Глава 14
13 ноября 2015 г., 19:07
***
На кухне дома Ждановых младших шел семейный совет. Хотя это не очень верное определение. Совет был не совсем семейным, кроме Пушкареных и Ждановых по кухне метался Малиновский, а местность вокруг дома и озеро прочесывали люди в камуфляже. Для начала попытались восстановить хронологию событий. Катя ненадолго приходила в себя, рассказала следователю как пропала Наташа, и снова пришлось колоть ей успокоительное. О мальчике Катюша даже не упоминала, даже не спросила как он, все ли в порядке, и Андрея видеть не захотела. Итак… Наташа вышла во двор за мобильным и больше ее никто не видел. Да и вообще, то, что происходило сейчас в доме Андрея, советом назвать можно было с большой натяжкой. Елена плакала не переставая, Валерий все время куда-то звонил, Маргарита не плакала, но сидела как каменный истукан и раскачивалась, уж лучше бы плакала. Малиновский, как уже было сказано, метался по кухне… И только Андрей с Павлом пытались сохранить спокойствие. Ну, должен же хоть кто-то сохранять трезвую голову. Тем временем в дом вошел следователь. В кухне воцарила гробовая тишина. Всем не терпелось узнать новости, но никто не решался задать вопрос, страшась услышать ответ. — Новости есть? — спросил Андрей. — И да, и нет. Никто девочку не видел. Единственная новость- примерно в то время, когда Наташа пропала, на территорию коттеджного поселка въехала серая «Тойота», номерной знак неизвестен. Там с охраной не все ладно. Утром у них работал новенький, а после обеда он исчез. Так что это, скорее всего тщательно подготовленное похищение. Андрей Павлович, мы сейчас установим все ваши телефоны на прослушку. Далеко отходить от телефонов нельзя. А сейчас я хотел бы поговорить с каждым отдельно. Где я могу это сделать? — Пройдемте в мой кабинет, — сказал Андрей и повел следака по коридору. — Простите, как вас величать? — вдруг спросил Валерий Сергеевич. — Семен Михалычем, как Буденного. — Семен Михайлович, если нужны люди, если нужна любая помощь, которую может оказать Московский военный округ, только скажите, я уже договорился. Вот телефон полковника Захарова, звонить можно в любое время. — За это, спасибо. Людей катастрофически не хватает. Ну, что, давайте с вас и начнем. Прошу со мной. Наконец все были опрошены, следователь вышел из кабинета и попросил всех собраться в гостиной. — Итак, что мы имеем к этой минуте. 1. Ирина Олеговна — няня. Находилась у вас на службе более года. Никаких замечаний по работе к ней нет. С девочкой находилась в прекрасных отношениях. Сегодня утром приболела и не вышла на работу. Мы пытаемся разыскать ее, но пока безуспешно. По указанному адресу такая не проживает, в базе данных такого человека нет. Отсюда вывод, к похищению готовились долго и тщательно, а Ирина Олеговна Терехова- это вымышленный псевдоним сообщницы похищения. На моей памяти не было ни одного похищения, к которому похитители готовились бы больше года. 2. У вас, Валерий Сергеевич, были проколоты все четыре колеса. И, как Вы говорите, это тоже впервые. Несмотря на криминогенность вашего района, никто и никогда не прокалывал Вам даже одного колеса. Вывод — это было сделано умышленно, чтобы задержать Вас. 3. Охранник на въезде в поселок. Но о нем я уже говорил. Если бы не «Ирина Олеговна», я решил бы, что мы имеем дело с обычным похищением. Но… повторюсь, такого я еще не видел! Кто-то из вас должен поехать со мной, попытаемся составить фоторобот няни. И лучше бы не один человек. Так будет точнее. Ехать с Семеном Михайловичев вызвались Елена Александровна и Маргарита Рудольфовна. Обе хорошо помнили Наткину няню. В доме остались Павел Олегович, Андрей, Валерий Сергеевич, два оперативника и специалист по прослушке. Следак с женщинами уехали. И Малиновский, пообещав скоро вернуться, тоже.***
Катя во всем винила себя. Себя и Андрея. Хорошая мать не отпустила бы ребенка одного на улицу. Хорошая мать не распевала бы песенки, когда ребенок один на улице. Хороший муж не оставил бы жену одну перед родами. Хороший отец нашел бы время отвезти ребенка к бабушке. Они с Андреем плохие родители. Зачем нужно было рожать второго если и с первым они, как родители, не состоялись. Катя никого видеть не хотела, ни маму, ни папу, ни Андрея, ей было стыдно перед ними. Стыдно, что она такая плохая мать. Хорошо хоть маленького ей не приносят. Видеть Катя его не может. Перед ним ей особенно стыдно. В двери постучали. Но Катя не хотела, не могла никого видеть, а потому ничего не ответила, отвернулась к стене и закрыла глаза. — Катя, мне нужно с тобой поговорить. Ромка! Как хорошо, что он пришел. Он поможет, он всегда им помогает. Катя резко повернулась к нему и Роман вздрогнул, перед ним сидела не Екатерина Валерьевна Жданова, президент компании «Зималетто». Перед ним была Катя Пушкарева. Страшненькая, неуверенная в себе и какая-то… зашуганная, что ли. Роман, как пять лет назад, обнял ее и начал гладить по голове. — Кать, нам всем нужны твои мозги. Мы без тебя не разберемся. Ты уж возвращайся к нам, пожалуйста, и помоги. — Ромка, я плохая мать. У хорошей ребенка бы не похитили. У Романа сжалось сердце, слезы навернулись на глаза. Видеть Катю такой ему еще не приходилось. Как будто голой ее увидел. В эту минуту он готов был своими руками разорвать всех, кто причинил ей эту боль. — Это не так, сестренка. Это не так. Ты очень хорошая, ты самая лучшая. И ты нам нужна. Если ты нам поможешь, мы быстро отыщем Наташу. Ты только не отталкивай сейчас никого. Нам всем плохо. И мы, вместо того, чтобы все силы бросить на поиски, часть сил тратим на переживание за тебя. Ты почему отказываешься от еды? Почему никого не хочешь видеть? Это наша общая беда, Катенька. Как ни странно, слова Ромки положительно влияли на Катю. Что-то отпускало ее изнутри. Катя посмотрела на Ромку долго и внимательно потом опустила голову и, наконец, смогла заплакать. Не забиться в истерике, а заплакать. Это уже было очень хорошо. Ромка давно ушел, рассказав Катюше о всех следственных выводах, а Катя все лежала и думала. Наконец она взяла свой новый мобильный и набрала номер. — Колька! Ты можешь ко мне прийти?
