Поверить в людей

Потеряв сознание на «Наутилусе», капитан Немо очнулся уже в Гранитном дворце, укутанный в теплое одеяло. Он хорошо помнил, что решился открыть колонистам свою тайну уже поздним вечером, а к тому моменту, как они добрались до подземного озера и спрятанного там подводного корабля, наступила глубокая ночь. Сейчас же всю комнату у колодца, через который он так часто слушал беседы колонистов, заливал солнечный свет. Похоже, он недооценил тяжесть болезни, подточившей его всегда остававшееся сильным тело, и пробыл без сознания несколько часов, если не дней. — О, вы проснулись, — в голосе Сайреса Смита по-прежнему слышалось дружеское участие, хотя капитан в глубине души все еще опасался, что этот благородный во всех отношениях человек будет его презирать. — Мы сожалеем о том, что перенесли вас сюда, не спросив позволения, но прилив не желал ждать, а Спилет сказал, вам нужна срочная помощь. Капитан Немо промолчал: он когда-то поклялся, что нога его больше не ступит на берег, но Смит казался столь искренне озабоченным его здоровьем и состоянием, что упрекать его за заботу не поворачивался язык. К тому же, Немо даже не помнил, когда о нем заботились в прошлый раз. Кто это был? Мать? Жена? Да, вероятно, она. В памяти всплыло лицо покойной супруги, мягкость ее рук, запах кожи, податливость плоти на брачной постели… он спрятал это все далеко, а сейчас сожаление о лучших, но навсегда потерянных днях затопило его с такой остротой, что дышать стало трудно. Заметив его беспокойство, Смит присел рядом с капитаном Немо и положил руку ему на плечо. — Уважаемый капитан, — сказал он, — из нашей, увы, неожиданно оборвавшейся беседы в пещере я понял, что причины, побудившие вас превратиться в отшельника, были очень и очень серьезны. Надеюсь, мы сможем вам доказать: не все человечество плохо, остались и хорошие люди. — Вы уже доказали это: своей честностью, любознательностью, волей к жизни, — голос Немо был все еще слаб, но он с удивлением понял, что больше не чувствует себя умирающим. Не зря говорят, что уход и забота творят чудеса. — Я рад, если так. И надеюсь, что вы с пониманием отнесетесь к желанию людей, что обязаны вам столь многим, отдать вам немного тепла — не в уплату за помощь, упаси Бог! От чистого сердца. Несколько минут они смотрели друг другу в глаза. Потом капитан улыбнулся. — Не принять вашу помощь стало бы глупым высокомерием с моей стороны. Смит выдохнул задержанный в груди воздух, лучась облегчением. — Это значит, что вы останетесь с нами? — Едва ли я смогу куда-то уйти… в ближайшее время. Если Сайрес Смит прочел книгу профессора Аронакса, то знал про своего благодетеля множество неприглядных вещей, но все равно предлагал ему остаться среди колонистов. Это было так удивительно. Немо откинулся на подушках, мысленно переместившись в тот день, несколько лет назад. Тогда жажда возмездия в нем была настолько сильна, что Немо не побоялся предстать перед гостями ангелом мщения… хотя они, не зная истории принца Даккара, должны были счесть его порождением ада. Уничтожение «Наутилусом» того английского корабля стало массовым убийством: обдуманным, хладнокровным. Немо думал об этом в тот день — и много раз после. Подводный корабль задержался на месте преступления: соблазн просто сбежать прочь был велик, но Немо принудил себя остаться и посмотреть на итог собственных действий. Наверное, Аронакс описал в книге нутряной ужас от лицезрения того, как корабельные мачты, почерневшие от ищущих спасения моряков, на их глазах погружались в пучину. Но он не увидел, что творилось потом. В отличие от капитана. Повинуясь его приказу, «Наутилус» опустился на пятьдесят метров. На такой глубине дневной свет успевал потускнеть, и погибший корабль тонул в синих сумерках, разрезаемых лучами прожекторов. Прозрачность воды в этом месте была не столь высока, как в Саргассовом море, этой известной с древнейших времен ловушке для кораблей, но достаточной для того, чтобы увидеть устроенный рыбами пир. Капитан Немо уже не раз видел утопленников и легко мог описать их вид: бледная кожа, розоватая пена вокруг носа и рта, долго не высыхающая на воздухе, светло-красные трупные пятна. Но тогда это были невредимые мертвецы, а здесь океанская жизнь не желала отказываться от угощения. Картина была столь отталкивающей, что капитан Немо невольно пытался уложить все увиденное в сухие рамки академических знаний. Известно, что зубы акул оставляют на теле различные раны. Колотые — при атаке сравнительно небольших представителей, чьи зубы имеют шиловидную форму. Скальпированные, если при нападении жертва еще жива и пытается вырваться из пасти морского чудовища. Укушенные — при атаке крупных акул с их треугольными или скребкообразными зубами, предназначенными для отрывания кусков плоти. В лучшем случае это означало конечности, плавающие отдельно от тела, в худшем же… при виде матроса, чей треснувший череп пересекала полукруглая полоса, а огромный кусок мяса в правом боку просто отсутствовал, капитан Немо не выдержал. Смыкая железные створки, запечатывающие иллюминатор, он уже не был настолько уверен в своей правоте, как час назад. И именно поэтому мнение Сайреса Смита, показавшего себя человеком столь же отважным, сколь и образованным, было важным для капитана. Но то, что и прочие колонисты не осуждали его, оказалось важнее. Новый 1869 год они встретили вместе. И иногда, глядя на Герберта или слушая добродушные перепалки Пенкрофа с Айртоном, Немо думал о том, что жить на твердой земле может быть даже приятно. И радовался, что не сказал колонистам, зачем он позвал их в ту ненастную ночь. Капитан пожелал быть похороненным в «Наутилусе», а американцы решили, что он, заболев, ждал их помощи. И проявили заботу. Мог ли он после этого повернуться спиной к их несчастьям? Когда над вершиной вулкана заметили дым, Немо уже перестал колебаться и рассказал Сайресу Смиту и остальным о своем плане: взорвать базальтовую скалу, поймавшую в плен «Наутилус», используя несколько морских мин. Колонисты принялись за работу. 9 марта 1869 года, когда соленая сода хлынула внутрь вулкана, и остров перестал существовать, его обитатели, стоящие на палубе «Наутилуса», не смогли удержать сокрушенного вздоха. — Мне жаль, — сказал капитан Немо колонистам. — Вы вложили в эту землю много труда, но, к сожалению, Провидению было угодно подарить ее морю. А теперь в путь, господа! — Куда мы направимся? — спросил Герберт. — К острову Табор. Скоро туда приплывут люди, которые помнят про Айртона. — Вы думаете, они вернутся за мной? – усомнился бывший пират. — Узнав лучше вас всех, я снова поверил в людей, — ответил капитан Немо. — Последуйте моему примеру.