Candy

Мингю классно целуется. И Вону не может перестать думать об этом. Эти отношения с самого начала были жутко неправильными и несли в себе лишь разрушительную для обоих парней силу, но господи-боже-мой как это приятно. Чон помнил каждую деталь их первого с младшим поцелуя, помнил эти мягкие податливые губы, что хотелось кусать до крови, и недовольное полурычание Мингю, которому приходилось сильно наклонять голову и нагибаться, чтобы его хёну было комфортнее… Вону в последний раз так целовался только в средней школе, поэтому он тогда еле удержался на ногах, чтобы не рухнуть и не показать свою слабость. Хотя, чего было скрывать? Ведь вряд ли перед Мингю кто-то устоит. Он как проворный змей-искуситель со своим кокетливо-похотливым взглядом и обворожительной, практически ангельской, улыбкой. Каждой клеточкой своего тела он источает какой-то особый свет, на который слетаются всякие потерявшиеся во тьме мотыльки вроде Вону. Мингю немного коварен, поэтому очень рад такому раскладу. Рад зажимать хёна в туалете, пользуясь своим ростом и силой, рад ощущать, как подрагивает всё тело старшего под натиском его холодных пальцев и рад слышать горячее «я скучал» на выдохе. Ким думает, что ему это никогда не надоест. Но любая физическая тяга однажды перерастает во что-то большее, когда хочется контролировать жизнь другого человека, знать, где он, с кем он, что делает и когда уже можно будет снова к нему прикоснуться. В период стажировки с этим было бы гораздо проще, а сейчас же Вону не находит себе места, ведь на интервью Мингю ушел без него. А там, наверняка, репортер какая-нибудь миловидная нуна в коротком платье… Старший переживает, что однажды Ким наиграется в такую «любовь» и переключится на что-то другое. Мингю же проливает литры пота на тренировках и старается, как можно больше, сосредоточиться на танце, но получается это отнюдь не так, как хотелось бы. И как хотели бы этого все остальные. Кима часто ругают, заставляют тренироваться больше и оставляют по вечерам, чтобы отрабатывать то, где он ошибается. И Мингю молча соглашается со всем, потому что не может сказать, что просто влюблен и мысли у него забиты совершенно другим. «Вот поэтому айдолам и не разрешают встречаться», — тяжело выдыхает Вону и закрывает за собой дверь тренировочной комнаты, оставляя измотанного и взмокшего Мингю совсем одного. Он бы и рад остаться тоже, но младший запретил, сказав, что без него будет лучше. И Чон действительно задумывается о том, что, возможно, младшему будет без него гораздо лучше. Той же ночью Ким извиняется за свои слова и неистово целует сухие губы Вону, пытаясь загладить свою вину. Но старший и не думал обижаться, просто он всё больше и больше думал над теми словами тонсэна. А всё ли они делают правильно? Мингю понимает, что нехило так подставляет всю группу и самого себя, продолжая делать ошибки на репетициях, но он искренне верит, что сможет со всем справиться, что научится разделять личную жизнь и музыкальную деятельность, и что однажды они с Вону будут действительно счастливы. А пока им просто нужно время. И эти короткие поцелуи для подзарядки, ведь любовь — неиссякаемый источник энергии. Вону за многое переживает, но всё же отпускать младшего не намерен, как бы эгоистично это ни было. Он всегда встанет на его сторону и защитит, если будут проблемы. И всегда подставит своё сильное плечо, когда тот рухнет без сил в перерывах между репетициями. И Ким не останется в долгу и будет прилагать все силы, чтобы подбадривать и вдохновлять своего хёна. Поэтому его фирменный кофе со льдом всегда будет готовиться лишь для одного человека, в чьих объятиях забываются любые проблемы. «И почему айдолам не разрешают встречаться? — задумывается Мингю, нагло забираясь ладонью под футболку старшего. — Если этот стресс не снимать, можно запросто сломаться…» Вону тоже классно целуется.