Faking It

Маги, не имеющие фамильяров, не были ужасной редкостью, но обычно такими были старики вроде прадяди Стэна, чьи фамильяры погибли — от старости, в дуэли или же в сражении. В конце концов, они были всего лишь животными, и как бы полезны и приятны не были, бессмертием похвастаться не могли. К тому времени, когда люди достигали среднего возраста, большая их часть уже теряла своих фамильяров и заводила новых. Говорят, что ты никогда не забудешь своего первого, что сочетание вашей магии будет влиять на тебя до конца твоей жизни. Дипперу восемнадцать, и у него все еще нет фамильяра. Ему так не удалось найти животное, которое подходило бы его магии. Маг-практик его возраста без фамильяра выглядел, в лучшем случае, странно, а в худшем…ну, Диппер слышал о себе вещи гораздо грубее. По крайней мере здесь, в Гравити Фоллс, его жалели из-за отсутствия компаньона, а не избегали, как уродца с магией. И все же, когда он видел Мейбл и Воддлса, проводящих время вместе, эти костюмы, сделанные для поросенка, этот необычный розовый оттенок во всех заклинаниях, которые она создавала, эти объятия… Ситуация беспокоила его. Сильно. У Мейбл годами был фамильяр, а Диппер не мог найти существо, сочетавшееся с его магией или по крайней мере желавшее задержаться рядом с ним подольше. Конечно, он любил животных, но ни одно из них не хотело общаться с ним, когда рядом была Мейбл. Она привлекала их любовь как магнит, и небезосновательно — она была чудесным человеком. И все же это заставляло Диппера почувствовать себя покинутым. Особенно если это значило, что он никогда не сможет сформировать связь. Он наконец понял это, когда подружился с белкой. Это, конечно, не то животное, которое он бы выбрал фамильяром, но первое, которому, как ему казалось, он искренне понравился. Но когда Мейбл вернулась в хижину, оживленная после поездки с Пасификой, глупый комок шерсти мгновенно забыл о нем, практически умоляя его сестру почесать ему за ухом. Диппер сдался. Совершенно очевидно, у него нет никаких талантов. Да, он никогда не был таким же способным, как Мейбл, это было очевидно с тех пор как в их жизни начался подростковый период, но он не думал, что разница будет настолько огромна. Временами ему хочется ненавидеть собственную сестру, но не ее вина, что Диппер не самый одаренный волшебник в семье. Или что он несовместим с любым существующим животным. Он падает лицом в подушку, накрывает голову ещё одной и кричит от разочарования. Диппер еще долго ругается, а затем, вздохнув и уронив подушку на пол, переворачивается на бок. Есть…одна вещь, которую он еще может попробовать. Это смущающе и немного нездорово, но по крайней мере остальные маги перестанут так надменно смотреть на него. Иллюзорный фамильяр лучше, чем никакого. По крайней мере, до тех пор, пока он помнит, что от него надо избавиться, что нельзя привязываться к голограмме существа. По крайней мере, так у него будет хоть кто-то. Мейбл перестанет смотреть на него с этой неловкой улыбкой. Прадядя Стэн перестанет бояться смотреть ему в глаза каждый раз, когда кто-то рядом занимается своим фамильяром. Реакция Стэна даже хуже, чем у Мейбл, потому что Диппер знает, о чем думает его прадядя, даже если тот не говорит об этом вслух. Диппер размышляет над этим, растирая лицо, глаза пощипывает. К черту. Это ложь, но такая, которую он может поддерживать в течение долгого времени, а заклинание — осилить без посторонней помощи. Он садится на кровати, прочищая горло, и еще раз проводит руками по лицу. Ему нужны лишь нож и немного времени, и так как сейчас он один в Хижине, почему бы и не попробовать. Он устраивается на полу, еще раз обдумывая план действий, а затем расстилает чистую белую простынь: для заклинания потребуется кровь, и если он не хочет, чтобы Мейбл, Стэн или все в этом богом забытом городе узнали об этом, он должен будет прибраться после. Проще один раз постирать, чем отскрести засохшую кровь от деревянного пола. Он делает небольшой порез на коже, достаточный, чтобы провести ровную круговую черту на простыни вокруг него. Кровь сочится медленно, но многого ему и не надо. Это унизительно, и все же, пока Диппер поворачивается вокруг себя, продолжая рисовать круг на простыне, он чувствует себя лучше, делая хоть что-то. Фальшивка или нет, к концу дня у него будет кто-то рядом. Поддержка искусственного фамильяра отнимет у него добрую часть магии, с его отсутствием возможностей это не имело значения. От расстройства он почти сжимает руку, но вовремя останавливает себя, позволяя крови продолжать медленно растекаться по простыне. Никто не заметит. Он не заметил, как завершил кровавый круг, и, придя в себя, начал читать заклинание. Оно заберет добрую часть его магии и создаст иллюзию, которая будет следовать за ним, связанная с его телом так, чтобы не потеряться и не испариться. Все идет по плану. Легкий холод, вызванный утечкой магии через кровь, заставляет его задрожать. Диппер чувствует, как магическая энергия медленно скапливается внутри круга, становясь плотнее, и резонанс подсказывает ему, что она совпадает с его собственной магией. Диппер заканчивает заклинание и делает глубокий вдох, ожидая материализации своего воображаемого фамильяра. И с этой секунды все катится к чертям. Простыня под ним вспыхивает голубым огнем. Вся, полностью. Он бы отскочил, но отступать некуда: он охвачен этим пламенем, оно полностью окружает его, мерцает возле его рук и ног. Диппер внимательно осматривает себя: вроде бы ничего не болит, ничего не горит; поднимает взгляд- Внезапный болезненный удар, и на него из воздуха падает другой человек. Диппер сильно ударяется головой о пол и лежит где упал, ошеломленный. Простыня под ним уже полностью сгорела, и, несмотря на туманность восприятия, Диппер чувствует вдох, затем выдох другого человека, а тот уже садится, выпрямляясь, и громко стонет.  — Ну и какого черта ты вытворяешь? — спрашивает мужчина и встает, приводя одежду в порядок. Диппер, почти не моргая, глядит, как этот странный человек поправляет свой нелепый цилиндр. — Сколько раз меня ни призывали, — этот самый херовый, — мужчина оглядывает себя, медленно поднимает руку и слизывает маленькое пятнышко крови со своего пальца. — Хотя неплохая магия. На вкус кажется знакомой. Диппер тихо кашлянул. Ему больно одновременно от удара, с которым незнакомец приземлился на него, и от нехватки магии, много которой он только что потратил. Гораздо, гораздо больше, чем он ожидал. Он даже не знал, что у него есть столько сил. Все еще дезориентированный, он моргает и щурится.  — Извини, — он трет виски, несмотря на то, что руки все еще обессилены. — Просто…пытался сделать… Он не в силах закончить предложение и просто тихо стонет. Человек, стоящий перед ним, мягко фыркает.  — Что ж, ты не так интересен, как я думал, — он ухмыляется сам себе. — жди отвратительнейших сновидений до конца, о, — мужчина задумывается на секунду, — до конца твоей жизни. Зря потратил на тебя время, мешок с костями. Незнакомец вытягивает руки и закрывает глаз, — Диппер замечает, что другой скрыт какой-то повязкой, как странно —, а затем замирает. И снова вытягивает их. Человек делает несколько небрежных движений, а потом обходит Диппера кругом, что-то бормоча себе под нос. Диппер осторожно встряхивает головой и садится. Ему немного лучше, хотя ситуация заставляет его немного недоумевать — не может быть, чтобы заклинание не сработало. Диппер невольно касается пепла под собой. Круг должен был только призвать существо, сходное с его магией, но не похоже, что в мире, кроме этого мужчины, вообще есть что-то ещё, совместимое с ней. Человек прекращает ходить вокруг, останавливается прямо перед ним и вглядывается в него единственным сияющим глазом.  — Парень, что за заклинание ты пытался создать?  — Эм… — Во рту у Диппера пересыхает. Он сглатывает слюну и облизывает губы. — Я пытался, эээ, — признавать это невероятно стыдно, но взгляд у незнакомца слишком пугающий, чтобы пытаться ему соврать, — я пытался создать фальшивого фамильяра. Глаз человека распахивается шире, с его лица напрочь исчезают все эмоции. Он пристально смотрит на Диппера, затем отворачивается и делает несколько загадочных непонятных жестов. Ничего не происходит. Он поворачивается обратно к Дипперу, который неуверенно мнется под этим взглядом. Что за чертовщина здесь происходит?  — Меня зовут Билл, кстати говоря, — говорит незнакомец после нескольких секунд молчаливого пристального осмотра.- И, парень, ты не получишь фальшивого фамильяра, — он широко улыбается. Зубы у него настолько белые и острые, что Диппер понимает: перед ним строит не человек.  — Ты обзавелся настоящим. И ты об этом пожалеешь.