Make it Fresh

      Тишина, наступившая после стремительных волн оглушала. По земле проходила едва ощутимая пульсация, как если бы под землей проходило метро. Пыль и песок, поднявшиеся в воздух, медленно опускались. Вокруг проявлялись линии деревьев и двух человеческих силуэтов.       С прямой спиной, засунув руки в карманы, Казуя смотрел вперёд. В месте, куда ударил его ветер, все ещё клубилось плотное облако из пыли и песка с землей. Мужчина чего-то ждал.       Внезапно, вибрации под землёй и в воздухе в разы усилились и не ослабляя бдительности, Казуя отступил на несколько больших шагов. И в следующий момент в старшего мага полетела ударная волна воздуха.       Ичиру не просто смог защититься от атаки Ягами, он также, не сбавляя, скорости и решимости направил ответный удар на наставника и рассчитывал серьезно ранить его. Кирию надоели все эти неожиданные финты для обучения. Надоело только отбиваться и защищаться. Надоело бить и не попадать в цель. Надоело бинтовать все тело от ран. В сознании проявилось крайне важное желание для любого боя - желание размазать противника в кашу. Это желание зацепилось за ранние слова Аюни: "Все великие школы заклинателей твердят о важности благочестивости и светлых чувств даже во время самых ожесточенных боев. Постоянно твердят о благородстве и возвышенности над грешностью мира с людьми. Но знаешь, куда важнее правильно использовать такие чувства, как ярость, гнев и особенно ненависть. В нас нет плохих и хороших чувств. Мы такие, какие есть. Нужно просто правильно расставить систему приоритетов. И когда придет время, пустить в бой то, что особенно ярко светится в твоем сердце".       В Ичиру все полыхало от гнева. Еще никогда в жизни он так не злился. В венах бурлила кровь, переполненная адреналином и взревевшими частицами энергии, которые просились наружу.       Казуя ждал сильного ответного удара. Но то, что предстало перед его глазами превзошло все его ожидания. Он сразу же уловил странные волны от атаки компаньона. Не такая энергия распространяется от мага воздуха при атаке. Она разительно отличалась от того, с чем сталкивался Ягами. Несмотря на то, что с ответным ударом мужчина смог совладать и вовремя отпрянуть от волн, чтобы его не задело, сердце билось сильнее и Казуя впервые напрягался при спарринге с Ичиру.       Атака Кирию была странной не из-за внезапной силы удара или стремительной скорости, которая при более выгодных обстоятельствах для младшего мага совершенно точно смогла быть достать Ягами. Его один удар соединял несколько. Когда, казалось бы, одна волна полетела в Казую, она столкнулась с барьером старшего мага и распространилась по сторонам своеобразными волнами, которые ударили снова с разных сторон с разной скоростью. Из-за этого стало тяжелее распределять силы, чтобы грамотно отбиться. Никакой маг воздуха не наносит таких ударов. Даже сам Казуя. Подобные атаки могли быть присущи разве что... — Похоже, ты сильно разозлился, Ичиру. Неплохо-неплохо. — Ягами был искренне рад, что долгожданное пробуждение силы свершилось. Теперь, осталось не разгромить весь лес окончательно и не попасть под атаку близнеца. Удары парня были слишком беспорядочными и резкими. — Ого, неужели для таких атак тебя нужно было всего лишь разозлить? Ну ты б сразу сказал, я бы пообзывался. — отбиваясь от очередной воздушной волны, напряженно усмехался Казуя. Что-то шло не так.       Ичиру дал волю чувствам и не собирался останавливаться на пол пути. Он продолжал лупить по Казуи что есть силы и, все же, смог задеть учителя, порвав рукав его несменяемой черной куртки. Этот день календаря Ягами отметит ярко красной точкой, прямо как на флаге Японии. Ичиру стал первым человеком, который посмел порвать его одежду. Еще и сделал это так быстро.       Пронаблюдав за атаками ученика еще немного, мужчина убедился, что новоиспеченный маг воздуха всерьез решил его одолеть и потому парочкой (на самом деле, десяточкой, а то и двадцаточкой, но это не суть) вырванных с корнем деревьев его старания не ограничатся. Нужно было что-то делать. Казуя не умел ставить скрывающие барьеры, которые разделяли пространство, чтобы скрывать битву, при этом не задевать ни в чем не повинную действительность.       Только мужчина нашел удобную позицию для своего заклинания, чтобы остановить Ичиру, как тот замер на своем месте с вытянутыми руками. Парень тяжело дышал и даже на расстоянии было видно, как он вспотел. Со лба на глаза текли крупные капли пота, руки и ноги дрожали от перенапряжения, а сердце будто пыталось разорвать грудную клетку изнутри. Стук больно отдавался в висках. — И... Ичиру? — взволнованно позвал Казуя.       Кирию вдруг рухнул на колени, держась одной рукой за сердце. А после парень упал на руки наставника, который вовремя подлетел к истощенному телу.       Раздался нежданный звонок прямо посреди урока. Аюни почувствовала ненавязчивую вибрацию и попросилась выйти из аудитории.       Уже на веранде Академии она могла спокойно слушать нервный монолог Казуи. — Это бред, Казуя. — вздыхала женщина, — Он не потомственный маг. Говорила же. — Ты обвиняешь меня в слепоте или что? Я своими глазами все видел и на своей шкуре все ощутил. Он даже смог порвать мне куртку! — Наконец-то у тебя появился достойный соперник. Ваша битва будет легендарной. — закатила глаза Аюни, опираясь спиной на мраморную колонну. — Касуми, я, конечно, все понимаю: ты у нас немало лет прожила, многое повидала. Но у какого непотомственного мага может быть импульсная энергия? — ... Что ты сказал? — внезапно замерла Аюни. Теперь на ее лице было совсем не скучающее выражение лица. — Не переспрашивай! Ты прекрасно знаешь, что это за мутагенная энергия. А еще ты знаешь, насколько она ценна для Ордена. Скажи мне, пожалуйста, откуда в пацане, который никак не связан с миром магии, импульсные частицы, которые способны впитывать и преобразовывать ядерную энергию, как, например, у тебя? — Аюни молчала, — Если все и правда так, как ты говоришь и если Ичиру сам тоже не врет, то это уже не шутки. Я не собираюсь нарушать свое обещание. Я позабочусь о нем. Но чем скорее ты выяснишь, откуда в нем энергия и, самое главное, кто и зачем в него ее поместил, тем лучше. Не мне все это тебе объяснять. — после длительного молчания по другую сторону трубки, Казуя более спокойно вздохнул, — Я тоже постараюсь как-то с ним поговорить и достать информацию, какую только смогу. С ним сейчас все хорошо. Отсыпается. Энергия не так сильно задела его сердце. Считай, получил что-то в роде очень сильного испуга.       Казуя постарался еще раз разговорить подругу и немного ее успокоить. В конце концов, обменявшись еще парой незначительных фраз, друзья сбросили звонки.       Аюни была в сильном смятении. За все то время, что она взаимодействовала с самыми разными кланами магов и в Японии, и в Китае, и даже в Европе женщина знала одного единственного мага воздуха с импульсной энергией от рождения. И этот человек был вторым по званию и силе в ее отряде во времена Совета. Естественно, он был мертв. "Мияно, Гин... Что за чертовщина происходит?" — так и застыл вопрос в голове Аюни. Ее лицо было белым, как лист бумаги. Женщине хотелось навестить одно место, где она в прежние времена приводила мысли в порядок. Но оно было так же далеко, как ее родной дом. А прямо сейчас на мага накатывали непрошенные воспоминания.       Проблема импульсной энергии в маге воздуха была в том, что подобная мутация была обнаружена в одном единственном клане, который довел свою родословную до событий Второй мировой войны. Подобные отклонения встречались и у прочих стихий, но именно у воздуха мутация была сосредоточена вокруг одной единственной фамилии. Никто так и не смог понять, почему так случилось. Оставалось лишь принять тот факт, что среди магов воздуха может быть лишь один единственный носитель импульсной энергии или, как еще проще говорят, Импульса.       В голове Аюни был сплошной бардак. Женщина нервничала, перебирая в голове самые разные и безумные варианты того, как такая энергия могла попасть в Ичиру. И ни одна из версий не была здравой и логически завершенной. Даже для мира магии и потусторонней реальности мысли мага воды были бредовыми.       Она не заметила, как закончилась лекция и не слышала шума открывающихся дверей и гула учеников, которые расходились по нужным кабинетам. Сознание затуманивалось сценами давно ушедших лет, и образы прошлого накладывались на действительность. Вот перед глазами возник до боли знакомый и родной облик мужчины. Глубокий взгляд темных глаз затягивал во тьму и надёжно укрывал словно одеяло. Тонкие губы приоткрывались и шептали ее не настоящее имя: — Аюни-тян. Аюни. Аюни.       Женщина распахнула глаза как от кошмара и увидела Такамию Кайто, который наклонялся к ней, стоя на одном колене. Темные глаза в видении превратились в зеленые, а черные волосы некогда любимого мужчины стали каштановыми и кудрявыми. Под мышкой у охотника была какая-то толстая папка, видимо, шел на урок.       Мужчина хмурым взглядом окидывал студентку. — Ты как? Упала в обморок? Лицо все бледное, пульс слабый. — перечислял Такамия, придерживая девушку за плечо, чтобы она не завалилась в бок. — Встать можешь? — Аюни!       На этот голос девушка отреагировала более явно: медленно повернула голову в сторону Зеро, который быстро приближался к ней с Кайто.       Вокруг троицы стали собираться прочие студенты, которым стало интересно, что такого произошло с девушкой, раз с ней крутится префект и один из новых преподавателей. — Разве занятия окончены на сегодня?       Фирменный взгляд Кирию не заставил себя ждать. Его всегда раздражали такие зеваки, которым лишь бы поглазеть и ничего не сделать.       Люди стали расходиться и шум постепенно прекратился. — Я о ней позабочусь, Кайто. — обратился префект к другу детства, который теперь был его учителем по этикету.       Кайто с сомнением в глазах посмотрел на Кирию, а потом снова перевел взгляд на девушку. Когда Такамия только увидел Аюни в таком состоянии, первое, что он проверил были ее шея и руки. Никаких следов от клыков.       Вздохнув, старший охотник заметил, что девушка собирается вставать и подал ей руку. Маг приняла помощь и медленно поднялась на ноги, держась за ладонь Такамии. — Что ж, как скажешь. Оставляю ее на тебя, префект-сан. Будь аккуратнее, Аюни-тян, никакая учеба не стоит твоего здоровья. — последняя фраза прозвучала дружелюбно, мужчина даже немного улыбнулся.       Когда Такамия скрылся за дверьми в учебный корпус, Зеро подошёл ближе к подруге. — Что случилось? В обморок упала?       Аюни слабо помотала головой. Она и сама не совсем поняла, как сползла по колонне вниз и выпала из реальности. Это был не обморок, скорее, некое видение или какой-то инсайт. — Перенервничала я что-то... — рассеянно ответила маг, делая первый шаг в сторону, где находился медицинский кабинет. — Перенервничала? — поднял бровь Зеро. Парень шел прямо позади Аюни, чтобы в случае чего вовремя подставить руки и поймать хрупкое на вид тело.       Девушка слабо кивала и больше ничего не говорила. Она просто хотела лечь. Желательно, на что-то теплое и мягкое, но необязательно.       Спустя несколько шагов, Зеро начал вслушиваться в ток крови Аюни. Судя по сердцебиению и тому, как кровь циркулировала в конечностях девушка, она прилагала немало усилий, чтобы идти самой. В самом больном колене, где больше всего шрамов, скопилась кровь, которая вызывала спазмы. Зеро не чувствовал боли девушки, но слышал, как все сжимается и бурлит в том месте и распространяет боль по всему телу. — Куда ты сейчас идёшь? — спросил Кирию. — В медпункт... — Аюни отвечала более уверенно, но голос был все ещё осипшим. Из него исчезла вся та яркая палитра эмоций, а лицо волшебницы было кукольным. Ни тени эмоций, одна потерянность и пустота. — Тебе нужно идти в свою комнату. — уверенно ответил Кирию, останавливая подругу за плечо.       Девушка слабо отстранила ладонь друга своей. — Мне полежать надо. Я просто и не ела ещё ничего сегодня.       У Зеро глаза на лоб полезли. — Тогда тем более возвращайся в общежитие. — настаивал парень, вновь останавливая девушку за то же плечо.       Сейчас, когда на девушке не было пиджака и через тонкую блузку лучше ощущалось чужое тело, Зеро оценил, насколько была худая Касуми. Когда он застал ее обнаженную в ванной, то не сильно вглядывался в линии ее тела. Глаза больше цеплялись за ее шрамы. А сейчас, парень ладонью ощущал все суставы в плече девушки. Не как у анорексичек, но довольно близко к такому состоянию. "И эта доходяга ещё умудряется не поесть? Что у нее могло стрястись такого, что она и не поела?"       Пока Аюни пыталась отодвинуть чужую руку от себя, Зеро ловко перехватил женское запястье и слегка дёрнул девушку на себя. Одна рука Касуми ушла за спину парня и инстинктивно обхватила его за шею, а сама волшебница оказалась на руках Кирию. Второй рукой девушка упёрлась ему в грудь и попыталась отбрыкаться от парня. — Ты чего творишь?! Я, конечно, люблю, когда меня носят на ручках как принцессу, но сейчас не та обстановка! — взвизгнула Аюни. — А какая же обстановка тебе нужна, тогда? — Маленький ещё спрашивать такое! Поставь меня на землю! — ответила возмущенно девушка. — А ты, вроде, большая девочка, но занимаешься какими-то детскими вещами. Хочешь заваливаться в стороны и потом, по дороге, в пруд какой-нибудь упасть? Или со ступенек? — отчасти Зеро даже злорадствовал, ведь, при всем своем желании эта женщина не вырвется из его рук, а к магии она не прибегнет. Она морально устала и истощена. И, к тому же, вокруг могут быть люди. — Не преувеличивай, я просто медленно передвигала ногами от слабости. — Ты упала посреди веранды. — Не упала я! Просто сползла вниз по колонне. — Значит, хочешь упасть?       Немая сцена. Зеро продолжал нести Аюни на руках как ни в чем ни бывало. Парень уже переходил через мост и был на пол пути к женскому общежитию. Хиджиката, видимо, осознала, что возвращаться никакого смысла нет. Они уже отошли на большое расстояние от академического корпуса. — В медпункте ты бы все равно не нашла никакого обезболивающего или снотворного. — вдруг заговорил Зеро, смотря вперед на дорогу. — С чего ты вообще взял, что они мне были нужны? — нахмурила брови Аюни. Смирившись со своим положением, девушка поудобнее устроила руки на плечах префекта. — У тебя болит коленка, ведь так? — Откуда ты знаешь? — округлила глаза девушка. — Слышу твою кровь.       Аюни обомлела ещё сильнее. Вампирские способности действительно ее удивляли. Несмотря на то, что маги и сами могли отслеживать определенные следы магии или движение энергии в противнике, всё-таки, выводы Зеро, сделанные просто на слух, изумляли. — А ты специально прислушиваешься или это само получается? — заинтересовалась девушка, наблюдая за профилем вампира. — И то, и другое. — снова повисло молчание. Зеро почувствовал какой-то странный взгляд волшебницы, — Ты чего? — удивился он, когда заметил звездочки в глазах Аюни. — Вот, вроде, это нечестно, что ты, считай, подслушиваешь мой организм. Но при этом это так здорово. Ты можешь многое чувствовать. И потому тебе легче принять какие-то решения, наверное. — Не думаю. — отрезал Кирию.       Несмотря на его несколько категоричный тон, Аюни стало как-то теплее на душе. Сначала в мужских руках было слишком непривычно и даже страшно, она ощутила, насколько больше нее Зеро, но теперь было уютно вот так лежать и ни о чем не заботиться. Волшебница подумала, что эти руки надежные. А их хозяин искренний человек, который не пытается казаться лучше, чем он есть на самом деле.       Маг зацепилась взглядом за ближнюю мочку уха у Кирию. На ней красовалась сережка, которую она подарила ему на день рождения. — О, ты надел ее! — обрадовалась волшебница. На ее бледных губах наконец-то появилась привычная теплая улыбка. Из-за этого показалось, что губы снова обрели цвет и на щеках появился легкий румянец. — Рада, что тебе понравился подарок.       Кирию казалось, что еще немного и он просто не выдержит. Он привык ходить в маске равнодушного чурбана от которого все шарахаются. Не привык показывать эмоции, предпочитая сарказм. А тут весь его образ трещал по швам. — Ты, кстати, как себя чувствуешь? — внезапно спросила Аюни, очень вовремя меняя тему. — О себе бы беспокоилась. — усмехнулся Кирию, вновь закрываясь саркастичным оскалом. — Тьфу на тебя, Кирию. — надула губки женщина. — Нормально же разговаривали. Чего ты снова начинаешь?       За этими краткими разговорами Аюни успокоилась. Беспокойство все еще бушевало где-то на краю сознания, но болтовня с Зеро выручала ее уставшее сознание. Можно было отвлечься и найти иную точку для концентрации мыслей.       Так или иначе, женщина признала, что она слишком устала. Все-таки она не просто так пришла в Академию. Она хотела учиться и потому исправно делала домашнюю работу и старалась соблюдать режим. Но поскольку на обыденную жизнь школьницы свалился груз прошлого, организм просил отдыха. Аюни поблагодарила Кирию за помощь и закрылась в своей комнате. Сейчас и правда стоило выдохнуть, а потом дождаться вечера.       Выходя из женского общежития, Зеро даже не заметил, что все это время за ним наблюдала пара больших глаз цвета горького шоколада. Юуки Куран совершенно случайно заметила старого друга, который нес в руках волшебницу и так и застыла посреди коридора, уставившись в открытое окно, откуда было хорошо видны их передвижения. Чистокровному вампиру также не составляло труда рассмотреть их лица. Поскольку Юуки даже не подозревала о том, что Аюни стало плохо, у вампирши создалось свое двоякое и несколько болезненное для нее впечатление от этой сцены. Новенькая ученица была так расслаблена с Зеро, спокойно лежала в его руках. Они о чем-то говорили. "Почему я вообще за ним подглядываю?!" — вдруг одернула себя принцесса, краснея от стыда. — "Боже, да чем же я занимаюсь?" — сокрушалась она в мыслях, укоряя себя за каждую лишнюю секунду наблюдений, что она позволила себе. Как может чистокровная принцесса из рода Куран подглядывать за каким-то охотником-вампиром? И вообще почему смотрит на кого-то, кроме Канаме? "Но, ведь... Это же хорошо, что он в порядке. Он не сходит с ума, так?" — несмотря на то, что подобные выводы должны были приносить радость, Юуки чувствовала и грусть с ревностью. В глубине ее души проявилась даже обида, которую принцесса старалась всячески перебить мантрой "Я должна сосредоточиться на обязанностях чистокровного вампира" и "Я должна быть достойной своего брата".       С тех пор как пути вампирши и охотника разошлись, девушка с каждым днем сильнее ощущала странную тоску по прошлому. Прошлому, в котором она была префектом Академии Кросс вместе с Зеро и Ичиру. Она была человеком и могла вести мирный образ жизни, ни о чем не беспокоясь. Правда, весь этот спектакль закончился, когда Куран(бывшую Кросс) начали одолевать ночные кошмары и кровавые видения, от которых пробудилась ее память вампира.       Вместе с ними вернулись и чувства, которые, по человеческим меркам, ненормально испытывать к родне. Но вампиры же не люди. Особенно чистокровные, у которых было в порядке вещей заключать браки между родными. Особенно эта традиция была сильна в клане Куран.       Раздумывая о своей жизни, Юуки брела по светлому коридору, а после спускалась по крученой лестнице в холл, где собрались некоторые вампиры и что-то бурно обсуждали.       Почувствовав присутствие чистокровной госпожи, все обернулись, чтобы поприветствовать ее. — Юуки-сама, что-то произошло? В такое время и не спите. — подлетела к ней Лука. — Не могу уснуть... И думаю, это я у вас должна спросить, что произошло. Тоже не спите и у вас у всех беспокойный вид. — девушка оглядела всех присутствующих.       Вампиры зажались, не зная, как все объяснить. Определенно, что-то произошло, но никто не хотел напрягать свою молодую госпожу, которая была неопытна в делах вампиров. Юуки это прочитала в некоторых глазах одноклассников.       Вечно все заботы Канаме взваливал на себя, а ей только и оставалось играть роль доброй и участливой чистокровной, которая продолжает свою беззаботную жизнь школьницы. Только вот сама она не хотела быть вечно за спиной брата, будто она бесполезная. — Что происходит? И Каин-семпай, и Шики-семпай с Римой.. — удивлялась чистокровная.       Внезапно ее взгляд зацепился за блондинистую макушку. — И Айдо-семпай! Что стряслось? — только после своего вопроса чистокровная заметила тревожность на лице блондина.       Айдо Ханабуса был сам не свой. Обычно веселый и активный он не переставал привлекать к себе внимание. Самый бесстрашный вампир, который несмотря на трепку от Курана Канаме продолжал творить глупости. И сейчас он сидел будто увидел страшное приведение и готовился к смерти.       В холл пришел еще один вампир. — Ой, Юуки-чан! — обратился к чистокровной Такума, — Мы тебя разбудили? Тут и правда такой гул стоял, но ты не переживай, ничего серьезного... — Это ты называешь "ничего серьезного", Ичиджо-сан? — Юуки нахмурилась. Ее и правда хотели отвадить от всяческих подробностей и дожидались прихода ее старшего брата.       В итоге, от юной Куран отвертеться не смогли. А к тому моменту, когда закончили рассказ обо всей ситуации, уже подоспел Куран старший. И даже он не смог отвертеться от младшей сестры-невесты, которая пошла с ним прямиком в кабинет Кросса. Туда же пришел и Зеро как префект.       Кросс Кайен был в растерянности. Учитывая все недавние события с Шизукой и шумихой во всей Академии, мысли насчет слов Айдо были совсем нерадостными. — И это даже не с дневными учениками. А на носу выпускной. Прямо наказание какое-то. — устало потирал переносицу ректор. — Неужели это какие-то происки Гильдии? — Довольно странные действия, Кросс-сан. Айдо утверждал, что увидел нечто, которое нельзя назвать ни человеком, ни вампиром... Сказал, что оно его даже коснулось, но при этом не ранило. По крайней мере, мы ничего не обнаружили. Трудно сказать, могли ли поступить так охотники или Совет. — несколько флегматично рассуждал Куран.       Юуки стояла в задумчивости и не знала, что может сказать. Но напуганный Айдо-семпай совершенно не придавал оптимизма. — А что именно произошло? — вступил в разговор Зеро, напряженно глядя на чистокровного. — А-Айдо-семпай утверждает, что на него что-то напало вчера ночью и вплоть до сегодняшнего дня он толком не выходил из комнаты и от всех бегал в испуге. — наконец-то заговорила Юуки. Канаме специально долго молчал, чтобы сестра наконец почувствовала уверенность и начала говорить сама, раз была в курсе произошедшего. — Вчера ночью, говоришь...       В голове сами собой всплыли слова Аюни: "Мысли просто странные мучали ночью... Да и день странный... Узнаю сегодня ночью!" — Кирию-кун? — обратился к охотнику ректор, заметив странную задумчивость на лице приемного сына. — Ты что-то знаешь? На дежурстве сам ничего не замечал? Кстати, Канаме! А где же произошло это таинственное нападение? — Айдо утверждает, что это было в районе старого общежития, в котором раньше размещался Ночной класс. — Разве Ночному классу не запретили туда лазать после всех происшествий? — нахмурился Кирию. — Боюсь, это и правда мой недосмотр. Не все понимают с первого раза. — терпеливо отвечал Куран.       А Юуки всем телом ощущала эту давящую атмосферу между парнями. Хватило бы одной искры, чтобы произошел взрыв. И вдруг ей пришла в голову совершенно неожиданная мысль. — А вдруг это какое-то приведение и тут уже нужна помощь с третьей стороны? — хлопнула она глазами, вспоминая об Аюни. Предположениям девушки удивился даже Куран. — Ну, раз мы не можем сказать точно... Возможно, Аюни-тян чем-то поможет? — уже менее решительно говорила вампирша, чувствуя напряженные взгляды в свою сторону.       Кросс нахмурился. Мужчина не до конца был уверен, насколько корректно обращаться с просьбами к новенькой ученице. Да, она имела необычное происхождение, которое так или иначе соприкасается с тайнами во тьме, и тем не менее, неизвестно, будет ли толк от подобной просьбы. А стоит ли вообще игра свеч? — Не думаю. Сегодня она свалилась в обморок посреди дня. Я отнес ее в женское общежитие, на ногах толком не стояла. — ответил Кирию, устало выдыхая. Он не хотел, чтобы девушку дернули, скорее всего, из-за какой-то ерунды. Что там женщина сама себе думала, он узнает позже, но она не должна быть втянута в чужие проблемы. Так он полагал. — Вот как... — обеспокоился ректор, искренне надеясь, что девушка поправится. — С другой стороны, мы и правда без понятия, с чем столкнулся Айдо-кун. Дело ли в вампирах или... Или даже не знаю, в чем. — честно говоря, Кросс был одновременно расстроен и зол из-за обстоятельств, но скрывал все под маской уставшего ректора.       А Юуки от слов Кирию даже как-то выдохнула. "Так вот почему он ее нес на руках".       Обсуждение заходило в тупик. Несмотря на рассказ Зеро, префекта, все же, попросили привести Аюни. Не прямо сейчас, но было решено собраться вновь в у ректора перед началом занятий у Ночного класса. Кирию и такая затея не понравилась, но настаивать на своем было бы странно. Ничего не оставалось, кроме как позвонить вечером подруге и обо всем рассказать. — Вот такая ситуация, Аюни-тян. — закончив рассказ, вздохнул Кросс.       Аюни уже спокойно восседала на кресле в кабинете ректора и внимательно слушала краткий пересказ произошедшего. Виду женщина не подала, но в мыслях поставила все необходимые галочки. Еще она была рада, что Кирию напустил на себя привычную хмурость и делал вид, что ничего не знает и только сейчас, на месте, пытается переварить ситуацию. — Вы с таким подозрением смотрите на меня. — слабо хихикнула девушка с самым невинным выражением лица оглядывая присутствующих. — А можно увидеть пострадавшего?       В кабинет привели Айдо, который все еще не отошел от потрясений. Почему-то вампирам крайне тяжело принимать совершенно новые вещи, с которыми до этого они не сталкивались. — Айдо-сенпай, расскажете, где вас коснулись? — тон волшебницы был таким мягким и заманчивым, будто она оказалась в роли самого доброго на свете воспитателя в детском саду.       Вампир недоверчиво покосился на волшебницу, припоминая, какая злая аура витала вокруг нее, когда они встретились у пруда ночью. А сейчас она будто сама невинность. И с таким же невинным выражением лица грозилась проткнуть его грудь ледяным копьем.       Но делать было нечего, препираться с ней было бы глупо. И к тому же, Айдо все еще опасался, что эта девчонка могла нажаловаться на него и вообще перевернуть всю нынешнюю ситуацию с ног на голову и оставит его виноватым.       Нехотя вампир указал на правую предплечье. — Могу я взглянуть?       Под пристальными изучающими взглядами девушка осмотрела предплечье "жертвы". Только сейчас Ханабуса заметил темные следы на своей идеальной коже. Следы больше напоминали гематомы. — Болит? — спросила волшебница. Вампир помотал нервно помотал головой, удивляясь следам. Их же не было утром. — Ой, а что это такое...? — прикрыла ладонями рот Юуки.       Глаза Айдо норовили выпасть из орбит. — Это что, проклятье какое-то? Меня прокляли?! — Успокойтесь, никто вас не проклял. — устало выдохнула Аюни, стараясь не выдавать свои подлинные чувства и некоторую скуку. — И так, на будущее, просто чтобы знали, любые проклятья существуют только у вас в голове. То есть если сами верите, что черная кошка вам как-то навредит, обязательно в неприятности и попадете. Хотя, на самом деле, виноваты будете вы сами, а не несчастное животное, на которое скидывают вину. — вдруг из под рук Аюни полился знакомый Зеро свет. Кажется, она вновь таким образом хотела залечить своеобразную рану на Айдо.       Вампир от испуга дернулся в сторону, но настойчивые руки девушки его не выпустили. — Не дергайтесь, просто обработаю этот след. Это особая техника, которая может лечить любые раны. — И все-таки, что это может быть? — вступил Кросс, разглядывая действия волшебницы. Для мужчины подобная картина была в новинку.       Чистокровные тоже были не в самом спокойном состоянии. В конце концов даже глубокие порезы на вампирах заживали за считанные секунды. А здесь какие-то синяки, которые не сходили сами. И впервые они наблюдали за работой мага. — Ну, что-то типа отметин. Получается, отрицательная энергия может воздействовать и на вампиров. — пока девушка проходилась по ране, она мельком окинула взглядом Канаме с Юуки. — Я все еще не совсем понимаю, что из себя представляют вампиры как вид, но, ведь, вы живые существа, так? — Канаме понял, что девушка обращалась по большей части к нему. Он кивнул на вопрос волшебницы. — Ну раз живые, значит в вас должна присутствовать душа. А раз есть душа, то может быть и вред от всякой нечисти. — на этой фразе на Айдо снова начала накатывать истерика. — Нечисти?! — Да ну сидите смирно, Айдо-семпай, я почти закончила. — дернула его Аюни, в мыслях забавляясь его реакцией. "Так тебе и надо, ночной искатель приключений". — хихикнула в мыслях женщина, заранее зная, что с вампиром ничего бы ужасного не случилось. — Получается, это все-таки какой-то демон, который может быть опасен и для вампиров? — спросил Куран, изучая действия девушки. Судя по ее виду, а еще по сердцебиению, она не волновалась, да и с Айдо было все в порядке. Слишком переживать не стоит. — Ну, с демоном вы погорячились, Куран-семпай. Все не настолько плохо. Но да, тут лучше разобраться мне. — А с чего вы решили, что "все не настолько плохо"? — Аюни отметила, что Куран обращался к ней подчеркнуто на "вы". — По следам на Айдо-семпае. — сразу же ответила девушка мило улыбаясь. — От так называемых демонов такого не останется. Вернее, не обойдется только этим. Ну, и если уж на то пошло, Академия находится в одной из самых безопасных зон, где почти не водится никакой серьезной нечисти. У этого всего тоже есть разные классы, но думаю, сейчас не время проводить лекции, так? — Аюни немного смущенно почесала щеку указательным пальцем и отвела глаза в сторону окна. — Ох, Аюни-тян, прямо какое-то счастье, что вы поступили к нам. Даже и не знаю, что бы делали без вас. — облегченно выдыхал Кросс. — Даже не знаю, как вас и благодарить. — Три миллиона йен.* — вдруг сказала Аюни все так же мило улыбалась и держа одну руку вверх с тремя поднятыми пальцами. — Простите?... — не совсем понял Кросс. — Ну, вы же хотите, чтобы я разобралась в ситуации. Это моя работа как мага. Мне даже не понадобится много времени на расследования, поскольку я далеко не новичок. Этим ремеслом я занимаюсь с рождения. Поэтому свою работу я выполню быстро и эффективно. И я также очень ценю свой труд. Обычно даже не самые тяжелые задания обходятся заказчикам куда дороже. Ах да, прошу прощения. Все-таки, это ваш самый первый заказ и я сделаю скидку. Двух с половиной миллионов будет более, чем достаточно в качестве благодарности за мою работу. — совершенно спокойно объяснила девушка, нисколько не смущаясь. Сейчас она выглядела более, чем уверенной и внушающей. Ее стальная улыбка сразила Юуки с Айдо наповал.       На самом деле, говоря, что в Академии Кросс расценки на обучение не из дешевых, имеются в виду ценники в размере целой неплохой квартиры в крупных городах Японии. Конечно, это цены не за семестр, а за более длительное время обучения и тем не менее, такой ценник назначается для каждого обучающегося. А их в дневном отделении чуть больше сотни. Причем, со стороны вампирской элиты суммы шли и куда более весомые. Отсюда выплывают баснословные деньги, которые получает Академия в за один только год. Поэтому та цена, которую озвучила Аюни за свою работу ничтожно мала.       И тем не менее, почти все присутствующие были в шоке. "Да она торгашка!" — возмущался в голове Айдо. "А почему бы охотникам не делать так же?" — спрашивал у неба Зеро. "Блин, я даже не знала, что все может так получиться! Теперь и ректора подставила?" — занималась самобичеванием Юуки. Ей было все еще непривычно от роскошных обстановок в своей комнате. А в те времена, когда она жила у Кросса и вовсе не интересовалась финансами и понятия не имела, что два с половиной миллиона - капля в море.       Ректор не знал, куда и деваться. Мужчина впервые сталкивался с подобными условиями. Только он собирался ответить на условия мага, как раздался мягкий голос Канаме. — Что ж, подобная цена даже слишком мала для такой работы. Полагаю, сколько бы опыта ни было у мага, все равно требуется потратить некоторые усилия и, самое главное, время. Не хочу ставить ректора в неудобное положение. Все-таки и мой подопечный провинился, полез, куда не следует. Считайте, Хиджиката-сан, что ваш заказчик - я.       Юуки и Айдо просто не верили своим ушам и глазам. Аристократ одновременно пребывал в смятении и каком-то гневе. Эта пигалица, по его мнению, посмела так откровенно разговаривать на столь интимные вещи. Воистину люди самые тщедушные и слабые создания, которые могут выжить только с помощью идиотских бумажек. Девчонка еще и втянула столь благородного и отзывчивого Канаме-сама в свои мелкие склоки. Она даже не представляет, насколько великодушно ведет себя его чистокровный господин по отношению к ней!       И тем не менее, парню нечего было противопоставить. В конце концов, он и сам оплошал, полез без спросу в заброшенный корпус. — Оу, даже так... Я благодарю вас за понимание, Куран-сенпай. — чуть поклонилась Аюни, — Раз вы так говорите, то передам свои контакты вам. Буду рада помочь!       Внезапно она протянула парню руку. И тут у Айдо и вовсе застыла кровь в жилах, а Зеро удивленно поднял брови. Кросс просто наблюдал за происходящим, хотя и удивился ответу Канаме.       Для Аюни это был совершенно нормальный жест для заключения сделки. Да, все будет написано и на бумажке, а также на ее персональном чеке, но ее китайская часть требовала телесного контакта, который не сможет заменить ни одна подпись или печать, которую всегда можно подделать. Она действительно не совсем понимала, что может быть такого, если ее человеческая рука коснется чистокровного вампира в знак заключения договора. Потому отчасти взгляды Айдо ее цепляли. Она также ощутила, как напрягся Кирию.       Наконец-то Куран протянул свою ладонь навстречу женской и слегка сжал маленькую ладонь. Он не почувствовал ничего особенного, но кожа сразу же уловила необычные импульсы внутри тела девушки. Порой его гиперчувствительность чистокровного надоедала, но сейчас он ощутил искренность мага, буквально, через кожу. Теплых эмоций, несмотря на улыбку, ее глаза и вид не выдавали. — С вами приятно иметь дело. — шире улыбнулась девушка. — Вы можете не переживать, какая-то дополнительная помощь мне не понадобится. Вам достаточно находиться в своих аудиториях, а уже на утро, поверьте, никаких угроз не будет.       Так, девушка и покинула кабинет ректора и направилась вниз учебного корпуса. Девушку провожал Зеро. — Ну ты и бизнес-леди. — вздохнул Кирию. — Что-то и правда дешево он отделался. — в отличие от Юуки, парень вместе с братом интересовался финансами как своими, так и Кросса и частенько помогал приемному отцу разбираться в счетах и подсчитывать все статьи расходов. Так что он понимал, что Аюни дешево рассчитала цену за свои услуги. — Ну, у меня не было цели опустошить чей-то кошелек. Просто двух с половиной миллионов мне вполне хватит отправить семье. Она у меня, знаешь ли, большая. К тому же, например, Казуя берет в шесть-семь раз больше. Потому он и шикует в самом центре Токио. — объясняла Аюни, — Это чисто символическая цена. Зато сгодится, чтобы сложить в копилку. — Разве ты не на обеспечении Гио? — Ну не могу же я всегда тратить их деньги. Они и так многое мне дают, включая нынешнюю жизнь. Деньги и самой добывать нужно, чтобы не слишком давить на чужую шею. Да и к тому же, это не мне персонально, а семье. Уж тут, я смогу справиться и сама. — Так ты, в итоге, знаешь, что произошло с Айдо? — Зеро посмотрел на девушку. — Ну как тебе сказать... И да, и нет. Не парься, это моя работа. Как я заверила, к утру никаких проблем не будет. А ты что, со мной, что ли, пойдешь? — девушка обернулась, заметив, что парень не собирался разворачиваться в сторону мужского общежития или дома ректора, а шел за ней. — Нельзя? — Но тебе же дежурить надо. — Ты же сама сказала находиться вампирам в аудитории. Раз так, от Курана уже точно никто не сбежит. — А девчонки с дневного? Они ж, порой, могли выползать среди ночи и шататься по округе. — Ночной класс здесь, так что им придется забраться в учебный корпус. А я из него не выхожу.       Аюни признала, что парень ее переиграл. — Ну ладно. В любом случае, это твои обязанности. Не мне прилетит, если тебя вдруг уличат в безответственности. — подмигнула маг. — А куда ты сейчас идешь? — Для начала хочу переодеться во что-то более удобное. Я, ведь, всю ночь собираюсь провести в учебном корпусе. Днем я выспалась, а завтра выходной. Ночь могу не поспать. Заодно захвачу себе побольше воды и что-нибудь перекусить. — Основательная подготовка...       И вот парочка снова была в одном из коридоров Академии. Аюни притащила себе полтора литра воды, облачилась в более удобные спортивные брюки и майку с легким кардиганом. Поправляя очки, она вместе с Зеро прохаживалась по всему корпусу, что-то выискивая.       Побродив по зданию, маг решила остановиться и вдруг села на пол, поставив бутылку с живительным напитком рядом. — Ты чего? — удивился Кирию. — Надо посидеть подождать. — безмятежно ответила девушка, усаживаясь в позу лотоса,— Я для того и оделась так, чтобы не жалко было полы протирать. — усмехнулась волшебница.       Зеро ничего не осталось, кроме как составить компанию подруге. Парень сел на пол рядом с магом, наблюдая за ее телодвижениями. — И чего будешь ждать?       На самом деле, ему было интересно. Интересно, как работает Аюни. Он не знал, что может его ждать в будущем, но тот случай, когда волшебницу ранило нечто хорошо ему запомнился. Ему бы не хотелось при встрече с чем-то необъяснимым для охотника на вампиров, просто стоять столбом и ничего не делать. Потому он решил присоединиться к однокласснице и, возможно, чему-то у нее научиться. Приятным бонусом было то, что с ней много о чем можно поговорить.       Аюни вздохнула, раздумывая над вопросом парня: — Движений. — странно ответила она а после с прежней ухмылкой посмотрела на охотника. — Ты знал, что любая нечисть не переносит громких звуков? В храмах совсем не зря продают колокольчики или прочие дребезжащие сувениры. Это отпугивает злых духов. Видел когда-нибудь Праздник весны**? — Разве что читал или на фотках. — Ну, тогда, скорее всего, знаешь, что это масштабное празднование. Очень громкое и яркое. Как раз все для того, чтобы изгнать всех-всех нечистых духов. — улыбнулась девушка, вспоминая о мирных временах своей жизни, когда они всей семьей, в традиционных костюмах, могла вместе прогуливаться по торговым площадям и радоваться простым огонькам отовсюду и просто впитать в себя общую атмосферу восторга. — А о каких движениях ты говорила?       Зеро как и всегда не ослаблял бдительность. За сегодня он уже понаслушался россказней от Касуми, которая вечно виляет от вопросов и слишком выборочно концентрируется на каких-либо отвлеченных вещах.       Женское мышление устроено куда гибче мужского и, если женщина намного чаще способна переходить от одной темы к другой, при этом не теряясь в информации, то мужское сознание распирает в разные стороны и он теряется в пространстве. Зеро такое не любил, потому всегда возвращался к началу разговора с Аюни. — Ну, движения нечисти. Оно в Академии. — То есть, ты знаешь, что это и где? — больше утверждал Зеро, скрещивая руки на груди. — Над Айдо колдовала для развлечения? — не то чтобы парень был особо против, но какой-то внутренний моралист в нем запротестовал. — Ну, не совсем. Следы и правда быстрее пройдут от моего льда. А он еще так зыркал на меня, когда Курану руку жала... Я что-то не то сделала? — Это такая у них всепоглощающая ревность к своему господину. Чуть ли смотреть на него простым смертным нельзя. — презрительно фыркнул Зеро. — Оу, все настолько плохо... — присвистнула девушка, дополняя свою воображаемую схему насчет устройства общества вампиров. — Ну, — вдруг пожала она плечами, — Он был довольно мил. По крайней мере, со стороны он ведет себя более, чем подобающе. Я так думаю, что и мой жест был своеобразен. Женщины не часто пожимают руки мужчине. Ну, в любом случае, это моя своеобразная гарантия. — Гарантия? — Как сказать... Можно сколько угодно бумажек подписать, но когда есть живой зрительный и телесный контакт - это всегда надежнее. Скажем так, китайские тонкости общения в бизнесе.       На какое-то время пара замолчала и воцарилась гробовая тишина в темном коридоре. Лунный свет шел только из высоких окон напротив. Поток холодных лучей накрывал предметы и силуэты мага с охотником. Иногда оба оказывались в кромешной тьме, когда луну закрывали облака.       На самом деле, с прошлой ночи Касуми знала, кто бродит по академии и периодически пугает людей и вот, уже вампиров. Также она знала, что от такого "вредителя" максимальный ущерб - это испуг от собственной фантазии. А ее странное поведение днём было специальным, чтобы не спугнуть нечисть, которая постоянно была у нее на виду. Просто оно пряталось от нее и считало, что делает это успешно. Аюни решила изучить передвижения этого чудика, чтобы следующей ночью быстрее его поймать и узнать, что он забыл в Академии. Все печати клана Гио, которые расставлены по всей Японии контролирует появление нечисти извне, но никто не говорил, что совершенно все демонические создания обязательно приходят в наш мир. Некоторые существа живут с нами бок о бок уже многие тысячелетия и родились они так же, как и люди. Просто не все могут заметить тех, кто скрывается в темноте. — Знаешь, кто такие дзасики-вараси? — вдруг спросила Аюни, улыбаясь Зеро. — Домовые, что ли? Только не говори мне, что это его мы ждем... — лицо мага ответило лучше любых слов. — Вот ведь, я так и думал, что ты все заранее знаешь. — Он здесь шатается уже давно. Не знаю, чего ему или ей тут надо, но это совершенно безобидное существо. Неуклюжее и потому пугает всех подряд, сбивая горшки с подоконников или роняя швабры с ведрами. Ну или в случае с Айдо, домовой испугался его и вот, нанес отметины. Обычно, подобная домовая нечисть никогда первая не нападает, только если ее обижают. Не знаю, что там Айдо с ним хотел сделать, но он просто напугал домового и вот результат.       Зеро тянуло улыбнуться от подобной истории. Охотник в красках представил, как могла произойти подобная встреча вампира с мелким домовым. На уроках литературы часто затрагивалась и мифология Японии и по картинкам в презентациях лекторов Кирию видел этих дзасики-вараси. Обычно подобная нечисть представала в виде девочки или мальчика лет пяти в традиционной одежде, на которой был узор той префектуры, в которой они родились. И как гласят источники, подобные "дети" и правда не представляли опасности, ведь, они отдают всю свою жизнь для того, чтобы защитить тот дом, в котором поселяются. — Теперь у меня ощущение, будто ты все подстроила. — хмыкнул Зеро. — Ты что, как я могу?! — хихикнула девушка, — Нет, я ничего не подстраивала, просто у меня был свой план действий с домовым. Я его могла схватить уже сегодня днем, когда болтала с тобой о хурме, потому что он прятался прямо за деревом. Думал, что он наблюдает за мной, чтобы спрятаться, но на деле это я за ним наблюдала. На самом деле, домовые очень смешные. Они не просто могут выглядеть как дети, но еще мыслят, как они.       Болтовня Аюни как всегда завораживала. Казалось, волшебница может болтать на самые разные темы без остановки целую вечность. Настолько самодостаточная, что сама задаст себе вопрос, сама ответит и сама же с собой поспорит. — Да понимаешь, разная жизнь была. И богатая, и бедная. И такая, что есть деньги, а толку от них никакого - все вокруг мрут как мухи, одна разруха с насилием и нечего покупать на эти деньги. И даже от магии нет никакого толка. Никакая магия тебе не поможет и не спасет твоих близких, если сам ты слаб духом. Магия находится внутри тебя самого, а все, что выходит наружу не более, чем салют. Да, яркий, громкий и сияет, только длится пару секунд и кончается. Меня правда жутко бесят люди, которые считают, что магия - это панацея. Я об этом постоянно Ичиру говорила.       Услышав имя брата, Кирию старший вздохнул. Аюни замолчала, заметив неважный вид друга. — Переживаешь за него? Пока он с Казуей ему ничего не грозит. — заверила девушка. — Наверное, поэтому мне смс-ка от банка пришла, что он наведывался в больницу. — усмехнулся Зеро. — Чего? В больницу? — Аюни удивилась. Казуя ей ни о чем таком не рассказывал. — Да, есть сеть больниц, в которую всегда обращалась моя семья. Когда увидел, сколько он потратил, сначала забеспокоился, что же с ним случилось, хотел у тебя спросить, где его можно найти, но, как можешь заметить, не спрашиваю.       Зеро все еще не знал, как теперь относиться к близнецу. С одной стороны это чистый предатель семьи, который променял годы кровных уз и заботы о нем на какую-то незнакомку-чистокровную, с другой он все еще был его младшим братом. Одновременно хотелось ударить Ичиру по лицу, по той же щеке, на которой он ранее оставил глубокий порез у Зеро и, потом, обнять, сжать младшего брата так, чтобы кости захрустели. — Ты такой добрый. — вдруг мягко сказала Аюни, отчего Зеро даже глаза на нее поднял. — У меня такой душевной диллемы не было. — В смысле? — Как я говорила, у меня было три старших брата. Двое из них погибли на войне, а вот третий, самый младший из них, нашелся и остался с нами. Правда, лучше бы не оставался. — по взгляду Зеро, девушка поняла, что ее готовы слушать, — Я его даже по имени называть не буду. Тринадцать лет назад я в прямом смысле вышвырнула его из дома. У него уже тогда было трое детей и все от разных женщин. Ну, мы же семья. На тот момент я одна распоряжалась делами семьи, финансово помогали Гио. Мать была в разъездах, мы собирали информацию по уцелевшим членам семьи и прочем. На мне был весь наш дом и, конечно же, племянники. Брат был в длительных расстройствах, ведь, тоже потерял и отца, и братьев, и фамилию, считай. А он был человеком старых нравов, когда твоя фамилия и звание война считается святыней. Я тогда думала, ладно уж, пусть тоже придет в себя, примет новый мир, всякое такое. Не беспокоили его ни по какому поводу. И один единственный раз я попросила его приглядеть за домом, пока я буду у Гио по делам. Возвращалась я в компании пары стражей Цвайлт и своим лечащим врачом. Погода была ужасная, холодно, сыро, дождь стеной шел, мы, взрослые, еле добрались, на самом деле. И знаешь, что я увидела на пороге дома, когда подошла? Старшую племянницу. Ребенок четырех лет стоял на сырой земле босиком и ревел в три ручья без верхней одежды. Сказала, папа ее так наказал за плохое поведение. Я влетела в дом, нашла этого горе папашу. Я была в ярости, но, все-таки, попыталась просто поговорить с ним. Я не услышала ни единой разумной фразы от него. Все повторял, как ему больно, сколько он потерял... Короче говоря, я его просто вышибла из дома одним ударом. Мне натурально крышу сорвало. Сначала я увидела Рейку под дождем, потом оставшихся двух детей, которые ревели дома. А после этот человек мне рассказывал о том, как ему больно. Ну, я подумала, что избавлю его от всех страданий. Я не скупилась в ударах. Ногами по голове била. Вообще все равно, что я его убила бы. Мне ничего за это не было бы. По документам меня не существует, его труп никто бы не нашел. Гио это тоже не касается. Я в последний момент почувствовала, что кто-то вцепился мне в пояс и начал орать, что есть мощи "Не убивай папу!". Чуть не задела магией ребенка, но остановилась. Брат валялся весь в грязи и крови под моими ногами, уже и не шевелился почти. Буквально, один удар и он - труп. И тут вклинивается ребенок, которого он Бог знает когда выставил без обуви, без одежды на холод под дождь и на коленях умоляет не убивать ее папашу. — тяжело вздохнув, Аюни закончила, — По итогу, я его отпустила и предупредила, что если увижу снова, то убью без раздумий и дети его не спасут. Вот так вот, Зеро. Ичиру о-о-очень повезло, что у него такой брат, как ты. — хмыкнула волшебница. — Я б убила, ей богу.       Несмотря на все свои положительные черты характера, Аюни имела не просто второе дно, но еще третье и четвертое. И все это были своеобразные круги ее гнева, как круги Ада, в которых работал принцип: чем дальше, тем хуже.       Зеро удивился, что Касуми решила поделиться с ним подобной историей. Видимо, это был очередной акт доверия к нему. — Кстати, раз уж о нем заговорили, — снова начала волшебница, — А у вас точно никто не был связан с магией? — взгляд девушки стал менее легкомысленным, чем был даже во время рассказа о прошлом.       Кирию насторожился. Они уже не раз обсуждали этот вопрос. Уже и сам Ичиру не раз отвечал волшебнице, что эти силы у него врожденные и он не помнит никого, кто бы мог их передать ему. И снова она возвращается к этому вопросу. — Мы уже говорили об этом. У нас не было в роду магов. — А бабушки-дедушки? Может быть, прадедушки? — Аюни была настойчива. — Говорю же, не было никого из магов. Ичиру единственный. — парень не мог не ощутить, как поменялась атмосфера вокруг подруги, — Что такое?       Какое-то время девушка молчала, потом, вздохнув, решила ответить на вопрос: — Мне сегодня звонил Казуя... Можно поздравить Ичиру с почином, он вышел на новый уровень, только... — Только что? — У всех магов единая природа магии. Имею в виду, в каждом есть свои особые частицы. Отличаются они в зависимости от элемента, ну, то есть, водные, огненные, воздушные или земляные частицы. Но есть особые люди, в которых эти частицы еще на стадии формирования в животе у матери мутировали. Таких единицы, и тем не менее, подобное встречается во всех стихиях. Но это не распространяется на воздушных магов. Мутированная сила энергия называется Импульсом. При тренировке, Казуя на себе ощутил его. А ошибиться он не мог. Дело еще и в том, что за этим воздушным Импульсом Орден гонялся еще во времена Второй мировой. Но знаешь, что еще интереснее? За все время, что я живу, мне встретился один единственный маг воздуха с отклонением энергии. Это был член моей команды. Еще он мне рассказывал, что за последний век или даже два, он единственный маг в своем клане, у которого вскрылся этот Импульс. Конечно же, он уже давно мертв и подобная энергия не могла никуда перенестись. Ну, я не знаю, каким образом она может усвоиться в теле обычного человека, да еще и без какого-либо контакта с самим носителем Импульса. Короче говоря, с такой магией Ичиру не в безопасности, это раз. А во-вторых, подобная магия - палка о двух концах. Она сильно воздействует на своего носителя, в особенности на сердце. Атаки и техники таких магов куда сильнее, быстрее и хитрее, но если не контролировать поток частиц внутри себя, то эта сила поражает сердце. Получает что-то вроде разрядов, как от дефибриллятора, например. Потому я и спрашиваю, ты точно знаешь, что никого в роду не было? — Аюни пристально всматривалась в фиалки напротив, в которых красиво отражался лунный свет. — Ты так говоришь... Могу лишь сказать, что я не знаю никого из нашей семьи, кто бы владел магией. Есть лишь пара человек, которые имеют дело с охотничьими талисманами и артефактами, но это совсем не то, о чем говоришь ты.       Аюни очень тяжело и даже грустно вздохнула. — Ты сказала, что за такой магией гоняется Орден. Получается... — Пока Ичиру с Казуей - все хорошо. Я имела в виду, что Импульс в принципе очень важен для Ордена, потому чем дальше Ичиру от него, тем лучше. — А чем этот Импульс так важен? — Широкий спектр действия, большая насыщенность энергией, которую им выгоднее использовать в экспериментах. Ну, так было в войну. — Экспериментах? — Ага. Еще до войны какой-то придурок-ученый придумал изучить составляющее этой силы. На тот момент моего сокомандника заверили, что понадобится лишь его кровь ради изучения. Мы никто и не подумали, чем это может обернуться. А после, когда я уже скрывалась от Ордена, то нашла Гина мертвым в его камере. Там долгая история, но его просто растерзали для опытов, а после просто кинули в изоляторы для пленников. А в его личном деле написали "Погиб при допросе". Ага, как же. Читай: "Забит до смерти в камере". Я без понятия, что они пытались добиться подобной жестокостью, и как потом использовать его силу, но короче говоря, для Ордена любые маги воздуха, а уж с Импульсом и подавно, с тех времен стали лучшей добычей. Их совершенно не смущает, что это незаконно, жестоко и вообще безумие, но те кланы, что еще остались в Тибете выступают на китайской стороне, опять же, под защитой Китая. И тут обстановка такая, что вспыхни хотя бы одна самая маленькая искорка и взрыва не избежать.       Повисло мрачное молчание, в котором каждый думал о чем-то своем. Аюни все еще раздумывала над происходящим с Ичиру, всячески стараясь не погружаться в былые воспоминания, от которых болело в груди. А Зеро снова почувствовал волнение за брата. Охотник толком и не задумывался о способностях брата. Скидывал все на какие-то особенности их родословной. Но после того, как ему рассказали о сложных взаимосвязях магических частиц, Зеро начинал копаться в воспоминаниях и словах родственников. Как бы он ни старался, вспомнить хотя бы какое-то упоминание о магах в их роду он не мог. — Я тебе это все рассказываю, чтобы держать в курсе. А еще для того, чтобы ты мне помог найти хотя бы какие-то зацепки, как могла такая энергия попасть к Ичиру. Это крайне важно узнать, потому как то, что тебе дали, могут и отнять. А кто может ее отнять, еще и помимо Ордена - это второй большой вопрос. Можно немного выдохнуть, потому что Орден не ведет какой-то специальной охоты за магами воздуха, но если они обнаружат эту энергию, то это проблема. И очень серьезная. — А почему тогда сам Казуя все еще в Японии, если это так опасно? — Ему пофиг по одной простой причине - он контрактор. — пожала плечами Аюни, — И да, он тоже не с рождения маг воздуха. Но тут другая ситуация. Он сам родился в клане магов огня. Только, видимо, мамаша его нагуляла. Не знаю, чем думала эта женщина, оставляя сына в клане, учитывая, что, естественно, в нем ни на грамм не проявилась сила огня. Мать еще и обычным человеком была, у него только отец носитель энергии. Ну и, конечно же, вскрылось, что у мальчика никаких способностей к магии огня нет. В клане ему оставаться было опасно, его бы просто покалечили. Из дома его вышиб собственный отец и после он встретил меня. Я решила ему помочь и отправила в Тибет. А там уж не знаю, что с ним такого стряслось, но он вернулся контрактором. Это значит, что он заключил договор с верховным духом стихии ветра. У них это Фудзин. В обмен на какую-то услугу, божество дарует человеку свои силы и полномочия над прочими духами стихии. Каким бы кровожадным ни был Орден, но такое могущество им не по зубам. Да и контракторов было еще меньше за всю историю, чем импульсных магов воздуха, потому Орден банально не следил за появлением таких магов. Поэтому я доверяю Казуе.       Их разговор окончился не на самой приятной ноте. Зеро хотел было еще о чем-то спросить волшебницу, но та вдруг встала на ноги и сказала идти за ней. Их ночной гость наконец-то объявился и следовало поторопиться, чтобы и Аюни смогла уйти спать, а Зеро продолжил свое дежурство в спокойствии. Хотя, после историй волшебницы об этом слове можно забыть.       Пара прошлась по двум коридорам Академии, после Аюни повела его в противоположную сторону от класса, где занимались вампиры и вот, наконец-то они наткнулись на того самого дзасики-вараси. — Зеро, ты его видишь? — Ага.       Домовой не сразу понял, что его обнаружили. Как и говорила Аюни, эти существа не просто выглядят, как дети, они могут иметь и сознание детей с такой же детской реакцией.       Перед парой стоял мальчик в традиционном кимоно, на котором отчетливо были видны узоры и рисунки, характерные для префектуры Осака. Волосы у него были черные, аккуратно зачесанные назад, а на лбу выпирал небольшой рог. Мальчик ходил босиком и когда только увидел, что его обнаружили двое, внезапно вскрикнул и рванул вперед так, что пятки сверкали.       Зеро было дернулся вперед, но его вовремя остановила цепкая рука волшебницы. Дальше все произошло за секунды. Аюни толком не шевелила руками, а вокруг убегающего мальчика появились ледяные тиски, которые не сильно сжали его и вернули обратно на то место, где префект с магом и увидели его. — Нет, сестричка небожительница, не надо, нет! Пожалуйста, не выбрасывайте меня! Я не хочу на улицу! — вопил ребенок, пытаясь вырваться из тисков, которые наколдовала Аюни.       Зеро и представить не мог, что нечисть окажется настолько громкой и жалкой на вид. О том, что это вообще домовой говорил только рог на лбу. А плакал он как самый настоящий человеческий ребенок и потому Зеро испытывал к нему жалость. — Я не небожительница, малыш. Всего лишь маг. И я не собиралась тебя выбрасывать. Просто это место для тебя опасно, здесь очень много людей и не только. — спокойно разговаривала Аюни с домовым. — Расскажешь мне, как тебя зовут и как ты здесь оказался?       Судя по всему, ребенок понял, что ему не желают зла и прекратил визжать, решив получше рассмотреть ту, которая его поймала. Мальчишка удивился и восхитился, увидев сразу двух людей с такими светлыми как лунный свет волосами. А голубые и фиолетовые глаза еще больше расслабили его. Но сразу после восторга последовало унылое выражение лица.       Этот малыш по имени Тори забрел в эту удаленную Академию на холме, чтобы как-то укрыться в ней и построить свой новый домик, чтобы восстановиться, обжиться и потом найти свою семью, которая затерялась где-то в городе. Раньше они жили в небольшом заброшенном храме на окраине Осаки. До этого они перебрали множество домов, но так и не смогли поладить с их хозяевами. Их боялись, совершенно не подозревая об этом пугали швабрами и вениками, думая, что в дом проникло нечто нечистое или грабители, которые валили все предметы в квартире. От криков и ругани людей, семья Тори поспешила убежать куда-нибудь в тихое и темное место. Даже домовой нечисти уже не было места рядом с людьми. Одни сплошные свет, мерцание неона, шум и гам, от которого голова может лопнуть. Людям более не нужны были обереги в дома или защитники, которые отогнали бы по-настоящему злую нечисть. И вот они набрели на маленький заброшенный храм. Прекрасно в нем обосновались, наладив быт и распределив обязанности. Но вдруг снова появились огни. Напали железные монстры с зубастыми ковшами и свирепыми горячими лучами из их желтых глаз. — Так вот оно что, место, в котором вы жили, разрушили. — невесело догадалась Аюни, уже стоя в кабинете ректора.       Кросс был ошеломлен, когда увидел, кто же на самом деле напугал Айдо. Глаза ректора расширились еще больше после небольшого рассказа Аюни о разных уровнях нечисти и их занятиях.       Малыш чувствовал себя чуть спокойнее, но мысль о том, что его все равно погонять отсюда удручала и заставляла раз за разом шмыгать носом. Он надеялся вызвать жалость хотя бы у этой очаровательной волшебницы, в которой чувствовал что-то необъяснимо привлекательное, что-то такое, что располагает и успокаивает его, позволяет почувствовать родство. Он приглушенно, но чувствовал в ней демоническую кровь и душу старшего собрата, который обязательно поможет младшему. — Но тебе и правда опасно оставаться здесь, Тори. Тебя, ведь, уже шугали очередными швабрами и вениками. Хочешь здесь покалечиться? — мягко объяснила волшебница, с сочувствием вглядываясь в глаза малыша. — Ты здесь один? Разминулся с семьей?       Ответом были новые сильные шмыги. Мальчик не договорил про родных, сказал только, что храм разрушили, а потом он убежал. Аюни поняла, что этот домовой потерял в том же храме всю семью и остался один. Вот почему он так опрометчиво залазил, куда не попадя и натыкался на незнакомцев, которые пугались его.       К тому моменту, как мальчик окончательно затих и только шмыгал и сдерживал слезы, у ректора Кросса просто разорвалось сердце. Он и подумать не мог, что в темноте может скрываться подобное. — Ректор Кросс-сан? — внезапно подняла глаза на мужчину Аюни. Она видела ректора и в активной фазе, давно осознала, что человек он мягкий и приветливый, а по словам Зеро и вовсе растяпа. Но сейчас из его глаз так и норовил вырваться водопад. — Это все так несправедливо! А можно ли оставить его у нас? Ведь, на территории полно укромных и спокойных мест! — А... Эм, а вы уверены? Не то чтобы это проблемно, просто... — Мне правда можно остаться здесь?       Мальчишка со стула соскочил и приземлился на ноги. Аюни уже никто не слушал. — Сестричка небожительница, пожалуйста-пожалуйста, не прогоняй меня, я правда больше не буду бегать везде, где вздумается! — мальчик упал в ноги волшебнице. — Сказала же, я не небожительница...       Видимых преград Аюни не увидела. Было решено оставить мальчишку на территории в Академии. Так или иначе, домовые крайне полезны в хозяйстве. Они умеют делать все: от изгнания мелких злых духов до вспахивания огородов. А ректор еще и цветы выращивал.       Мальчику рассказали, где он может появляться и что делать. Он быстро все усвоил и, наверное, еще никогда в жизни не был настолько счастлив. — Ну, что могу сказать. Задание выполнено.       Подвела итоги Аюни, когда в кабинете снова появились Канаме с Юуки. Занятия Ночного класса были окончены, а задание, как и гарантировалось, уже выполнено. Аюни со спокойно душой могла получить свое вознаграждение, а ректор Кросс заполучил ценного помощника в бытовых делах. — Мир магов так необычен. Наверное, это не самое страшное, с чем приходиться сталкиваться на заданиях, Аюни-тян, да? — спрашивал ректор, когда уже успокоился и стал более серьезным при чистокровных. Юуки с любопытством оглядывала волшебницу. — Вы правы, Кросс-сан. Много с чем приходится иметь дело. Даже всякие демоны не самое страшное, что мы встречаем. — Ох, вы так думаете... А кто же, тогда, страшнее всего? — полюбопытствовал Кайен.       Девушка на мгновение застыла и закрыла приоткрытые губы. Она уже собиралась прощаться, как услышала этот вопрос. Чуть помедлив, невзначай взглянула на чистокровных вампиров и ответила, когда разворачивалась к выходу из кабинета: — Люди, Кросс-сан.