История Гномо-Эльфийских Взаимоотношений

Прежде всего, эти взаимоотношения были обречены на частый неуспех еще до того, как эти расы проснулись в Средиземье. Когда Илуватар дал сотворенным Ауле гномам жизнь (до этого они были големами), он сказал: "И часто будут возникать ссоры между твоими и моими, детьми которых я принял и детьми которых я избрал". А против лома Бога нет приёма, как известно. Когда эльфы с гномами впервые пересеклись, эльфы Белерианда (Синдар, народ Тингола) решили, что гномы - это какое-то зверье и охотились на них. Но это потому, что первые гномы, с которыми столкнулись эльфы, были гномы-карлики (малые гномы – короче, Petty-dwarves) - гномы, изгнанные своими родами (скорее всего теми, которые жили в Синих Горах, но возможно и из народа Дурина там тоже кто-то затесался), которые за время жизни в Белерианде измельчали и ростом, и искусством. И познакомились они на почве того, что гномы-карлики втихую нападали на эльфов по ночам, почему эльфы и решили что это не то зверье, не то морготовы тварюшки (и были не так уж не правы, потому что по ранним версиям легендариума – собственно, вплоть до времени написания Хоббита, гномы были народом крайне нехорошим, и если не напрямую созданным Мелько, то явно союзные гоблинам). За что гномы-карлики были изгнаны из своих родов неизвестно точно, но считалось что за уродства, лень, и/или мятежность... нормальные гномы их презирали, но все-таки продолжали считать частью своей расы. С гномами нормальными, из Белегоста и Ногрода, эльфы-Синдар столкнулись значительно позднее, и их они сразу распознали как настоящую расу, и начали взаимовыгодно торговать. А заодно перестали охотиться на гномов-карликов, распознав в них подвид гномов – только отношения уже были безнадежно испорчены (да эльфы и не пытались их налаживать) и гномы-карлики эльфов люто ненавидели. Обычные гномы были на эльфов в обиде, за то что те охотились на гномов-карликов, но когда эльфы и гномы заключили пакт о взаимной торговле, эту обиду списали со счетов, потому что «гномы-карлики не называли себя эльфам, не заявили о своем праве на свои земли, но сразу же напали на эльфов из засады в темноте». Хотя торговать они друг с другом торговали, дружбы между этими народами не было – ничего личного, только бизнес. Эльфы считали гномов народом малоприятным внешне (и называли их «Сплющенным народом») и внутренне (thrawn может переводиться как «уродливый, деформированный» и даже «извращенный», но так же и «несговорчивый, капризный, своенравный» - пояснение дано «потому что гномы были упрямы характером и крепки телесно» - так что следует читать это как «упрямый, несговорчивый» - но помнить и о других значениях. ). Единственный из Синдар кто с гномами общался близко и даже, можно сказать, дружил – это Эол (ну и его сын Маэглин, но тот – недолго). Есть версии, что Эол был не телеринского происхождения, а нолдорского – из тех Нолдор, что не пошли в Валинор, а отстали по дороге. Во-первых, его имя по форме не синдаринское и не квэнийское, вероятно – аварин. Во-вторых, про авари нолдорского (татьярского) происхождения говорили, что у них был скверный характер (возможно даже более скверный, чем у облагороженных Валинором, а те сами были не ангелы, как нам отлично известно!) – а у Эола он был более чем скверный. И склонность к работе с металлом, что нетипично для телери, но характерно для нолдор. Торговать гномы с Синдар начали во время второго века заключения Мелькора в Мандосе. Когда Мелиан напомнила Тинголу что Мелькор там не вечно будет сидеть, и лучше подстраховаться, Тингол нанял гномов чтобы те построили ему надежную крепость - Менегрот. В качестве платы – жемчуг (в том числе Нимфелос, жемчужина, которую король Белегоста ценил больше целой горы сокровищ) и обучение разным премудростям у майи Мелиан. Работали гномы с эльфами над украшением чертогов совместно и были вполне довольны друг другом. Потом Тингол так же заказал у них оружие и доспехи – его народ ранее в них никогда не нуждался, а гномы отлично развили ВПК потому что повоевать любили – с мелькоровыми тварюшками, эльфами, или на худой конец, друг с другом, чтобы кровь молодецкая не застаивалась. Гномы научили и самих эльфов ковать оружие и доспехи (хотя искусством Синдар им уступали, а в работе со сталью им уступали и нолдор тоже), а в обмен эльфы научили гномов писать рунами, изобретенными Даэроном. Но эта идиллия длилась ровно до тех пор, как Моргот не вернулся в Белерианд и не устроил там локальный армагеддец (эльфам досталось больше, чем гномам, но хватило всем), в результате чего Тингол замкнулся в надежно огороженном силой Мелиан Дориате, а гномы в своих горных крепостях. Когда в Средиземье вернулись валинорские нолдор-Изгнанники и прищучили орков, гномы снова стали торговать с эльфами. Первым из нолдор с ними столкнулся Карантир, который жил в непосредственной близости к Синим Горам, и через чью территорию шла дорога, по которой гномы ходили торговать с Дориатом. Будучи очень практичным эльфом, Карантир взял под контроль гномо-эльфийскую торговлю и очень на этом разбогател. У гномов и нолдор были общие интересы и было чему друг у друга поучиться, оба народа уважали Ауле, у них был общий враг – Моргот, а кроме того, гномы очень любили валинорские драгоценные камни, которые привезли с собой нолдор. Теплота отношений варьировалась – скажем, Карантир и его люди были заносчивы и плохо скрывали свое мнение о непрезентабельности гномьей внешности, а гномы были скрытны и обидчивы. Так что там опять же был только бизнес. А вот с Финродом гномы вполне себе подружились (впрочем, возможно, не только потому что Финрод был сам по себе добр и вежлив, но и потому что он привез с собой больше драгоценностей из Тириона, чем любой другой из принцев нолдор), и не только построили для него Нарготронд (за плату) но и изготовили Наугламир (впрочем, из его собственных материалов) – возможно, даже бесплатно. Эту идиллию нарушало только то, что когда-то в пещерах, из которых построили Нарготронд, жили гномы-карлики, которые затаили за это еще большую обиду на эльфов, но это не волновало ни эльфов, ни гномов обыкновенных. Так и продолжалось довольно долго, и гномы даже присоединились к Союзу Маэдроса (потому что сначала он из одного Маэдроса и состоял, как метко говорит Звирь) – во-первых, ковали оружие и доспехи для эльфов и людей, во-вторых, сами участвовали в битве. Отдельно нужно отметить героизм Азагхала, короля Белегоста, который, хотя сам погиб, сумел ранить Глаурунга и обратить его в бегство. А вот после этого во взаимоотношениях гномов и эльфов наступила черная полоса. Хотя версия, по которой Мим, последний из гномов-карликов, проклял сокровища Нарготронда в финальную версию легенды о Наугламире в открытую не вошла (Толкин эту часть не успел переписать), все же «уши» этой старой версии остались в печальных событиях, в которые было вовлечено это ожерелье. Тингол нанял гномов из Ногрода (дуализм старых версий, в которых гномы были очень плохие и не очень плохие в некоторой степени сохранился и в поздних версиях Средиземья – гномы были совсем положительные (Белегост) и не совсем положительные (Ногрод), чтобы они вделали Сильмарил в Наугламир, гномы решили что им тоже хотелось бы дорожить чем-нибудь этаким и решили с Тинголом поругаться. Тингол ответил им презрительно, в результате чего был убит на месте. Тех гномов перебили, но не всех, выжившие доложили в Ногрод о произошедшем, и в результате гномы Ногрода пошли в Дориат мстить (гномы Белегоста пытались их отговорить, но безуспешно). В результате гномы Дориат разрушили, с большими потерями и среди эльфов, и среди гномов, захватили Наугламир и пошли до дому. Но по дороге им навязали битву нандор (еще одни эльфы, близкие лихолесским по происхождению) под предводительством Берена (зятя Тингола), перебили всех (а кого не перебили, тех потом энты в окрестных лесах пустили на удобрения), но перед смертью король Ногрода проклял сокровища и Наугламир в том числе. Сокровища Берен утопил, а Наугламир с Сильмариллом подарил Лютиэн. Но отношения между гномами и эльфами с тех пор были сильно испорчены. Именно на эту историю (хотя на момент написания Хоббита она выглядела иначе, там все были гораздо менее симпатичны) намекают слова в Хоббите о ситуации где гномам то ли не заплатили, то ли гномы украли эльфийские сокровища. А потом Белерианд был разрушен, со всеми вытекающими последствиями – эльфы оттуда переселились кто куда, в Ривенделл, Эрегион, Линдон, Лихолесье, а гномы переселились в Морию, потому что их города в Синих Горах тоже были разрушены. С эльфами Лихолесья, которыми стал править Орофер (отец Трандуила), выходец из Дориата, конечно же, у гномов отношения были плохие, потому что этим эльфам было все равно, что гномы Мории к той вражде отношения не имели – они никаких гномов не любили. А вот с нолдор Эрегиона, которыми правил Келебримбор, у них была настоящая дружба – за счет, в общем-то, личной дружбы Келебримбора с несколькими гномами, особенно Нарви (который, как мы помним, сделал дверь), но все равно это единственный пример столь искренне теплых отношений между эльфами и гномами до самой Войны Кольца. Они учились друг у друга и мастерство и тех, и других росло быстрее и выше, чем если бы они друг с другом не пересеклись. С эльфами Лориэна, на которых оказывала огромное влияние Галадриэль (хотя тогда она еще не правила ими), отношения были ровные – они не дружили, но против Саурона в середине Второй Эпохи, когда тот разрушил Эрегион и убил Келебримбора, гномы Казад-дума и эльфы Лориэна выступили совместно (и потом гномы дали эльфам возможность вернуться обратно в Лориэн под горами, когда Саурон повернулся против них). Эльфов в Эрегионе не осталось, и дружить гномам Мории стало не с кем, потому что лориэнские эльфы кузнечным делом не интересовались. Война Последнего Союза не улучшила гномо-эльфийских отношений, потому что хотя гномы из рода Дурина все выступили на стороне Светлых, в войсках Саурона были гномы других племен. В результате в течение Третьей Эпохи сохранялся статус кво – эльфы Ривенделла к гномам относились спокойно-равнодушно, а эльфы Лориэна и Лихолесья – скорее подозрительно. Ну а потом в конце Третьей Эпохи две вещи помогли улучшить отношения между двумя расами - Битва Пяти Армий, в которой Трандуил и эльфы Лихолесья бились с орками бок о бок с гномами, и личная дружба между Леголасом и Гимли (ну и восхищение Гимли Галадриэлью сыграло роль). Есть повод предполагать, что неприязнь между эльфами и гномами уменьшилась, хотя бы между теми что поселились в Итилиэне и в Пещерах Агларонда соответственно.