***
Инджи жила самой непримечательной жизнью. Девушка дорожила немногим: лишь общежитием, где жила; школой, хоть учеба её и не удовлетворяла; и друзьями, которых Инджи считала семьей. Она никогда не оставалась в стороне, хоть и была интернатовской. Еще с пяти лет мама отдала девочку в приют, где, можно сказать, ее вырастили. Вместе с такими же сиротами Инджи ходила в школу по соседству. Власти отважились на эксперимент, смешав обычных ребят с детьми-сиротами, дабы и те, и другие адаптировались в обществе в будущем. Но все равно между группами всякий раз возникали стычки и брань. Инджи всегда выделялась из массы. Боевая, бесстрашная девочка, хулиганка, которая ухитрялась временами делать два дела одновременно. Чтобы она ни натворила, она всё равно оставалась виноватой в глазах сверстников и администрации. Сама Инджи смирилась с тем, что на неё каждый день тыкают пальцем и хихикают. Ей было наплевать. По сути, она могла вырвать любой девчонке волосы, стоит лишь той взглянуть в её сторону. Инджи давным-давно бросила учиться. Как правило, она приходила в школу, садилась за последнюю парту у окошка и весь урок изучала редкой красоты пальцы Бён Бэкхёна. Бён Бэкхён. Что же это за фрукт — этот Бён? Исключительный образец красавцев. Идеальное лицо и тело, дорогие шмотки. Инджи знала, что этого молодого человека ей ни за что не достать, но продолжала буравить его глазами, даже во время обеда. Девушка знала о своем объекте обожания всё: когда ест, спит, что предпочитает и где отдыхает. Случались дни, когда Инджи заставала парня за сигаретой. Она умилялась, когда изящные пальцы охватывали фильтр, а губы бантиком затягивали дым. Но было в Бёне что-то необычное, можно сказать, странное. Он ни разу ни с кем не встречался, не целовался и не держал девушку за руку. Некоторые окрестили Бэкхёна асексуалом, что, в общем, оказалось ещё одним слухом. Парень был самым обычным, а когда его спрашивали, почему у него нет девушки, говорил, что на свидания у него нет времени. — Привет, — поздоровалась с Инджи Нана. — Снова за своё? — Ага, — мечтательно сказала девушка, любуясь Бэкхёном. Бэкхён обедал с приятелями через пару столиков от Инджи и мило улыбался. — Он такой милашка, — признала Нана, отбирая у Инджи один наушник. — Поделишься? — Ещё чего? Он мой, целиком. И не мечтай, — обхватив поднос руками, Инджи попыталась отстоять свой обед. — Я про наушник, мечтательница, — хихикнула Нана. — Ты совсем скоро рехнёшься со своим Бэкхёном. Не замечаешь никого, кроме него. Вот поэтому у тебя и друзей нет. Может, и мне с тобой не разговаривать? — приставив руку к подбородку, молвила подруга. — Забирай наушники, — бросила плеер на столик Инджи, внимательно следя за походкой Бэкхёна. — Сейчас решается наша дружба, а ты опять про Бэкхёна? — приподняла бровь Нана. — Ты видела? — запищала Инджи, игнорируя вопрос подруги. — О боже, какая у него походка. Нана промолчала, принимаясь за обед и зная, что ответа на свой вопрос она дождётся, только когда Бэкхён пропадёт из поля зрения. Но парень, как назло, останавливался у столиков, здороваясь со всеми. Больше всего раздражало Нану то, что Инджи не уделяла ей времени, а днём и ночью твердила о Бэкхёне. Как только Бён скрылся за дверьми столовой, Инджи с грохотом бросила на стол ключи, привставая со стула. Нана ойкнула и взглянула на подругу. — Дубликат ключа готов, — радостно проговорила Инджи. — Сегодня ночью я попаду в святая святых, в комнату Бэкхёна. — Инджи-а? Ты сумасшедшая? — расширила глаза Нана, пытаясь привести подругу в чувство. — Я пытаюсь ощутить его целиком, поваляться на его кровати, поносить его одежду, хочу, чтобы дым его сигарет окутывал меня, — прикрыла глаза Инджи, улыбаясь до ушей. — Господи, — схватилась за голову Нана. — Сталкерша. Будешь продолжать — порву с тобой дружбу, — поднявшись со стула, девушка собрала посуду на поднос и величественно ушла. Инджи ничего не сказала, а только любовалась добытым ключом. Нана её простит, а вот попасть в комнату Бёна она не каждый день сможет. Сколько труда потратила она, чтобы раздобыть ключ. Сначала обвела вокруг пальца вахтёршу и сделала слепок ключа, затем уговорила педагога дать денег, якобы на новый телефон, ждала его две недели — и вот итог. Ключ её желаний в руках. — Жди меня, комната Бэкхёна, — чмокнув железку, девушка сжала ключ в ладони, глубоко вздыхая. Сначала Инджи было страшно влезать в комнату Бёна, но девчонка безумно хотела попасть туда. Она знала, что Бэкхён уйдёт ночевать домой, поэтому спокойно приготовилась к «вторжению». В последнее время Инджи ловила себя на мысли, что Бэкхён ей часто снится в эротических сценах, где она сжимает плечи парня и страстно выкрикивает его имя. Уроки тянулись мучительно долго, а всё потому, что Инджи не могла успокоиться и набраться терпения.***
Страшно узнавать чьи-то секреты.