Смысл жизни на двоих

— Хаха! Не отдам! Не отдам! Эй, Лёха, лови! Мальчишки десяти лет дразнили маленькую девочку, что была на два года младше них. Маленькая блондинка, одетая в красивое голубое платьице, бегала от одного мальчика к другому, пытаясь отобрать своего маленького плюшевого котёнка. Глаза застилала пелена из слёз, но она бойко продолжала прыгать по кругу, моля отдать ей игрушку. Но озорные мальчишки и не собирались этого делать, найдя интересное для себя занятие. Дразнить маленькую плаксу, как Ксению прозвали детишки из её двора. — Эй! Вы что творите? В их сторону бежали две похожие, как две капли воды, девочки, ровесницы Ксюши. Лёха, которому была кинута чужая собственность, только сильнее рассмеялся, дразня подбежавших сестёр. — Я всё твоей маме расскажу, Лёша, — Ульяна, более спокойная, нежели её старшая сестра, сразу начала угрожать мальчику, зная, как его мама будет ругаться. И это принесло свои плоды. — Да как ты смеешь? — Юля, видя, как игрушка стала рваться на части из-за того что её сильно потянули, подбежала ближе, пытаясь спасти котенка. Но была сильно откинута в сторону, от чего больно упала. А мальчишки, бросив свою затею, быстро убежали играть на другую часть детской площадки. В этот момент подошли взрослые, родители близняшек. Они видели всё, поэтому просто покачали головой, смотря на одну из своих дочерей. Красноволосая женщина нагнула корпус, смотря в зеленые глаза старшей сестры. — Ну, Юличка, ты чего расселась? Давай поднимайся, а то платье испортишь! — она улыбнулась так тепло, так по-особенному. Так, как могла улыбаться только она. Мать не стала протягивать руку, наблюдая за тем, как она сама поднимется. — А теперь слушайте сюда, — мужчина присел на корточки, чтобы его голова была на уровне трех девочек. Обведя каждую строгим взглядом, он продолжил, — когда вы падаете, поднимайтесь. Как бы не было больно и обидно. А если вас уронили, то поднялись и дали сдачи! Ясно? — Но дядя Женя, драться плохо… — маленькая Ксения, стоявшая рядом с Ульяной, только сжалась, на что мужчина по-доброму рассмеялся.  — Но и прощать такое тоже нельзя. Иначе, этим будут пользоваться. Дождавшись, когда дети кивнут на его слова, он поднялся на ноги, смотря на то, как его жена качала головой, демонстрируя свое недовольство его словами. Все-таки, они девочки. И не надо учить их такому. Да только Юлия, сразу уяснив слова отца, развернулась и пошла к мальчикам. Те, увидев её, стали опять смеяться. Шатенка сжала свои маленькие кулачки, было немного страшно. Они старше и сильнее. Но слова мужчины громко стучали в голове, не давая ей развернуться. Дать сдачи, не позволять другим издеваться над собой. Тогда Юля подняла широкую кривую палку с земли, ударяя одного из обидчиков прямо в живот. Не ожидавшие такого мальчики, испуганно бросились в разные стороны, оставляя своего друга плачущего и скорчившегося от боли на земле. А девочка, в последний раз пнув того самого Лёху, развернулась и с гордо поднятой головой пошла обратно. Ксюша с Ульяной удивленно смотрели на подругу. А родители стояли и их брови заметно дергались. — Надеюсь, ты доволен? — Мария нервно хихикнула, явно не ожидая такого от своей дочери.

***

Голова трещала по швам. А звуки борьбы были глухи, что не сразу можно понять, что происходит. Но чем сильнее становилась боль, тем отчетливее были звуки взрывов и чьи-то знакомые голоса. Открыв глаза, Юлия сразу закрыла их от яркого солнечного света, хватаясь за больное место. Медленно повернулась на живот, кое-как принимая сидячее положение. Болезненный стон привлек внимание детей. — Миссис Юлия! Вы очнулись? — Элизабет обеспокоенно смотрела на девушку. — А? Что случилось то? Помню, пришли в старый дом, а потом появился мухофил… Шатенка огляделась, пытаясь вывернуть свою память, чтобы хоть что-то понять. Но ответом ей была сплошная темнота. Хотя, она прекрасно поняла, что ударилась головой и потеряла сознание. А дети это только подтвердили, сказав, что вместе с тем симпатичным дяденькой, как выразилась маленькая девочка, прибыло много монстров. И когда те начали стрелять по дому, то Кирилова, в попытке загородить детей, приняла удар деревянной балки на свою голову, отчего и потеряла сознание. А те люди, которые были рядом, отправились сражаться, приказав где-нибудь спрятаться. — Оп! Голова не болит больше! — Юля удивленно потрогала свой затылок, но ни раны, ни шишки не нашла. — Потому что бабушка тебе помогла. Она сказала, что такие не сложные ранения может заживить. А на большее не хватит моих сил, — и только сейчас юный экзорцист обратила внимание на игрушку, что сидела на коленях девочки. Только сейчас она не казалось живой. — Ясно. Значит, ты синхронизирована с ней, — скорее для себя, чем для детей, произнесла шатенка, получив удивленный взгляд карих глаз. Она не стала что-либо пояснять, выглядывая из-за уцелевшей стены, за которой они сейчас и находились. Так, Микки неподалеку уничтожает акум первого уровня. Историки тоже сражаются с акума. Так, а где мухофил? Ах, вот он, стоит на ветке дерева, скучает и курит свою папироску… видимо, по Малышу скучает… Юля сделала жест рука-лицо, издавая какой-то странный обреченный стон. Видимо, сильно она головой приложилась, раз такие мысли появляются. Да только вот, на всё несчастье Ноя, сама шатенка больше предпочитает Юллен. — Аргх! — она что-то рыкнула, пытаясь выгнать плохие мысли из головы. Похлопала по щекам, приводя себя в порядок, — так, а где эта палка с лезвием? «Палка с лезвием» нашлась совсем рядом со своей хозяйкой. Гуандао спокойно лежал на полу, ожидая своего звездного часа. Она взглядом пробежалась по местности, пытаясь придумать хоть что-то. На Ноя идти точно не вариант, ведь с ним девушка не справится в любом случае. Тем более, не имея собственной Чистой силы. Можно пойти помочь историкам, но тогда дети останутся без присмотра. А сражаться и защищать одновременно проблематично для неопытного новичка. Если только… — Ваша бабушка может создать тот вихрь? — Если только на пару минут, — девочка устало вздохнула, и только сейчас шатенка заметила, что выглядит ребенок не важно, — она говорит, что моих сил надолго не хватит, — она замолчала, уставившись на плюшевого медведя. Тот спрыгнул с колен на землю, — но бабушка знает про потайной ход чуть дальше отсюда. Кирилова только кивнула, сказав бежать и прятаться там, а она прикроет. Подняв гуандао, она встала на ноги, в мыслях отмечая, что чувствует себя более чем просто прекрасно. Дети сразу побежали куда-то за игрушкой, скрываясь с поля боя. Ей повезло, что ни акума, ни Ной не заметили движения в этой стороне. Наверное, потому что, они находились, довольно-таки, далеко, а Ной следил за Историками, в который раз прикуривая сигарету. «Паровозу», как в мыслях окрестила португальца девушка, было явно скучно просто наблюдать. Но он взял с собой достаточное количество марионеток Графа, чтобы не влезать в бой и не портить свой идеально чистый сюртук. Он и сам не знал, что забыл здесь, но та скука, овладевшая мужчиной дома, просто заставила его здесь появиться. Конечно, он был бы рад встретить здесь малыша, ну или того горячего японца, чтобы сразиться. Но и молодому ученику историка он слегка обрадовался. Конечно, он не самый сильный боец, но если останется в живых после таких милых акума, то Тики обязательно с ним поиграет. Однако, сейчас мысли Удовольствия были заняты совершенно не сражением. Та девчонка, которой хватило смелости обозвать его, заинтересовала. Она кого-то напоминала, но кого, мужчина так и не смог понять. Что-то было в её внешности такое знакомое, как будто он видел её раньше. Но он прекрасно знал, что этого не было. Если только в одном из городов, где он бывал, мог пересечься с ней еще до того, как та стала экзорцистом. Конечно, он не знал, что так просто пересечься они не могли. Третий апостол даже не догадывался, откуда эта юная, но смелая (или просто не умеющая держать язык и эмоции под контролем) леди вообще взялась. Сама же леди стояла за стеной, пытаясь что-то придумать. А может, она просто оттягивала момент выхода? Ведь, как бы это ни было страшно, но шатенка признавала, что страх поселился в ее душе. И она понимала, что если ничего не сделает, то ничего хорошего не будет, а в глаза своему любимому будет очень трудно смотреть. Она медленно подняла руку, из-под куртки дотрагиваясь до медальона. Детей уже увела та игрушка, в которой находилась чистая сила, за которой и приехали экзорцисты. «Интересно, это нормально, что Чистая сила имеет свой разум?» — пронеслась мысль в голове, на секунду отвлекая от насущной проблемы. — Ничего удивительного, что каждая частица имеет свой разум. Ты должна была бы понять это уже, сестренка. Юля резко повернула голову в бок, туда, откуда исходил такой знакомый и родной голос. Да, прошло уже чуть больше года, но она никогда не забудет этот голос. В метре от шатенки стояла её точная копия. Волосы того же цвета и длины: темно-каштановые, почти черные, достающие почти до поясницы. Ярко зеленые глаза проницательно смотрели на своего собеседника, как будто обладатель этого взгляда смотрел прямо в душу, видя все самое сокровенное и то, что прячется глубоко в душе. Та же форма лица и губ. Тонкая длинная шея, красивая грудь, тонкая талия, длинные ноги. Кирилова как будто видела свое отражение. Только одежда была другая. Вместо потрепанной формы экзорциста, отражение было одето в белое платье обтягивающие талию и длинной юбкой до самой земли. П-образный вырез на груди и длинные рукава-фонарики. — Ты должна победить свой страх, иначе потеряешь все, ради чего ты пришла сюда. Её голос был тихим, нежным. Будто бы говорил ветер, а не человек. Хотя, её нельзя назвать человеком. Она всего лишь сгусток очень сильной и мощной энергии, по каким-то странным причинам ставшая сестрой самой девушки, состоящей из крови и плоти и принимая её облик. Просто скопировала того, кто ей был нужен. Только вот, неизвестно еще, для чего. — Я не готова дать тебе свою силу, точно также как вы с Ксенией не готовы принять её. Юля знала. Просто чувствовала, что «Ульяна» недоговаривает. И ей очень хотелось знать, что именно. Она уже совершенно забыла о том, где находится, не говоря о том, что происходит. Девушка внимательно смотрела прямо в глаза своей копии. Да, она любила сестру больше всего на свете. Только вот, она умерла чуть больше года назад. А это принимать за сестру было очень сложно. Глаза этого нечто были холодны, а губы перестали вытягиваться в доброй и красивой улыбке. Оно больше не Ульяна. — Но я могу дать тебе то, что по праву принадлежит тебе. «Ульяна» протянула руку, в которой лежала Чистая сила. Ничего не говоря, она повернула руку тыльной стороной вверх, погружая частицу в лезвие. Гуандао засветилось зеленоватым светом, меняя свой внешний вид. Шатенка удивленно опустила руку, наблюдая за парящим оружием. Древко приобрело цвет спелой вишни, а острый наконечник был золотого цвета. Там, где заканчивалось древко и начиналось лезвие, тоже покрылось золотым широким кольцом, со странной гравировкой. Само лезвие осталось той же формы, только увеличилось в размере, и на одном из концов висела красная нить. Зеленоватый свет стал уменьшаться, оставаясь только на лезвии и на наконечнике с другой стороны. Юля, завороженно наблюдая за гуандао, аккуратно и медленно коснулась его, удивляясь, как легко оно легло в руку. Не смотря на увеличившийся объем, оно не стало тяжелее, даже казалось, что наоборот. Легче. Взяв оружие двумя руками, и прокрутив его, проверяя, в голове пронеслось «Лей». — Лей, значит, — девушка сразу поняла, что имя гуандао, — но почему? Для чего ты мне помогаешь? Юля сощурила глаза, внимательно смотря на лицо своей копии. Она понимала, что просто так ничего не бывает. Тем более у такого скрытного и непонятного нечто. — Я не хочу, чтобы ты умерла раньше времени. Это всё равно произошло бы, рано или поздно. Ты же знаешь, что именно Чистая сила выбирает хозяина, а не наоборот. Но запомни, любое оружие требует мастерства. Не будь безрассудной. То, что ты получила свою Чистую силу, не значит, что стала очень сильной. Вам обеим надо слишком много тренироваться и познавать свою силу, чтобы стать поистине сильными экзорцистами. И она стала растворяться, превращаясь в маленькие крохотные частицы. Порыв теплого ветра унес её в небеса, напоследок пожелав удачи. А Кирилова стояла и заворожено смотрела на эту поистине красивую картину, стоявшую руки великолепного художника. Ведь белоснежные частицы светились слегка желтоватым светом в золотых лучах солнца. Создавалось ощущение чего-то божественного, великого и прекрасного. Может, так оно и есть на самом деле? Ведь это божественная сила, хоть Юлия и сомневалась в её божественности. — Ну, ладненько, пора повеселиться! Эта ситуация и эта новая Чистая сила придало уверенности девушке, отгоняя страх. И немного интереса. Надо же узнать, какая она, новая сила! Она наконец-то вышла из-за стены, смотря на погром. Акума стало намного меньше, Микк успел уничтожить почти весь первый уровень. Осталось пару второго и один третьего. А еще Ной. В голове сразу появилась такая странная, но до жути опасная мысль. Да, плохо дразнить и обижать других. Особенно, если это Ной. Он и сам может в ответ, и подразнить, и обидеть, и даже убить особо жестоким образом. Не зря же, он Удовольствие. Но разве нашу героиню такое волнует? Если уж она позволяла себе вульгарное общение с Рувелье, правда, не долго, он все же поставил её на место. Так почему же нельзя такого и с Тики Микком? Правда, же не убьет он ее так сразу! Наверное… может быть… это будет больно. — Тикки Микк! К ноге! И вот почему-то, по великому и злому закону подлости, именно в этот момент всё затихло. Правда, на секунду. Но всё равно, столь громкий, строгий крик, с нотками стали в голосе, услышали все. Абсолютно все. Пес, разорвав последнего акума первого уровня, гавкнул и в пару прыжков оказался с хозяйкой, вставая с левой от неё стороны. Его темные глаза смотрели на девушку с восторгом и преданностью. Микк не глупый пес, он все чувствует. Как и сейчас чувствует уверенность своей хозяйки, переполняющую ее до самых краёв. Она подняла руку и потрепала слишком большую голову своего верного друга. А тем временем, очередная, только прикуренная, сигарета упала на землю. И лицо третьего апостола вновь приобрело удивительно-охуевшее выражение. По-другому это никак не назвать. Цилиндр во второй раз съехал со своего места, только на этот раз все-таки падая на землю от сильного наклона головы. Левая бровь нервно задергалась, точно так же как и уголки губ. Да уж, не каждый день португальца доводят до такого состояния дважды. — А она интересная… Он уверенно спрыгнул с дерева, быстро оказавшись напротив шатенки, осматривая её с ног до головы, не упуская не единого миллиметра. И опять странное ощущение, что она кого-то напоминает. Доберман сразу обратил свое внимание на врага, грозно рыча и приготовившись к атаке. Юля встала в боевую стойку, выжидая чего-то. А Ной все стоял и внимательно смотрел на девушку. Она была красива, да. А еще наглая и безрассудная. А в её зеленых и, тоже таких знакомых глазах, читалось ненависть и презрение к данному субъекту, на которого она и смотрела. — Знаете, Леди, а вы мне кого-то напоминаете! Может, мы виделись где-то? — приятный бархатный голос был наполнен интересом и удивлением. И Юлия не могла отрицать, что голос Ноя был приятен для её музыкального слуха. — Мне плевать, что творится в твоей кудрявой башке, — шатенка злобно смотрела на Ноя, еле сдерживаясь, чтобы не накинуться на него. — Ого, а ты интересная личность. Правда, малыш всё равно интереснее, — мужчина хмыкнул, прикуривая новую сигарету. От напоминания ее любимого Аллена, девушка заметно вздрогнула, сразу вспоминая картину, как этот на первый взгляд безобидный мужчина впустил тиза в сердце парня, приказав тому прогрызть жизненно-важный орган, а потом безжалостно оторвал ему руку. Она вспомнила, с какой болью Аллен рассказывал ей про тот момент его далеко несчастливой жизни. Ярость стала переполнять девушку, глаза сразу же поменяли свой цвет, что на данный момент укрылось от Ноя. Тикки вздрогнул, ощутив явное желание убийства, исходящее от девушки и, наконец-то, посмотрев ей в глаза, удивился. Секунду назад они были зеленые, а сейчас янтарные. Сейчас ее взгляд был кровожадным, полным ярости и презрения. Такой же взгляд, как и у его семьи. Но он точно знал, что она никак не относится к ним. Он не чувствовал в ней Темную материю. — Не смей трогать моего Аллена! Прорычав, как опасный зверь, эти слова, она сразу же кинулась на португальца, намереваясь его убить. Сейчас ничего не волновало. Ни крики историков, которые увидели это, не злобное рычание Микка за спиной. Только цель перед глазами. Убить. Убить так жестоко, чтобы он почувствовал тоже, что и её любовь. Чтобы он страдал также как и он! — Микки, акума, фас! — это было единственное, что она сказала своему псу, на секунду остановившись. Доберман начал мешкать. Вроде был прямой приказ, а вроде он чувствовал, что этот противник слишком силен. Услышав очередной «фас!» — собака рванула на акума, который в этот момент пытался атаковать застывшего Лави. Тики Микк призвал Темную материю, используя ее как меч, блокируя некоторые выпады со стороны девушки, или атакуя сам. Всё же, она оказалась очень интересна. Конечно, Ной не сражался во всю силу, желая узнать, что представляет собой эта юная Леди. Его тонкие губы растянулись в кровожадной улыбке.

***

— Всё, успокоился? Уолкер тяжело дышал, не спеша убирать свой меч, который преобразовал из левой руки. Вот уже часа два, а может и три, он служит грушей для битья. Уж очень не понравилось грозному японцу то, что Егорова приняла Чистую силу и тоже стала экзорцистом. С появлением этой несносной блондинки в его жизни всё пошло не так. Если раньше он ничего не боялся и мог с полной готовностью умереть в бою, то сейчас всё было не так. Мало того, что он стал беречь себя, так еще и каждый день волновался за свою ЛЮБИМУЮ девушку! Представляете, он, грозный и сильный Канда Юу, гроза всея ЧО, волновался за кого-то! Он просто не мог не волноваться. Точно так же как и не мог перестать думать о ней, когда её нет рядом. Да даже когда она рядом, все равно думает о ней! Порой, это выводило его и сильно отвлекало в бою. Он злился, ругался. Но стоило ему увидеть причину всех его бед, так вся злость сразу проходила, и всё, что он мог сделать, просто начать бурчать на неё за очередную выходку или еще что-нибудь. И сейчас, зная, какой опасности она себя подвергла, причем вполне осознанно, ведь она не глупая, хоть и трусливая, мечник просто не мог смириться с этим. В конце-то концов, она единственная девушка, ради которой он готов жить. И не только жить, но и пережить всю свою жизнь повторно, если она опять также появиться в его жизни, меняя весь его внутренний мир. — Тч! Канда сел на пол тренировочного зала, убирая Муген в ножны. Аллен, заметив, что пыл японца остыл, убрал свой меч, возвращая левую руку на место. Не смотря на то, что был долгий и выматывающий бой, он все равно никак не мог избавиться от волнения за Юлию. Она отправилась на первое свое задание. Конечно, он знал, что с ней Лави и Историк, и если что, они защитят ее. Но он все равно волновался. А вдруг будут очень сильные акума? А вдруг кто-то из Ноев появится? А вдруг она сильно поранится? А вдруг она вообще не вернется? Видимо, в нем что-то поменялось, что привлекло внимание японца. Он внимательно посмотрел на лицо Стручка, прекрасно видя, как он не в состоянии держать свою маску. Столько волнения, печали, страха он редко видел на лице вечно улыбающегося парня. Ну что же, Канда прекрасно понимал его. Он даже думать не хотел, что будет, когда Ксюшу допустят до выполнения заданий. — Тч. Все с ней в порядке будет, — мечник поднялся с пола, проходя мимо друга-врага и толкая его плечом, — на твою кислую рожу смотреть тошно. И он пошел дальше, покидая зал и оставляя седовласого экзорциста удивленно смотреть перед собой. Это что же получается, БаКанда его попытался утешить? Это же, какое лицо у него было, что сам Канда опустился до утешения смертного и недостойного? — В порядке, говоришь? Аллен медленно сел на пол, сгибая ноги и утыкаясь в колени носом. Хотел бы он верить, что с ней всё будет в порядке. Он поднял голову, смотря через окно на ясное небо. Обе руки он поставил за спиной, опираясь на них, а одну ногу вытянул. Он был где-то в своих мыслях, разговаривая с Неа, и ничего не замечал вокруг. И только когда солнце стало медленно опускаться, его кольцо на безымянном пальце сильно зажгло. Оно было настолько горячим, что парень зашипел, подавляя болезненный стон. Он знал, что это значит. А значит это только одно. Его любимая девушка в огромной опасности. Единственный раз, когда кольцо так горело, было как раз в тот момент, когда Юлию в своем мире подстрелили. И даже тогда оно так сильно не жгло. Вскочив на ноги, он бегом отправился прямо в кабинет Смотрителя. Он не может бросить её.