Отпусти! Умоляю!

Чёртовы графики платежей никак не сходились, сегодня же вечером навещу щёголя-финансиста и пущу ему пулю в лоб, а завтра начну работать с тем, у кого голова на месте. Вот если не умеют вести двойную бухгалтерию, так чего суются к криминальным воротилам? У нас же всё просто: проштрафился - сдохни! И вся недолга. По бумагам много чего не сходилось, значит, крыса, значит, ворует, и ладно бы чуть-чуть, так нет, обнаглел тварина. Хотя, я и за копейку удавлю. Слишком трудно мне дался мой бизнес. К тому же лишний раз показать, кто тут Хозяин - не повредит. Люди будут думать "до", а не "после", как этот... мудак. Со мной вообще шутки плохи, и люди, нанятые на работу, это сразу понимают. А этот что-то расслабился, сука. Значит, буду учить. Быстро, но больно. Документы веером по столу, остывший кофе на дне уже четвёртой за последние два часа чашки рядом, стучу пальцами по столешнице, кривя губы в ухмылке - ещё никто не смог меня наебать. Дверь с грохотом распахнулась, позволяя ввалиться на мой новый ковёр Курту и Джо, ляпая кровью ворс (ну ведь только на той неделе на аукционе у какого-то хмыря его еле отбил! Ещё чуть-чуть и я бы сдался, хоть не люблю проигрывать, но переплачивать я не люблю ещё больше). Джо кулем грохнулся на пол, а Курт, запыхавшись, уставился на меня своими бледно-карими глазами, которые пугают всех, с кем он общается, словно наизнанку выворачивают своим отблеском коричневого. - Твою мать, Курт, что за тема? - взвыл я, ужасаясь тому, как паршиво выглядит Джо. И ковёр уже не важен. В голове тут же пронеслись сотни вариантов событий, которые привели к ранению моего помощника. - Эво, у нас проблемы, - выдохнул Курт, с силой проводя ладонью по лицу, растирая запёкшуюся кровь Джо на щеке, там, где острая скула. - Я уже понял, - рыкнул и подскочил к Джо, опускаясь перед ним на колени, рационально пугаясь, ожидая худшего, он, как и другие, мне дорог. Парень сорвано дышал и держался за бочину. Из головы лилась струйка липкой крови, забивая ноздри медью (ужасный запах). Боль гримасой, как пластиковая маска, исказила лицо. - Лоренсо, живо сюда, - гаркнул я в трубку сотового и ногой захлопнул дверь. То, что "сюда" это кабинет, Лоренсо знает. - Дай посмотреть, - прикрикнул я на сопротивляющегося помощи Джо. - Не надо, босс, я в норме, - просипел раненый, бледными губами пытаясь вымученно улыбнуться. Вот любит корчить из себя всесильного, до сих пор пытается доказать, что достоин быть с нами. Глупец. Как родной, бля, а всё не успокоится, пытается быть машиной, но даже они изнашиваются. Что уж говорить о человеке. Но у Джо такой характер - феноменальный. Так бы и стукнул, да нельзя, вдруг копыта отбросит? У меня рука тяжёлая. - Попищи мне тут, - фыркаю на друга и рассматриваю голову. Вроде цела. Частично, но не критично. Лоренсо - наш врач и просто дельный человек, с утатуированным под скелет лицом (зато, если что-то делает, то качественно), к тому же лично мне его тату не мешают, остальные привыкли - прибыл вовремя, как раз в тот момент, когда я уже хотел этому незадачливому Джо руку сломать, чтобы добраться до осмотра рёбер. Хоть мы все и друзья, но даже в таких ситуациях, видимо, по привычке, парни сохраняют субординацию. Чтоб их. - Перелом рёбер, рассечена бровь, так, кожный покров, - сморщил деловито нос тучный мужчина, - ушибы правой ноги и спины, - констатировал Лоренсо, глядя на меня, ища одобрения в дальнейших действиях. Кивнул в ответ. Бесит такое. Иногда. Но я сам всех запугал, построил, чтобы и дышать без моего ведома боялись. А иначе огромный штат сотрудников не удержать в нужных рамках. А мыслями вновь озадачиваюсь идеей смерти финансиста. То ли я расслабился, что прозевал его козни, то ли парню кто-то помогал, а это уже заговор с явной целью бунта. Ничего, язык развязывать умею. Пытки? Какие пытки? Не, так дела не делаются, ко всему нужно подходить с позитивом. Правильно? Правильно. Во-от, поэтому я его всего лишь примотаю скотчем к своей девятьсот одиннадцатой Carrera и покатаю по городу, с ветерком, и даже обзорную экскурсию устрою. А то вдруг, человек живёт всю жизнь в городе и ни разу на автобане не был. Упущение же! - Рассказывай, - бросил я Курту, понимая, что Лоренсо сам справится с Джо, тем более ничего серьёзного, к разного рода травмам мы уже привыкли, работа такая, да и жизнь покидала. Не сдохнет. Да, не загнётся, но волнение за общее состояние друга жрёт меня изнутри, крупными ложками, отхватывая кусками. Джо всегда, с самого детства, был спокойным и простым, он слишком наивный и яркий (внутренне) для криминала, и я до сих пор не понимаю, как Джо умудрился ступить на стезю противозаконного, да ещё и умудрился добиться определённой ниши в теневом мире. - Мы были в гараже на Восточной, - быстро затараторил Курт, нервно проводя руками по волосам и косясь на друга, понятно, считает себя виноватым, что не помог. - Я ушёл в офис, сделать пару звонков, а когда вернулся, Джо уже был таким. Он сказал... - Сам расскажет, - чуть морщась, бросил я, не терпящий сарафанного радио. - Джо? - и смотрю в упор на раненого, который шипит на моём диване разозлённой змеёй. Кожа бледная, рисунки вен проступают на шее, на висках каналы крови вспухли, глаза чуть покраснели, общее состояние - херовое. Присел на угол стола, вздёрнув бровь, не показывая слабости даже им (сами всё знают) - спокойствие и хладнокровие - весь внимание и власть. - Босс, - жалобно сглотнул. Он всегда меня называет только так, ещё со школы пошло. - Я как раз тачку в стойло загнал, тут "Львы" подъехали на своих ревущих байках. И дёрнуться не успел... ай! - вскрикнул парень от того, что Лоренсо протирал открытую рану влажной салфеткой. - Набросились на меня с битами. В масках были и очках, налетели скопом. Отпинали и бросили подыхать на месте, - преувеличил Джо, - сказав, чтобы я тебе передал это, - кивок на Курта. - Срок три дня, - прохрипел друг и снова взвыл, Лоренсо уже накладывал эластичный бинт на тело. - Три дня? - вытянул я губы трубочкой, цокнув языком. А в ответ Курт отдал мне флешку. Простой накопитель, чёрный, на четыре гига. Обошёл своё стол, соединив с ноутом банк памяти, вывел на экран единственный файл. И... Как стоял, так и сел, аж промахнулся мимо кресла. Челюсть свело судорогой, глаза не закрывались, отказываясь моргать, и жадно впитывали в себя образ. Его образ. Тело содрогнулось в конвульсии жалости к Нему и ярости к ним. "Львам". Да я их всех перебью, тварей, уложу ещё не сдохших штабелями на их же улице, в их же районе, и буду методично ломать кость за костью за каждую каплю пролитой Его крови. Кулаки сжимаются до скрипа суставов, голову ведёт, и кажется, что во рту высохла влага. Слышу, себя слышу, как с хрипом часто дышу, как скрипят зубы, как пульс херачит на шее, выпирая веной прочь из тела, словно та пытается прорваться сквозь кожу и выдраться на воздух. - Босс? - робко начал Джо, видя моё состояние. - ВОН! - рявкнул так, что аж глотку ожгло углекислым, и громко засопел, втягивая кислород назад, в себя, кубометрами за раз, не чувствуя рук и ног - онемели, просто сидел и смотрел на жидкокристаллический, отголоском мозга слыша, как закрылась дверь после спешного топота ног. Не прав я, не нужно было так с парнями. Они не при чём, они - Семья. Но он, это же Он. Они в порядке, а он - нет! Картинка видео застыла на последнем кадре короткого сюжета: комната, грязная и тёмная, свет лампы прямо в лицо, Ему, по виску струйка крови, волосы свалялись, тошнотворно-грязные, правый глаз заплыл гематомой, синяки по обнажённому торсу уродливыми кляксами, веки закрыты в изнеможении, губа разбита, с носа течёт алое... Господи, как же много красного в этом тёмном месте, и весь цвет принадлежит Ему, Девону. Девону. Вокруг трутся три обезьяны - типа "Львы", ха! В своих беспечных масках, как будто я их не узнал, за годы противостояния уже выучил жесты, взгляды, фигуры каждого. Один из них - Бен, сука - схватил Девона за волосы и задрал голову парня назад, откровенно демонстрируя, что Он слишком сильно привязан к стулу, так, что нечем дышать, и верёвки впиваются в тело, давят ещё больше на и так израненную кожу, натирают и жмут в своих объятьях. Господи, это выше моих сил. Но смотрю, впитываю картину в себя, позволяя жару ярости лизать кости, роиться в мышцах, копиться в груди, чтобы отомстить сполна. За всё. За Него. За эту чёртову табличку на груди Девона - десять миллионов долларов. Это та сумма, за которую нам вернут нашего человека. Та сумма, за которую я могу выкупить его жизнь. Та сумма, которой у меня нет! Силы покинули тело, в голове набат. Так и не поднявшись с пола, прикуриваю, глубоко напитывая себя никотином, и откидываюсь спиной назад, опираясь о стену - нужно подумать. Понятно, что "Львы" злятся - я увёл у них крупный заказ и не один, вот и взбесились. То, что мои парни мне близки, знают все, мы почти все - вместе начинали. Все всегда друг за друга горой. И был бы это кто из рядовых сотрудников - и чёрт бы с ним, они все знают, куда идут работать, тут риск оправдывает средства. Но Девон - это семья. Он часть меня, и понятное дело, что уж кого-кого, а его я не брошу. Как и других своих названных братьев. Разумеется, Курт и Джо ещё не видели запись, а то бы уже кипятком тут ссали, брызжа слюной. Нужно им сказать. Как и Джерому с Мэттом. Ох и херовый сегодня день. Десять миллионов, три дня... Это слишком много. А сигарета жжёт пальцы, половина прогорела до фильтра, так и оставшись тлеть в руке. Скидываю на пол, прямо на свой чёртов ковёр, и безжалостно давлю подошвой туфли. Выпить бы, но мозги должны быть чистыми - кристально. А тело мандражирует, трясёт и ломает, сосёт под ложечкой, заставляя голову разламываться на части. Я не виню его, я не виню себя и даже "Львов" не виню - это бизнес и только. Но мстить буду. И мстить буду жестоко. И как на место встало, словно меня собрало по частям. Я босс, но решать мы всё будем вместе, потому что мы едины. Встал, отряхнулся и сел в кресло, вновь бросил злой взгляд на экран, ненавидя тех, кто рядом с Ним. Ублюдки своё получат. А я заберу своё. И чужое прихвачу - это будет оплата трудов, нервов и вообще - я не спускаю на тормозах то, что мешает мне жить и наслаждаться жизнью. Трубку к уху: - Зайдите ко мне. Все, - коротко и ясно, собранными властным тоном. Парни поймут, что всё серьёзно, придут только те, кто нужен. Они... Дверь мягко открылась, пропуская: блондина - Курт в неизменных джинсах индиго и белой поло, рыжего - Джером в светлых льняных брюках и серой рубашке с коротким рукавом, Мэтта с каштановыми длинными, по лопатки, волосами в серых бермудах и синей кенгуру и Джо со своим красным ёжиком в тактических брюках "мультикам" и безразмерной чёрной футболке. У меня же классическая стрижка на чёрных волосах, а у Девона бандеровская причёска, тоже чёрный. Лишь один взгляд на меня, и парни без шуток расселись по кабинету, кто на край стола, кто в кресло, Курт, как обычно, подпёр спиной стену, когда нервничает, ему проще быть на ногах. Как же приятно знать их привычки и знать, что они знают мои. Так близки все, так нужны друг другу. И это не семантика пополам с сопливым романтизмом, нет, мы - есть поддержка и опора друг для друга. И это важно. Мы - это единственное, что у нас есть, это нас и сплотило. - "Львы" похитили Девона, - чуть громче нужного сказал я. Парни опешили. - Они требуют десять миллионов за его возвращение нам. Срок три дня, - как отрапортовал я и сел назад в мягкость кожи, осматривая собравшихся. - Босс, это... - Блядство, - выдохнул Мэтт и, добравшись до моего бара, опрокинул в себя стакан виски. С горкой и залпом. Ему можно, пусть снимает стресс. Развернув ноут к собравшимся, пустил запись, наблюдая за тем, как меняются парни в лицах, как злость наливается в глазах, как начинает клокотать желание фатального внутри каждого. И тут же срыв... Джером и Курт закурили, наперебой крича, что они сделают со "Львами", когда до них доберутся. Джо неуклюже качал головой, вздрагивая от боли в теле, видимо, обезбол ещё не подействовал, но всё равно едко обсуждал, как быть. Мэтт подошёл к ноутбуку и вновь прогнал запись, что-то вычленяя для себя и тоже кидаясь фразочками-обсуждением ситуации, крича парням из-за плеча. А я, я сидел и слушал этот гвалт, давая парням время прийти в себя, ведь себе-то я минуту слабости позволил. А что, я не человек, что ли? Вот и они люди. И нам тоже всё людское не чуждо. Мы все всегда были вспыльчивы, но я легко нашёл для себя контроль, а вот с парнями дело хуже. Вот разум не отпускает страх, я боюсь за Девона, просто иррационально боюсь, что с ним что-то сделают, сломают, добьют до конца, хоть это и не выгодно, уничтожат морально. Понятное дело, что "Львы" вернут его почти (ужасное слово) невредимым, чтобы не было реального повода к войне между нашими районами, она лишь отпугнёт клиентов, и те перебегут к другим, пусть более худшим, но рабочеспособным мастерам. А это не выгодно ни нам, ни "Львам". Значит, за Девона можно относительно не бояться, но сердце-то полошит, оно душит и стучит в глотке, обещая вырваться через горло наружу и собственными венами, как руками, оплести чужие гортани, дабы задушить. Это не внутренний зверь, это я - монстр. И я хочу крови, как её хотят и парни, что уже теперь все вчетвером наперебой спорят и выдвигают идеи по спасательной операции. Выкрасть Девона - мысль хорошая, но не выйдет. Не сейчас, когда "Львы" в напряжении и ожидают любого нашего хода. К тому же, рыпнись мы спасать его, парня убьют (тут уже не до выгоды будет, лишь глухой расчёт)... От мысли об этом темнеет в глазах, и хочется кулаком насквозь проломить столетнюю вишню стола. - Хватит, - приказываю им, и парни утихают. Друзья друзьями, а авторитет честно заработан и пользуется уважением. - Эво, у нас нет столько денег, - чётко сказал Джером, который руководит финансистами. Кстати, Хью - этот напыщенный бухгалтеришка - всё равно сегодня сдохнет. - Но мы заплатим! - уверенно ответил я и каждому из присутствующих с силой посмотрел в глаза.