I've been tricked by pretty face. It happens.

На город опускалась тихая летняя ночь, каких бывают сотни в этих краях, лишь еле заметный ветерок ерошил листья на макушках деревьев. Дерек, как и всегда, сидел на своём любимом месте около старого автобуса, служившего теперь домом для его стаи. Парень отстранённым взглядом наблюдал за парой птиц, летевших в затянутом облаками небе. Сегодня он опять проиграл словесную перепалку со Скоттом. Изо дня в день они ругались по одному и тому же поводу, имя которому "Элиссон". У Дерека до сих пор стояли в ушах слова парнишки о том, что он не знает, что такое любить кого-то на самом деле. "Да если б этот желторотик хотя бы догадывался о том...", подумал про себя Дерек, но во время оборвал мысль. Он не хотел об этом вспоминать. Только не сейчас, когда ему и так донельзя паршиво. Хотя он бы отдал всё на свете, лишь бы иметь возможность хоть с кем-то поделиться той болью, которую вынужден переживать один. Каждый день и каждую ночь она заживо сжирала его изнутри. Это была настоящая пытка. Не ерунда, вроде аконита, цепей, тока, а настоящая боль, которая не проходит и конца которой не видно. Парень вынужден переживать её раз за разом, каждый день его уже бессмысленной жизни, год за годом веря басням, что время лечит.Он знает, что такое любовь. Возможно, он это знает гораздо лучше, чем этот слюнтяй Скотт, познавший только "розы любви", потому что за "розы" судьба с Дереком уже сполна расплатились "шипами". Когда-то он был таким же молодым вервольфом, как и Маккол и он тоже влюбился... Она была самой красивой девчонкой в городе. И дело было вовсе не в том, что у неё были идеальные модельные формы или она отличалась необыкновенной кожей и волосами. Дело было в её улыбке. Кейт с самого раннего детства улыбалась так, как никто другой просто не умел: радостно, искренне, от всего сердца. Когда она была маленькой, зубки у неё были немного кривыми, но это добавляло её улыбке лишь непосредственность и особый шарм. Девочку любили абсолютно все, начиная от её друзей и заканчивая людьми, с которыми она и вовсе не была знакома. Дерек впервые увидел её, когда пришёл с родителями в первый класс. Взглянув раз в её глаза, этот шаловливый мальчуган совершенно потерял дал речи и на её застенчивое "Привет, а я Кэти", смог лишь промямлить что-то о том, какая же она красивая. Так они и начали с ней дружить. Их семьи никогда не одобряли подобных отношений между ребятами, но особенно сильно не настаивали на разрыве, потому что малыши были одноклассниками, а врагам в одном классе учиться трудно. Однако, несмотря на все их попытки развалить дружбу ребят в более старшем возрасте, Дерек и Кэти были неразлучны: вместе гуляли, делали домашние задания, вместе прогуливали уроки и прикрывали друг друга перед преподавателями. Дерек хорошо помнил день, когда в 7 классе они с Кэти сбежали из школы, а потом наврали родителям, будто занимались друг у друга какой-то лабораторной. Конечно, обоим влетело за прогул, зато день был просто незабываемый: они были в парке развлечений, наелись сладкой ваты, дурачились в комнате смеха, а Дерек пытался напугать девочку в комнате страха. Шли годы, и их дружба перерастала в иное чувство, более глубокое и зрелое. Он часто оставлял около её дома белые лилии, потому что знал, что она улыбается каждый раз, когда видит эти цветы. Она временами шутя взъерошивала его чёрную гриву, потому что знала, что ему это нравилось и он всегда смеялся в ответ на её чудачества. Когда же Дереку исполнилось 16, он понял, что их отношения перестали быть детской влюблённостью. Они стали настоящей взрослой любовью. Он до сих пор ощущал на своих губах несмелый первый поцелуй, который любимая Кэти подарила ему на день рождения. Он тогда всю ночь не мог заснуть, думая о её мягких пушистых волосах, нежных дрожащих ладошках, ласкающих его немного колючие щеки, глазах, искрящихся как бриллианты при свете софитов. "Неужели во всём мире существуют девушки, прекраснее неё?" - думал Дерек каждую ночь, рассматривая её фотографии, сделанные тайком в школе. Казалось, что любовь каких-то там шекспировских героев не идёт в сравнение с тем чувством, которое обосновалось в его сердце, ведь оно было таким чистым, бескорыстным, неиспорченным пошлостью и грязью. Он никогда даже представить не мог, что может словом или жестом обидеть свою неземную богиню. Он лишь кидал на неё украдкой пламенные взгляды, да иногда несмело обнимал за плечи. Тот день, когда он впервые узнал её как женщину, казался ему совершенно нереальным. Раньше она всегда была для него неприкасаемой, идеальной мечтой, настолько хрупкой, что он просто боялся лишний раз вздохнуть в её присутствии. Страх, что она может в любой момент разбиться вдребезги или просто испариться в воздухе не оставлял Дерека ни на секунду. Слишком уж эта красота казалось ему невозможной. Но в тот день...он наконец-таки смог показать ей, насколько сильно он её любит и как ей дорожит. Он покрывал поцелуями каждый миллиметр её тела, нежно касался её тончайшей кожи, прижимал к себе так близко, как только ему позволяли физически законы. Казалось, что он хотел и вовсе раствориться в ней, чтобы они делили одно тело, одну кровь и одну жизнь. Ловя в очередном порыве страсти её клятвы и обещания, он ни на минуту не сомневался, что сразу после окончания школы они поженятся, и родители не смогут им помешать... Парень до сих пор хорошо помнил ту сухую, выжигающую изнутри все живое боль,которую почувствовал, когда узнал, что все, чего она хотела все эти долгие годы - это уничтожить его и его семью. Буквально за несколько дней мир Дерека рухнул: вся его семья была заживо сожжена в его доме девушкой, которой он подарил своё сердце. Он потерял все, что когда-либо любил и чем дорожил. Как жить дальше и нужно ли это делать он не представлял. Каждую ночь он слышал во сне крики его родителей, заживо горящих в их доме. В ту проклятую ночь его любимая Кэтти настояла на том, чтобы он переночевал у неё. Она уговорила его ничего не говорить родителям, дабы лишний раз не провоцировать скандал по поводу их отношений. Как и всегда, чувства Дерека были заняты его Богиней. Он не обращал внимания ни на нехарактерную для него тревогу, ни на страх, ни даже на запах гари, доносившийся со стороны его дома. Он покинул свою возлюбленную, только когда его дом был уже полностью охвачен пламенем. Стоя на улице, он смотрел в окна на горящих в доме людей, кричавших ему не соваться во внутрь, чтобы не сгореть. Так быстро, как смог, он вызвал пожарную службу, полицию, скорую, но из всей его семьи удалось спасти лишь его дядю. Дерек не мог себе простить произошедшего. Он каждую секунду казнил себя за то, что его любовь стала причиной смерти его родителей, его братьев и сестёр, его родни. Он даже представления не имел о том, что его Богиня может иметь хотя бы косвенное отношение к случившемуся. День, когда она с нескрываемой радостью объявила о том, что она является поджигательницей, был вторым концом света для парнишки. Когда он смотрел на её такую знакомую лучезарную улыбку, он просто не мог вникнуть в смысл всего ею сказанного. Эти маленькие, вечно дрожащие нежные ручки, которые он целовал каждую ночь, уничтожили все, что когда-либо было им любимо. Дерек не мог поверить в то, что происходящее с ним - это не кошмар, и не галлюцинация. Просто его маленькая вселенная взорвалась на миллионы осколков, каждый из которых безжалостно продырявил его некогда ранимое доброе сердечко. Наверное, Кейт ждала, что после всего случившегося, он будет мстить ей и её семье за причиненную боль, поэтому почти сразу покинула город. Дерек был бы даже благодарен ей за это решение, если бы его убитое сердце могло быть благодарным. По крайней мере, его обострившиеся чувства не напоминали ему о присутствии некогда им любимой Кэти. Однако, девушка явно ошиблась насчёт мести "своего бывшего". Боль настолько покалечила всё существо юноши, что он даже думать не мог о мести. Он вообще перестал думать о чём бы то не было. На это у него просто не было сил. Трагедию Дерек пытался пережить в течение нескольких лет. Совсем недавно, его огрубевшее и очерствевшее сердце снова ёкнуло. Обходя по привычке окрестности его укрытия, он почувствовал ели уловимый запах лилий. Её любимый запах. Из-за угла последовала череда выстрелов, и куртка Дерека неожиданно окрасилась в кровавый цвет. Лишь через несколько секунд мужчина осознал, что был серьёзно ранен особым сортом аконита. Он точно знал, кто его ранил. Только Кэти знала, где можно достать такой аконит. Только она могла без колебаний бить в спину. Он спинным мозгом чувствовал эти нежные, всё ещё немного дрожащие руки, держащие ружьё. Лишь дрожь в руках помешала ей попасть прямо в его сердце, потому что он не чувствовал, что её сердце в чём-то сомневается. Она вообще никогда не сомневалась, сколько он её помнил. И он всегда был на её стороне, чтобы она не делала, всегда поддерживал, терпел до конца, не показывая, что это причиняет ему боль. Даже в ту секунду, когда он услышал, как она взвела курок, он не напал на неё, чтобы свернуть мерзавке шею. Он лишь пытался убежать. Инстинкт самосохранения затмило чувство всепоглощающей любви, которую не могла убить даже трагедия многолетней давности. Он буквально распадался по частям от невыносимой боли, которую ему причиняла пуля, но не решился пойти к ней домой, чтобы найти другую такую же. Он хорошо сознавал, что боль, которую ему причинит её вечно сияющая улыбка, будет ещё более нестерпимой. С момента её приезда в город он не мог заснуть: сердце Дерека, чувствуя поблизости дыхание любимой,её ровное сердцебиение, буквально выпрыгивало из груди. Он не знал, чего боялся больше: встретиться с ней или нет. Дилемма разрешилась сама собой, когда он очнулся прикованным к опорам подвала её дома. Он хорошо помнил, как здесь очутился. Последнее, что он слышал прежде, чем вырубиться, был очень знакомый тихий голос. Её голос. Но страшнее пыток, придуманных его девочкой, были её хладнокровные слова о том, что между ними никогда и ничего серьёзного не было. "Ты всего лишь был обманут очаровательной мордашкой. Такое случается". Эти слова отзывались звенящим эхом в его ушах. Для Дерека они были страшнее смертного приговора. Произнося это, Кэти даже не осознавала, что планомерно вскрывает затянувшиеся раны на сердце когда-то любимого ей волчонка. Она ещё не знала того, что волки любят лишь раз и на всю жизнь. Причём даже под пытками Дерек не мог отказаться от этого чувства. Нет, он хорошо осознавал, что его любимая Кэти стала маньячкой-психопатом, терроризирующей всё живое в округе, но его необъяснимая, слепая любовь не угасала, несмотря на все доводы сознания. Он точно знал, что, не задумываясь,пожертвовал бы собой, лишь бы с ней всё было хорошо. Даже в тот день, когда она буквально стирала его в порошок своими безжалостными словами, когда парализовала его током раз за разом, когда заставляла его пить аконит, он не мог ей сопротивляться. Только не ей. Ради неё он вытерпит любую боль. Ради неё забудет обо всём пережитом. Ради неё отдаст всё, что имеет. Он мог бы сорвать сковывающие его цепи в доли секунды, но почему-то рядом с ней он переставал быть зверем. Он был тем самым милым, доверчивым, по уши влюблённым мальчишкой, который всегда был с ней мягким и добрым. Он был абсолютно уверен в том, что если она захочет его убить, он не будет сопротивляться, потому что речь шла о его любимой маленькой Кэти, которая всегда была права. И он всегда будет на её стороне, что бы не случилось. Дерек был уверен, что самое страшное, что могло произойти с ним в жизни, уже произошло. Больнее быть не может. Хуже просто не бывает. Он даже представить не мог, насколько сильно он заблуждался. Самым страшным оказалось потерять его маленькую Кэти навсегда. Он до сих пор не может поверить в то, что его любимой девочки больше нет. Парень хорошо помнил ночь, когда, рыдая, прижимал к себе окровавленный труп его малышки. Он не успел остановить Питера. Ему не хватило доли секунды для того, чтобы влететь внутрь здания и вырвать её из цепких лап своего сумасшедшего дяди. Если бы он только мог вернуть время вспять...Он бы пошёл абсолютно на всё, лишь бы его любимая девочка была жива. Наверное, она бы по-прежнему его ненавидела и отрицала, что когда-то любила, но он каждую ночь бы засыпал под ровное биение её сердечка. Он бы не был так одинок. Дерек никому не рассказывал, что ходит на её могилу каждую неделю и приносит её любимые белые лилии. Да, он уже никогда не увидит её добрую и лучезарную улыбку. Да, она никогда не взъерошит его лохматые волосы и не посмеётся над его шутливым рычанием. Но их любовь не закончиться такой мелкой неприятностью, как смерть. Она будет продолжать пульсировать в его венах, жить глубоко в недрах всего его существа. Шли дни, месяцы, но эта любовь, теперь уже навсегда смешанная с убивающей его болью, не проходила. Дерек осознавал, что для него лучше поставить крест на прошлом и прямо завтра, а то и сегодня познакомиться с кем-нибудь другим. Он усмехнулся своим мыслям. "Да может ли в мире существовать девушка, прекраснее неё?" - тупой болью отозвался в сердце парня тот самый вопрос. Даже спустя столько лет он знал только один ответ на него: "Нет...".