Пайла марина

— Шеф, я должен сообщить вам пренеприятнейшее известие, — сказал Хэнк Шрейдер, заходя в кабинет Джорджа Меркерта. — Ну, сообщай, — ответил глава УБН, морально подготовившись к плохим новостям. — Вы уже знаете, что вчера обдолбанный нарик обнес офис Густаво Фринга? — спросил Хэнк. Меркерт нахмурился. — Да. И что? — Ребята нашли вора и конфисковали принтер и ноутбук, — продолжил Шрейдер, — но так как Фринга не было в городе, то они сунули туда нос. И увидели… Остальное Хэнк пересказал шефу шепотом. — Да ты что? — изумился Меркерт. — Пойдем, я хочу на это сам посмотреть! *** (Несколькими днями ранее в офисе Гаса Фринга) — Здравствуй, Уолтер, — произнес Гас Фринг, открывая дверь. Босс так и лучился прекрасным настроением, поэтому расстроенный Уолт, мариновавшийся в помещении с выключенным кондиционером уже полчаса, сразу почуял неладное. — У меня есть для тебя отличная новость! — Какая? — с подозрением спросил Уолтер. — Мне надо уехать на пару дней по делам. И я беру с собой Гейла. Для чего Гасу понадобился Боттикер, Уолтер не знал. Но предположил самое наипохабнейшее. Просто так было приятнее. — И пока нас не будет, ты можешь варить вместе с Пинкманом, — продолжил Фринг. — Это его шанс доказать мне, что он стоящий варщик. Скажи ему, что он должен оправдать мои высокие ожидания. — Это все? — В кабинете было ну очень уж жарко. — Нет, — радостно улыбнулся Гас. — Сегодня я жду вас с Джесси на ужин. Хочу дать последние указания. Уолтер как раз собирался задать массу вопросов, начинавшихся с «почему?», когда Фринг открыл ящик письменного стола, пошарил там рукой и вытащил пачку документов. В ящике лежало что-то еще, и Уолтер с любопытством вытянул шею. Фотография двух молодых людей привлекла бы его внимание, даже не будь она спрятана. Потому что в одном из них отчетливо угадывался сам Фринг образца «тридцать лет назад», а вторым был неизвестный Уолтеру курчавый брюнет. — А кто это? — торопливо спросил Уолтер, указав рукой на снимок. — Один близкий мне человек, — ответил Гас и с громким хлопком закрыл ящик. — Он уже умер. Уолтер чуть нахмурился, а в его голове опять пронеслась целая стайка пикантных догадок из серии: «Он же из Чили!». Он был бы не против развить эту тему, но не хотел испытывать терпение босса. Кто знает, как именно умер этот приятель. Может, много болтал. — В семь вечера, — напомнил тот, когда Уолтер уже открывал дверь в коридор. Пройдя через ресторанный зал — ну хотя бы здесь кондиционеры не сломались! — Уолтер оказался в еще большем пекле на улице. *** Когда Уолтер подъехал к дому мистера Фринга, Джесси был уже там. Он с озадаченным видом курил, стоя неподалеку от своей машины. И, похоже, ждал Уолтера. — Мистер Уайт, а зачем нас сюда позвали? У Уолтера был ответ на этот вопрос, точнее, подозрение, но он предпочел его не озвучивать, просто пожав плечами. Едва они с Джесси постучали в дверь, как та открылась, — и на пороге, разумеется, возник босс. — Входите! Они зашли в дом… и худший прогноз Уолтера тотчас же сбылся. Как и в его прошлый визит, на кухонном столе были заботливо приготовлены продукты — с аккуратностью настоящего контрол-фрика, даже овощи у Фринга лежали рядами. На плите уже дымилась кастрюля, а сам Гас, глядя на нее с любовью во взоре, едва не светился от счастья. «Ну, скажите, как человек, заправляющий ресторанным бизнесом, ухитряется продолжать готовить и дома?», — кисло подумал Уайт. Вот ему, например, не пришло бы в голову, придя с работы, ставить химические опыты в гараже. Даже когда он еще был просто учителем. Как и в тот раз, Гас раздал гостям ножи и указания: чеснок настрогать, мелко-мелко, и нет, Уолтер, пользоваться чеснокодавилкой нельзя ни в коем случае, а овощи помыть — нет, Джесси, средство для мытья полов тебе не пригодится, поставь его, пожалуйста, обратно на полку. Как и в тот раз, Уолтер постеснялся сказать, что морепродукты он ненавидит, а от мерзкого рыбного варева хочется блевануть. — Прошу к столу, — сказал Гас и открыл бутылку белого вина. Разлил его по бокалам и продолжил свой светский монолог — разговором это назвать было трудно. Гас снова рассказывал о своей прекрасной родине, ее традициях и чилийской кухне. «Еще двадцать минут, и я точно напьюсь», — мрачно подумал Уолтер, хотя точно знал, что выпивать в гостях у Густаво — плохая идея. Мало ли, что можно выболтать боссу под мухой? — ...После Нового Года хозяйки бегут на рынок Сантьяго, чтобы купить только что выловленных мидий и альмехас... — А почему после Нового Года? — вдруг спросил Джесси, до этого вяло ковырявший еду. По мнению Уолтера, выглядело это так, будто Пинкман проснулся. Потому что сам он никак не мог дождаться, когда же босс заговорит о чем-то дельном. О химии, например. — Как тебе сказать... — Гас будто замялся, и при этом в его глазах читалась радость. Уолтер решил, что не все гости Фринга выдерживали столько приторной ностальгии. — Кроме того, что «пайла марина» — наше национальное блюдо, некоторые люди считают, что это отличное средство от похмелья. Джесси кивнул: эта тема явно была ему близка и интересна. В следующую минуту у Гаса зазвонил телефон, и тот, извинившись, встал из-за стола. — Чем целый день так трахаться, лучше тупо вылить в себя полбанки пива, — сообщил Джесси Уолтеру. — Чем… что? – переспросил Уолтер, решив, что ослышался. — Ну, овощи эти резать. Мидии чистить. Варить... — пояснил Пинкман. На слове «варить» Уолтер снова ощутил досаду. «Лучше бы я сейчас был в лаборатории, — подумал он. — Гас хорошо платит, но еще одной лекции о чилийских народных традициях я просто не вынесу». Фринг вернулся через несколько минут — а еще через пару часов невыносимый и бессмысленный светский прием наконец закончился. Никаких указаний Гас так и не дал, пожелал Уолтеру и Джесси не ссориться и сообщил, что искренне надеется: этот совместный вечер — начало долгого и прекрасного сотрудничества. Пока Уолтер ехал по темным опустевшим улицам Альбукерке, его одолевали раздумья. Из головы так и не шла фраза Пинкмана о сексе, да и вообще, после чилийских национальных блюд он ощущал себя весьма странно. Обычно от хорошего ужина, сдобренного вином, Уолтера тянуло подремать, но сейчас организм был весел и бодр, и желал «спать» отнюдь не в обыденном смысле. Перед мысленным взором Уолтера уже пару раз промелькнула Скайлер в розовом пеньюаре и кроличьих ушках… а потом — и Скайлер без пеньюара, в постели. А когда Уолтер вернулся домой, оказалось, что законная супруга уже спала. Вот облом. Зато ее компьютер остался включенным. «Пайла марина», — набрал Уолтер в строке поисковика. Зачем он это сделал, он и сам не знал. Вышел на страничку википедии. Едва не плюясь — к горлу снова подкатила тошнота, — прочел рецепт. ... чилийское национальное блюдо... ... в народе считается средством от похмелья... значит, Гас не соврал... ... афродизиак? В возмущении Уолтер немедленно набрал номер Джесси. — Ты хотя бы в курсе, чем нас накормили? Будь осторожен! Или, может быть, ты не знаешь, что означает это слово? У тебя словарный запас, наверно, ограничивается выражениями «заторчать» и «раскумариться»? Нет? А почему ты тогда сам, в гостях у Фринга, задал мне вопрос про «трахаться»? О чем ты думал, хотел бы я знать? Сам Уолтер сейчас думал только о том, что в пятьдесят лет дрочить в душе неприлично. Но что же поделаешь, если жена спит, Пинкман, наверное, тоже, а организм вдруг почувствовал, будто ему снова двадцать… стоп! А Джесси-то тут при чем? Ночь прошла нехорошо: он все ворочался с боку на бок, пытаясь заснуть — а в голову лезли самые немыслимые предположения о побочных эффектах употребления этой проклятой «пайлы марины». А когда все же уснул, то узнал, что его подсознание думает о Джесси Пинкмане, и в каких именно позах. Утренний секс с женой послевкусия гейской эротики не перебил… *** Придя в полицейский участок забирать свой ноутбук, Гас обнаружил, что на него все как-то странно косятся. Не то чтобы он этого не ожидал... Говоря честно, узнав о краже, Гас порядком струхнул: перед самым отъездом он попросил Майка поставить видеокамеру в лабораторию. В тот момент это казалось логичным: вдруг торчок-Пинкман запорет всю партию, а Уолтер начнет его выгораживать? Но тогда Гас не мог и представить, что какой-то обдолбанный наркоман — о, ирония мироздания! — решит ломануть его офис, и компьютер со всеми записями с той камеры за два дня попадет в полицию. «Уж лучше бы этот чертов нарик загнал его на запчасти!» — думал Гас, приветливо улыбаясь копам. При этом он совершенно не понимал происходящего: если полицейские не в курсе видео из нарколабы, то почему они так смотрят на него? А если в курсе, почему он еще не в наручниках и не в УБН? Так что когда в конце коридора замаячила фигура Джорджа Меркерта, Гас испытал скорее облегчение. Все-таки неопределенность — самое страшное. Но шеф УБН — и он тоже, проклятье! — повел себя нетипично. Он поманил Гаса пальцем в допросную, и, поминутно вздыхая, начал речь, начинавшуюся (Гас чуть со стула не упал!) со слов: — Разумеется, это не мое дело... *** — Нам нужно поговорить. Что-то в голосе шефа заставило Уолтера насторожиться. Ведь Гас даже не прислал свое обычное СМС со словом «Pollos». Нет, позвонил сам. Дорога до офиса Фринга еще никогда не казалась Уолтеру такой длинной. — Уолтер, — начал Гас, опираясь руками на стол и почему-то отводя глаза, — ты знаешь, что мой офис недавно ограбили? — Да, — кивнул тот, — слышал от Эрмантраута. — Они украли мой ноутбук, — продолжил Фринг. — И в нем была запись того, что происходило в лаборатории в мое отсутствие. Уолтер похолодел. — И? — И полицейские ее посмотрели. — Что, весь участок? — ужаснулся Уолт. Но тут ему пришла в голову более страшная мысль: — И УБН, что ли — тоже? Хэнк знает? — Про то, что ты варишь метамфетамин — вряд ли, — ответил Гас. — Но о твоей порнокарьере агент Шрейдер уже в курсе. — Блядь! — Ваш ролик за день собрал на Ю-Тубе уже миллион просмотров, — продолжил Гас. Вид у него был мрачнейший. — Хотя никто из полицейских так и не признался в том, кто выложил его в сеть. «Скайлер меня убьет», — тоскливо подумал Уолтер. — Похоже, благодаря тебе секс в химической лаборатории скоро войдет в моду у молодежи, а я, не дай бог, превращусь в порномагната, — продолжил Фринг. — Не знаю, насколько подобная репутация лучше славы наркобарона, но за подвиги в духе Ларри Флинта хотя бы в тюрьму не сажают. У нас же теперь толерантность... Гас еще немного помолчал и вздохнул. — Я одного не понимаю — как вы додумались-то? Есть же мотели... машина, в конце концов! Уолтер не ответил. Он вообще не хотел ничего никому объяснять. Но сам-то он все помнил прекрасно... ... В лабораторию Уолтер тогда явился ни свет ни заря. Зевая, Уолтер спустился вниз по лестнице. Переоделся в спецовку. Включил вентиляцию и тогда увидел Пинкмана. Который как раз снимал куртку. — Как ты себя чувствуешь, Джесси? — спросил его Уолтер. — Да нормально, мистер Уайт, — удивился Джесси. — Вы вообще о чем? — О том, о чем я говорил тебе вчера. — Про то, что мне надо оправдать ожидания мистера Фринга? — Про то, что мистер Фринг накормил нас обоих афродизиаком! — закипел Уолтер, пытаясь прогнать мысль о том, что у него тоже имеются кое-какие ожидания от Пинкмана. — Я же звонил тебе вчера! Пытался предупредить! — А, вот вы про что, — кивнул Джесси в ответ. — Вот же сука. Но если уж честно, со мной ничего такого не произошло. — Скажешь, что тебе совсем не хочется трахать все, что шевелится? — Ну, не знаю. — Джесси пожал плечами, и Уолтер тут же подумал, что «трахать все, что шевелится» было обычным состоянием Джесси, и ночью он этим, наверно, и занимался… и прошлой, и этой. А вот для самого Уолтера секс каждый день был не нормой, а исключением. Помедлив секунду, Пинкман заржал и спросил: — А вам что, хочется? — Да! — выдохнул Уолтер. Признание далось ему тяжело: но смотреть на то, как Пинкман рассеянно то снимает, то надевает майку, он больше не мог. — То есть мы сегодня не будем варить? — Варить? Когда ты так вертишься, чтобы я полностью оценил твою задницу? Решил передо мной раздеться — так раздевайся! — С этими словами Уолтер дернул его майку так, что лишь чудом ее не порвал. Джесси оторопел. А потом торопливо натянул желтый варочный комбинезон. — Совсем охуел, да? — спросил он. — Я тебе не жена, чтоб давать всякий раз, когда засвербело. Подобный ответ означал, что мысль о «давать» Пинкман совсем не отмел, но для секса нужны были условия. Не получивший с первых же слов в морду Уолтер приободрился и призвал на помощь свое хваленое красноречие. — Джесси! — Он напомнил себе про терпение. — Мы не можем запороть партию. Иначе Фринг не возьмет тебя на работу. И будет обвинять меня — это же я поручился! Но варить мет, когда у меня все утро каменный стояк — какого не было даже в молодости! — я не могу. Лучше нам с тобой трахнуться сейчас, сразу, а потом мы начнем работу, как обычно. И сварим много, много отличного высококачественного мета. Понимаешь? — Офигеть. — Джесси замотал головой. — То есть, Фринг специально накормил нас этой гадостью, чтобы мы не смогли сварить хорошую партию? Но почему тогда на него это варево не подействовало? — А как ты думаешь, какого черта он взял с собой Гейла в поездку по делам? А еще та фотография... Времени объяснять Джесси про фотографию, которую Гас прятал в ящике рабочего стола — не было. Хватило того, что в голове Уолтера уже промелькнули картинки очень тесной дружбы их босса с тем неизвестным парнем. Между прочим, очень симпатичным. Тут Уолтеру стало совсем невмоготу. А Джесси как нарочно продолжил: — Может, вы готовы трахнуть меня прямо в метолабе? Помнится, я как-то читал под партой «Плейбой», а вы нудели про органические молекулы. «Углерод соединяется с кислородом, образуя прочные ковалентные связи»... — Нарочно или нет, но цитируя Уолтера школьных лет, Джесси изобразил интонацию девочки из платного интима по телефону. А потом, будто на всякий случай, добавил. — Между прочим, я тогда дрочил на то, как бы трахнуть училку по математике. Но не между бутылками с серной и азотной кислотами! — А минеты она тебе в этих фантазиях делала? — спросил Уолт и попытался снова стащить с Джесси майку. — Вообще-то в тех фантазиях я был на ней сверху, — уведомил его тот. А Уолтеру как раз вспомнился школьный рисунок Пинкмана, в котором из задницы учителя химии торчала пробирка. Он довольно хмыкнул: про математичку Джесси явно приврал. — Мечта о сексе с учителем вполне может исполниться, — сказал Уолтер. — Снимай штаны. — И потянулся к молнии на комбинезоне. Джесси, похоже, всерьез задумался над любопытной перспективой: не каждый день бывший учитель предлагает отсосать. Прекратил все свое вялое сопротивление и даже помог Уолтеру выпутать себя из штанин. А потом Уолтер заставил его — совершенно голого — прислониться к реактору. Встал перед ним на колени и для начала облизал член Джесси. Потом тщательно провел языком по взбухающим венам, а рукой погладил ягодицы... По крайней мере, именно так делали в том гей-порно, которое Уолтер успел посмотреть утром: ну, чтобы основательно подготовиться к трудностям рабочего дня. И не зря — у Пинкмана встало. — Вы сосете не хуже настоящей сучки! — с нескрываемой радостью сообщил Джесси, когда Уолтер наконец взял головку в рот. «Ты еще не знаешь, как я ебусь», — подумал Уолтер. Он и сам, впрочем, не знал. И даже не ожидал у себя таких способностей и талантов: он отсосал Пинкману, проглотив всю сперму и тщательно вылизав тому яйца, а потом наклонил голову Джесси к своему паху. У Пинкмана тоже оказался талант, минеты он делал даже круче, чем Скайлер в их лучшие годы, и, в отличие от нее, позволял кончать себе в рот, не бурча насчет мерзкого вкуса. Этого, разумеется, не хватило — три тарелки «пайлы марины» действовали до сих пор. Уже очень скоро Уолтер повернул Джесси к реактору лицом, побудив взяться за выступающую трубу. Потом пришлось отвлечься, Уолт пошарил в ящике лабораторного стола и быстро отыскал тюбик с маслом для вакуумного насоса. Кто бы знал, для чего оно ему пригодится! Для начала он засунул в Пинкмана палец. От неожиданной боли Джесси слегка застонал и дернулся, в попытке слегка отстраниться, но Уолт укусил его за плечо, вырвав из горла у того более громкий крик. И, воспользовавшись тем, что новая боль отвлекла внимание от задницы, быстро приставил свой член к анусу Джесси и одним сильным толчком вогнал его внутрь. Глубоко-глубоко. — Блядь! — прошипел Джесси, до крови кусая губу. — А поаккуратнее было нельзя? — Зато теперь наиболее неприятное позади, — ответил Уолт, находя правой рукой полувозбужденный член Джесси. — Так что заткнись и позволь мне позаботиться о твоей простате. Ковалентные связи! Фраза про связи подействовала без осечек, и через пару минут Джесси, развратно прогнувшийся в пояснице, уже активно подмахивал Уолтеру. Во второй раз они трахнулись на лабораторном столе — и Пинкман, лежа на спине, удобно обхватил талию Уолтера бедрами. Третий раз произошел на столике для взвешивания, и это было еще лучше. Засадив Пинкману в четвертый раз — на полную длину, до самых яиц — Уолтер уже не сомневался, как и для чего Гейл Боттикер проектировал лабораторию. Ведь именно поэтому наверху реактора в тысячу двести литров они так отлично поместились вдвоем. Потом они все-таки попробовали начать варить — но оказалось, что отсасывать друг другу в желтых спецовках тоже очень прикольно. Потом... — ... Я все еще жду объяснений, — сказал Гас. Уолтер точно вывалился из своих счастливых воспоминаний. Посмотрел на босса: тот был весьма мрачен и даже печален. Хотя Гасу-то с чего так расстраиваться? Это же не его член и задницу видело пол-Альбукерке, а к вечеру будет разглядывать и весь мир? Гас в этот момент складывал в сумку из-под ноутбука какие-то бумаги. Открыл ящик стола и забрал фотографию — ту самую, с курчавым пареньком. «Вот оно что, — подумал Уолт. — А ведь Гас очень боится за свою репутацию. Наверно, он решил, что его жизнь кончена. Сейчас он пойдет домой, ляжет в ванну и перережет себе вены. А сам при этом будет держать фотографию любовника... только вот как?» — ...Пальцами ног? — вслух догадался Уолтер. Гас недоуменно посмотрел на него и покачал головой. — Поговорим завтра, — сказал он. — Я что-нибудь придумаю. — Это ведь вы виноваты, — напал на него Уолтер. — Зачем вы нас пригласили? — Я предпочитаю иметь хорошие отношения со своими сотрудниками. «Отношения с сотрудниками!» — мысленно возмутился Уолтер. Он сразу представил, какие у Фринга могут быть отношения с сотрудниками. Может, Гас и не зажимает Майка в чулане — Эрмантраут бы за такое сразу пристрелил, а вот Гейл наверняка принимает поползновения босса вполне благосклонно. — И поэтому подсунули нам за ужином эту чилийскую гадость? Афродизиак? Гас нахмурился. — Вы свободны. — В тоне его звучал металл, и Уолтер поспешил убраться из офиса. *** Припарковав машину у дома, Уолтер ринулся к двери. Нужно было срочно объясниться со Скайлер. «Скажу ей, что во всем виноват проклятый Пинкман, — решил он. — Нанял актера, похожего на меня, потому что давно мечтал о сексе с учителем». В этот момент Уолтер споткнулся — и, с трудом удержав равновесие, заметил на пороге два чемодана, из которых вываливались его любимые рубашки и торчал зеленоватый рукав пиджака. Замок Скайлер, разумеется, поменяла. Первым импульсом Уолтера было разбить окно. Но потом он немного подумал, запихнул чемоданы в багажник и снова завел мотор. *** — Что-то я не вкурил, — сказал Джесси, открывая дверь. Посмотрел на чемоданы и присвистнул. — Жена, что ли, выставила? — Стерва, — пробурчал Уолтер. — А ты теперь переезжаешь ко мне, как к любовнице? Вконец охуел, сука? — Я только на пару дней. Джесси закатил глаза. Он все также стоял на пороге и, похоже, все еще не собирался пускать Уолтера в дом. Сам Уолтер только сейчас поймал себя на мысли: какого черта он вообще приехал сюда? Он же купил квартиру, отличную, в прекрасном районе... — Хрен с тобой. Заходи. Некоторое время они сидели на диване в гостиной. Разбирать чемоданы Уолтеру не хотелось. Еще и Джесси, как назло, лез с вопросами: — Фринг теперь закроет лабу? — А ты сам как думаешь? — То есть мы на мели. — Джесси покачал головой. — Вот блядь. А трейлер-то мы уже того... дома я варить не буду! — Во всем можно найти пользу, — заметил Уолтер. — Между прочим, ты тоже получил удовольствие. — Что? Может, нам еще и повторить? Уолтер едва успел задуматься, всерьез это говорит Джесси или нет, когда в кармане завибрировал телефон. Он вскочил с дивана и отошел к окну. — Мистер Уайт? — Голос девушки был приятным, но звучал деловито. — Добрый вечер. Вас беспокоят из студии «Альбукерке-XXX». Мы снимаем фильмы... для взрослой аудитории. А еще мы надеемся, что наше предложение вас заинтересует. Вас и вашего партнера, конечно! Через пять минут Уолтер выключил звонок. И плюхнулся обратно рядом с Джесси. — Ну что там такое? Шрейдер тоже заинтересовался твоей задницей? — спросил тот. — Колись, почему у тебя такая рожа? — Повторить, — ответил Уолтер. — Нам действительно придется это повторить. — Я ничего не понял, сука. — Они построят для нас лабу... я даже смогу поучаствовать в ее дизайне... уже есть сюжет... если вкратце: мы с тобой варим мет и трахаемся. — Только не это! — заорал Джесси. — Ты что, сука, согласился? — А ты знаешь, сколько за это платят? — Блять. Блять. Блять. Лучше бы я сдался Шрейдеру! Я знал, что тебе нельзя верить, старый озабоченный козел! — Старый озабоченный козел только что нашел тебе новую, высокооплачиваемую работу, — заметил Уолтер. — Сказал бы спасибо. И, между прочим, сегодня мы можем... потренироваться.