Весна

На приг­ре­том ве­сен­ним сол­нцем при­гор­ке, ле­ниво по­махи­вая кон­чи­ком хвос­та, валь­яж­но раз­ва­лил­ся Оце­лот. Ти­хое ур­ча­ние и заж­му­рен­ные гла­за зве­ря иде­аль­но впле­тались в об­манчи­во рас­слаб­ленную об­ста­нов­ку. Да­же треск су­хих ве­ток под чь­ими-то но­гами не зас­лу­жил вни­мания от­ды­ха­юще­го хищ­ни­ка. Все бы­ло под кон­тро­лем. — Вот за­чем мы се­год­ня по ле­су бро­дим? — вспуг­нул ти­шину от­ды­ха звон­кий де­вичий го­лос. Оце­лот при­от­крыл один глаз и ус­та­вил­ся на воз­никшие пе­ред ним но­ги в вы­соких бо­тин­ках на каб­лу­ках. Ог­ля­дев об­ла­датель­ни­цу не­умес­тной в ле­су обу­ви, он фыр­кнул и улег­ся по­удоб­нее. — Фель, — нас­той­чи­во поз­ва­ла де­вуш­ка, ус­тра­ива­ясь ря­дом с Оце­лотом и с за­дум­чи­вым ви­дом пог­ла­живая его по пят­нисто­му бо­ку. Оце­лот вздох­нул. — Фель. Я уже на­гуля­лась. Пой­дем до­мой. Оце­лот, не от­кры­вая глаз, ти­хо рык­нул, пе­ремес­тился и улег­ся го­ловой на ко­лени де­вуш­ке. Глу­боко вздох­нув, она от­ки­нулась на­зад. Ран­няя вес­на дав­но об­на­жила вы­сокие при­гор­ки, на ко­торых под теп­лы­ми лу­чами зе­лене­ла мо­лодая тра­ва. Кое-где выг­ля­дыва­ли зо­лотис­тые го­лов­ки мать-и-ма­чехи, слов­но вес­нушки, ук­ра­шая по­ляну. С де­ловы­ми пе­рели­вами пти­цы ве­ли стро­итель­ство но­вых гнезд, где-то тре­щали сучья, на­поми­ная о том, что весь лес за­нят ве­сен­ни­ми хло­пота­ми. В ни­зинах, да в те­ни все еще ле­жал гряз­ный снег, сбив­ший­ся в ку­чи. Проз­рачный воз­дух, на­пол­ненный свет­лостью и прох­ла­дой, оку­тывал и за­ряжал не­объ­яс­ни­мой бод­ростью. Вды­хая его пол­ной грудью, хо­телось петь, бе­жать, под­пры­гивать и де­лать еще ка­кие-ни­будь не­сураз­ные ве­щи. По­косив­шись на дре­мав­ше­го Оце­лота, де­вуш­ка про­вор­ча­ла: — Как мож­но дрых­нуть в та­кой день? — Тво­его тер­пе­ния хва­тило р-ров­но на пол­ча­са, — мяг­ко про­гово­рил Фе­ликс, пе­рете­кая из зве­ря в че­лове­ка. — И что? — воз­ра­зила де­вуш­ка. — Ни­чего. Си­ди, воз­ду­хом ды­ши. — Я и до­ма мог­ла си­деть. На ди­ване. — Но све­жего воз­ду­ха до­ма нет, — ре­зон­но воз­ра­зил Оце­лот. — А ска­жи мне, Фе­ля, по­чему это ты ле­жишь со все­ми удобс­тва­ми, а я вы­нуж­де­на дер­жать твою го­лову? — Ал­лочка, все в этом ми­ре нес­пра­вед­ли­во, — прит­ворно вздох­нул Фе­ликс. – Ты, кста­ти, не за­мер­зла? Хо­лод­но, не­бось, на зем­ле си­деть. — Нет. У ме­ня толь­ко но­ги ус­та­ли, — по­жало­валась Ал­ла и пос­мотре­ла ку­да-то вверх. По­косив­шись на са­поги на плат­форме, Оце­лот рас­сме­ял­ся и вы­дал: — Ты бы еще хо­дули на­дела. В лес на­до бы­ло крос­совки или прос­тые бо­тин­ки брать. — Это — бо­тин­ки, — с на­жимом про­цеди­ла Ал­ла. — На­личие шнур­ков до ко­лена не де­ла­ет из этих монс­тров бо­тин­ки, — хи­хик­нул юно­ша. Ал­ла уг­ро­жа­юще за­рыча­ла. — Да лад­но те­бе, — от­махнул­ся Фе­ликс и, по­вер­нув го­лову, пос­мотрел на Ал­лу. — За чем это ты наб­лю­да­ешь? — Во­роны гнез­до стро­ят. Ру­га­ют­ся, но стро­ят. — А… Ес­ли за­мер­зла, пе­реки­дывай­ся. — Не, у ме­ня Волк ли­ня­ет… Оце­лот вновь фыр­кнул. Во­царив­шу­юся ти­шину на­руша­ли толь­ко су­ет­ли­вые пти­цы. Юно­ша мур­лыкнул и пе­ретек в зве­ря. Ал­ла, улыб­нувшись, при­нялась ти­хонь­ко пог­ла­живать бок кош­ке. Сол­нце, приб­ли­жа­ясь к го­ризон­ту, пе­рес­та­ло сог­ре­вать об­лю­бован­ный па­роч­кой при­горок. Кот по­тянул­ся, встрях­нулся и встал. Мот­нув го­ловой и хвос­том, он с лен­цой нап­ра­вил­ся к го­роду. Ал­ла с удо­воль­стви­ем по­тяну­лась, под­ня­лась на но­ги, раз­мя­ла нем­но­го за­тек­шую спи­ну и, пе­рете­кая в Вол­ка, дог­на­ла Оце­лота. — Жаль, что ре­бята не пош­ли. Да, Фель? — Да мы и вдво­ем хо­рошо по­гуля­ли. — Толь­ко го­лова от неп­ри­выч­ки бо­лит. — Све­жий воз­дух, че­го ты хо­тела? — Его и хо­тела. Оце­лот ог­ля­нул­ся, вни­матель­но ос­мотрел Вол­ка, фыр­кнул и пру­жинис­то взле­тел на де­рево. — По­казуш­ник, — рык­ну­ла Волк. Про­иг­но­риро­вав вы­пад, кот бес­шумной тенью зас­коль­зил по вет­кам. Вес­на. Про­буж­де­ние при­роды. Кра­сиво. — Раз­ве­ял­ся? — на­руши­ла ти­шину де­вуш­ка. — Нем­но­го. — Хо­рошо. — Да, хо­рошо. С но­выми си­лами за кон­троль­ные. Ть­фу. — Эх ты, уче­ник, — рас­сме­ялась Волк и при­об­ня­ла Оце­лота. — За­хочешь еще про­гулять­ся, зо­ви. — Обя­затель­но, — Оце­лот улыб­нулся, взмах­нул ру­кой и за­мер­цал в те­лепор­те. — Уви­дим­ся. До­ма, ог­ля­дев ки­пы бу­маг, тет­ра­дей и си­рот­ли­во ле­жащие учеб­ни­ки, Фе­ликс вздох­нул и при­нял­ся за ре­шение за­дач.