Андрюх, не тупи! Пока я не передумал!

За готовкой время летело быстро. Пока мясо проваривалось, Марина помогала Андрею замешивать тесто, чтобы не было скучно без дела. Однако и тут не обошлось без происшествий. Просто возиться с тестом оказалось мало. - Маришка, смотри сюда, - сказал весело мужчина, и как только девушка повернулась, тут же измазал её нос мукой. Но и та недолго думала – сделав ехидное выражение лица, засунула руку в пакет с мукой и размазала ему по щеке. - Ах ты шкодница! Ну, тогда держи! И началась мучная война в сопровождении весёлого смеха. Стол, полы и даже их одежда – всё было белое. Хохот, беготня вокруг стола друг за другом, крики и визги – всё смешалось в едином хаосе веселье. - Стойте! – вытянула перед собой руку Марина. – Стойте! У меня уже живот от смеха болит, и я устала бегать. Не могу больше. Она прислонилась спиной к столу и откинула голову назад, пытаясь отдышаться. Вот так повеселились. - Дядя Андрей, - вновь заговорила она и, подняв голову, столкнулась с ним глазами. - Мариш, - он стоял вплотную, опираясь о стол руками по обе стороны её тела и почти касаясь её, его лицо стало таким серьёзным. Девушка, ничего не понимая, вопросительно смотрела на него снизу вверх. - Что-то случилось? – спросила она. Андрей ничего не ответил, а только лишь коснулся ладонью её лица и ласково поцеловал в щёчку. Марина вздрогнула и, не зная, как реагировать, опустила взгляд. В следующее мгновение она ощутила, как по телу пробежала дрожь и сердце бешено заколотилось в груди. Мужчина осторожно убрал волос с её лица, пристально вглядываясь в зелёные робкие глаза. Снова он коснулся тёплыми губами её лба и отстранился со словами: - Прости. Я не хотел пугать тебя. Просто ты… то есть я… влюбился я. В тебя. Ещё вчера в аэропорту у меня чуть крыша не съехала, когда тебя увидел. Ты безумно красивая. Чёрт, это так глупо. Ты ведь дочка моего друга. А я идиот. Прости… Марина, не в силах пошевелиться, смотрела мёртвым взглядом в пол и не знала, как себя повести. Тело было в каком-то оцепенении. Руки дрожали так, словно по ним пускали электричество снова и снова. Грудь разрывалась от ударов взбесившегося сердца. Зачем он поцеловал? Зачем так сказал? Такого не бывает. Это сон. Но мужчина стоял напротив, и всё было самой настоящей реальностью. До девушки только сейчас чётко дошло, что ей признались в чувствах. К горлу подступил твёрдый комок. Нет… нет, нет! Только не плакать! Но крупные слёзы хлынули из глаз, не удержавшись на ресницах. Она прижала ладони к лицу и заплакала. - Марина, ты чего? – Андрей испугался сам и хотел обнять её, но та, оттолкнув его руки, выбежала из кухни и закрылась в ванной. «Дурак, - подумал мужчина и, сев на стул, схватился за голову. – Идиот!» Через пару часов приехал отец. Захлопнув за собой дверь, он, не спеша, стянул с себя обувь и повесил барсетку с кепкой на вешалку. Собираясь зайти в ванную, он чуть не столкнулся с открывающейся дверью, из-за которой появилась дочь. - Что случилось? – спросил он, увидев её грустное лицо. - Ничего страшного, - неуверенно улыбнулась та. – Я просто неудачно голову повернула, и шея разболелась сильно. - Солнышко, - ласково сказал папа и обнял девушку. – Будь осторожнее в другой раз, хорошо? - Хорошо, - ответила она и направилась к себе в комнату. - Подожди. Ты перевязку делала? - Нет. - Опять забыла, коза. Я сейчас пообедаю и поменяю тебе бинт. Через десять минут все присели за стол обедать. Марина нехотя зашла в кухню. Её странное поведение просто не могло остаться незамеченным. Отец посмотрел пристально в её бегающие без остановки глаза, затем на растерянное лицо друга и, не выдержав, спросил: - Вы что, поругались? Андрей виновато глянул ему в лицо, не зная, соврать, или сказать правду. - Есть немного, - спокойно сказала дочь. – Он мне повязку зацепил, когда мы тут мучной бой устроили. Рана разболелась сильно, и я обиделась. - А на что обижаться-то? – удивился отец. - Он же знал, что у меня шея больная. Можно быть и осторожнее. - Я тебя не узнаю. С каких пор ты обижаться научилась. Или обманываешь? - Пап, ну серьёзно, - девушка резко встала из-за стола. – Я потом поем. Поспешно выйдя из кухни, она направилась в свою комнату и закрылась там. Сколько она пролежала на кровати, неподвижными глазами глядя в потолок, девушка и сама не помнила. Только знала, что долго. Всё это время те слова Андрея до сих пор не давали покоя ни на секунду. В голове никак не укладывалось, что он мог такое сказать. Обиды не было никакой. Не единой капли. Просто незнание, как реагировать на подобную ситуацию, выбило из колеи напрочь. «Надеюсь, он не обидится, что я так резко сказала, - думала она в страхе. – Не говорить же отцу правду. Они бы тогда поругались. Не хочу, чтобы так было». Стук в дверь прервал раздумья. Молча девушка посмотрела на дверь, ожидая очередного стука. - Марина, - раздался там голос Андрея. – Открой, пожалуйста. Марин. Девушка бесшумно поднялась с кровати и, подойдя к двери, неуверенно прикоснулась к щеколде. Стук вновь повторился. Сделав глубокий вдох, она открыла дверь и отошла от неё на несколько шагов. - Я войду? – неуверенно спросил мужчина. - Входите. - Хочу поговорить с тобой. Выслушаешь? - Папа дома? - Десять минут назад на работу опять уехал. - Тогда ладно, - посмотрела она на него. Андрей присел рядом с ней. Около минуты он не знал, с чего начать, нервно потирая пальцами перстень и смотря на девушку, которая прижимала колени к груди в жутком волнении. Вздохнув и убрав с лица рукой назад выбившиеся из хвоста пряди тёмных волос, мужчина собрался, наконец, с мыслями и заговорил: - Знаю, я зря это всё сказал тебя сегодня, но… - Ничего не бывает зря, - перебила она тихо. – Если сказали, значит, так было нужно. - Наверно, - продолжил он. – Но я всё же хотел попросить прощения за это. - Вы ничего плохого не сделали. - Но ты ведь плакала из-за моих слов. - Просто мне ни разу подобное в глаза не говорили. Я не знала, как мне реагировать. - Всё равно прости, - сказал Андрей. – Я дурак. Мне сорок лет уже, а тебе всего восемнадцать. Нужно было держать себя в руках. Так ведь нельзя, ты же совсем девочка ещё. - Вы не дурак, - робко и тихо сказала девушка. - Что? - Я говорю, что вы совсем не дурак. Есть одно хорошее выражение, и вы его знаете. - Да, знаю, - улыбнулся мужчина. – Ты не злишься на меня? - Нет, - неуверенно ответила та. – Я просто в растерянности и хочу сейчас побыть одна. - Понял. Ухожу. Марина больше ничего не сказала. Только что она с трудом переступила через свой страх и хоть как-то поговорила с этим человеком. В голове была жуткая каша, разобраться в которой было весьма трудно. Не хотелось ничего. Страх смотреть в лицо Андрею не стал слабее, из-за чего девушка весь день просидела в комнате. Отец ничего не мог понять. Даже на следующий день, хоть она и пыталась скрыть своё странное поведение, всё равно было понятно, что что-то не так. Повезло ещё, что Андрей искусно умел скрывать свои чувства и беспокойство от друга. Иначе неизвестно, что произошло бы.