Солнце Конохи

"- Прошёл месяц. Долбанный месяц, Курама. Каждый божий день миссии D-ранга, ты же понимаешь, что я просто этого унижения больше не вынесу!" "- Не ной, Наруко..." - устало бубнил Курама, тщетно пытаясь заснуть. Дело всё в миссиях, что получал его сосуд. То ей не нравилось, то было скучно, то слишком мелочно и вообще, ниндзя она или где? Кураму это порядком подзаебало, особенно, когда она приходила к нему жаловаться, будто бы он мог что-то изменить. - Так, выбирайте, что будете делать сегодня... - попыхивая трубкой, неторопливо говорил Третий. Наруко заинтересованно поглядывала на бумаги, которые он перебирал, скрестив пальцы за спиной. - ..Вскопать огород, нянчить ребёнка жены Даймё, поймать кошку Тору жены Даймё.. Всё, баста. Наруко вспыхнула, как спичка, и взорвалась возмущенной тирадой: - Да это просто каторга, даттебайо! Нам эта госпожа Шиджима, её визгливый отпрыск и дьявольский кот с отвратительным характером уже в кошмарах снится! Дайте нам уже нормальную миссию! - Уймись, Наруко! Вы ещё только стали генинами и не можете выполнять миссии выше D-ранга! - громко возмутился Ирука, хлопнув ладонью по столу. Узумаки перевела на него взгляд, отметив там и заботу, и возмущение. Причём, второго сейчас было в два раза больше. Вот ещё! - Я не прошу мне дать уничтожать нукенинов, хотя, признаю, было бы неплохо. Я требую нормальную миссию, - с нажимом ответила Наруко, стреляя злобно глазами в бывшего преподавателя. Он, как оказалось, был хорошим человеком, пусть поначалу плохо относился к ней. Но, после того, как Наруко разрисовала лица каге и Ируке сказали поймать её и заставить пойти на отработку, они наконец-то поговорили. Ирука оказался очень приятным, и, что ещё подняло его в глазах Узумаки, тоже любил рамен и с того дня частенько её угощал в Ичираку. Наверное, одноклассники очень удивились переменившемуся отношению сенсея к Узумаки, и, в общем-то, небезосновательно: они подружились лишь в её последний год учёбы в академии. Но, чёрт возьми, именно сейчас он не может помешать ей, пусть она его и уважает. Выбрать хорошее задание - её цель! - Ты ведь не отступишь, так? - из уст Умино это прозвучало скорее утвердительно, чем вопросительно. Хокаге тоже вскоре сдался: - Ладно, твоя взяла, - демонстративно развёл руками старик Третий и как-то загадочно улыбнулся. Наруко немного передёрнуло. - Я даю вам миссию C-ранга. Тазуна-сан, заходите. В кабинет, пошатываясь, ввалился пьяный старик, в старой засаленной рубахе и серых, уже обесцвеченных, штанах, в соломенной шляпе от солнца. Наруко от удивления раззявила рот, даже не заметив, что у Сакуры была подобная реакция, а Саске и Какаши на диво синхронно скривились. На ногах у мужчины были потертые сланцы грязно-синего цвета, а в руках держал ополовиненную бутылку саке. - Эти детишки будут меня охранять? - старик почти придирчиво осмотрел всех присутствующих с ног до головы своими чёрными, немного узкими глазами из-под тонкой оправы очков. Остановил свой взор на блондинке, из-за чего той стало не по себе, и ухмыльнулся. - А эта коротышка хоть ниндзя? - сказал старик с усмешкой. - Ты кого коротышкой назвал, старый кусок ммммм!... - Какаши вовремя закрыл рот ученице, увёл её, до чёртиков обозлённую и с кулаками наготове, в сторонку и натянуто улыбнулся заказчику. Он сразу понял, что миссия будет тяжёлой, особенно, с учениками, которые за целый месяц ни на шаг не продвинулись к нормальной командной работе. Свернув разговор, все разбрелись по домам, собираться на миссию.

***

Какаши не хотел просить миссию для детей, во всяком случае, он считал, что они слишком малы для убийств. Но Узумаки дожала Хокаге и это не прибавило тому авторитета в его глазах - так смотрят люди, довольные, что сплавили кому-то что-то ненужное и проблемное. Охрана мостостроителя на пути в другую страну подразумевала собой защиту от грабителей и разбойников, благо, не нукенинов - ранг задания не тот. Свою команду он считал почти безнадёжной, почти. Единственным светлым лучом в ней была Наруко. Она улыбалась, как Кушина-сан, была ответственной, как Минато-сенсей, пусть и частенько ныла из-за неподходящих для неё заданий. При всём этом она всё равно их выполняла, и выполняла очень хорошо. Она определённо была очень способной девочкой, что позволяло ей выводить спарринги с Учихой в ничью и даже с попеременными победами. И что-то ему подсказывает, что она специально не раскрывает все свои карты, пряча козырь в рукаве, больно хитрый у неё взгляд. Саске.. был слишком зациклен на себе и своих мыслях, и, в общем-то, его можно было понять: потерять за один вечер семью и остаться с поломанной психикой - уж Какаши-то его понимает как никто другой. Ему самому доводилось терять близких и видеть их смерть. Наверное, если бы не наследница Четвёртого, он бы вообще отстранился от этого мира и засел в своих книгах до конца жизни. Ему ещё есть, кого защищать. Что бы там ни было, он защитит и Сакуру, которая больше любит Саске и растит своё эго, которая постоянно кричит и огрызается с Узумаки. Он защитит и Саске, который так отчаянно рвётся сделать всё самостоятельно и самоутвердиться. И Наруко, которая, как он догадывается, узнала его даже под маской собаки. ...Но к Тазуне-сану у него теперь уйма вопросов. ...И к Наруко тоже.

***

Идём в страну Волн, мы наконец-то покинем пределы деревни! Курама разделил мой восторг сухим: "Молодец, малявка" и приказал готовиться. Но что мне-то готовиться, даттебайо? Это слабой Сакуре нужно готовиться, чтобы хоть однажды отстать от Саске и подумать своими извилинами. Наскоро собрав рюкзак и заполнив его под завязку упаковками заварного рамена и оружием, я отправилась на полигон, закреплять результат тренировок, ибо утром мы пойдём на задание. С утяжелителями скакать по деревьям и наносить сильные удары для меня не проблема, главное - сохранять хладнокровие и медитировать почаще. Это, во-первых, успокаивает и отвлекает от проблем, а во-вторых, влияние демона на моё сознание - это вам не хухры-мухры. Ку хоть и скалится виновато, но ничего не может поделать. Всё чаще я стала замечать за собой то, что хочу крови. Убить кого-то просто так. Порезать, забить ногами, выцарапать глаза... А самое ужасное, мне вообще не страшно убивать. Ну, пыталась я только на деревянных манекенах, и даже редкие кошмары с убийствами перестали наводить на меня мандраж, но! Эта жажда крови появляется где-то внутри, как в те дни, когда меня избивали жители и я ничего не могла поделать, и она, чтоб её, не подчиняется ни мне, ни Кьюби - это лишь частица его ненависти, неотделимая, самостоятельная и тем опасная. Ку пожимает плечами и говорит, что мол так и так, выплескивай агрессию на полигоне и медитируй, успокаивайся. А вот как мне прикажете успокаиваться, когда прямо сегодня у меня, чтоб его, ещё и месячные начались! Это же самый настоящий ад! К Кураме с такой неловкой темой не обратишься, - он попросту не поймёт - а покупать первые прокладки было очень, очень неловко. И даже это, на удивление, своевременное физиологическое "происшествие" меня очень раздражало. Полигона иногда бывало мало, особенно, когда меня что-то злило. Могла бы - с удовольствием бы стукнула для профилактики крикливую Харуно и выплеснула негатив, но не могу. Она, всё-таки, моя сокомандница, да и хорошая подруга Ино. Что бы там ни было, когда я пересекла ворота деревни вместе со своей командой, почувствовала лёгкость и свободу. А ну их, месячные эти, всё итак хорошо. Дышалось даже легче! Утренняя роса украшала свежую траву и листья, щекотала пятки. Птицы щебетали на деревьях, проплывали по небу, теряясь в облаках - засмотревшись на эту непринуждённую красоту природы, я только сейчас поняла Шикамару. Этот лентяюга мечтал стать облаком и лететь, куда его несёт ветер, и беззлобно шутил, что его мечта гораздо реалистичнее, чем у неё. Да что он понимает! Стать Хокаге - вот, какой должна быть мечта, цель!.. Но небо очень красивое. Как мои глаза и глаза моего отца. Правда, повзрослев, я заметила, что мои глаза стали не чисто голубыми, а с фиолетовыми прожилками, как у мамы, но так отливали они только в темноте. Я гордилась этим, да что там, меня это восхитило: лицо у меня было абсолютной копией папы, с мягкими чертами, овальным лицом и чуть раскосыми глазами, а теперь частичка и мамы, несмотря на характер, присутствует. Какаши-сенсей однажды сказал, что моя широкая улыбка может врагов в случае чего ослепить. Это показалось мне милым. А Курама добавил, что по-настоящему я смогу их ослепить Биджудамой, когда смогу подчинить его чакру, но, знаете, слова "ослепить" и "испепелить" - разные вещи. Сакура опять пристала к Саске, а он, на моё удивление, чуть ли не жался ко мне, сверкая глазами. Если бы я не знала, что он меня недолюбливает (и это взаимно), то подумала бы, что влюбился. Благо, Какаши-сенсей ничего этого не видел, спрятавшись в своей, как оказалось, порно-книге. Я такое, конечно, не читала, но и никогда не подумала, что это - любимая книга Какаши. Однажды я ухитрилась оказаться позади него и незаметно, из чистого любопытства, прочитать пол странички. Просто было жутко интересно.. Ку сказал мне, что как только я смогу управлять его чакрой, он освободится и даст этому, цитирую, "ебучему извращенцу тако-ого леща", но вспомнил, что, в общем-то, это была моя инициатива, и наказал меня жестокой тренировкой, такой, какой не было даже тогда, когда я придумала Ойроке но дзюцу. Но вот сейчас я бы предпочла вместе с сенсеем читать его книгу, чем стоять позади Тазуны и дышать перегаром. А ветра, как назло, нет, жара стоит невыносимая. Хорошо, что я переоделась в синие шорты и футболку, отправив тёплую куртку в дальний отсек рюкзака. Ноги обуты в синие сандалии ниндзя - очень удобные, с гибкой и плотной подошвой, в них бегать удобнее, чем в каких-то классических гэта. Я вообще не признаю подобную древнюю обувь, а кимоно на заданиях носить - уж увольте. Тем более, они стоят дорого, а из тех, что мне дарила Микото-сан, я уже выросла. Курама вчера сказал снять утяжелители и дать ногам отдохнуть - пусть я к оным привыкла, но против ничего не имела - думаю, драться будет удобнее налегке, без сотни килограмм дополнительного веса, и скорость моя значительно увеличится. Через очередные пятьсот метров пути я, обмахиваясь ладошкой от жары, обнаружила чью-то недобрую ауру. Злое намерение так и освещало неприметную лужицу с, как оказалось после беглого осмотра, чакрой двух шиноби. Хотя, неприметной её назвать было сложно - всё-таки, дождей не было уж неделю. Лучше бы сразу напролом напали. Сенсором из-за моего чутья меня, конечно, не назвать, но в радиусе километра я могу обнаружить вражеское намерение - это было огромным плюсом из-за влияния на меня Курамы, ибо вместе с этим у меня в разы усилился слух и обоняние. Я уверена, что Какаши-сенсей уже заметил врагов, раз так спокойно идет впереди всех и, не отвлекаясь, читает. Интересно, а Саске-теме и Сакура заметили? "- Святой Рикудо! Не думай так громко, мелочь, спать мне мешаешь." "- Ой, какой бедный Лис, на шёлковых подушках не спится из-за моих мыслей? И вообще, хватит называть меня мелкой!" "- А кто ты, взрослая что ли?" "- ..Ладно-ладно, не буду тебя тревожить, просто мне даже интересно, сильные ли те двое шиноби." - Зассала что ли, мелкая? Они поверхностное слабачьё, не более, - пренебрежительно фыркнул Кьюби, и Наруко прикусила язык. Уж не перед ним ей говорить о сильных и слабых противниках. - Сама справишься, зато жажду крови утолишь.. А лучше дай мне размяться. Обещаю, я буду очень аккуратен." - Э-э-э, нет, ттебайо, я ни за что не дам тебе контро... - Наруко поздно пожалела о том, что зашла в подсознание. Но было уже поздно. Лис был раздражён из-за того, что его так нагло разбудили, и потребовал развлечений. Он мог управлять телом Узумаки, но для этого нужна сильная концентрация, чтобы его чакра не высвободилась. Наруко, конечно, может управлять своим телом, когда находится в своём подсознании, но для этого тоже надо сконцентрироваться, иначе она застынет в одном положении, смотря в одну точку. А сейчас она, сморенная небольшим количеством чакры Курамы (как он это так незаметно сделал?), звучно шлёпнулась носом в траву и засопела. Ничего, это ненадолго, всего на пару минут, зато какие!..

***

- Просыпайся, мелочь! - громкий голос Кьюби заставил бедную блондинку вскрикнуть, схватившись за голову и приподнимаясь на колени. - К..курама! - заорала девчонка, размахивая руками перед ухмыляющимся демоном, что, как кот, перекатился на подушке и зевнул, щёлкнув пастью. - Что ты сделал? Как ты это сделал? Ками.. Какаши там хоть жив? - вцепилась пальцами в шерсть Лиса и требовательно топнула ногой, требуя немедленного ответа. Как ребёнок. Ну и как её мелкой не называть? - Да всё с твоим извращенцем хорошо, и даже с шаринганистым этим, как его.. А, неважно. Я просто развлёкся с теми отбросами. - Я уже представляю, как ты развлёкся, и скажу честно - меня подташнивает. - Тогда пусть тебя вырвет там, а не здесь. И, кстати, увидишь кишки на земле - не пугайся. - ..Тц, ладно, до скорого, - с унылым выражением лица Наруко вышла из подсознания. А в реальности чуть не подскользнулась на так называемых кишках одного из.. кхм. Ошмётков тел. - ..Ой, блин, руки испачкала, - проворчала голубоглазая, нарочито избегая чужих ошарашенных взглядов, и настороженного - Какаши. Почему-то именно ему было стыдно показаться в таком виде. - Н-наруко!... - истошно завопила Сакура, упала на колени вся в холодном поту. Тазуна стоял, привалившись к дереву, где-то недалеко в полуобморочном состоянии. - Что, Сакура? - как можно более непринуждённо улыбнувшись, по привычке почесала затылок. - ..Чего вы все на меня так странно смотрите? Опять перевела взгляд на руки. Она же только что.. Ой. Точно щас вырвет. "- Курама, я тебе это припомню! Как мне, блять, выкручиваться!?" "- Импровизируй." - оскалился Лис.

***

Что бы там ни было, от увиденного обалдел даже Саске. Он вообще не успел заметить противника и мысленно корил себя за невнимательность, но Наруко, как оказывается, соображала лучше всех. И это бесило. На них напали два шиноби, выплыв буквально из ничем не примечательной лужи. Учиха медленно сморгнул, как только осознал свой прокол - дождей-то не было уже целую неделю! Первым был убит Какаши - его разорвало цепями. Сакура закричала так дико, что у Саске аж потемнело в глазах, но он успел заметить, как чья-то тень быстро скользнула за ближайшее дерево. Ну конечно, джонин не может так быстро уйти в расход, значит, решил их проверить. Только вот не успел Учиха отправить Сакуру с мостостроителем в сторону и принять бой, как почувствовал дикую Ки, что чуть не сбивало с ног. Он бы даже сказал нечеловеческую Ки. И исходила она, как не удивительно, от Наруко - хрупкой, мелкой девчонки, с которой он был вроде как наравне, чего стыдился. Она беззлобно обзывала его сексистом и ввязывала в очередную потасовку, а он, честно, и рад был отвлечься от мыслей об Итачи и мести ему. Но Наруко ему не подруга, нет. Скорее, соперница, теме, недо-товарищ. Её глаза неестественно блестели красным, а один короткий взгляд, брошенный ею перед тем, как столкнуться с теми двумя шиноби, вызвал неконтролируемую дрожь и буквально пригвоздил к земле. Саске сцепил зубы, подавив рык ненависти и омерзительно-липкого бессилия. Наруко рвала голыми руками цепи, разделила врагов и вспорола им животы, тихо, но по-сумасшедшему, скаля зубы-клыки. У неё разве есть клыки?.. Внутренности врагов буквально вывалились наружу. Сакуру стошнило - она, наверное, в кои-то веке отстанет от Наруко со своими возмущёнными криками, - а Саске не то чтобы испугался её.. Он, наконец, действительно её зауважал. Узумаки могла сколько угодно кричать о том, что станет Хокаге, но если бы она позорно слилась перед настоящими врагами - она так и осталась бы крикливой недотёпой и в его глазах. ..Но, чёрт возьми, спустя какие-то жалкие секунды он смотрит в её невинные испуганные глаза, слышит лёгкий, дрожащий голос, и не понимает, кто она, в конце концов, такая. Сильная или бездарь? Друг или враг? И почему, почему именно она, а не он, Саске, убил тех двоих? Почему он не заметил их раньше? Почему он ничего не предпринял? Почему он сейчас смотрит неморгающим взглядом на то, что осталось от тех чунинов, пока Наруко нелепо улыбается и пачкает затылок в чужой крови. В голову прокрадывается мысль, что это не она, не настоящая его соперница. Иллюзия ли это, или её второе Я, но это точно не она. Значит, такая же слабачка-добе?.. Наверное. А, может, ущемлённое мужское самолюбие просто не хочет принять, что девчонка оказалась сильнее.

***

- М-ма, зря ты их сразу убила, Наруко. Можно было бы выпытать у них информацию. Наруко вздрогнула от голоса джонина и ещё раз натянуто улыбнулась. Ну, он хотя бы не высказался насчёт увиденной сцены, и осуждение в его глазах сменилось думами о произошедшей ситуации. - Простите, сенсей. Я знала, что вас так легко не убить, но я не знаю, что на меня нашло. Простите, - и поклон. Курама фыркнул. А он так старался! Какаши смерил её недоверчивым взглядом, который ничего хорошего ей не сулил. Но вскоре он отпустил девочку смыть с рук кровь и переключился на мостостроителя: - А вы, Тазуна-сан, ничего не хотите нам рассказать? Они преступники Тумана, чунины, а наша миссия защищать вас от мелких воров, это уже миссия В-ранга и, быть может, выше. Почему вы занизили ранг задания и подвергли опасности моих учеников? - ..Понимаете... - замялся старик, дрожащей рукой поправляя очки. - ..Наша страна беднеет из-за одного человека - Гато Компани, который захватил нашу страну и продает через других преступников наркотики. Я - главный мостостроитель, и если я дострою мост, то Гато утратит основной источник дохода, так как мы будем контактировать с материком и островами. Даже у Даймё не хватает денег на наём высокоранговых шиноби. Простите меня, что скрыл правду. - Какаши-сенсей, думаю, что нам нужно помочь убить этого Гато! - сказала я весело. Руки, словом, были старательно оттерты с помощью салфеток от чистюли Сакуры. Хатаке перевёл на неё нечитаемый взгляд, под которым она заметно поубавила пыл. - Н-ну, то есть, просто помочь людям, это же благородное дело, ттебайо... - уже нервно улыбнулась Наруко от осознания того, что сейчас ляпнула. - Давайте проголосуем, кто за то, чтобы продолжить миссию, - подумав, предложил Хатаке. - Я за! - бодро кивнула Наруко, выдавив ободряющую улыбку для мостостроителя. Тот, кажется, уже и протрезвел. - Я за, - Саске ответил почти синхронно с Узумаки, но его недобрый взгляд, направленный на блондинку, что-то да значил... Кажется, к ней будет много вопросов. - Сакура? - Узумаки хлопнула застывшую девочку по плечу. Та вздрогнула и потупила взор. - Выбора у меня всё равно нет - я за. - Мы продолжим миссию, - подытожил джонин. Мостостроитель вздохнул с облегчением.

***

Дальше мы плыли на лодке. Медленно-медленно, мне так хотелось отобрать вёсла у того старпёра-лодочника и огреть его ими, чтобы мотор включил! Меня сдерживал лишь Какаши-сенсей, да и остатки благоразумия. Как только мы вылезли из лодки, лодочник распрощался с нами и уплыл. Включил мотор и уплыл. Сука! После той кровавой бойни со мной (Курамой) в главной роли напряженная атмосфера, повисшая над нами в воздухе, была способна замораживать время. Оно та-ак медленно шло... Разрядило обстановку ощущение неприятной давки на сознание - две сильные ауры с не самыми лучшими побуждениями. Ну, что ж, теперь-то я никого своим проявлением агрессии не удивлю. А всё из-за этой чёртовой жажды крови! Курама виноват - он это не может контролировать, он и виноват. Хотя, вот как раз сейчас он тихо-мирно дрыхнет, как домашний кот, на перине, и трогать (и упоминать о нём даже в мыслях) его категорически запрещено. Когда послышался слабый шорох в кустах, не задумываясь, я на автомате кинула туда кунай и медленно, с опаской подошла. Уставилась на перепуганного кролика. Тьфу ты. Но почему он белый? Наверняка же домашний. Харуно осторожно подошла, всмотрелась в мою "цель" и обозвала меня живодёркой. Вот ещё, я же его не убила. ..Враг рядом... - Ложись! - внезапно крикнул Какаши и повалил на землю Тазуну. Саске пригнулся, а я потянула за руку опешившую Сакуру. Меч врезался в дерево, напротив которого лежали мы. Не самая лучшая позиция - я снова дёрнула Харуно и мы потихоньку отползали назад, к сенсею. Мне и регенерация не поможет, если голову отрежет такой-то здоровенный тесак, ттебайо... На его рукоятку приземлился мужчина тридцати лет в чёрных сандалиях шиноби, сине-чёрных штанах, с голым торсом, чёрными глазами с маниакальным блеском. Половина его лица перебинтована, но я так и чувствую его самодовольную ухмылку. - Отдайте мостостроителя, и, так и быть, я вас пощажу, - в глазах - насмешка, превосходство, уверенность. И капля безумия. Он окинул беглым взглядом нас, свою, очевидно, цель и остановился на сенсее, явно заинтересовавшись. - Хатаке Какаши.. какая честь встретить тебя. Сын Белого Клыка Конохи, знаешь, за твою голову на чёрном рынке дадут много денег. Ну что же, покажи свою силу, надеюсь, ты хоть немного развлечёшь меня. - Отступник Тумана, занесенный в книгу Бинго, Момочи Забуза, - отплатил той же монетой джонин, попутно приподнимая хитай-ате с левого глаза. На огромное удивление Саске, у него был шаринган. - Мечтал вас увидеть, Забуза-сан. Дети, защищайте Тадзуну-сана, это противник не вашего уровня. Момочи с невероятной лёгкостью достал огромный меч из коры дерева и, подпрыгнув, замахнулся. Кажется, про нас, генинов, он напрочь забыл. И, знаете, я очень рада, что он нас недооценил.. Хатаке отразил удар кунаем (Ками, как?!) и двумя идентичными стычками сумел увести врага подальше от мостостроителя и нас. Началось сражение. Так хочется поглазеть... Хорошо, что с моим зрением туман не был помехой.

***

Сакура сразу невзлюбила Наруко. Эта назойливая блондинка была чересчур яркой, энергичной, привлекательной, и, что самое важное, она была единственной девчонкой, с которой общался Саске-кун. Сакура не понимала этого, хоть убей. Что их в принципе могло объединять? Ну не дружат же они семьями, ну правда! Сакура не жила в пещере, но о том, что эта Узумаки сирота, она действительно не знала, и даже мысленно посочувствовала. Признать, Харуно встречала её пару раз на улице, мельком видела и подмечала, как окружающие смотрят на неё, презрительно поджимая губы. Даже её, Сакуры, родители. Когда Сакура поступила в академию и родители спросили, кто её одноклассники, она ничего про эту девочку не сказала. Много ей чести будет. Сакура росла, старалась отрастить длинные волосы, как любит Саске-кун, очаровать его своей милой улыбкой и редкой красотой волос.. Она же ничем не хуже Наруко! Но почему, почему их вызывали на спарринги, почему они спорили друг с другом, почему вообще тогда общались! Ну у них же совсем ничего общего! Сакура лишь недавно поняла, что нечто общее у них всё-таки есть. Взгляд. Одинокий, притягивающий и отталкивающий одновременно. Если бы Саске-кун не был таким красавцем, его дикие и пугающие глаза-бездны бы её оттолкнули. Она ничего не понимала и не слышала, все его выжатые в её адрес: "Ты меня раздражаешь" и "Ты бесполезна, как шиноби" Харуно беззаботно пропускала мимо ушей; будучи в команде с надоедливой голубоглазой блондинкой (почему у той такие длинные и густые волосы цвета солнца и глаза, яркие, как небо?), она лишь кричала и ссорилась с ней, пытаясь понять, докопаться до истины: неужели смазливая внешность и запальчивость Узумаки его так привлекла?.. Нет, всё не так. Она, Сакура, просто дура, раз думает о таком даже на пути в Нами но Куни, во время серьёзной миссии. Её вывернуло наизнанку от того, что она увидела. Наруко порвала двух шиноби, причем буквально! Распоротые их же цепями животы, оторванные с мясом руки, внутренности на пыльной дороге... ..А Саске-кун не испугался. Он смотрел на неё, соперницу Сакуры и свою, таким взглядом, который Харуно всегда мечтала получить. Оценивающий. Чтобы обратил внимание, чтобы понял, какая она красивая, хорошая и вообще... Но Сакура была слабой и Саске смотреть на неё вообще не хотел. Она мешалась, путалась под ногами, раздражала, а ей самой не хватало сил этого понять. Продолжение миссии показалось для неё несчастьем, которое стоило пережить хоть как-то, прячась за спинами Саске-куна и такой ненавистной Наруко. У них обоих предвкушающие ухмылки, а у Сакуры - дрожь в коленях и мурашки по спине. И почему она считала, что лучше Наруко? Почему считала себя умнее, отчитывая её? Она что, такая же сильная, уверенная в себе куноичи?... Далеко нет. У Наруко глаза ярче, усмешка острее, кулаки сильнее. Похоже, Сакура только сейчас поняла, что ей не нравится стоять за чужими спинами и ощущать себя не сильнее комара. На глаза попался промелькнувший перед ногами белый кролик. Ксо, она ведь даже испуганная кричала на Узумаки, лишь бы не показать свой страх при Саске-куне... Дура, дура, дура! Может, ей стоит быть с Наруко помягче?...

***

Стоим, окружаем Тадзуну защитным кольцом, и напряженно молчим, вглядываясь в туман. Вижу я всё очень смутно, тем более, за молниеносными движениями двух джонинов не уследишь, и, додумавшись, напрягаю лишь слух. Так будет надёжнее. Курама отмалчивается, спит. Сбоку от меня тяжкое дыхание Сакуры сбивало со всяких мыслей. Саске ещё ничего - сцепил упрямо зубы и молчит, перехватывая их кобуры кунай. - Саске, Сакура, расслабьтесь хоть чуть-чуть - чем сильнее вы напряжены, тем меньше соображаете, - шепнула голубоглазая. - Сакура - в случае чего стоишь на охране Тазуны. Саске - в случае чего мы будем на подхвате у Какаши-сенсея. Сейчас к ним лезть бесполезно, но наша помощь может понадобиться в любой момент, будь настороже. - Да, - кивнул Саске, а после замялся. - ..Что на тебя нашло тогда? Узумаки сконфузилась. - Э-э-э... Я объясню, но только потом, когда всё утрясётся. А ты, Саске, знаешь, откуда у сенсея шаринган? - в ответ мне лишь хмуро покачали головой. - Ясно. Я не думаю, что сенсей его забрал у кого-то из Учиха. Или, может быть, это была награда за победу?... Если да, то сенсей невероятен, если управляет додзюцу без клановой принадлежности. Хотя, он и так невероятен, хотя бы потому, что способен отбивать удары такого тесака одним кунаем и чистой физической силой. Её таинственный шиноби-защитник продолжал удивлять. То необычная литература, то шаринган в левой глазнице, то такая мужественная и притягательная сила, эх... ..Ксо, чувствую приближение врага. На слух полагаться бесполезно, он слишком быстр и опытен. Но, скорее всего, это клон, сенсей бы его так просто бы не подпустил к нам. Клон занёс меч, грозясь оттесать голову мне и Сакуре. Ну, у неё точно сил не хватит, чтобы сделать хоть что-то. Ухитрившись, ударила того кунаем в живот и, приложив чакру, провела рукой вверх, с усилием разрывая грудную клетку и доходя до самого горла - брызги воды от водяного клона окатили меня с ног до головы. Сакура громко сглотнула, а после позвала меня по имени. Ого, это что-то новенькое. - Что такое, Сакура? - немного нервно, но, всё-таки, вполне дружелюбно, насколько позволяла ситуация. Она замялась, краснея, и выпалила: - Спасибо тебе большое! - ..Не за что, ттебайо. Я не привыкла к её вниманию, скорее, к крикам и возмущениям. Она вечно ноет, но, может, хоть это задание вобьёт в её дурную голову хоть какие-то положительные мысли. Судя по тому, что она поблагодарила меня, то мысли уже пустили ростки. Туман через пару минут сошёл, и стало хорошо видно происходящее, и это происходящее мне совсем не нравится... Сенсей оказался в водяной ловушке. Чёрт, этот Забуза, судя по водному клону, имеет стихию воды, и он специально поддался напору сенсея, чтобы затащить его на свою территорию. Ксо! - Бегите отсюда, живо! - доносится до нас почти отчаянный крик джонина. Он.. переживает за нас? Боится?.. - Да ни за что! - кричу ему в ответ, судорожно придумывая план действий. Сакура нерешительно дёргает меня за рукав и еле шевелит дрожащими от страха губами. - Ты с ума сошла? - шиплю на неё, как змея. - Мы не имеем право бросить нашего сенсея! Тем более, ты что, думаешь, что он нас не догонит? Забуза занял одну руку на поддержание водяной тюрьмы, а другой рукой (вот ещё одна его удивительная способность) вызвал водного клона. Саске уничтожил его фума-сюрикеном, тихо и презрительно фыркая. Ну да, простыми клонами нас не взять. Чтобы добраться до нас и мостостроителя, ему придётся подойти лично. О втором источнике сильной ауры я благополучно позабыла - его намерения и раньше были нечитаемы, а теперь я слышу в нём лишь тщательно скрываемое волнение. Волнение.. А это вообще враг? Но я могу ошибаться... - ..Сакура, защищай Тадзуну. Саске, у меня появился план, - рассказав всё задуманное, Учиха просто кивнул, соглашаясь с планом, и немного его подкорректировал. Сами убить мы его по-любому не сможем (Лис сейчас спит и будить его вновь будет чревато для меня и окружающих, если он решит повторить тот финт с подменой сознания), но отвлечь и дать Какаши шанс можем. Я кинула под ноги себе и Саске дымовую шашку, использовала превращение - я стала "фума-сюрикеном", который Учиха забрал и достал ещё один в сумке. Метнул сначала фума-сюрикен, потом метнул "меня". Так как туман ещё не успел сойти, со стороны Забузы казалось, что Саске метнул лишь один сюрикен, а громкий свист оружия был характерен для такого размера железяки. Ожидаемо, первое оружие он отбил, но второе-то нет! С тихим хлопком я превратилась в себя любимую и эффектно, как только могла, замахнулась кунаем для удара. Не ожидавший такой подлянки от генинов, Момочи отскочил от удара, отменив технику. Дзюцу Водной тюрьмы отменилось, а я, не получив опоры в виде любой части тела нукенина, с оглушительным всплеском нырнула под воду, тотчас же запаниковав. Глаза открывать бесполезно, поэтому я развернулась на сто восемьдесят градусов и поплыла под водой в сторону берега. Ходить по воде я-то умею, а быстро сориентироваться и подать чакру в ноги не могу. Мне оставалось лишь надеяться, что меня не закроют в такой же Водяной ловушке, и плыть предполагаемо к берегу, не привлекая внимания занятых джонинов. После освобождения сенсея из плена, тяжёлый бой перенёсся обратно на сушу, но был прерван очень неожиданным способом - в Забузу неожиданно метнули сенбоны, попав прямо в шею. Тот упал замертво и, кажется, вообще не подавал признаки жизни. Едва выплыв из воды, я, игнорируя стучащие от холода зубы, приблизилась к телу, растирая плечи. Сенсей проверил пульс и сказал, что тот мёртв. ..Чёрт, это дело рук врага! Я ведь практически забыла о том, другом источнике энергии, а напал ведь только Забуза. Злых намерений, что странно, я всё равно не почувствовала, но подросток, скрытый под странной маской, доверия не внушал ни капли. - ..Можешь не прикидываться, я знаю, кто ты! - шиплю, бросая в него кунаи. Как до этого выразился сенсей, ойнин (теперь псевдо) на удивление резво подхватил своего, как оказывается, напарника, и достал из шеи того сенбоны. Ладонь его засветилась зелёной чакрой. Забуза медленно открыл глаза. Теперь ясно - медик в состоянии иглами погрузить человека в сон (как это там называется, летаргический сон, нэ?) и вывести его из этого состояния. Что ж, удобно, но нукенин-то знатно истощён. - Наруко, Саске, возьмите на себя паренька, я займусь Забузой, - устало протянул сенсей. Опять началось сражение. Пока Сакура защищала Тазуну, мы с Саске решили победить парня в ближнем бою, но своими иглами он мешал нам к нему приблизиться. Мы с Учихой искренне удивились, когда он, как и Момочи, складывал печати одной рукой. Вот это действительно плохо. Здесь много воды, и иглы, как оказывается, он создает именно из неё. Сейчас он в своей стихии. Я, конечно, знаю пару техник стихии ветра, но не успеваю складывать печати, чтобы их применить, ведь парень закидывает нас иглами, а не отбить их я просто не могу, если, конечно, не побоюсь нырнуть в искусственную кому после такого. Почему мы, блин, дерёмся возле реки?! ..Ну супер просто, техника Водяных зеркал демона, или как он там сказал, окружила нас. Мы с Учихой столкнулись спинами, тяжело дыша. Парень практически вошёл в одно зеркало и отражается во всех. Это, с одной стороны, восхищало - всё-таки, не в пример лучше тех отбросов-чунинов, которых выпотрошил Курама, - но и очень пугало. Он действительно силён. Но сколько я не прислушивалась к своим ощущениям, не могла понять, почему он не злится на нас, почему не убивает сразу, он же спец по метанию игл! А его аура светло-серая, лишь подёрнутая тёмной дымкой, но не такой грузной и густой, как у Забузы. Это добавляло вопросы. Псевдо-ойнин бегает по зеркалам так, что не видно, откуда он метает сенбоны. Слева, справа, сзади, спереди, сверху - везде. От одного отбитого сенбона с чакрой у меня откололось лезвие куная, и по телу через секунду разлилась колющая боль - в меня попал не один десяток метательного оружия. Скосив глаза на напарника, понимаю, что у него дела обстоят не лучше. Мы уворачивались от игл, как могли, но через долгие пять минут стали, как дикобразы. Курама всё ещё дрыхнет: его определённо нельзя будить, тем более, в его силах лишь дать мне порцию чакры на технику, но, повторюсь, складывать печати я буду долго, а вдобавок могу задеть Саске. Сам Лис ближайшие полдня не сможет меня заменить из-за отката, поэтому, в общем-то, его порыв восполнить силы крепким сном стала не просто прихотью, а необходимостью. Ксо! Руки насквозь продырявлены иглами, из рук вываливается кунай. Мне бы достать их из тела и регенерация сделала бы своё дело вне зависимости от влияния Кьюби, но я не могу - перевожу мутный взгляд на зеркала. Кажется, теперь этого парнишки стало в два раза больше.. Или это в глазах двоится?.. От очередной порции игл у меня не было сил отбиться - я извлекла из ладони пару сенбонов и приготовилась отразить атаку хоть как-то. Бесполезная попытка. Прости, Ку, я оказалась полной слабачкой... Падаю на землю от усталости, вжав голову в шею, и крепко зажмуриваюсь, готовясь принять град оружия. Спустя пару секунд ничего не происходит, оттого ещё страшнее. Открываю глаза, натыкаюсь на продырявленный и залитый кровью мон Учиха на спине. Руки, ноги, спина, шея - он весь покрыт иглами, как и я, но.. - Учиха, какого чёрта ты меня защищаешь?! - кричу, вытирая слёзы и нечаянно царапая щеку сенбоном. - Ты добе, Узумаки... - прошептал он и, откашлявшись, сплюнул сгусток крови. Повернул ко мне голову, медленно моргнул. - Слёзы вытри, идиотка. Тело само двигалось, я не хотел тебя спасать... В полуприкрытых глазах Саске сверкал шаринган с одной томоэ. Пробудился бы он чуть раньше... Саске упал бы на спину, если бы я не поймала его и уложила на землю как можно мягче. Он меня защищал. Свою вечную соперницу. Он смертельно ранен и без сознания. Какаши сейчас далеко. Я - не врач, но даже я понимаю, что мало шансов выжить от таких ран. Вынимаю сенбон из его бледной щеки, провожу по кровавой дорожке под губой кончиками пальцев. Прикладываю дрожащие пальцы к сонной артерии, едва-едва улавливая стук сердца. Он почти не дышит. Встаю на ноги, вскидывая голову. Где-то в подсознании Кьюби резко распахивает кровавые глаза с узким, натянутым, как тонкая нить, зрачком. - Я. Тебя. Убью.