Зависимость

Когда Леви проснулся, был ещё день, но в комнате царила непроглядная темнота. Также в спальне было очень тихо, только равномерное сопение Эрена нарушало мёртвую тишину. Тихо встав, чтобы не разрушить хрупкий сон вампира, мужчина на носочках подошёл к шкафу с одеждой, но из-за темноты оборотень не мог разобрать, где чья была одежда, и, схватив первую попавшуюся рубашку со штанами, вышел из комнаты, аккуратно закрыв за собой дверь. В коридоре тоже царила тьма, вдобавок было холодно. Поёжившись, брюнет маленькими шажками направился в сторону зала, опасаясь каких-нибудь преград в виде ваз или каких-либо других предметов мебели. Наконец почувствовав под ногами холодную поверхность лестницы, Леви облегчённо вздохнул: он почти достиг своей цели. Как только лестница оказалась позади, оборотень направился к одной из занавесок, но тут же споткнулся о маленькое кресло, которое злобно скрывалось в темноте. С грохотом упав, мужчина взвыл от досады, и как только он поднялся, то тут же споткнулся о ножку стола, который стоял всего в паре шагов от кресла, что брюнет уже успел понять; не сдавшись, он снова поднялся и смело направился в сторону желанного окна, но тут же наткнулся на третью, одну из самых страшных преград. — Ты чего так рано встал? — спросил Эрен, обнимая любимого. — Мог бы ещё полдня спать... — Да так, — отмахнулся Леви, обнимая холодное тело вампира. — А что ты поднялся? — Твой вой и скелета из гроба поднимет, а меня тем более. Ты хотел открыть окно? — парень посмотрел в сторону занавешенного окна. — Занавески лучше не открывай, а свет включается тут... Взяв оборотня за руку, Эрен подвёл его к одной из стен и дёрнул за нить, которую мужчина вообще не видел. Вдруг на огромной люстре, висящей под самым потолком, начали зажигаться свечи, освещая огромный зал. Глаза мужчины начали болеть от такого количества света, но очень скоро они привыкли, и он с недоумением посмотрел на ухмыляющегося парня. Только сейчас до него дошло, что он стоит абсолютно голый, а вот его спутник уже успел нарядиться в свой обычный наряд. — А ты подлый, — парень подошёл к оборотню и невольно посмотрел вниз. — Я только проснулся, а ты уже соблазняешь меня... — А ты не смотри, — Леви шлёпнул вампира по щеке и быстро натянул на себя штаны, которые были ему немного большеваты. — Кста-а-ати, а чего ты так рано встал? — парень внимательно посмотрел на брюнета. — Я хотел немного погулять по лесу, поохотиться... Сейчас день, поэтому вампиры точно не полезут в драку со мной. — Ты глубоко ошибаешься, если думаешь, что сможешь безнаказанно гулять по лесу. Почти весь лес разделён на части... Хотя кому я рассказываю, — Эрен махнул рукой. — Я знаю, где тут можно достать еду для тебя. Отправлюсь прямо сейчас. Сказав это, вампир подошёл к двери, но тут раздался дверной звонок. Как только хозяин дома открыл дверь, то сразу увидел парня, облокотившегося о столб, стоящий рядом с входной дверью. Его тёмно-русые или даже сероватые волосы были коротко подстрижены и почти полностью были убраны под небольшую шляпу тёмно-синего цвета. Его зелёные глаза с интересом смотрели на старого «друга», а губы искривились в ехидной ухмылке. Укутавшись в свой такой же тёмный плащ, он зашёл в дом и огляделся, но, наткнувшись на злобный взгляд Эрена, заговорил: — Мне тут сорока на хвосте принесла, что ты вчера домой приехал... Вот и пришёл я навестить своего старого друга. А я вижу, — парень повернулся в сторону уже одетого Леви, — ты всё с одним грузом таскаешься... Оскалившись, оборотень зло посмотрел на нежданного гостя, который уже вовсю пялился на своего собрата и о чём-то с ним спорил. — Это кто? — спросил мужчина, хмурясь. — Конь в пальто, но не волнуйся, он уже уходит, — улыбнулся Эрен, выталкивая «коня» из дома. Как только дверь захлопнулась, вампир прыгнул на диван и закрыл глаза. — Не обращай внимания на всё это. Жан всегда был тупым существом...

***

По лесу шёл вампир и пинал всё, что попадалось ему на пути. В мыслях он вообще проклинал себя за то, что пошёл в дом к Эрену. Конечно, говорили, что он приехал не один, но чтобы с оборотнем, который в последний раз тут был примерно полвека назад... Походу, паренёк и правда влюбился. Но тут Жан ухмыльнулся: — Любит, значит...