Андрюх, не тупи! Пока я не передумал!

Вечер действительно прошёл весело. Никто из этой небольшой компании наверно ни разу не хохотал так много, как в этот раз. С Андреем было настолько весело, что все проблемы забывались моментально. В свои сорок лет он дал бы фору любому молодому парню без всяких сомнений. - Слушай, - смеясь, говорил отец Марины. – А помнишь, помнишь, как мы с тобой в универе зачудили со Светкой? - Какой Светкой? – переспросил друг. - Ну, я про Савельеву. Не помнишь её, что-ли? - А, её то помню. Серёга, не при девчонках же это рассказывать. - Блин, точно. Это всё коньяк, это не я, - почти перестав смеяться, сообразил тот и тут же переключился на дочь, - Кстати, коза моя, тебе же пора перевязку менять вроде бы. - Да мне же Наташа полчаса назад уже сделала её, - улыбнулась та папе. – Забыл уже? - Точно. Так, мне, похоже, уже хватает. Ты как, Андрюх? Еще по рюмке, или всё? - Да давай ещё посидим, - возразил тот. – Кстати, о чём сейчас речь шла? Что за перевязка? Марина, собрав распущенные волосы в ладонь, сдвинула их, полностью открыв перевязанную бинтом шею с той стороны, с которой сидел мужчина. - Меня собака укусила, - неуверенно произнесла она, не глядя на него. Андрей, нахмурив тёмные брови, наклонился ближе и сказал: - А я и не заметил из-за твоих волос. Давно у тебя это? - Несколько дней всего. - Бедняжка. Видимо, до сих пор так и бежишь к каждой собаке, чтобы её погладить? - Ну, - робко ответила та, опустив взгляд. - Ты не изменилась. Я вот всё никак не могу привыкнуть, что ты взрослой стала. Так и хочется опять на коленках покатать. Кстати, а что мне мешает? Иди-ка сюда. Мужчина с весёлой улыбкой одной рукой обхватил её ноги под коленями, а другой за талию и в один момент взгромоздил себе на колени. - Отпустите, - дико смущаясь, засмеялась та, пытаясь слезть, но из таких сильных рук не получалось вырваться. – Ну, пожалуйста. Мне же не три года, а восемнадцать уже. Однако Андрей лишь сильнее прижал девушку к себе, давая понять, что спорить и бороться с ним сейчас бесполезно. Отец весело смеялся, глядя, как с его любимой дочкой сюсюкаются, словно с маленькой девочкой. Наконец, перестав вырываться и обречённо вздохнув, та успокоилась и смирилась. Однако, спустя несколько секунд, вспомнив слова подруги, сильно заволновалась. Прикосновение тёплых мужских рук на талии и ногах подлили немало масла в огонь. Сердце от этих мыслей бешено заколотилось в диком волнении. Ведь Марина была уже не ребёнком, а совершеннолетней девушкой, которая теперь может нравится мужчинам любой возрастной категории. Ощущая своим плечом крепкую грудь Андрея, она вдруг чётко ощутила, как предательски задрожали пальцы. Пытаясь это скрыть, она медленно и неуверенно тёрла ладонями друг о друга, но не помогало. Любое, даже малейшее движение рук мужчины заставляло сердце ещё сильнее колотиться. Казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Осознание того, что она, возможно, ему нравится, как женщина, пробудило в душе странные эмоции, что в общем-то случается почти с каждой представительницей женского пола. Марина, пока друг отца отвлёкся на оживлённый разговор, искоса взглянула ему в лицо, которое находилось настолько близко, что тело передёргивало от страха. Изучая взглядом черты лица Андрея, она незаметно для самой себя увидела, что он выглядит моложе своих сорока лет. Голубые глаза были такими добрыми и искренними, а тёмные брови и ресницы идеально подчёркивали проникновенный взгляд. Почти чёрный до лопаток волос, заплетённый в хвост, ему действительно был очень даже к лицу. Задумавшись, она не сразу смогла отвести глаза, когда мужчина, с улыбкой посмотрев ей в лицо, что-то спросил. Ещё несколько мгновений она из-за сильного волнения не могла среагировать. И лишь после этого, сгорая от смущения, резко отвернулась в сторону. - Ты чего зависла? - смеясь, сказал её явно нетрезвый папа, ничего не заметив. – Тебе же вопрос задали, коза. - Да ничего, - как-то странно сказал Андрей. – Бывает. - Да у неё часто такое бывает, - засмеялась Наташа. – Кстати, мне ведь домой уже пора. - Пойдём, я тебя провожу, - сказала Марина, слезая с коленей мужчины. - Не, ты сиди, - махнул рукой отец. – Я сейчас за коньяком пойду, заодно подругу твою провожу. Посиди с Андрюхой. - Пап… Но тот уже вышел в прихожую следом за Наташей, которая напоследок ехидно подмигнула подруге и помахала рукой. Когда дверь в квартиру захлопнулась, девушка уткнулась лбом в дверной косяк и вздохнула. Руки до сих пор так же сильно дрожали. Это плохо. Очень и очень плохо. - Маринка, ты чего? – спокойно спросил Андрей, откинувшись на спинку дивана. – Меня испугалась, что ли? Я же тебя не обижал и никогда не посмею обидеть. - Нет, я не из-за этого, - неуверенно ответила та, улыбнувшись и вернувшись на диван, до сих пор изо всех сил скрывая волнение. – Голова болит просто. - Так выпей таблетку и отдохни. - Да она и так перестанет болеть. - Ну, уж нет. Тащи аптечку. Девушка послушно подошла к зеркальной стойке и, взяв с полки тёмную коробку, достала таблетку. Затем взяла со стола стакан с соком и запила её. - Иди сюда, - позвал её мужчина, на что Марина присела рядом. – Дитё малое. Девушка, услышав слово «дитё», тут же твёрдо решила, что подруга всё-таки ошиблась. Слава богу. С этой мыслью стало так легко и спокойно, камень с души тут же упал. Присев рядом, она уже не боялась, когда Андрей обнял за плечо и уложил к себе на колени её голову. Теперь она точно знала, что он относится к ней, как к дочери. И не более. Это даже в мыслях звучит, как бред, поскольку он годился лишь в отцы. Так что волноваться было больше не о чем. В голову полезли странные расплывчатые картинки в виде воспоминаний из школы, когда четвёртый класс в новой школе по началу не очень хорошо её принял, и все часто подшучивали над ней. Картинка в голове поменялась на зимнюю аллею, ту самую, где в прошлом году она подобрала чёрного замерзающего голубя. Он умер на руках. Ой, а это что? Неужели, тот самый легендарный Хатико трусцой бежит навстречу? Да, и он улыбается. Милашка. Почему он темнеет? Так же не бывает. Улыбка обратилась в злобный оскал, из пасти послышалось глухой зловещий рык. Одно мгновение – чёрный злобный пёс бросается на тело Марины и успевает лишь коснуться зубами шеи, как в диком страхе она закричала и… проснулась. По лицу катились градом слёзы. Тут же сообразив, что это был лишь сон, девушка облегчённо вздохнула и перевернулась на спину. Затем поднялась и увидела, что лежит у себя в комнате на своей постели. Видимо, Андрей отнёс её сюда.