Смысл жизни на двоих

— Пиздец… Молодая девушка стояла в тёмном сыром помещении. Судя по эху, что разнесся повсюду, оно было огромным. Вокруг была полная тьма, и увидеть можно было только контур какой-то кушетки, рядом с которой и стояла девушка. Запах был просто отвратительный и вызывал рвотные позывы. Стараясь дышать через рот, чтобы не выпустить весь свой обед, который, кстати, был съеден много часов назад, дотянулась рукой до этой самой кушетки. Как Юлия сюда попала, не поняла. Помнит только, как они ходили по заброшенному зданию старого монастыря, в поисках «приключений». А потом шатенка куда-то провалилась и скатилась по довольно узкой трубе в это помещение. По ощущениям, она поняла, что вляпалась своей пятой точкой в какую-то лужу. Ладони больно саднили от жесткого торможения об не очень мягкий пол. Точнее, вообще не мягкий, а очень и очень твердый. И походу, в ладони попали осколки от какого-то стекла. Колени были разодраны и тоже доставляли немалый дискомфорт тому, кто не привык к такому «путешествию». — Блять! — Громко и от души выругавшись, девушка достала телефон. Сеть не ловит, и батарея скоро умрет, а часы показывали девятый час вечера. Вздохнув, она включила фонарик и посмотрела на свою руку. Да, она была права. Из ладошки торчали два маленьких стеклышка. Положив телефон на ту самую кушетку, Кирилова кое-как, с горем пополам, вытащила эти стекла. И как оказалось, это были осколки от зеркала. И что самое странное, это было зеркало Гизелла*. Не став задумываться над этим вопросом, девушка кинула осколки куда-то в сторону и посмотрела на вторую руку. Ничего лишнего не заметив, взяла телефон и посветила на колени. Любимые джинсы были разорваны и в… крови? Колени были разодраны, но не до такой степени, чтобы испачкать все джинсы! В голове появилась очень и очень страшная мысль. Медленно повернувшись и направив свет от фонарика туда, куда девушка приземлилась, она замерла. Её тело сковал страх. Все мысли вылетели из головы, а руки и ноги дрожали. На полу была огромная лужа крови. Чужой крови. — Пиздец… — совсем тихо, не своим голосом, проговорила девушка. «Бежать». Но сделать это было сложнее. Страх, закравшийся в самый дальний уголок, парализовал всё тело. Юля смотрела на кровавое пятно. Сглотнув, шатенка сделала шаг назад, врезавшись в кушетку. Испугавшись, она резко развернулась и посмотрела на неё. Обычная, ничем не примечательная. С ремешками, сдерживающими голову, руки и ноги. Грязная, в темным пятнах. По бокам ободранная, видимо ногтями. Человеческими. Рядом стоял столик с хирургически инструментами. Идеально чистыми и, судя по всему, новыми. В горле пересохло. Стало до одури жарко. Дыхание сбилось. Сердце колотилось так быстро и сильно, что его стук эхом разносился в черепной коробке. В животе всё скрутило, запах стал сильнее и рвотные позывы почти невозможно было сдерживать. Кирилова чувствовала омерзительный, наполненный жаждой убийства и с толикой интереса взгляд. Подняв голову и посветив перед собой, она увидела… — АААААА...

***

Восьмью часами ранее. — Гребаная физика! — Юля в порыве чувств кинула тетрадь в стену. После завтрака она села делать уроки, и всё шло хорошо, пока не пришла очередь физики. Девушке не очень легко давались точные науки, и от всех этих цифр, букв и формул рябило в глазах. Каждый раз, выполняя работы по этим предметам «из ада», удивлялась, как она зарабатывает твердые четверки. Хотя, в некоторых случаях, девушка просто списывала у Ксении, которая решала задачки, как будто семечки грызла. Да, точные науки это не её стихия. — Юля? Ты чего? — Аллен, всё время сидевший рядом и читающий какую-то книгу, недоуменно посмотрел на девушку. — Знаешь, когда дело доходит до физики, ничего не может быть в порядке! — Вернув тетрадь на место, она завалилась к Аллену на колени и стала жаловаться. После того похода в лес, их отношения заметно улучшились. Не было больше той скованности и неуверенности при общении друг с другом. Они могли сидеть в обнимку и смотреть фильм. Или вот так же завалиться на колени, о чем-то рассказывая. Между ними было полное доверие. Аллен сам не понял как, но начал полностью доверять девушке. И мог смело назвать её своей подругой. Хоть и прошло всего ничего с их знакомства, он очень быстро привык и даже привязался к ней. Уолкеру было тепло и приятно, когда он её обнимал за просмотром фильма. И так спокойно, только оттого, что Юлия была рядом. Так спокойно ему было только с Маной. И сейчас, смотря ей в глаза, слушая её мелодичный голос и млея от прикосновений тонких и длинных, но, безусловно, теплых, пальцев, перебирающих его пряди и задевающих кожу головы, он мог с уверенностью сказать, что испытает к этой девушке что-то большее, чем просто дружба. И Аллен понимает, что это началось с того момента, когда он в первые увидел её. Безжизненную, печальную, беззащитную и такую хрупкую. Лежа ночью на диване и смотря в потолок, юный экзорцист задумывался об этих чувствах. Впервые, он доверился кому-то так сильно. Впервые, он привязался так быстро. И впервые, он видел девушку, а не подругу или просто знакомую. Он хотел прикасаться к ней, дарить ей всё тепло, что появляется только от одной мысли, что она рядом. И ему хотелось, как никогда, быть с ней. Всю жизнь. И даже после жизни. Вечно. Ему захотелось жить. Но Аллен быстро себя отдергивал от этого, когда чувствовал покалывание в проклятом глазу. Как бы намекая о том, кто он на самом деле. Он — экзорцист. Коронованный Клоун. Разрушитель времени. У него нет права отходить от той жизни, которую он сам и выбрал, договорившись со своей силой. Он дал обещание Мане, Клоуну, себе. Он защитит всех, кого сможет. Спасет души акума и своих друзей. Он обещал, и он сдержит это обещание. Но, ничего же не случится, если он будет наслаждаться этим теплом, уютом и счастьем, пока не вернулся домой? Пока есть возможность быть счастливым, ей надо воспользоваться. Юля положила голову на колени парня и протянула руку к серебряным локонам, что так красиво блестели в лучах солнца. Медленно, аккуратно перебирая их и смотря в эти серые глаза, ей было хорошо. Парень дарил только своим присутствием то тепло, которое она потеряла с гибелью родных. Все те чувства не были похожи на те, которые вызывала близняшка. Они были сильнее, ярче. Эти чувства дарили свободу и желание радоваться даже самым простым вещам. Дай волю, она бы кружилась в веселом танце и смеялась звонко. Кирилова никогда такого не ощущала, но это ей нравилось. Нравилось вот так лежать и перебирать пряди. Нравилось разговаривать с ним. Нравилось слушать его голос. Чувствовать его руки на талии, когда он обнимает и ощущать спиной ускоренное сердцебиение. А ведь Юлия даже не помнит, какие фильмы смотрели вместе. Потому что в те моменты все её мысли были явно где-то далеко. И как жаль, что это всё, что они позволяли себе. Крепкие объятия, легкие касания и любование друг другом. А так хотелось хоть раз поцеловать. Да что там хоть раз! Хотелось целоваться долго, до одури, не отрываясь друг от друга ни на минуту. Хотелось засыпать рядом. И, просыпаясь, чувствовать сильные руки на себе, которые во сне прижали тебя как можно ближе. И этот жар, исходивший от тела другого, но очень близкого человека. Но это было лишним. И Юля понимала это. Рано или поздно он уйдет. И всё что останется — воспоминания. И она уже знала, что ей будет больно. Если перейти черту, которая была негласно установлена между ними двумя, будет ещё хуже. И поэтому, сдерживая себя, шатенка наслаждалась тем, что было позволено. — Это не физика, а алхимия какая-то! — Юля смешно надула губки. — Ну, не думаю, что в школе проходили бы что-то, что не понадобится. — Аллен улыбнулся девушке, перебирая её волосы правой рукой. — Вот скажи мне, где мне понадобится в жизни строение атомного ядра? — Эм… — парень на секунду прекратил свои махинации — в физике? — Только там эти знания и нужны. Дзынь. По квартире раздался звон. — Ну и кого черти принесли? — Даже не шелохнувшись, девушка вздохнула и поморщила лоб. — Не откроешь? — Уолкер был не доволен, что кто-то нарушает их покой. — Нет. Пусть катятся к чертям! Но её мечты о тихом и спокойном дне в компании любимого, и, к слову, такого сексуального парня были разрушены. Уничтожены самым жестким образом. Дверным звонком. И так настойчиво звонить и одновременно бить ногами по двери могло только одно существо. И это существо сейчас умрет. — Да хватит уже, блять! Пиздец какой-то! Нельзя по-человечески всё делать, а? Заебала уже трезвонить! — открыв дверь и высказав в лицо всё, что думает о своей прекрасной подруге, шатенка уставилась убийственным взглядом на парочку, что стояла перед ней. Ксюша, одетая в джинсы, балетки и белую рубашку с короткими рукавами, стояла и довольно улыбалась, как нашкодивший ребенок. И Канда, в темно-синих джинсах и черной футболке, держал пакет в одной руке, а в другой Муген, завернутый в серую тряпку. Всем своим видом он показывал своё раздражение. Оттолкнув хозяйку квартиры рукой, Егорова зашла. Дождавшись, когда мечник тоже пройдет, Юля закрыла дверь. — И какого черта тебя принесло, о моё проклятие? — Кирилова подняла левую бровь, не сводя взгляда с подруги. — Да чего ты ведёшь себя так, как будто мы вам совокупляться мешаем! — от этого заявление шатенка и Аллен, который только что вышел встретить гостей, резко покраснели. А Канда удивленно поднял бровь, а после усмехнулся. — Аллен, давай ей чаще! А то ходит как грымза злая! — Ксения… — тихо и медленно проговорила «грымза». — Я. Тебя. Убью. — Ой… — и начался забег по квартире с криками, матом и грохотом. А парни не обратили внимания, только тяжело вздохнув. — Чай? — всё ещё красный Аллен глянул на мечника. Тот только кивнул, и они прошли на кухню. Прошло минут двадцать, как девушки заползли на кухню все растрёпанные и красные. Они, тяжело дыша, упали на стулья. — Жарко… — блондинка начала махать рукой, чтобы немного освежиться. — Так нахрена ты штаны напялила в такую жару? — Юля положила голову на стол, повернув её в сторону седовласого экзорциста. — Можешь, пожалуйста, воды налить? Парень кивнул и принялся выполнять просьбу. — Потому что… — вяло ответила Ксения, на секунду задумавшись. А шатенка коварно улыбнулась. — Опять ноги было лень брить? — на столе появилось два стакана холодной воды. И сразу же опустели. — Аж легче жить стало! — И всё-то ты знаешь! — девушка с сарказмом посмотрела на подругу и приложила ещё холодный стакан к щеке. Юу с издевкой посмотрел на свою соседку и тч-кнул. Уолкер только улыбнулся. Даже в присутствии этих двоих девушки могли обсуждать между собой все тонкости женского бытия. — Вот, — хозяйка квартиры отодвинула стул и положила тонкую длинную ножку на стол. И намека на растительность не было. Аллен жадно вцепился взглядом в ногу, поднимаясь выше, пока не наткнулся на серые короткие шорты, в которых девушка ходила исключительно дома. В голове появились не самые приличные мысли, — две недели не прикасалась к бритве! — с гордостью в голосе произнесла она. — Как? Какой магией ты пользуешься, ведьма? — блондинка удивленно провела рукой по ноге. — Это называется восковые полоски! — убрав ногу обратно под стол, шатенка хмыкнула, — могу и тебе помочь в этом нелегком деле. — Но это больно! — Зато месяц не будешь вспоминать об этой проблеме. Ксюша задумалась. Предложение было заманчивым. Но боль она не любила. Ни в каких её проявлениях. И это отталкивало девушку. Подумав немного, она решилась на этот шаг и подруги скрылись в ванной комнате. А парни перешли в гостиную. — Что, подруга, готова к адским мукам? — и послышался дьявольский смех во всех самых лучших традициях фильмов ужасов. Не хватает только молний и грома на фоне. И жуткого, пробирающего до костей, крика жертвы. — А может, все-таки… — блондинке стало жутко. В голове сразу появились картины с кровавым содержанием и отрыванием кожи от мяса. Юля только хмыкнула и достала полоски. Все приготовления проходили в тишине. Пока дело не дошло до самого главного. Канда и Аллен сидели на диване и ругались. Заходя в комнату, седовласый споткнулся о брошенную книгу, и чуть не упал. Естественно, наш самурай не смог промолчать и бросил колкую фразу. Аллен сразу ответил, и пошло поехало. Вообще, их отношения улучшились. Немного. На капельку. Даже меньше. Но улучшились. А всё потому, что Юля пригрозила им ещё в начале, что если хоть что-то из-за ссор будет сломано, то она сдаст их правительству на эксперименты, а с вырученных денег купит то, что было сломано. Конечно, оба экзорциста не приняли её слова в серьез, но драться перестали. Канда из уважения к этой мелкой истеричке и благодарности к чокнутой блондинке. Ксении был благодарен, хоть и не показывал этого, потому что она его приютила и заботилась о нем. Да и относится к нему хорошо. И как бы Юу не злился на её выходки, где-то глубоко, очень глубоко, в душе ему было приятно внимание от этой девушки. Что и было очень странным. А уважение к Юлии появилось от того, что он чувствовал в ней родственную душу. Их взгляды и мнения иногда были одинаковые. Да и видел в ней сильного человека. В общем, мечник был уверен, что дай ей чистую силу и научи драться, можно спокойно отправлять в бой. Она точно не сбежит с поля боя от страха и будет сражаться до победного конца. Нет, Ксюша в его глазах тоже не выглядела слабой девчонкой, распускающей нюни на каждом шагу, но морально она была слаба, нежели её подруга. В этом деле она напоминала Ли младшую. Сильна была только в команде. А вот Кирилова - это уже другой разговор. И старший экзорцист прекрасно это видел. Но проверять свою теорию парень не хотел. И думал об этом всего один раз. А Аллен просто не хотел огорчать девочек. Ведь они очень хорошие люди. Правда, со своими тараканами и бзиками, и выкидывают иногда такие выходки, от которых весь ЧО мог поседеть. Не каждый человек способен заплетать волосы мечника, пока тот спит. И дергать его за щёки, когда он раздражён и готов в любой момент снести голову. Или просто взять и наорать, а потом ещё и пендаль дать. Про себя Аллен признался, что даже он на такое не способен. А девочкам за такие подвиги надо памятник в Ордене поставить. — Тч. Мояши, я не виноват, что ты такой мелкий. — Я Аллен! А-Л-Л-Е-Н! Весь мозг выбил себе уже, что простые пять букв запомнить не можешь! Ба… — Уолкер не успел договорить, как его прервал громкий крик боли. А после послышались такие маты, что парни очень удивились. Это был Ксюшин голос, а материлась она крайне редко. Экзорцисты переглянулись и прошли к двери, за которой сейчас и происходило месиво. — Девочки, у вас все в порядке? — Аллен постучал по двери. — Да ебздись твою на хуй! Да чтобы ты себя, блять, сука ебанная, скейтом изнасиловала! Дверь немного приоткрылась и показалась донельзя довольная мордашка шатенки. Аллену даже стало нехорошо. Заглянув в ванную, представители сильного пола увидели странную картину. Ксения сидела на закрытом унитазе, положив ногу, обклеенную большими пластырями, на стиральную машинку. Руками блондинка вцепилась в батарею. — Не волнуйтесь, ничего криминального! Всё окей! — Юля ещё раз улыбнулась и скрылась с глаз долой. — Какой «всё окей»? Ты мне тут кожу нахрен сдираешь! Что у Канды, что у Аллена, задёргалась левая бровь. — Разве красота стоит такого издевательства над собой? — Уолкер всё так же смотрел на место, где только что было лицо Кириловой. — Женщин ни умом, ни логикой не понять. — Только Юу закончил фразу, как послышался очередной крик.

***

За семь часов до момента «икс» -Зачем всё-таки явилась? — Юлия, довольная жизнью и собой, за проделанные садистские процедуры, развалилась на диване, положив голову Разрушителю времени на колени. — Точно! Я и забыла совсем! — Ксения сидела на полу и потирала свои ноги, которые ещё неприятно жгло, через джинсы. — Помнишь, за городом был монастырь женский? Мы ещё так и не рискнули туда сходить. — Только не говори, что ты хочешь тащиться в те развалины! — Шатенка театрально вздохнула и положила руку на лоб. — Какие ещё развалины? — Канда сидел на кресле, положив одну ногу на другую, с закрытыми глазами. Услышав про развалины, он приоткрыл один глаз и посмотрел на мелкую истеричку, которая наслаждалась тем, что мелкий стручок перебирал ёе волосы. — Есть тут один заброшенный женский монастырь. Про него много разных легенд ходит, начиная от призраков и заканчивая серийными убийцами. — Зачем тебе туда идти? Неспроста же там такие легенды, — Аллен удивленно посмотрел на блондинку. Ксения оторвалась от своих ног и посмотрела на ребят. Сначала на Канду, потом на Аллена с Юлей. Заметив, какая идиллия царит у этой парочки, она улыбнулась своим мыслям. — Мы с Ульяной ещё давно хотели туда сходить. Это же такие приключения! Какой адреналин! Только Юля постоянно отказывалась. Вдвоем совсем уж страшно! — Егорова вздохнула и резко вскочила на ноги. — А тут такой шанс! Два сильных и смелых парня, обладающие огромной силой! Да с такими парнями даже Ад не страшен! — она одну руку положила на талию, а другую вытянула вперёд, изображая, что держит шпагу и начала рубить невидимых врагов, — Это пиратская романтика! — Чувак, ты пересмотрела «Ван пис»… — глянув на это представление, Кирилова повернулась на бок, пряча лицо в районе живота седовласого парня. — Всё равно нет. — Неужели испугалась призраков? — Юу хмыкнул, не отводя взгляда от блондинки, которая настолько увлеклась, что уже запрыгнула на стол, продолжая всё так же размахивать невидимой шпагой и что-то говорить про пиратов. — Я не верю в призраков и прочую ерунду. А вот маньяки очень даже реальны. Один Чикатило чего стоит! Серийный убийца, педофил, некросадист, некрофил и каннибал! И это уже не говоря о том, что здание старое и постоянно что-то ломается! — Зелёноглазая резко села. — Нашла, кого вспомнить! Ты бы вспомнила ещё Генри Ли Лукаса! — Ксюша спрыгнула на пол и села на диван. — А это кто? — Аллен заинтересовано посмотрел на девушек. — Чикатило серийный убийца, убивший пятьдесят шесть людей. Почти все из них были несовершеннолетние. Мальчики от 7 до 16 лет и девочки от 9 до 17. Убивал очень жестоко, от этого сильно возбуждался и насиловал. Откусывал соски, носы, гениталии, выкалывал глаза. Короче, полный комплект. — А Генри Ли Лукас тоже был маньяком. Вместе со своим напарником были сатанистами и на их счету 500 убийств. А ещё они совращали малолетних детей, ели человеческое мясо. Девочки рассказывали с такими лицами, как будто речь шла о совершенно неинтересных вещах. А Уолкеру стало дурно от таких откровений. — Неужели существуют такие люди? — Вопрос был риторическим и спрошен себе под нос, но Аллена услышали все. — А ты думал, что Граф самое страшное зло? — Юля скептически посмотрела на юношу, — поверь, люди куда страшнее. Тебе ли не знать. Она поднялась с дивана и обвела всех взглядом. — Я готовить пошла. А Ксения пусть подумает, хочет ли она двигаться туда или нет. И только девушка подошла к двери, как до неё донесся голос: — Можешь приготовить собу? — Канда всё так же сидел, даже ноги не поменял. — Собу? — Кирилова задумалась на секунду, — Да, могу. Только я готовила её один раз всего, так что, не обещаю кулинарный шедевр. — Она улыбнулась Юу, — а ещё лучше, пошли, я научу тебя готовить собу. А то Ксюхе нельзя это дело доверять. Либо всё сожжет, либо изобретет самый смертельный яд массового поражения. Брюнет кивнул и, поднявшись со своего места, отправился за девушкой. зеркало Гизелла* — Зеркала Гизелла в действительности представляют собой стёкла, покрытые тонким слоем металла — так, что часть падающего на поверхность стекла света отражается, а часть проходит насквозь. При этом насквозь свет проходит в обоих направлениях. Если таким стеклом отгородить хорошо освещённое помещение от слабо освещённого, то со стороны светлого помещения оно будет казаться зеркалом, а с другой стороны оно будет выглядеть затемнённым окном. Это объясняется тем, что со стороны освещённого помещения отражение будет маскировать свет, проходящий сквозь стекло из тёмного помещения. А со стороны тёмного помещения картина будет обратная: проходящий сквозь стекло свет будет более интенсивным, чем отражённый