Жалобная книга

Женщины не любят тех, кто просит. Унижают тех, кто спрашивает. Следовательно, не проси. И по возможности — не спрашивай. Бери, что можешь сам. А если нет, то притворяйся равнодушным. Сергей Довлатов «Записные книжки»

***

      Джинни обреченно вздохнула. — Не наигрался во что? А? Скажи это, Луи! — вскричала она, подходя к мужчине впритык. — Тобой не наигрался, — прошипел сквозь зубы тот. — Ах, мной, и как же он играл мною? Может расскажешь? — Не строй из себя дуру, Кэмпбел! Ты спала с ним! Лицо Луи покрылось потом, а щеки зарумянились. Ему не стоило начинать этот разговор, но боль предательства, была слишком сильной. Джинни сжала кулаки, пытаясь сдержать свой гнев, который так и рвался наружу. — Так вот, что ты обо мне думаешь, что я отдалась ему по своей воле? Какой же ты придурок, Луи! Ты ведь знаешь мою историю, знаешь, через что мне пришлось пройти! И у тебя поворачивается язык, чтобы говорить подобное? Мужчина вжал ее в стену, ставя руки над ее головой, чтобы она не могла уйти. Ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы не ударить ее. Что она с ним сделала? — Знаешь, когда я увидел вас вдвоем, мне не показалось, что ты была против. — Ну и сукин сын же ты! Пусти меня, я ухожу! — вскричала в ярости Джинни, отталкивая Луи. Он считает ее продажной девкой! Человек, которому она многое доверила, теперь вытирает об нее ноги. Зачем тогда он спас ее? Чтобы доказать себя, в который раз, что он мужик? Вздор! Девушка вырвалась из его «объятий» и стала метаться по комнате, пытаясь подобрать слова, чтобы высказать ему все, что накопилось у нее в душе. Слезы застилали глаза, против ее воли, а ком, который встал в горле, мешал четко говорить. Она повернулась к нему и с презрением посмотрела в глаза. — Все это время, это чертово время, я думала, только о том, чтобы ты, будь ты проклят, оказался жив! Не стоило стараться и вытаскивать меня, лучше бы меня застрелили так же, как и отца! Возможно тогда, я бы смогла заслужить твое уважение. Где мои вещи? У Джинни начиналась истерика. Ей казалось, что все в этом мире несправедливо. Сейчас ей хотелось одного: к маме. Только в ее объятиях, она могла чувствовать себя в безопасности, только теперь, у них было одно горе на двоих. Луи с яростным воплем, ударил кулаком в стену и стал тяжело дышать. Джинни передернуло. Повисла угнетающая тишина, которая адски давила на уши. — Я так жалею, что ты появилась в моей жизни. Господи, как же я жалею, — повторял он. — Твои вещи в ванной, постиранные и сухие. Если хочешь уходить, уходи, тебя никто держать не будет. Я не Бибер, ясно? Только ты сама сделала свой выбор, Джинни Кэмпбел.

***

      Девушка ехала в такси и не могла поверить в то, что наконец-то свободна. Но чувства, которые она, теперь испытывала, были совсем не радостными. Человек, который был ей близок, отказался от нее в тот момент, когда она больше всего на свете, нуждалась в нем. Она лишилась отца, который умер, как она считала, по ее вине. Что теперь будет с матерью? Что она скажет полиции, когда пойдет подавать заявление? Джинни не знала. В голове, назойливым комом, крутилась еще одна мысль, которая пугала ее не меньше: где Джастин? Кэмпбел не могла дать себе ответа, почему она думает о нем, но все же… Неужели он, действительно просто играл с ней? — Девушка, мы приехали, — сухой голос таксиста, вывел ее из раздумий. Джинни с болью в глазах посмотрела на дом, который недавно приобрела и почувствовала, что наконец-то, она безопасности. — Подождите немного, я возьму деньги в доме и вынесу вам, хорошо? — Не больше пяти минут, у меня счетчик. Она кивнула и неуверенно пошагала к дому. Ноги подкашивались от истощения, а в горле пересохло. Джинни достала из-под коврика, который она, по совету мамы, постелила на входе, запасной ключ и отворила дверь. В нос ударил знакомый запах дома и в душе разлилось приятное тепло. Она дома, спустя столько времени, наконец дома. Расплатившись с водителем, Джинни нашла домашний телефон и набрала знакомый номер. Гудок, еще один, еще… Ее начинала пробирать мелкая дрожь, а мысли в голове путались. Почему мама не берет трубку? — Алло, — осипшим голосом ответила Дороти. — Мам, — выдохнула в трубку девушка, — мамочка, это я, Джинни. — Джинни? Детка, у тебя все хорошо? Папа мне сказал, что ты уехала и не сможешь звонить, где ты? Внутри все рухнуло. Отец врал ей. — Мам, мне нужно тебе кое-что сказать, пожалуйста, сядь. — Не пугай меня, что случилось? — Папы больше нет. — Что?