Мышка с разноцветными ушками и здоровенными усами

Всё началось с того, что Маринетт увидела в магазине кошачью игрушку. Девушка честно прошлась мимо игрушки раз или два, фланируя по продуктовому супермаркету и собирая продукты из маминого списка. Нужно было купить кучу всего: молоко, крупы, консервы, много сахара и муки, немного сладостей для самой Маринетт и Тикки. И в этом списке, естественно, не было мягкой кошачьей игрушки, сшитой в форме большой мышки с разноцветными ушками и здоровенными проволочными усами. Маринетт уговаривала себя, что это глупо - покупать игрушку для гордого, самоуверенного парня, лишь только для того, чтобы посмеяться над его кошачьими повадками. Да и вообще, нет у неё столько карманных денег, которые можно тратить на подобные глупости! И вообще, это крайняя степень ребячества! В результате, из магазина выходила фыркающая от смеха Маринетт, у которой никак не получалось согнать с лица широкую и глупую улыбку. А в её сумках, вальяжно расположившись на пакете с гречкой, лежала толстая мышка с разноцветными ушами и огромными проволочными усами. Уже дома Маринетт достала мышку и, срезав той бирку, торчащую из упитанного пуза, осторожно и с крайним интересом ощупала игрушку. Мягкая шкурка, крохотные глазки-бусинки, близко посаженные на тоненьком вздёрнутом носике, короткие тряпочки, торчащие по бокам и призванные символизировать лапки. Серая, забавная мышка, с ушками - одно ярко-жёлтого, а второе розового цвета, - и усищами, призванными посрамить усы любого добропорядочного кота. Стыдно было признать, но сама идея подарить Коту Нуару, добропорядочному герою Парижа, кошачью игрушку приносила просто неземную радость. Хотя бы от того, что девушка прекрасно себе представляла опешившего напарника, с некой смесью обиды и растерянности, разглядывающего игрушку. Это будет просто волшебное зрелище. *** Сложно было сказать почему, но Ледибаг, удирая по всем крышам от своего напарника, не могла сдержать широкой, глупой улыбки, которая против воли выползала на лицо. Её надежды на мышку с разноцветными ушками оправдались с двухсотпроцентным перегибом. Сначала Кот Нуар предсказуемо оскорбился, глядя на героиню с той самой смесью растеряности и обиды, которую она так явно представляла себе в мыслях. Он даже демонстративно уселся, по-турецки скрестив ноги, на краю крыши и отвернулся от подруги. Ледибаг стало стыдно, и она, с трудом сдерживая улыбку, уселась рядом, положив игрушку прямо между ними. И извинялась. Сильно извинялась. Даже почесала Кота за его кожаным ушком, в тайне надеясь добиться от него мурлыканья. Мурлыканья, конечно, не получила, но прощение честно выслужила. Потом они просто сидели на краю крыши, лениво перебрасываясь шуточками и остротами, привычно соревнуясь в остроумии и размере словарного запаса. Обсуждали прошлую, - позавчерашнюю, - акуму, вселившуюся в Божий Одуванчик, который до этого и мухи не обидел. Опять смеялись, договорившись до того, что в следующий раз акума обязательно вселится в хомячка и придёт воровать у них Камни. Говорили о многом, просто наслаждаясь тишиной, спокойствием, и обществом друг друга. И всё это время Кот вёл себя, вроде бы, как обычно, но краем зрения Ледибаг замечала, что он начинает задумчиво катать пухлое тельце мышки с разными ушками самыми кончиками когтей. Вроде как автоматически, не замечая этого за собой. Ледибаг едва сдерживалась, что бы не засмеяться и не спугнуть что-то интересное, намечающееся прямо здесь, рядом. Говорили они действительно долго - уже взошла полная, яркая луна, освещающая покатые крыши Парижа своим мёртвенно-серым светом. Освещала ярко, точно тоже предчувствовала веселье и делала всё, что бы это можно было увидеть. Нуар уже полностью был поглощён игрушкой, взяв её в когти и вовсю потираясь об неё своей лохматой, вечно встрёпанной головой. Даже, вроде, рычать начал, утыкаясь носом в мышку. Улыбаться Ледибаг как-то мигом перестала. Кошачья мята? Кто вообще кладёт кошачью мяту в игрушку для кошек? О чём они думают? Ледибаг медленно привстала, готовая в любую секунду дать грандиозного дёра, спасая свою честь, жизнь и целостность собственного организма. Нуар поднял на неё затуманенный взгляд. - Моя Леди... - едва слышно просипел он, и это послужило сигналом к бегству. Так вот, Ледибаг была предельно счастлива, удирая по крышам от своего перевозбудившегося друга. Не то, что бы она не ожидала подобного исхода - кто-то когда-то ей рассказывал о подобных наполнителях для кошачьих игрушек, но на такой шикарный эффект и не надеялась. И завтра, разумеется, Кот придёт помятым, злым и невыспавшимся, проискав Ледибаг всю ночь по крышам в странном и непривычном всплеске заинтересованности ей. У него будет болеть голова, спина и, почему-то, мышцы живота. Но он сам, без намёков, будет ползать следом за своей напарницей, не в силах шустро двигаться, и извиняться за своё неподобащее поведение. И даже его уши в тот момент будут выглядеть виноватыми. Ну а пока был только ночной Париж, полная луна, вопящий дурниной нанюхавшийся Кот Нуар и маленькая упитанная мышка, так и оставшаяся валяться на покатой крыше здания. Мышка с разноцветными ушками и пушистыми усами.