Топ 10 секс-фантазий Наполеона об Илье

Соло замечает, что дверь в его номер приоткрыта. Это настораживает. Агент тихонько подкрадывается и заглядывает в щель. Что ж, это того стоит. Илья сидит на корточках и устанавливает жучки, вот он нагибается, встает на четвереньки. Наполеон может видеть его прелестную задницу, обтянутую грубой тканью. Илья пыхтит, увлеченно возится, и весь его вид очень трогательный и возбуждающий. Соло не собирается ему мешать, он терпелив, он просто стоит и наслаждается представлением. Когда Илья заканчивает, Наполеон скрывается в коридоре, не давая ему себя заметить. Игра начинается. Как только русский скрывается из поля зрения, Наполеон неспешно возвращается в свой номер и нагибается возле кровати. Вот он — жучок, заботливо установленный и тщательно замаскированный Ильей. Соло подкидывает его в руке и ухмыляется. Затея всё больше и больше ему нравится. Он уверенно направляется вслед за Курякиным. Илья включает свой приемник, вертит колесико, настраиваясь на нужные частоты. Пришло время действовать. Наполеон подносит жучок к губам и жарко шепчет: «Хочу тебя». Курякин замирает, но явно не собирается выключать свой аппарат. Он жадно кусает губы и ждет продолжения. Так и должно быть. Соло включает всё свое обаяние, его низкий голос обнимает и ласкает Илью на расстоянии. Русский садится на кровать, а Наполеон совсем близко, наблюдает из укрытия как хищный зверь, но Илья не может его видеть, ему остается только завороженно слушать. — Хочу прикоснуться к тебе. Со всей силы притянуть к себе. Целовать тебя, мокро вылизывать твой рот. Я заставлю тебя стонать, большевик. На лице Ильи проступают красные пятна смущения, а на виске блестит капля пота. Он резко выдыхает через нос. — Я раздену тебя. Начну с твоей дурацкой кепки. Потом стяну водолазку и проведу языком по животу вверх. Я знаю, что ты хочешь. Хочешь прикоснуться тоже, хочешь меня трахнуть. Курякин сидит, расставив ноги в стороны, руки крепко вцепились в несчастный кусок пластмассы, из которого доносится хриплый голос, насилующий его воображение. — Ты будешь умолять меня сделать хоть что-нибудь. Но я буду лишь дразнить легкими поглаживаниями и поцелуями. И когда ты уже не сможешь терпеть, я, наконец, расстегну твой ремень и стяну с тебя штаны. Чувствуешь это? Твой член уже напрягся в предвкушении. Илья стыдливо опускает глаза вниз, в области ширинки и правда внушительный бугор. Соло считывает, как с его губ срывается тихое: «Suka…» Это слово он выучил хорошо, слишком часто оно раздается в пространстве в те моменты, когда Курякин теряет контроль. — Хочешь, я знаю, чего ты хочешь. Я прикоснусь к тебе там, совсем легонько, но тебе хватит, чтобы завестись еще сильнее. Илья не выдерживает и опускает свою руку на промежность. Он расстегивает брюки и обхватывает налившийся кровью ствол, начиная плавные движения вверх-вниз. Курякин крепко зажмуривается и полностью погружается в атмосферу, созданную Наполеоном, в мокрый сон, который тот ему красочно расписывает. — Хороший мальчик, — усмехается Соло, а Илья вздрагивает, и его невозможные пушистые ресницы взмывают вверх. Пронзительные голубые глаза смотрят перед собой, а на лбу залегает хмурая складка. Соло не может перестать любоваться. Такой заведенный, напряженный и жаждущий. Идеальное сочетание. — А теперь я коснусь тебя губами, поцелую прямо в головку и проведу языком по уздечке. Илья слегка стонет, увеличивая амплитуду движения. — Возьму полностью в рот и позволю тебе трахать себя прямо в горло так, как тебе захочется. И ты будешь в плену, будешь извиваться и просить еще, сильнее и глубже. У Соло тоже серьезный стояк, но он не желает отвлекаться от наблюдения за Курякиным. Это может подождать, Илья — нет. — Я буду увеличивать темп, совсем как твоя рука сейчас. Отберу у тебя контроль и задам свой ритм. Не переживай, тебе понравится. Ты не будешь знать, когда начнется движение, когда я использую язык, и потеряешься в ощущениях. Возбуждение будет нарастать и нарастать волнами. Кулак Ильи скользит всё быстрее, дыхание учащается. Соло знает, что осталось совсем немного. Курякин закусывает губу и откидывает голову назад. Вот сейчас. — И потом ты кончишь, большевик, прямо мне в рот, тугими солеными струями. И я всё это проглочу, не задумываясь, потому что ты невероятно вкусный. Илья срывается в оргазм, изливаясь себе на руку, и это зрелище настолько восхитительно, что Соло готов кончить без рук. Наполеон выходит из своего укрытия, Курякин поднимает голову и даже не выглядит удивленным. Соло пожирают чудовищно похотливым взглядом, которому невозможно сопротивляться. — Иди ко мне, ковбой… — шепчет русский и притягательно улыбается. Соло подходит и валится на него сверху. Притираясь всем телом и ощущая отклик… Это то, что нужно. Наполеон кончает.