Жалобная книга

Настоящая ложь просто обязана быть красивой, тогда в нее обязательно поверят. Лишь правда способна позволить себе роскошь уродства. Сергей Лукьяненко «Рыцари Сорока Островов»

***

— Что мы делаем? — оторвавшись от него, спросила Джинни, которая все еще пребывала в шоке от происходящего. — То, что хотим, — слабо улыбнувшись и погладив девушку по щеке, ответил Джастин. Она понимала, что то, что только что произошло - было невероятной ошибкой! Ведь они из разных миров и скоро, совсем скоро, ее жизнь поменяется и в ней не будет места Джастину, какбы ей этого не хотелось. Одна мелодия сменилась другой, но ее звучание доносилось до нее, казалось, сквозь какую-то стену. Джинни всматривалась в глаза того, кто сумел пленить ее сердце, и хотела подольше оттянуть этот момент. — Все это… я боюсь проснуться в своей постели и осознать, что все это было лишь сном, — вырвавшись из объятий мужчины, высказалась девушка и подошла к панорамному окну. Ее взгляд затерялся в черном, словно вороново крыло, небе, усыпанном мириадами звезд. Сердце бешено стучало, а в животе образовался ком, который причинял ей боль. Некоторые свято верят, что в такие моменты, внутри порхают бабочки, что ж, если так, то ее бабочки имеют крылья, обрамленные тысячами шипов, которые ранили ее беспощадно, истязая плоть изнутри. Он оказался совсем близко и его дыхание, такое ровное и спокойное, терялось в ее волосах. Джинни закрыла глаза, пытаясь справиться с волнением и прислушаться к мелодии, которая заполняла всю комнату, включая и ее саму. — Чего ты боишься? — прямо задал вопрос Джастин и коснулся ее плеча, от чего она вздрогнула. По телу рассыпалась мелкая дрожь — Джинни поежилась. Ей вдруг стало холодно. Женщина — существо непонятливое и глупое, но зато забавное и милое: она своей бестолковостью приправляет и подслащивает тоскливую важность мужского ума. В глупости женщины — высшее блаженство мужчины. Он знал, чего хотел от этой женщины и хотел убедиться в своих домыслах. — Ничего, просто… — не успела она договорить, когда в комнату вошел Виктор. — Мистер Бибер, можно вас на пару слов? — Прости, — прошептал Джастин и поцеловал руку Джинни, а затем удалился. Она тяжело выдохнула и опустилась на стул. Стоит ли ему сейчас говорить, что она переезжает? И как надолго он в Нью-Йорке? Джинни налила себе вина и залпом осушила бокал. Она не понимала, что происходит и правильно ли поступает. В комнату снова вернулся Джастин, но он был зол и слишком взволнован. — Что-то случилось? — встревоженно спросила она, вставая со стула. — Одевайся, — он подал ей пальто, которое принес с собой и помог одеться. — Я отвезу тебя домой. — Хозяин вернулся раньше времени? Джастин слегка улыбнулся и приобнял ее за плечи. Они ехали в машине молча, и она не понимала, что произошло. Ей хотелось выяснить, помочь ему, но правильно ли это будет? Кто она ему такая, чтобы задавать какие-то вопросы? Но интерес оказался сильнее - и Джинни решила спросить. — У тебя какие-то проблемы? Бибер сильнее сжал руль — костяшки пальцев побелели. — Давай не будем задавать друг другу лишних вопросов?

***

      Прошло уже больше недели с того дня, когда Джастин и Джинни виделись в последний раз. Когда в твоей жизни появляется кто-то особенный - ты чувствуешь внезапное стеснение в груди или неконтролируемый прилив грусти, когда по радио поют песню про любовь. А раньше ты по радио слышал только последние известия. Вот и она целыми днями думала только о нем. О том поцелуе, о его сильных руках, которые так уверенно держали ее. Она дорезала лук и томно поглядывала на часы. Половина девятого. Сегодня у них семейный вечер, а это значит, что соберется вся семья, чтобы обсудить переезд Джинни. Ей хватило похорон, когда родственники стали убеждать ее родителей, что с Джинни может случиться тоже самое, что и с Джеймсом. Плохое влияние города грехов и все - их милая девочка упущена. — Ты закончила? — спросила Дороти, входя на кухню с подносом. — Да, — сухо ответила Джинни и помыла нож. — Отлично, теперь кинь все это на сковородку и пассеруй его до тех пор, пока он не станет бесцветным. — Кто-то уже пришел? — Еще нет, но скоро должны. А что? — Да так, ничего. — Милая, я понимаю, — женщина подошла к девушке и погладила ее по волосам, — тебе неловко после похорон Джеймса, но они правы. Джинни вырвалась и закричала. — Да хватит уже! Я устала быть маленьким ребенком! Я уеду, хотите вы того или нет! Она выбежала с кухни и побежала в свою комнату, совсем как в детстве. Ее комната была для нее местом, где она могла спрятаться от внешних проблем и опасностей. Это был ее маленький мирок, из которого она не хотела выходить. Она подошла к окну и прислонилась горячим лбом к стеклу. Ей не хотелось здесь находиться. Джинни снова подумала о Джастине. Где он? Чем занят? — Открой дверь! — громыхнул отец, ударив кулаком в дверь. Она молча подошла и открыла дверь, глядя на отца сквозь слезы. — Что ты себе позволяешь? — А что я себе позволила? — дерзко задала встречный вопрос Джинни. — Ты не смеешь поднимать голос на мать! Ты меня поняла? — Хватит разговаривать со мной в таком тоне, папа! Я не сделала ничего дурного! — Ты думаешь, что сильно взрослая стала? Думаешь, я тебя и в тридцать лет выпороть не смогу? — Ты… — как только она хотела ответить - снизу крикнула мама, что пришли гости. Джинни кинула на отца испепеляющий взгляд и спустилась вниз. Вечер должен быть многообещающим.