Доверие

- Что?! – Кэрол решила, что ослышалась и переспросила. – Ты считаешь, что я поступила правильно? - Да. - Ого, даже не знаю, что сказать. - А ничего и не надо, - Мишонн развернулась и начала смотреть на темную улицу. Несколько секунд женщины просто молчали, но потом Кэрол всё же не выдержала и спросила. - Почему ты так считаешь? Другие вряд ли так подумают. - Потому что, ты не думала, ты действовала. – Мишонн повернулась к Кэрол и посмотрела прямо ей в глаза. – У меня был сын – Андре – ему было шесть лет. Когда я с ним, с его отцом и нашим другом приехали в пункт убежища, то думала, что все будет в порядке, что о нас позаботятся. Убеждала себя, что с нами всё будет хорошо, хотя хорошего с каждым днем становилось всё меньше. Его отец – Билл – оказался не готов к новой жизни. Каждый вечер они напивались и пытались забыться. Мне это не нравилось, но я не уходила. Всё уговаривала себя, всё надеялась непонятно на что. А в один из вечеров, когда я вернулась… - Мишонн отвернулась и надолго замолчала. - Андре улыбался. Казалось, что он просто спит среди всей этой крови и ему снится хороший сон… Прислонившись к перилам, Мишонн закрыла глаза, стараясь изо всех сил сдержать подступившие слезы. Она не имела права быть слабой, только не сейчас. Почувствовав легкое движение за спиной, женщина напряглась, но Кэрол просто встала рядом. - А мою дочь, звали София, - не поворачиваясь к Мишонн, Кэрол смотрела на залитые светом соседние дома. – Сейчас ей было бы, как и Карлу, четырнадцать. - Дочь? – Мишонн удивленно смотрела на собеседницу. – Я не знала, прости. - Ты ведь тоже никому не говорила про сына, - слегка улыбнувшись, Кэрол повернулась к Мишонн. – В тюрьме были дети, очень много детей, я сделала это ради них. - Рик знал об этом? - Да. Немного помолчав, Кэрол как-то странно взглянула на Мишонн и неожиданно сказала. - Но он… испугался. Когда он всё узнал, то испугался. И не того, что я сделала, а потому, что он чувствовал, что сам бы он так поступить не мог. - Я не понимаю, - Мишонн нахмурилась, чувствуя, что Кэрол начала этот разговор не просто так. - Рик – лидер. Он был, есть и будет лидером несмотря ни на что, даже если его решения могут привести проблемам. Он старается избавиться от проблемы, не замечая, что могут быть последствия. И одно из этих последствий – я. Вот и Рик и озадачен, ведь я теперь не вписываюсь в его группу, и он не знает, как вести себя со мной. Некоторое время, Мишонн молча, смотрела на Кэрол, а потом глубоко вздохнула. – Ты права. Я не хочу этого признавать, но ты права. Ты стала другой, Кэрол, совсем другой. - Я рада, что ты это заметила, другие попытаются навязать мне мою прошлую роль. Этакую хранительницу очага. - Поэтому, ты хочешь уйти? – Мишонн удивленно смотрела на подругу. - Нет, не только, - грустно вздохнув, Кэрол вернулась обратно к кресло-качалке и уселась в него. – Я могла бы попробовать опять начать жить среди людей, вести подобие прошлой жизни, но я не хочу. Это всё не для меня. Уже не для меня. - Но почему? - Мишонн, прости, но я очень устала, - Кэрол прикрыла глаза и опустила голову. – Если не возражаешь, поговорим завтра. - Хорошо. Спокойной ночи, Кэрол. - И тебе. Попрощавшись, Мишонн сошла с крыльца и направилась к себе. Кэрол ещё некоторое время, молча, сидела на веранде, стараясь прийти в себя. Воспоминание, о дочери, такие родные и теплые, казалось давно похороненные, пробивались наружу, не желая больше прятаться в глубине памяти. Сама того не понимая, Мишонн затронула у Кэрол часть души, которая, как женщине казалось, умерла навеки. Несколько минут Кэрол наблюдала за ушедшей подругой, а потом встала и пошла в дом. Дэрил. Как же всё болит. С трудом подняв тяжелую голову, я попытался найти взглядом часы, но потерпел поражение. Солнце ярко заливало мою комнату, и глаза, стоило их только открыть, сразу начинали немилосердно болеть. Немного полежав, я все же рискнул принять сидячее положение, и утихомирив резко поднявшуюся тошноту, пошарил рукой по тумбочке, надеясь найти там стаявший накануне стакан с водой. Выпив залпом всю воду, я попытался ещё раз открыть глаза, чувствуя, что получается намного лучше. Все тело адски болело, но почему-то желания рухнуть обратно на постель и забыться спасительным сном, больше не было. Наоборот, хотелось встать и разнести всё вдребезги. Посмотрев на свои костяшки пальцев, с мрачным удовлетворением понял, что как раз этим я вчера и занимался. Очевидно, я все-таки вчера хорошо приложился, иначе по-другому не объяснишь, почему на скрипнувшую дверь я совершенно не обратил внимания, а постороннего человека в комнате заметил только тогда, когда он загородил мне свет. Точнее она. Кэрол поставила на стол поднос, судя по приятному запаху, с обедом и подошла ко мне. - Как ты себя чувствуешь? – она дотронулась пальцами до моего лба и довольно усмехнулась. – Жара у тебя нет, будем надеяться, что все последствия отравления уже прошли. - Отравления?! Какого ещё нафиг отравления? Очевидно, моё выражение лица было до такой степени идиотским, что Кэрол покачала головой и недоверчиво улыбнулась. - Ты вчера вечером вернулся с вылазки какой-то странный. Кричал про какие-то правила. Мы сначала подумали, что тебя ранили или еще что-то в этом роде, но на тебе не было, ни царапины. - А это? – я поднял свои руки и показал Кэрол сбитые костяшки. – Откуда? - Ты подрался с Риком. - Я, что? – похоже, вчерашний день и правда был насыщен на события. Жаль, что в голове был сплошной туман. – Как подрался? Зачем? - Ну, мне то откуда знать, пупсик? – Кэрол притворно надула губы, якобы удивляясь, но почти сразу стала серьезной. – Я если честно, и правда не знаю, что между вами произошло. Подошла, когда вы уже вдвоем по земле катались, а Мишонн и Абрахам вас пытались разнять. - И как, успешно? - Ну, насколько я знаю, Рик ещё не пришел в себя, - отвернувшись, Кэрол взяла с тумбочки какие-то бинты и повернулась обратно ко мне. – Потерпи, чуть-чуть пощиплет и всё. По привычке хотел отодвинуться, но не успел, Кэрол приложила к моему лбу заспиртованную салфетку и надавила. Ощущения, конечно, так себе. Казалось, что на рану плеснули бензин и подожгли. Захотелось отодрать этот бинт и выбросить подальше, но Кэрол, конечно, мне этого не дала. Придвинувшись поближе, она начала мне легонько дуть на лоб, стараясь уменьшить жжение. Как ни странно, но помогло. Только когда, она закончила дуть, и я открыл глаза, понял, что Кэрол почти нависла надо мной, рассматривая мой лоб. Её шея была всего лишь в нескольких сантиметрах от меня, так близко, что я даже видел голубой ручеек вены, стекающий по коже, и исчезающий где-то в районе ключицы. Надо только чуть-чуть наклониться вперед, и я смогу дотронуться до её кожи и, наконец, попробовать её на вкус. Мелькнула мысль, что так я её только напугаю, но сразу пропала. Я и так ждал долгих два года, всё ходил вокруг да около, и теперь, когда она рядом, не буду терять ни секунды. Качнувшись вперед, я опустил ей голову на плечо, да так и замер, чувствуя, как Кэрол мгновенно напряглась. Несколько секунд она была просто застывшей статуей, а потом мягко освободилась, стараясь ненароком меня не задеть. Да, что же с ней случилось, что любые прикосновение вызывает в ней такое неприятие? Ответа я, конечно, не получил. Закончив обработку моих царапин, Кэрол слегка улыбнулась и, попрощавшись, ушла. Мрачно оглянувшись на закрытую дверь, пообещал себе, что костьми лягу, а узнаю, что же всё-таки произошло с этими тремя, пока они добирались до Вашингтона. После обеда, ко мне потоком пошли посетители. Драка в Александрии редкое дело, а если это ещё драка между местным шерифом и его помощником, то можно только предположить, что сейчас чешут люди языками. В общем, я много чего выслушал, как от своих, так и от чужих. Уже ближе к вечеру ко мне заглянула Мишонн, единственный человек, кто не начал с порога выяснять, что же на меня нашло. - Болит? – Мишонн кивнула на мои бинты, и заметив мое выражение лица, ухмыльнулась. – Это хорошо, что на тебе заживает всё как на собаке. Дело есть. Плотно закрыв дверь, она уселась на кровать и замолчала. - Ну, что надо? – никогда не понимал такого, раз пришел по делу то говори, а не молчи, а то все прямо уверены, будто собеседник телепатией владеет. - Ты помнишь, что ты орал Рику, когда вы катались по земле? - Нет, - я хмуро уставился на Мишонн. – Кэрол сказала, что я орал про какие-то правила, и что я чем-то траванулся. Но тут, - я постучал по голове. – Всё как в тумане. Мишонн невесело усмехнулась и продолжила. - Тебя не было весь прошлый день. Где ты шлялся, я не знаю, да и знать не хочу. Но когда к ужину ты не явился, то Рик и я, собрались на твои поиски. Кэрол тоже хотела идти за тобой, но сам знаешь, никто ей не позволил. Мы нашли тебя в нескольких милях от Александрии в какой-то забегаловке. Ты был в полном хламе, но умудрился завалить несколько ходячих. А может до того, как напился. В общем, это не столь важно. Я два часа провозилась с тобой, приводя в сознание. - Ты?! - А, что тебя так удивляет, - Мишонн как-то странно ухмыльнулась. – В моей жизни были периоды, связанные с успокоением буйных. Одним словом мы смогли загрузить тебя в машину и повезли обратно. - Мишонн не тяни. Давай ближе к делу. - Да ближе некуда, - Мишонн вдруг придвинулась ближе и посмотрела прямо мне в глаза. – Рик собирается дать Бет и Кэрол сыворотку правды, чтобы они рассказали, что с ними произошло. Мне нужна твоя помощь, чтобы помешать ему. - Чего?!!! – я ошарашено смотрел на женщину. – Какую сыворотку? Откуда ты знаешь? - Потому, что именно это мы и обсуждали, пока ехали обратно, - Мишонн невозмутимо смотрела на меня, но её рука непроизвольно сжалась в кулак. – Рик сказал, что здесь очень хорошее собрание трав и он уговорит Пита приготовить всё необходимое, а потом просто даст им всё выпить. Мне это не понравилось, и всё время пока мы ехали назад мы с ним спорили. Ты не подавал никаких признаков жизни кроме храпа, поэтому разговаривали мы на повышенных тонах. Когда вернулись обратно, то так ничего и не решили. Рик вытащил тебя из машины, а я поехала ставить её на место. Когда вернулась к воротам, то вы уже лупили друг друга по полной. - Так ты думаешь?... – я осторожно взглянул на Мишонн. - Я не думаю, я знаю. – Мишонн резко встала и подошла к окну. – Ты кричал, что правила одни для всех. Тоже самое я говорила Рику, когда посоветовала дать сыворотку всем жителям Александрии, чтобы наверняка знать кто откуда пришел, и не врут ли про себя. Мишонн замолчала. Я тоже. Хотелось расспросить о куче вещей сразу, но всё это перевешивала одна единственная мысль, что Рик, похоже, окончательно заигрался в Господа Бога. Додумать, что делать дальше, мне помешали. В коридоре раздался грохот бегущих ног и почти сразу в мою комнату влетели Бет и Ноа. - Дэрил, скорее! Ты нам нужен! - Что случилось? - Кэрол исчезла.