Особенная

Денис Романов. Трудно было не заметить, что маленькие руки на руле слегка подрагивали. Переживает. Честно говоря, я и сам не ожидал, что о местонахождении камня узнают так быстро. Это определенно были люди Императора, так как только им это нужно, да и с одним из них я уже встречался. Богдан и Антон глупо поступили, доверяя эту операцию не самим себе, так как они выбрали довольно глупого руководителя. То, что они оказались в стороне, было им на руку, так как мы не могли бы на Совете предъявить обвинения в покушении, так как нет никаких доказательств, что это были именно люди Императора. В боку что-то предательски закололо, видимо, слишком много драк за такой короткий промежуток времени. Но Саша была в целости и сохранности, а это пока самое главное. — Дэн, — позвала мелкая, не отрывая взгляда от дороги. — С тобой все в порядке? — Со мной все в порядке, — произнес я, полностью уверенный в своих словах. Не стоит пугать мелкую простыми царапинами, тем более, что у нее завтра День Рождения, а я не хочу его портить, потому что на него у меня совершенно другие планы. Я мог даже не смотреть на спидометр, так как был абсолютно уверен: Саша нарушала допустимый скоростной лимит вдвое, если не больше. Что ж, я давно понял, что моя девочка не любит медленную езду. Я заметил, как в зеркалах заднего вида едут еще три черные машины, но отстают от нас прилично. Надеюсь, Сашин бывший телохранитель в порядке, ведь именно его я послал помочь мелкой, которая, кстати, поступила умно, позвонив Егору. Когда Тема и Стас ворвались в комнату, я уже был уверен, что все будет в порядке. Сама мелкая выглядела отлично, если не считать паники и страха в глазах, все могло быть и хуже, если бы она меня не послушала. Хорошо, что Стас оставил Кристину в особняке, хотя, я полагаю, она повозмущалась. — Нам куда? — поинтересовалась мелкая, останавливаясь на светофоре. Что ж, если от нее можно добиться такого послушания только в экстренных ситуациях, то я готов устраивать их каждый день. Было уже темно, да и я представляю, как мелкая устала. Тренировка в бункере, моя драка с Богданом, письмо от матери, кольцо… Это определенно выматывает. Учитывая тот факт, что эти все события произошли в один день. — Давай на пять минут заедем в особняк, чтобы обсудить со всеми дальнейшие действия, а затем к тебе, — проговорил я, внимательно наблюдая за реакцией мелкой. Она молча завернула в сторону особняка, не говоря ни слова. Странно. Обычно она более говорливая. И только сейчас я заметил, что она бледновата, а губы практически слились по цвету с кожей. Эй, что с ней? Волосы спутались, а из кармана джинсовых шорт топорщилось кольцо с алмазом. Интересно, как она поняла, где именно находится кольцо? Я прочитал записку от ее матери, но в ней не было ничего такого, что могло бы указать на это. Да, и откуда Сашина мама могла знать, что Антону необходимо кольцо? Ведь она успела так надежно его спрятать. Заехав на территорию особняка, Саша выпрыгнула из машины и поежилась: по вечерам все еще холодно. Затем подошла ко мне и крепко обняла, чтобы успокоиться. В нос тут же ударил ее приятный аромат, а холодные ладошки на своей груди я чувствовал даже через футболку. Мои руки сами по себе легли на ее талию, крепче прижимая к себе. Сейчас нам обоим было просто необходимо, чтобы нас отпустил этот чертов день. Саша всегда пахла сладко, но не так приторно, как большинство девушек, выливающий на себя по утрам полбутылки духов, она пахла нежно. Но вся сказка будто бы испарилась, когда отстающие начали заезжать на территорию. Малышка отпрыгнула от меня, но все равно продолжала цепляться за мою руку. Вообще, ее холодные ладошки обладали удивительным свойством: они могли успокоить меня в любой ситуации. Побитой, большой, сильно уставшей компанией мы ввалились в огромную гостиную. Только вот Вано слуги потащили в лазарет. В гостиной нас встретила переволновавшаяся Кристина, которая сразу же набросилась на Ларина с объятиями и поцелуями, вызывая у него усталую улыбку. Так же в комнате был отец Саши, который тут же подбежал к дочери, чтобы проверить ее на наличие травм или повреждений. Я же ему пообещал, что ни при каких обстоятельствах не допущу, чтобы мелкая пострадала. — Что случилось? — защебетала Кристина, когда мы устроились на диванах. — Саша позвонила Егору, все так быстро собрались и уехали, что я ничего не поняла. Саша прикрыла глаза и прижалась к моему плечу. Как же она устала, если не может даже рассказать, что произошло, предоставляя эту возможность мне. Я слегка приподнял ее, чтобы просунуть руку под ее талию и прижать покрепче к себе, ведь она так замерзла. — Богдан выполнил свое обещание: письмо от Анастасии все-таки попало к Саше, — произнес я, замечая, как меняется выражение лица Принца, однако он не перебивал. — Из него она поняла, где находится камень, но там, где, по ее мнению, он должен был находиться, был лишь ключ, но Саша вспомнила что-то, что подсказало нам, от чего этот ключ. Мы нашли тайник, который открывался с помощью отпечатков руки мелкой. Там и было кольцо. Я полагал, что мы узнаем, когда Богдан будет планировать нападение, потому что датчик работал, однако в группировке, которая на нас напала, его не было. Ни его, ни самого Императора, но я уверен, что это были его люди. К счастью, нам удалось отбиться, потому что Саша смогла вовремя вызвать подкрепление. — Это все происходило в моем дворце? — рыкнул вдруг Александр, потерев переносицу, а я лишь слегка кивнул. — Антон переходит все границы разумного. Он выглядел довольно-таки потрепано, как будто не спал неделями, однако огонь в его глазах, которые были точь-в-точь такого же цвета, как глаза моей девушки, все еще продолжал яростно пылать. Необходимо что-то предпринимать, и это известно каждому в этой комнате. — Где кольцо? — поинтересовалась Крис, которая сидела на кожаном кресле рядом со Стасом. — У Саши, — ответил я, дотронувшись до щеки мелкой, чтобы разбудить ее, но она и так не спала. Достав кольцо из кармана, она бросила его на кофейный столик, чтобы все могли его рассмотреть. Кристина ахнула, увидев огромный красный алмаз, а отец Саши сразу же проверил его на подлинность. Но было ясно. Камень настоящий. — Егор, — окликнул парня Александр. — Что с датчиком движения на Богдане? Вы узнали, где они держат мою жену? Егор взглянул на мгновение в свой планшет и ответил: — Да, Александр Владимирович, мы уже разрабатываем план по спасению Принцессы. Отлично, хоть не зря позволил рассечь себе бровь. Я надел кольцо на пальчик полу-спящей Саши. Оно теперь именно там, где и должно находиться. Возражать никто не стал. — Если никто не против, то мы с дочерью отправимся домой, — сказал Александр, заставив меня сильнее сжать малышку в объятиях. — Готовьте все для Совета. Мы попробуем забрать Настю из лап Антона сначала мирным путем. Так не хотелось с ней расставаться даже на минуту. — Ты же придёшь ко мне? — сонно спросила она, целуя меня в щеку. — Я не могу без тебя так же, как и ты без меня, мелкая, — произнес я, отпуская ее к отцу. Я не представляю, как держится Александр. Если бы у меня забрали Сашу, я не знаю, как бы продолжал жить без нее. Боже, да я уже уснуть без ее милого сопения не могу. Хочется, чтобы она всегда была рядом. Я не хотя позволил ей пойти с ее отцом. Они вышли из комнаты, а я проводил спину мелкой долгим взглядом. Сейчас нужно будет обсудить детали ее завтрашнего дня рождения, как мы и планировали. — Предлагаю такой вариант, — заговорила Кристина заговорщицки. — Я поведу ее по магазинам, якобы выбирать платье на Совет, а вы тем временем приготовите тут все. И, Дэн, не надо толпу, пусть будут только те, кто дорог ей, договорились? — Договорились, — хлопнула в ладоши Кира. — Ну, а теперь баиньки, дорогие. Все начали расходиться по комнатам. Учитывая тот факт, что Кристина уже практически тут поселилась, то здесь имелась и ее комната, но спала она в комнате Стаса. Тут имелась и комната мелкой, потому что мы часто оставались тут ночевать, а все потому, что особняк всецело принадлежал Стасу, ведь его отец жил вместе с Алиной и Нелли в другом доме, говоря Стасу, что так всем будет комфортнее. Однако, он не понимал, как тяжело его сыну жить одному после смерти матери. Но Кристина своим светом возвращает его к жизни, как когда-то Стас вернул меня после смерти отца. Слишком много смертей произошло за наши короткие жизни. Слишком много мы потеряли. Все мы. Припарковав машину далековато от дома, я мысленно шлепнул мелкую по заднице за то, что она до сих пор не соизволила рассказать отцу, что я ночую у них каждую ночь. А ведь обещала! Карабкаться к ней в комнату было довольно-таки легко, учитывая, что на доме было много выступов. Даже слишком легко. Окно мелкой, по обыкновению, было распахнуто, поэтому я легко залез, увидев сидящую на кровати Сашу с бумажкой в руках. Перечитывала письмо от матери. — Эй, — окликнул её я, а она вздрогнула, будто бы только заметила, как я пришел. Она была одета в мою футболку, которая доставала ей до бедер. Почему-то именно в ней она выглядела прекраснее, чем в остальных своих платьях. Подняв глаза, она посмотрела на меня. Голубые глаза были наполнены слезами, которые она не позволяла себе показывать весь день. Мне оставалось только попытаться ее успокоить, подставив свое плечо для поддержки. Как она, такая маленькая и хрупкая, может все это выдерживать, оставаясь при этом сильной? Когда эти рыдания просто-напросто выплеснулись наружу, у мелкой началась самая настоящая истерика. Рваные всхлипы просто раздирали меня на части, потому что я понимал, что пока не могу ей ничем помочь. Чувствовать себя беспомощным чертовски хреново. Малышка вцепилась в мою футболку, комкая ее в кулаках. — Эй, не плачь, маленькая, — прошептал я, посадив ее к себе на руки и укачивая, как маленького ребенка. — Все будет хорошо. Моя сильная девочка, я не позволю тебе сломаться именно сейчас. Я достал из кармана то, за что боялся больше, чем за свою жизнь, когда началась заварушка во дворце Принцев. Нежный бриллиантовый браслет. Я, когда увидел его в сейфе Королей, сразу же подумал, что он идеально будет смотреться на тонком запястье мелкой. Спросив у мамы насчет этого браслета, я получил ответ. Браслет принадлежал моей бабушке, а потом маме, но затем сломалась застежка, а времени, чтобы отдать браслет мастеру ни у кого не было, так про него вообще забыли. Я отнес украшение к хорошему мастеру, который быстро его подлатал, и вышел идеальный подарок мелкой на День Рождения. Сейчас как раз полночь, так что можно уже дарить подарки. — С Днем Рождения, маленькая, — произнес я шепотом, цепляя браслет на запястье девушки. Как я и предполагал, он сел идеально. — Денис, — шмыгнула она носом. — Я не могу принять такой дорогой подарок — Нет, можешь, — ухмыльнулся я. Она сама потянулась за поцелуем, а я со всей нежностью и заботой, на которую был способен, поцеловал ее в ответ, но быстро отстранился, понимая, что она сильно устала. — Мелкая, давай спать, — протянул я, затягивая ее с собой на кровать.

***

— Народ! — Кира, как обычно, чертовски тактично. — Где наша маленькая, блондинистая именинница? Я быстро разлепил глаза и осознал, что прямо сейчас Кира спалила всю конспирацию, которую мы с мелкой разработали, чтобы ее отец не заметил, что мы спим вместе. Но, однако, в комнату ввалились только Кристина, Кира, Тема и Стас. Я зажмурился от света и количества шариков, разбросанных повсюду. И почему я не проснулся раньше? Также я увидел Локи, запрыгнувшего на кровать. Боже, кто додумался надеть на пса колпак? Хотя, я определенно знаю ответ. Вот та красноволосая бестия, которая напялила на себя ярко-розовое платье. У каждого в руках были подарки, обернутые в разноцветную упаковочную бумагу. Саша тоже начала ерзать на моих руках, потягиваясь так, что футболка ее задралась, вынуждая меня накрыть нас обоих одеялом. Вся компания дружно пропела всем известную праздничную песенку, а Саша окончательно проснулась и счастливо улыбнулась. Люблю наблюдать за ней по утрам. Такая сонная и милая, что хочется просто целовать эти щечки всю жизнь. А ее сонные глаза… Такие голубые, что можно смотреть в них вечно. — Спасибо, ребята! — смущенно пробормотала она, выпрыгивая из кровати. Хорошо, что моя футболка доставала ей до середины бедра, прикрывая все, что следует. Малышка поочередно обняла каждого из друзей, а я лишь напряженно сжал зубы, когда Саша встала на носочки, чтобы обнять Соколова, а его руки опустились на ее талию. Не хотелось сейчас портить праздник. — А это что за прелесть? — Кристина восхищенно уставилась на браслет на запястье мелкой. — Ну, все, брат, ты попал, — засмеялся Тема, похлопывая по плечу Стаса. Нам удалось вытолкнуть всех из комнаты маленькой только через полчаса, вот только Мироновой пришлось клятвенно пообещать, что она обязательно прямо сейчас посмотрит все их подарки и через полчаса будет готова к поездке за платьем с Кристиной. Когда мы, наконец, остались наедине, мелкая довольно закружилась по комнате, а я был просто счастлив, наблюдать за ней такой было само по себе удовольствие. Потом увидев, что я на неё пялюсь, она начала швырять в меня шарики, пока я не поймал ее за руку, повалив себе на грудь. Интересно, а сколько она весит? Я ведь практически ее не чувствую. Улыбка не сходила с ее лица, а потом смешно чмокнула меня в нос. И не скажешь, что эта девушка не так давно захлебывалась в собственных рыданиях. Я не позволю ей больше так плакать. Мы будем счастливыми. Обязательно будем. Я сделаю все для этого. — Так любишь свой День Рождения? — поинтересовался я, перекатываясь и прижимая ее к кровати. — Теперь мои права действительные, — улыбнулась она. Господи, она неисправима! И ей не надо меняться. Я, не выдержав, поцеловал ее. Мне так хотелось попробовать на вкус ее улыбку. А мелкая, пытаясь перекатить меня на спину, просто скинула нас с кровати с громким грохотом. Мало того, что я упал на спину, так еще и мелкая грохнулась сверху, громко смеясь. И тут я понял, что готов стерпеть любую боль, только бы она не прекращала улыбаться. — Так, сейчас меня придет поздравлять папа, так что давай выпрыгивай отсюда, — строго сказала Саша, подталкивая меня к подоконнику. Ох, уже привычная утренняя зарядка. Саша нежно поцеловала меня в щеку, и я выпрыгнул из ее окна.

***

Я жутко психовал, потому что мы ничего не успевали, а Саша с Кристиной должны были вернуться с минуты на минуту. Раздражение салютом ударило в мозг, когда я увидел, что плакат так старательно приклеенный мной и Стасом упал. — Твою мать! — выкрикнула Кира. — Стас и Дэн вы знаете, что делать. Залепите двумя слоями скотча и нормально. Егор разбирался с гирляндами, которые, вроде как, должны осветить весь дом, как только мелкая зайдет, поэтому отлынивал, разбираясь в своем планшете. Руководила всеми Кира, постоянно крича и раздражая всех. Мы со Стасом снова прикрепили этот треклятый плакат, пока Тема, как примерный мальчик, помогал Настасье Николаевне накрывать на стол. Кира обзванивала всех одноклассников и знакомых, хотя я помню, что Саша точно не хотела пышной вечеринки. Пришли абсолютно все, ведь нас так давно не было в школе, что все успели соскучиться, а легенда была такова: мы дружненько поехали на соревнования в Питер. Даже школьный заводила Шилов прибыл, обнимая грудастую блондинку. Он-то никогда не пропускает никаких вечеринок. — Крис прислала смс-ку! — заорала Кира. — Они подъезжают, всем спрятаться! Привалов, через минуту врубай гирлянду. Егор никому, кроме меня, не позволял собой командовать, однако, сейчас промолчал, не желая ссориться с Кирой. Весь народ попрятался за диванами, камином, короче говоря везде, где только можно было. А когда дверь открылась, мы дружно выпрыгнули, крича знакомую всем кричалку. Саша светилась от счастья, а ее платье показалось мне слишком коротким. Черное, идеально выделяющее тонкую талию и достающее до середины бедра, оно шикарно смотрелось на маленькой имениннице, однако, мне не хотелось, чтобы на ее ножки, обутые в высокие черные туфли на каблуке, пялился кто-то еще, кроме меня. Она была впервые за долгое время накрашена. Глаза подведены тонкими, черными стрелками, выделяя голубизну, а ресницы подкрашены черной тушью. На губах ярко-красная помада. Черт, как можно быть такой сексуальной? Она сразу же запрыгнула мне на руки, а я покружил ее перед всеми, следя за тем, чтобы ее платье не задралось слишком сильно. Она была такой счастливой, что, глядя на нее, хотелось улыбаться. И я улыбался, потому что не мог по-другому. Ей все дарили подарки, а ее папа выгрузил ей на голову диадему Принцессы, хотя мало кто догадался, что камни в ней самые настоящие. Малышка смеялась, танцевала, радовалась, а я понимал, что эта волшебная сказка скоро закончится, потому что в реальном мире нас ждет война. Я заметил, что все довольно сильно напивались, учитывая, что Тема и Егор во все горло орали какую-то песню, а Кира полезла танцевать на стол, пока ее не снял оттуда ни кто иной, как сам Егор. Кристина и Стас смотрелись до ужаса гармонично. Она такая милая в бело-голубом платье с бантиком на лифе и в голубых туфлях. С завитыми волосами. И он в голубой рубашке и светлых джинсах, крепко обнимающий ее за талию. Кажется, они тоже были счастливы. Хотелось, чтобы эти мгновения не заканчивались никогда, хотя все-таки произошел один пренеприятный случай, когда я готов был уже начистить Шилову морду, если бы не успокаивающая рука Саши. Под конец вечера пьяный, а от того смелый, Шилов полез поздравлять мою девушку еще раз и обнял ее, положив руки немного ниже ее талии и смачно поцеловав ее в щеку. Мелкая поблагодарила его, похлопала по спине, но ничего не сказала по поводу распускания рук, что меня и взбесило. Когда все гости разошлись, я просто-напросто припечатал Сашу к ближайшей стенке. — Ты специально? — прорычал я, ей прямо в губы. Мне всегда нравились ее губы. Они были сладкие, такие сладкие, что не хотелось отрываться не на миг. Не такие пухлые, как у Марго, и не пропитаны табаком. Она специально позволила тому уроду так себя обнять, чтобы мне тут же захотелось свернуть ему шею. — Люблю, когда ты ревнуешь, — прошептала она мне на ухо. — Как же я тебя люблю, мелкая, — прошипел я, врываясь в ее рот. Такого страстного поцелуя у нас еще не было. Мои зубы больно прикусили верхнюю губу блондинки, заставляя ее распахнуть рот. Боже, ее рот. Ее влажный, теплый рот. Мой язык скользил по ровному ряду зубов, а затем вторгся в рот, вызывая у девушки судорожный выдох. Ее холодные ладошки обосновались на моей спине, выводя на ней непонятные узоры. Я не могу больше терпеть. Если она прямо сейчас меня не оттолкнет, я не сдержусь, ведь хочу ее с самого первого дня нашей встречи. Хочу, как проклятый. Как мальчишка. Мои руки проскользнули под ее невероятное платье и подхватили ее на руки, прижимая к паху. Чувствуй, маленькая, чувствуй, что ты делаешь со мной. У меня стоит от одного лишь поцелуя. Ее ноги обхватили меня за талию, а я с каким-то извращенным удовольствием подумал, что до меня ее еще никто не трогал. И не будет. Она моя. Полностью моя. Я не понимал, куда я несу ее, я чувствовал только ее мягкие губы, ее теплый язык, отвечающий рот, и мне больше ничего не было нужно. Казалось, я просто утонул. Сейчас весь мир стал мутным, бесполезным. Была только она. Кто бы мог подумать, что эта маленькая, до ужаса вредная и непослушная девочка сможет так меня изменить. Она заставляла смотреть на вещи по-другому. Она умела видеть хорошее даже в тех, кто, казалось, безнадежен. Мои руки блуждали по ее тонкой талии, упругой попе, а ее маленькие, всегда холодные ладошки зарылись в мои волосы, перебирая их. Потом мои губы заскользили по ее шее, оставляя влажные дорожки. Спиной открывая дверь в ее комнату, я не отрывался от ее губ. Они сводили с ума. Однако окончательно снес крышу ее стон, такой тихий и искренний, что я, не выдержав, опрокинул девушку на кровать, не прерывая поцелуй. Мой разум помахал мне рукой, когда Саша стянула с меня футболку и поцеловала где-то в районе ключиц. Мы были безумными. Такое чувство, что больше ничего и не надо. Необходимо только чувствовать ее под собой. Платье Саши с треском разорвалось под напором моих рук и полетело в сторону. И у меня снесло крышу во второй раз, когда я увидел черное кружевное белье, в которое она была одета. Казалось, я не видел ничего прекраснее. Светлые кудри разметались по подушке, а в глазах такая похоть, что на миг я даже не узнал свою девочку. Черт, почему эти джинсы такие узкие? Возбужденный член уже характерно топорщился, так что я откинул нахер эти джинсы и вернулся к любимому занятию. Я въедался в ее рот, будто бы желая выпить все соки, всю ее, без остатка… Ее холодные пальцы сейчас просто обжигали каждое место, к какому бы она прикасалась. Ее стоны разрывали сознание, потому что это было нереально… нереально хорошо. — Денис… — тихо, почти невесомо прошептала она, снося последние остатки того, что оставалось от здравого смысла. И я снова поцеловал ее, пробуя вкус своего имени, а она отвечает со всей страстью, на которую только способна. Мои пальцы сами по себе скользили по ее бедрам, по талии, заставляя девушку выгибаться от удовольствия. Желание притянуть ее к себе еще ближе было нереальным. Она будто бы наркотик, от которого я уже никогда не смогу избавиться. Я никогда еще не хотел настолько. Я хочу быть в ней. Хочу чувствовать ее. Хочу быть с ней одним целым. Тогда мой указательный палец, отодвинув ее маленькие кружевные трусики, проник прямо в нее. Такую мокрую, желанную… Только для него. Она распахнута только для него. Такое приятное чувство осознавать, что еще никто и никогда не прикасался к ней так. В ней так туго и тесно. Мои губы поймали ее вскрик. Она выгибалась, ерзая на моем пальце, а затем последовал долгий, протяжный стон. Ее лифчик полетел в сторону, открывая вид на прекрасную грудь, которую я сразу же начал выцеловывать, так что мы оба стонали в унисон. Я чувствовал, что умру, если прямо сейчас не окажусь в ней. И я вошел в эту податливую, теплую, влажную плоть, шепча что-то несуразное, непонятное девушке на ухо. Что-то о том, как она мне дорога, как сильно я люблю ее, входя в нее все больше и больше. Она не кричала, нет. Она сильно зажмурилась, вцепившись маленькими пальчиками в мои напряженные плечи. Так хорошо мне не было еще ни с кем и никогда. Я двигался в ней медленно, стараясь не причинить малышке еще больше боли, ведь она такая хрупкая… Вскоре из ее рта все больше стали выходить стоны наслаждения, что не могло меня не радовать, ведь это были самые потрясающие звуки, которые я когда-либо слышал, а мое имя было самым прекрасным словом, которое когда-либо вылетало из ее рта. С каждым толчком в ее податливое тело я наращивал темп, а маленький ангел подо мной дрожал от наслаждения. Ее трясло, пока мои губы целовали ее скулы, щеки, нежную шею, выступающие ключицы… Выйдя из нее, я прикрыл глаза от наслаждения, потому что кончил прямо на ее бедро. Боже мой, не может быть настолько хорошо, просто не может быть… Девушка смотрела на меня из полу-прикрытых век, а затем тонкие ручки потянулись ко мне. Я крепко прижал ее тело к себе и укрыл нас одеялом. Мысли будто бы выветрились из моей головы, потому что уставшая малышка уткнулась в мое плечо и смешно засопела, уснув. Я был счастлив. И было плевать, что произойдет завтра.