Жалобная книга

Я хотела, чтобы он испытал то же, что испытывала я рядом с ним, — это изумительное сочетание спокойствия, развратности и чуда. Хотела, чтобы он знал: всего лишь раз попробовав его, я безнадежно пристрастилась. Джоди Пиколт «Хрупкая душа»

***

      Утром все меняется. Меняется твое отношение ко всему, что тебя окружает, к людям, которые находятся рядом с тобой. Катастрофы, кажутся не такими серьезными и глобальными, какими казались вечером. Утром, с первыми лучами солнца, ты начинаешь понимать, что, если ты осталась одна, ты должна двигаться дальше, должна жить и дышать, чтобы ни случилось. Одиночество — это не приговор. Джинни встала с кровати и поставила рамку с фотографией на тумбу и запустила пальцы в волосы. Ей нужно учиться жить дальше, только теперь одной. — Теперь вы снова вместе, — прошептала она в пустоту, глядя на семейное фото. Ее отец и мать, были похоронены рядом и это ее, почему-то, успокаивало. Если Дороти, смогла принять то, чем занимался ее муж и не бросить его, — разве это не любовь? Если нет, тогда что? Она до конца не могла понять, чем именно руководствовались ее родители, когда решили вступить на кривую дорожку, напрочь забыв о человечности, но… Теперь слишком поздно об этом думать. Вещи были собраны, чемоданы у двери, а вот она, почему-то, не могла покинуть этот дом. Все осталось на своих местах, та же мебель, те же шторы, даже запах, но все какое-то чужое, не настоящее.

***

      Девушка стояла на ресепшине и заполняла журнал, когда к ней подошел босс. Джинни подняла на мужчину глаза и натянуто улыбнулась. Головная боль, была такой сильной, что она, казалось, не слышала ничего вокруг. — Вы что-то хотели? — спросила она. Мистер Кроу улыбнулся. — Джинни, сегодня у нашего отеля годовщина и поэтому поводу, мы устраиваем вечеринку. Приглашены все сотрудники, — дружелюбно ответил мужчин. — Годовщина? — Да, сорок лет нашему отелю. — Сорок лет? Ничего себе. А куда идти? — Мы снимаем особняк, сегодня в семь вечера, адрес я пришлю смс, хорошо? — Конечно, спасибо, — с улыбкой ответила Джинни. Девушка понимала, что это отличный повод расслабиться и забыть о своих проблемах. Вечер Джинни шла по узким улочкам Лос-Анджелеса и копошилась в телефоне, когда услышала позади себя шум мотора. Она обернулась и увидела напротив себя, черную Феррари, которая светила своими фарами, прямо на нее. Какого черта? Джинни решила, что не стоит обращаться на это внимание и пошла дальше, но машина стала медленно двигаться за ней. Она снова остановилась и повернулась, ожидая, когда водитель скажет, чего он хочет. Ничего. — Какого? … Фары замигали, а водительская дверь открылась и из нее вышел мужчина. — Только не это, Господи, — прошептала Джинни. Казалось, она просто вросла в землю и не могла двигаться. Мужчина приближался, а ее «паралич» так и не проходил. Она молча стояла на месте, не веря своим глазам. — Джинни, — сухо сказал Джастин, подходя к девушке. Она отшатнулась назад, когда он рукой потянулся к ней. Только не плакать! Прикусив до боли губу, она сжала кулаки. — Бибер, — в том же тоне ответила Джинни, напрочь забыв о страхе, — какими судьбами? Я думала, что после суда, ты забудешь, как я выгляжу. Как на свободе? Хорошо живется? Джастин иронически улыбнулся и потянулся к Джинни, которая отходила все дальше. В его глазах танцевали черти, а на губах играла загадочная улыбка, но почему ей не страшно? Наверное, после тех событий, которые она пережила, девушка просто забыла, что такое страх. Жизнь — жестокая штука. Учит нас быть сильными, но и в тоже время, ломает настолько, что ты с трудом узнаешь себя в зеркале. Если твоя жизнь не вызывает у тебя улыбки, значит, ты просто не понял шутки. Это ирония. Он был все так же красив, ухожен и уверен в себе, будто бы все те события, которые произошли относительно недавно, вовсе не затронули его и ничему не научили. — Я бы с удовольствием поболтала о том, как ты теперь живешь, не мучит ли тебя совесть, но, увы, мне нужно уходить. Было при неприятно встретиться, надеюсь этого больше не повториться, и судьба помилует меня. Всего доброго, Бибер, — язвительно ответила Джинни и развернулась, чтобы уйти, но… Джастин резко схватил ее за руку и развернул к себе, заставляя вздрогнуть от неожиданности. Какого черта он себе позволяет? — Пусти меня, мать твою, — взбешенно прикрикнула девушка, пытаясь выдернуть руку из его мертвой хватки. Он исследовал ее глазами, изучал. Мужчина видел, что пред ним стояла, совсем другая Джинни, не та, которую он помнил. Неужели судьба заставила ее, надеть на себя маску безразличия и забыть о тех качествах, которыми она обладала ранее? Где ее доброта, хрупкость? Перед ним стояла женщина, в глазах которых читалась ярость, ненависть, отвращение, но и в тот же момент, что-то, чего он не мог разгадать. Джастин понимал, что, отпустив ее сейчас, у него не будет больше возможности, рассказать ей правду, открыть глаза на вещи, о которых она и не догадывалась. Он не привык упускать шансы, которые подбрасывала ему судьба, а потому, он забросил ее на плече, не обращая внимания на вопль Джинни и сопротивление. То, что они сейчас встретились, явно было не простым совпадением.