Возрождение

Неделя пролетела на удивление быстро. Каждое утро Волдеморт отправлялся вместе с Гермионой в Министерство и каждый вечер спешил вместе с ней домой. Если бы не кошмары, продолжавшие его мучить, он мог бы сказать, что жизнь стала размеренной и скучной. И не грязнокровка, которую приходилось время от времени целовать. Спать же он продолжал в гостиной, напрочь отказываясь идти в спальню. Мотивом было то, что он не хотел будить свою супругу, настоящей же причиной служило его полное нежелание допустить даже мысли о возможном соитии с «женой». Волдеморт чувствовал, что в этом молодом теле еще бурлили гормоны и провоцировать самого себя ему очень не хотелось. Он уже проник в воспоминания глубже, чем ему хотелось бы, и захватил несколько сцен из личной жизни супругов Уизли. Больше их не хотелось ему смотреть. Это было для него омерзительно и противно. Хотя, еще он иногда отмечал, что не так уж ему и неприятна Гермиона. Пока ему не приходилось проявлять «чувства», все было вполне сносно. С грязнокровкой было о чем потолковать, она не была глупа, не зацикливалась на себе. Волдеморт отмечал, что в некотором отношении ее можно назвать приятной. Приятной и не более.

***

За прошедшие дни много всего прокрутил Волдеморт в голове. Одной из главных мыслей была идея о захвате власти. Правда, на этот раз не таком радикальном, как в прошлый раз. Необходимо было сделать это как можно мягче, как можно незаметнее. Оставалось только найти подходящего лопуха, готового проглотить речи Темного Лорда и не заподозрить никакого подвоха. Гермиона и Поттер на эти роли не годились совершенно, по вполне понятным причинам. Нужно было искать кого-то другого. Того, в чьей тени можно было бы спокойно прятаться и пользоваться положением.

***

В очередной свой рабочий день, когда снова приходилось разбирать документы неряхи Перси, Волдеморту вдруг пришла в голову идея. И он не преминул ее озвучить. Потянувшись, так что захрустели косточки затекшей от долгого сидения спины, он с ленцой посмотрел на Перси и, как бы между делом, спросил: — Ты никогда не задумывался о том, чтобы попробовать занять пост Министра Магии? От столь неожиданного вопроса Перси Уизли поперхнулся, едва не смял рассматриваемый им протокол, и вопросительно уставился на своего младшего брата. Тот же, как ни в чем не бывало, продолжил копание в документах. — Т-ты сейчас это серьезно, Рон? — чуть заикаясь, переспросил Перси, привстав в кресле. Такого поворота он совершенно точно не ожидал, да и младший брат ему сейчас напоминал мальчишку, играющего на ковре у камина. Такая стойкая ассоциация была связана с тем, что Волдеморт разбирал бумаги сидя на полу, ничуть не стесняясь того, как он выглядит со стороны. — Рон, ты это серьезно сказал или пошутил? — повторил свой вопрос Перси. — Абсолютно серьезно, — кивнул ему Волдеморт и усмехнулся. — Секретарем при министре ты уже побывал, почему бы не попробовать двинуться дальше? Ответом ему был недоверчивый взгляд и напряженное молчание. — Просто предложил, — пожал плечами Волдеморт, пытаясь изобразить простоватую-глуповатость на лице Рональда Уизли. — Неожиданно ты это предложить решил... — пробормотал Перси и уткнулся в протокол. Кажется, этот юнец попался на крючок. Не сможет он теперь отделаться от этой мысли, пусть и вскользь подкинутой ему недоумком-братом. Тут логика Волдеморта была проста, как два сикля — самому ему идти сейчас во власть было бы слишком приметно. А вот выдвинуть «братца» — самое оно. Заодно можно было бы начать прощупывать существующих политиков, и, возможно, тихонько сместить пару волшебников, но это уже были слишком далеко идущие планы, впрочем, как и министерское кресло для Перси. — А почему ты предложил это именно мне? — вернулся к теме Перси, после десятиминутного молчания. — Логичнее было бы выдвинуть на эту должность Гермиону. Волдеморта передернуло. Грязнокровку? Еще чего! Только не в смену Темного Лорда! Вслух он, конечно же, решил озвучить другую причину, благо, свою жену успел узнать уже достаточно хорошо. — Не думаю, что это такая хорошая идея, Перси… — для вида Волдеморт призадумался, а затем почесал затылок. — Помнишь же, как она носилась с этим Г.А.В.Н.Э.? Боюсь, что уже за одни подобные мысли ее попрут из большой политики. — В чем-то ты прав, конечно, — Перси сунул в рот кончик пера и посмотрел в потолок. — Гарри тоже не вариант. Нет, он не глупый и… но для министерского кресла не подходит, я считаю. Вот теперь рыбка свою наживку заглотила. И даже не поперхнулась. — Может быть ты распорядишься, чтобы мне наконец-то поставили стол? — сменил тему Волдеморт и встал с пола. — Спина уже ноет от постоянного сидения на полу. Он снова показательно потянулся и чуть повел плечами, показывая, как все у него затекло. Затем Волдеморт нагнулся за одной из разобранных папок, ловко подобрал ее и отправил в шкаф к рассортированным бумагам. Перси встрепенулся и заулыбался. — Конечно-конечно! Завтра же попрошу поставить дополнительный стол! Ну а по завершению рабочего дня Перси решил пригласить своего внезапно поумневшего братца пропустить по паре глотков Огденского. Ради укрепления доброй братской дружбы Волдеморту пришлось согласиться. Парой глотков сие дело не ограничилось, впрочем, и парой кружек тоже. Засиделись они знатно. Перси отвел Волдеморта в какой-то маггловский кабак, где обстановка была не совсем приятная, учитывая количество простецов, но вот пойло… Магглы знали толк в выпивке. Это было немногое, за что их можно было ценить или хотя бы позволить им существовать. Внешне кабак мало чем отличался от тех, что существовали у волшебников: отделанные грубой лакированной древесиной стены, дощатый пол, деревянные же столы и лавки. Не смотря на то, что здание, в котором находилась сия питейная, было кирпичным. Видимо, вся эта «деревянность» была для антуража. В принципе, этому Волдеморт придавал минимум внимания, как собравшимся здесь выпивохам. Как только они сделали первый заказ и поговорили минут пятнадцать на отрешенные темы, такие, как погода, текущие дела и самочувствие Молли, которую недавно посещал Перси, тема разговора сменилась, и Волдеморт понял, почему братец притащил его именно сюда. Здесь не было знакомых с магией субъектов, которые могли бы подслушать их разговор. Все же Перси Уизли был довольно скрытным человеком. Он очень быстро сместил разговор в сторону утреннего обсуждения должности Министра Магии. Мысленно Волдеморт отметил, что парень-то хитер. Иметь такого на своей стороне было выгодным плюсом. Руководить им исподтишка — и того лучше. — Итак, Рон, ты правда считаешь, что мне стоило бы попробовать? — спросил Перси, серьезно глядя на Волдеморта. Он нервничал, крутил в пальцах стакан с ирландским виски и нервно постукивал пальцами по толстому стеклу. — Почему бы и нет? — Волдеморт старался говорить отстраненно, как будто в утреннем разговоре он высказал совершенно случайную и внезапную для самого себя мысль. — Опыт кое-какой у тебя уже есть, ты же работал у Фаджа. — Да… но это было так, скорее меня номинально поставили, я ничем и не занимался. «Можно подумать, что я позволю тебе что-то делать самому, когда ты сядешь в министерское кресло», — коварно подумал Волдеморт. Сделав большой глоток и слегка поморщившись от обжегшего горло виски, Волдеморт совершенно невинно посмотрел на Перси. — Так у тебя есть шанс попробовать проявить себя. Если ничего не делать, то можно сколько угодно гадать получится или нет, надо попробовать, — он сам не заметил, как голос его стал вкрадчивым, утратив безмятежные нотки, присущие Рональду Уизли. И Перси, видимо, этого не заметил. Он пристально посмотрел на брата, а затем… расхохотался. Он смеялся, как ненормальный, несколько секунд. Некоторые посетители за соседними столиками повернули головы к колоритной парочке в мантиях, но когда Перси, наконец, взял себя в руки, вернулись к своим занятиям, игнорируя братьев. — Да-а-а… Вот, видимо, чем вы руководствовались с Гарри, когда учились в школе и влипали в различные передряги? Волдеморт почувствовал, как у него краснеют уши. Глупости. Все это творил Рон, а стыдно почему-то было ему — Волдеморту. Хорошо, что кабак был погружен в полумрак и скрывал эти пылающие уши. — Ну, было дело, да, — пожал плечами Волдеморт, стараясь подыгрывать Перси. — Кто ж не чудил в детстве? — Я не чудил, — серьезно ответил Перси и снова приложился к виски. — Ты в нашей семье вообще уникум, — усмехнулся Волдеморт. Взгляд Перси чуть погрустнел. Он снова хлебнул виски, а затем закусил губу. — Фред тоже так всегда говорил… — Видимо, боль от потери родного брата все еще мучала его. Перси, всегда старавшийся казаться самостоятельным, не нуждающимся ни в чьем внимании, должно быть, был самым обделенным из всей семьи. Волдеморт протянул руку через стол и похлопал Перси по плечу. Тот поднял на него вымученный взгляд и слабо улыбнулся в благодарность за понимание. — Тогда мы должны попытаться, ради Фреда. — Вопреки своим действиям, Волдеморт словами продолжать давить на еще не зажившую рану. — Мы должны сами что-то изменить, чтобы… — он сделал трагическую паузу. — Чтобы тот кошмар не повторился вновь. В ответ Перси промолчал. Затем опять выпил виски. Кивнул в знак согласия. — Ты прав. С войны прошло несколько лет, но в нашем мире ничего не изменилось. Волшебники опять наступят на старые грабли, если ничего не предпринять. Пройдет каких-нибудь лет тридцать и появится новый «Волдеморт», пытающийся навести свои порядки. Его имя стало нарицательным. Ну, какая-никакая, а слава. — Так что, начнем разрабатывать кампанию? — шутливо спросил Волдеморт, уже зная, что Перси скажет: «ДА!».

***

Прогулка с Перси вылилась в солидные посиделки, и вернулся в свое «любовное гнездышко» Волдеморт в изрядном подпитии. Супруга, увидев своего муженька в некондиционном виде, особой приязни по этому поводу не проявила. Скорее даже наоборот — встретила Волдеморта достаточно сурово и отстранено. Когда он открыл дверь своим ключом и постарался просочиться в дверной проем, то тут как тут возникла его благоверная с крайне постным выражением лица. Если бы на месте Волдеморта был настоящий Рональд Уизли, то он струхнул бы не на шутку, но Темного Лорда было сложно пронять такими мелочами. Даже волшебная палочка, которой Гермиона постукивала о дверной косяк, не вызывала благоговейного трепета. А грозное выражение ее лица скорее забавляло, чем наводило страх. Но нужно было отыгрывать свою роль. Даже когда он был не трезв. — Ты злишься? — решил уточнить Волдеморт прежде, чем пройти в гостиную. — Я разочарована, — спокойно ответила Гермиона и скрестила руки на груди. — Ты снова взялся за старое? — она с укором посмотрела на него. — Всего пару бокалов... — Он не врал, ему и впрямь хватило совсем немного, чтобы опьянеть, в сравнении с Перси, он выпил сущие капли. Братец его вливал в свою глотку виски, как не в себя. Видимо это тело слишком уж отвыкло от алкоголя. Либо несколько бокалов и правда были для него потолком. Наверное, выпитое давало о себе знать и подействовало на мозг сильнее, чем мог предположить Волдеморт. Он решил подойти ближе к своей супруге, чуть было не споткнулся о порог и, чтобы не упасть, выставил руки вперед. Таким образом в плену у этих рук оказалась Гермиона, плотно прижатая к стене телом Волдеморта и его крепкими объятиями. Судя по ее взгляду — она успела только удивиться, на дальнейшее возмущение ей времени не дали. Оказавшись так близко к своей практически законной жене, Волдеморт обнаружил, что лицо его находится так близко к личику Гермионы, что он чувствует на щеках ее прерывистое дыхание. И вот тут уже он, по собственной доброй воле, без какого-либо отвращения и неприязни, резко подался вперед и впечатался губами в уста грязнокровки. Так жадно, так хищно он целовал ее, что внутри все замирало. Одной рукой он обхватил ее за затылок, другую спустил ниже и провел ребром ладони по бедру Гермионы. Та шумно выдохнула ему в губы, но совсем не сопротивлялась, наоборот, ее руки легли на его плечи. Морок спал моментально, будто окатили ледяной водой из ведра. Он. Волдеморт. И грязнокровка. И он уже готов тащить девицу в спальню, рвать с нее одежду и тешиться с ней в кровати. Он мигом отпрянул от тянувшейся к нему Гермионы. — Ты в порядке, Рон? — такой участливый тон был у этой женщины. — У-устал… — выдавил из себя Волдеморт, пятясь в гостиную. — Может быть тебе лучше прилечь на кровать, а не на диван? — осторожно спросила Гермиона, чем очень удивила Волдеморта. Было странно, что она не стала кричать, срываться, а вела себя так спокойно. — М-м-может б-быть… — выдавил он. Ему и самому уже надоело спать на неудобном диване и просыпаться с ноющей и затекшей спиной. Ну, одну ночь-то можно и в кровати провести. На удобном матрасе да мягких простынях, укрывшись одеялом, а не тонким пледом. Вполне можно. Почему бы и нет?