Плохой учитель истории

Мейсон ушел, а между нами повисла неловкая тишина. И чего я добился? Молчания? — Прогуляемся? — наконец предложил я. — Ну раз на фильм уже не удастся попасть, я согласна, — ответила она. Ее голос был спокоен, но в глазах стояли слезы. Я опять довел ее до слез, черт. Мы вышли из кинотеатра и пошли вдоль улицы. Вновь молчание. Я смотрел вперед, так как боялся опять увидеть слезы в глазах этого человека. — Ты хотел поговорить, — начала она. — Так говори. — Да, хотел, — хотел, но не знал, что сказать. Не знал, как выразить свои мысли и правильно их донести. — Роза, это не дело. То, как мы с тобой общаемся. Мы ведь не чужие друг другу люди. — Но уже и не родные, хотя я подозреваю, что и родными мы не были. Столько лжи было с твоей стороны. — О чем ты?! — на секунду стало страшно. Вдруг она знает о моей сущности? Я попытался успокоиться. Нужно подождать ее ответа. — О чем я? Я прекрасно знаю, кто ты. Знаю твою сущность, Дмитрий. Как ты мог мне не сказать? Скрывать такое от меня. — Извини, а как я должен был сказать? Привет, меня зовут Дмитрий и я вампир? Так? Не думаю, что это лучшая идея. Она потупила взгляд. Задумалась. Поняла, что я прав. По глазам вижу — не знает, что делать. Я и сам не знаю. Я ведь представитель мужского пола, я должен быть сильным и мне положено быть опорой. Но не все так просто, когда тебе самому нужна поддержка. Нужно было что-то делать, и я сделал. Подошел и крепко ее обнял. На душе стало тепло. После стольких месяцев разлуки я вновь могу почувствовать ее тепло, ее запах и присутствие в общем, а это не может не радовать. Она прижалась ко мне еще сильнее. Думаю, вместе мы справимся. Пройдем через это все. Главное, вместе. — Дмитрий... — Что? — я немного отодвинулся от нее, чтобы видеть ее лицо. Оно было мокрым от слез, а я даже не почувствовал, что она плачет. — Я скучала, — она вновь уткнулась мне в плечо и начала плакать. — Ну что ты, маленькая, не плачь. Я ведь рядом, слышишь? — одной рукой я гладил ее по спине, а другой аккуратно прижимал ее голову к себе. Я не хочу больше ее оставлять. И не оставлю. — Я тоже по тебе скучал. Ты не представляешь как.

Спустя еще два месяца.

— Дмитрий! — зло воскликнула Роза. Ее голос доносился из кухни. Я пошел на зов. — Что, малыш? — Большой ты мой, ты когда-нибудь начнешь за собой убирать? — она кивнула на стол, на котором осталось несколько грязных тарелок и хлебные крошки. — Большому твоему сегодня было очень лень, — я обнял ее. — Ты же простишь меня? — Ну вот как можно не простить такого засранца? — пропыхтела она мне в плечо то ли от злости, то ли от недостатка воздуха. А сейчас я был просто рад. Мы справились, мы прошли через обиды, через ссоры и ложь вместе, теперь мы рядом и вряд ли кто-то из нас уйдет. Я есть у нее, она есть у меня. Мы словно одно целое. И я рад быть этим целым.