действительно: многим некоролевским мороям чаще всего недоставало стражей, поэтому первые, чтобы обеспечить себе безопасность, были рады научиться сражаться и использовать свою магию в целях атаки. Именно Академия Святого Владимира была первым пунктом, в котором по приказу королевы набиралась первая группа желающих пройти данный вид обучения. И результаты долгой борьбы Лиссы за этот закон дали о себе знать: около 20 мороев вошли в подготовительну группу. Среди них была и Мия Ринальди, чему я, естественно, не удивилась. Мия, как выяснилось позже, после трагедии в Спокане жила при Дворе с отцом и пыталась сама тайно практиковаться в нападении, но, услышав о новом законе, она тут же вернулась в Академию, чтобы быть в числе обученных мороев. Лисса посетила Академию для того, чтобы увидеть собственными глазами будущих воинов, многих из которых она даже знала, и дать им напутственные слова, ни на секунду не усомнившись, что большинство из них станут первоклассными борцами. Меня выпустили из больницы ближе к моройской ночи, поэтому, выйдя из больницы,я поняла, что начинается рассвет. С первыми же лучами солнца в души пробуждалась жизнь и ощущение, что я смогу преодолеть все тяготы этой жизни, ведь я—Роуз Хэзевей. Я—совсем не та, кто убегает от разбитого сердца, оставляя своих друзей в беде и грусти. Я вообще не должна была избегать никаких трудностей, но, возможно, следовало преодолеть это все, чтобы прийти к данному выводу. Шагая по тропе, ведущей к учебному корпусу, я услышала шаги за спиной. Мне не требовалось оборачиваться, чтобы узнать преследующего, потому что я тут же почувствовала запах гвоздичных сигарет. Его обладатель нагнал меня спустя пару секунд и тут же пристроился рядом. -Маленькая дампирка, а я уж думал, что мы никогда с тобой не встретимся,—сказал он привычным расслабленным тоном,—как ты себя чувствуешь? -Я тоже рада тебя видеть, Адриан,—ухмыльнулась я, ничуть ни кривя душой: я правда соскучилась по нему,—как видишь, жива и здорова,—с искренней улыбкой произнесла я. -Наслышан о твоих приключениях и слегка обижен, что ты не взяла меня с собой,—проговорил он, но потом ненадолго запнулся и проговорил с широкой улыбкой,—знаешь, когда до меня дошли слухи о том, что ты простила Беликова после его выходки, мне грудь стало распирать от чувства несправедливости. Ты всегда считала, что я не хочу с тобой серьезных отношений, в чём крупно ошибалась. В то время, маленькая дампирка, мне казалось, что я готов на всё—лишь бы ты дала мне шанс. Но время шло, а ты всё бредила им одним. Меня заполнило чувство вины, потому что я и правда никогда не рассматривала Адриана всерьёз, но сейчас, слушая его, понимаю, что всё сказанное было правдой. -Мне просто интересно,—продолжал Адриан,—сейчас, когда всё решено, ты можешь дать мне его? Тот шанс? Я готов ждать сколько нужно, но мне нужно знать,—он посмотрел на меня своими темно-зелеными глазами так искренне, что на секунду я даже захотела ему соврать, чтобы остаться в его глазах той, за кого он меня принимает. Однако я точно знаю ответ на его вопрос и не могу обманывать мороя, потому что тем самым могу причинить ещё большую боль, чем сейчас. -Адриан,—выдохнула я,—ты прав—я неправильно вела себя по отношению к тебе.Поэтому прошу, выслушай меня сейчас, потому что, как бы плохо ты не воспринял эту фразу сейчас, я желаю тебе лучшего.Если мы попытаемся, вряд ли это понравится твоим родителям и Татьяне в особенности,—морой начал было возмущаться,но я снова попросила его не перебивать, и он согласился,—но даже несмотря на всеобщее неодобрение, мы не сможем ужиться друг с другом. Как бы мне и тебе этого не хотелось, мы никогда не будем понимать друг друга, мы не сможем жить в одном ритме, потому что мы с тобой разные, понимаешь? Я никогда не смогу жить размеренной жизнью и рожать тебе детей, чтобы потом сидеть с ними, и, я уверена, ты будешь хорошим бойфрендом и мужем, но не моим. Мы просто не подходим друг другу, потому что мы разные. Я старалась изложить свои мысли так, чтобы не задеть его, однако, даже не владея умением разглядывать ауры, я не могла не заметить боль в глазах мороя. -Просто поверить не могу, Роза,—повысил голос Адриан,—ты готова вновь и вновь прощать Беликова и говоришь о том, как сильно похожи ваши души, но даже не можешь допустить такой мысли обо мне. Знаешь, а может вы с ним и правда друг друга стоите. Прости, но я абсолютно не понимаю этого,—в конце уже прошептал он и пошел в противоположную от меня сторону. -Надеюсь, когда-нибудь поймешь,—прошептала я ему вслед и не сомневалась, что он услышал. Лисса при помощи мыслей позвала меня в кабинет Кировой, хотя, как я догадалась по эмоциям подруги, самой директриссы там не было, что необычайно радовало меня. Я пришла практически моментально, потому что как раз была у здания, в котором находилось нужное помещение. Пройдя по коридору, я вышла в нужную комнату и увидела там Лиссу, Кристиана и Дмитрия. Лисса с Кристианом что-то обсуждали, тогда как Дмитрий просто стоял рядом и сканировал местность на предмет опасности. Как только я вошла, Лисса обняла меня, спросила о самочувствии и, удовлетворившись моим ответом, она начала говорить по теме: -Роуз, ты же понимаешь, что даже мой статус не может оправдать всех твоих поступков в глазах подданных?—осторожно спросила Лисса. По правде говоря, я понимала это и не была зла на подругу, потому что она сказала правду. -Да, конечно я это понимаю, Лисс, и вся во внимании,—за последние пару дней я поняла, что хотела бы всё-таки снова стать стражем, как понимала и невозможность этого, поэтому хотела узнать, что скажет по этому поводу Лисса. -Дело в том, что, как ты знаешь, мы набрали группу мороев, желающих сражаться, но стражей Академии недостаточно для их тренировки—откровенно говоря, их совсем нет. Порассуждав, мы со стражем Беликовым и стражем Петровой подумали, что было бы неплохо, если ты согласилась бы остаться здесь и тренировать мороев вместе с Дмитрием. Как тебе такая задумка? По окончании её предложения, я поняла, что мне нравятся в нем как минимум три пункта: Во-первых, остаться в Академии после всего случившегося было как возвращение домой, потому что именно Академия стала для меня родным местом. Мне нравились её красоты, нравилась природа, окружающая заведение по периметру, и определенно мне нравилось не утрачивать статус стража. Во-вторых, мне нравилось, что Лисса давала мне выбор, потому что чаще всего у меня его всё-таки не было. Она определенно боялась потерять меня вновь и старалась делать шаги навстречу, чего раньше не было. Ну, и третье, что меня порадовало, несмотря на мои рассуждения о наших с дампиром отношениях, мне нравилось, что он тоже решил остаться здесь ради меня, в чём я не сомневаюсь. А знаю я это потому, что ему, как и мне, на самом деле больше всего на свете хотелось действия, но он остался здесь—в тишине и спокойствии. Это значит, что он тоже настроен преодолеть все трудности вместе. Ведь стал бы он оставаться добровольно, зная, что мы больше не хотим видеть друг друга? Сомневаюсь. Именно поэтому, когда все посмотрели на меня в поиске ответа, я ответила четко и уверенно: -Я согласна,—тут же я увидела на лицах всех троих лучезарные улыбки—даже Кристиан не скупился на ухмылку,—и, Лисс, спасибо тебе. Я знаю, как сложно тебе было уговорить оставить меня в таком положении,—уже почти сквозь слезы прошептала я и, наконец, обняла подругу.