Секрет кабинета биологии

Неприятная боль внизу живота преследует юную девушку целый день, ей пришлось сослаться на плохое самочувствие и прогулять школу. С грелкой на животе и чашкой горячего чая Мария провела целый день на кровати, вспоминая каждую секунду вчерашней ночи. Ее лицо сияло от удовольствия или же корчилось от воспоминаний. В голове крутилась куча мыслей: «Что сейчас делает Франциск?», «Помнит ли он их первый секс в таких же подробностях, как и она?», «Какой галстук он надел сегодня?» Да, Стюарт – самая последняя извращенка в школе, но, как и любую девушку, ее волнуют такие мелочи. К вечеру боль потихоньку начала исчезать, а брюнетка уже могла передвигаться по квартире. Родители как всегда не думают о дочери, не пошла в школу – ну, и Бог с ней. Мать и отец всегда думали лишь о своей карьере, и чем взрослее становилась дочка, тем больше отдалялись от девочки. Но сейчас Марии уже плевать на это, она только рада, что она независима, ей никто не указ, и от этих мыслей девушка с каждым разом улыбается все шире, с ноткой азарта и дикости, которую она явно переняла у своего любовника. Сымпровизировав себе легкую закуску в виде сладкого попкорна, девушка направилась в свою комнату. Закрыв за собой дверь на ключ, на всякий случай, чтобы не было слышно звуков, она направилась к компьютеру. Поставив миску с лакомством на стол, она принялась что-то судорожно искать в интернете, ей не хотелось терять времени зря. Через несколько секунд комнату наполнили причмокивающие звуки, а после того так Стюарт включила экран телевизора появилась и картинка обнаженного парня с девушкой. Бухнувшись на свою кровать, шлюшка стала наблюдать за их движениями, изредка бросая в рот попкорн. С каждым стоном женщины в телевизоре Мария невольно задерживала дыхание, ее рука скользнула вниз, пальцы дотронулись до мокрого «боевого ранения», нывшего от желания под тканью трусиков. В один миг она понимает, что ей больше нечего терять и, отодвинув влажную ткань, проникает в саму себя. Она вскрикивает, но пальцы остаются на месте, привыкнув к новым ощущениям, она начала мастурбировать. Из незабываемых ощущений ее вырывает звонок в дверь. Нехотя Мария поднимается с кровати и бредет в коридор. Открыв дверь, она увидела свою подругу, которая смотрела на нее из-под пушистых ресниц кошачьим взглядом. Ее огромные изумрудные глаза видели брюнетку насквозь. Усмехнувшись, гостья нагло заходит в квартиру. Скинув свое черное пальто на пол, Грей повернулась к подруге, пристально рассматривая ее розовые щечки и большие зрачки. Стюарт также рассматривала девчонку: на ее плечах висел шерстяной бордовый свитер, ее худощавые ноги были обтянуты узкими черными джинсами с высокой посадкой, на ногах низкие кожаные ботинки черного цвета, подвороты джинс обнажали маленький участок обветренной кожи ее икр. На пальцах огромное количество колец, тощие запястья украшены необычным орнаментом, брюнетка невольно вспоминает, что ее подруга практикуется в рисовании. Белоснежная кожа обтягивает ярко-выраженные скулы, несмотря на всю худобу тела, губы девушки пухлые, в некоторых местах искусаны до крови. Наклонив немного голову набок буквально на секунду, Мария посмотрела на подругу другими глазами, ей стало жалко то существо, которое стоит перед ней. Такое ощущение, будто она ничего не ест. Девушка похожа на призрака, призрака с огромными изумрудами вместо глаз. Эта красота только для избранных, другие не поймут. - Я знаю. Он вдул тебе, – спокойно произносит рыжая, выгнув бровь. – Вот только не говори, что мастурбируешь на порнушку, – вздохнула Грей. – Мария, тебе пять лет, что ли на "мультики" дрочить?! От неожиданной резкости Мария резко закашляла, будто поперхнулась чем-то, она инстинктивно начала бить себя по грудной клетке, присев на корточки. - Ради Бога, Мария, не драматизируй, ты знала, что я узнаю, - фыркнула рыжая с отвращением. - Как? Как ты узнала?! - вопила брюнетка, тяжело дыша. - Не докучай мне своими идиотскими вопросами, иначе завтра вся школа будет обсуждать твою сексуальную жизнь с нашим милым практикантом. - Слушай, я знаю, ты злишься на меня, я тебе столько наговорила, но не надо разрушать мою жизнь и жизнь Франциска. Его же ведь могут посадить! - Стюарт говорила медленно, продумывая каждое своё слово. - Вот именно! Я понимаю, что ты ещё мелкая и не понимаешь, что из-за тебя его могут посадить! - кричала Грей. - А все из-за того, что ты не хотела трахнуться с Алеком. Кара тяжело дышала, ей было не все равно, что случится с её подругой и её "boyfriend", потому что она видела, какая химия творится между этими двумя. Но все же Грей против столь скорого сближения "Frary" (так она называет эту сладкую парочку). Прикрыв глаза, девушка надавливает на глазные яблоки, глубоко вздохнув, рыжая натягивает свои губы в измученную улыбку. - Ну, как половая жизнь? Понравилось? Давай, киска, расскажи мне, чайнику, - наигранно хихикнула Кара. - Сказала сука, которая потрахалась раньше, чем я, – прыснула Мария, поняв, что может обернуть ситуацию в свою пользу. – Ну, и когда ты собиралась мне это сказать?! Неужели я не заслуживаю хоть каплю доверия? - А причем тут доверие? Да, я не девственница, ну, и что? - Да ты использовала его для секса! - Я любила Криса! – закричала рыжая. - Облила грязью, унизила, опустила ниже плинтуса, а потом потрахалась с ним. И после этого ты говоришь, что любила его? Сомневаюсь, – фыркнула брюнетка. Пускай Грей и строит из себя «овоща», которому на всех плевать, но она все та же ранимая девушка, и, разумеется, ей это мешает. Кара не так глупа, она знает, чего добивается Стюарт, хочет обнажить ее, добраться до сердца, надавить и вернуть ту милую девчонку, которая думала лишь о друзьях, вечеринках, любимом парне и учебе, а не о секретах, заговорах и интригах. И есть лишь один способ избавить подругу от таких навязчивых идей. - Ты уже не та девочка, которая знала обо мне все, – гостья расхаживает по прихожей в поисках какой-то вещи. – И судить меня, ты не имеешь права, – в руках девушки оказываются ножницы, – но я, так уж и быть, раскрою тебе маленький секрет, – ее глаза внимательно рассматривают острые лезвия предмета, а на губах появляется коварная улыбка. – Ты думаешь, что за всей этой черствостью и безразличием скрывается та милая девчонка? Нет, моя милая, она сдохла очень давно. Размышляешь, зачем я храню все эти секреты, осуждаешь меня за это, думая, что мне просто нечем занять себя. Да, я соглашусь, порой мне бывает скучно, – она усмехнулась, – но все это не то, – девушка качает головой, вдруг она подбегает к подруге, зажимает между стеной и собой, подставляя острые лезвия ножниц брюнетке под горло, при этом мило улыбаясь. Ее глаза блестят, голова слегка наклонена в бок, Грей с удовольствием наблюдает за беззащитной подругой, за тем, как по ее горлу стекает одинокая капелька алой крови. – А ведь ответ такой простой, моя милая Мария, – радостно восклицает она. – У меня нет сердца и души, я ничего не чувствую, мне плевать на всех вас, вы для меня пустое место, и ты должна благодарить меня за то, что я трачу на тебя свое время, – шипела рыжая, вжимая Марию в стену. - Ах, да, Стюарт, я сумасшедшая, так что лучше не шути со мной и не пытайся перехитрить меня, не хочу хвастаться, но я умнее и опаснее тебя. Не рискуй, будь хорошей девочкой, играй по моим правилам и, может быть, останешься целой и невредимой. Кара отпускает подругу, та в свою очередь падает на колени, держась за горло, нервно кашляя и плача. Рыжая наблюдает за подругой, ей жаль, но так будет лучше, Мария должна бояться ее, а не показывать ей свою «силу», которой нет. Стюарт еще слишком глупа, и силы в ней меньше, чем в булавочной головке. - Вот только давай без этих комедий. Это всего лишь царапина, – произносит рыжая, проводя лезвием по запястью. – Видишь, у меня тоже появилась ранка, я же не плачу, – она показывает кровоточащую руку. - Маленькая стерва, а ты сильнее, чем кажешься, – хрипит брюнетка. - Ты, наверное, меня плохо поняла, – девушка медленно подошла к хозяйке дома, наклонилась и резко схватила ее за подбородок. – Ладно. Раз тебе плевать на себя, то подумай о малыше Франциске, что случится с ним, если все узнают. Тюрьма. Ха, подумаешь, если все узнают то, что знаю я об этом мерзавце, его повесят. Не испытывай судьбу, Стюарт, – шипела Грей и, увидев испуганный вид девушки, ее осенило, в глазах заблестел огонь. – Вот она, твоя слабость, твоя Ахелесова пята. Не только секс интересует твою головку. Надо же, а ты не такая уж и безнадежная, – усмехнувшись, она отпускает Марию из своего плена. Подняв свое пальто с пола, Кара начинает собираться. - Что? Что ты имеешь ввиду? - Поймешь, когда повзрослеешь, киска, – последовал оглушающий звук захлопывающейся двери. Поднявшись с пола, Мария поплелась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Девушка не хотела смотреть на себя в зеркало, ее внимание привлекли капли ее крови на белоснежной раковине, которые быстро стекали вместе с водой в трубы. Но вечно наблюдать за этим она не собиралась, зачерпнув ладонью ледяную воду, она приложила жидкость к горлу, вода и кровь, смешавшись, стекали по ее телу, от чего на футболке появлялись розовые разводы. Стюарт не чувствовала боли, лишь страх окутал ее сознание, она боялась за блондина, не зная, почему. Очередной звонок в дверь заставил ее дрожать, но брюнетка не из пугливых и смело направилась встречать гостей. Открыв дверь, ее губы образовали букву «О», она не ожидала увидеть Франциска сегодня. На нем было классическое черное пальто с поднятым воротником, что придавало ему еще больше сексуальности, золотистые волосы взъерошены. Мужчина был, как и всегда, не отразим, чего не скажешь о девушке: бесформенная белая футболка ее отца, под которой были лишь трусы и длинная теплая кофта с капюшоном серого цвета. Пряди мокрых волос прилипли к кровоточащему горлу. - Мистер Валуа, что вы тут делаете? – наконец, произнесла Мария, запахивая кофту, в надежде прикрыть кровь и порез. Мужчина не отвечает, Франциск молча переступает порог дома, заставляя девушку отойти на несколько шагов назад. Бросив свой кожаный портфель на пол и закрыв за собой дверь, Валуа начал приближаться к брюнетке. Когда он подошёл к ней вплотную, Стюарт обмякла от его запаха и близости, её дыхание сбилось, кисти рук перестали обнимать тело девушки, уступая место его руках. Франциск притянул её ближе к себе, его губы слегка дотронулись до её, но он тут же отстранился. - От тебя пахнёт другим мужчиной, - прошептал он. - Прости, это футболка моего отца, - произнесла она, шмыгая носом. Этот звук насторожил юношу, он посмотрел на девушку и его охватила паника и гнев, которые он всяческим образом пытался скрыть. Глаза Марии опухли и покраснели от слез, на подбородке красовались следы ногтей, волосы мокрые, как и футболка, а на шее красуется неглубокая царапина, из которой течёт кровь. Гнев нарастал с каждой секундой, что он смотрел на неё, кто посмел к ней прикоснуться? Но контроль делает своё дело, это, пожалуй, самый лучший друг Франциска Валуа, только благодаря ему он выглядит так равнодушно и холодно. Хотя, может быть, мужчина и есть такой на самом деле? - Кто это сделал? - Это неважно, - девушка, смутившись, опустила глаза. - С подругой поссорилась, - усмехнулась она, подняв на него свой взгляд. - Милая у тебя подружка, познакомишь меня с ней? - на губах блондина заиграла коварная ухмылка. - Лишил меня девственности и уже ищешь мне замену, почему я не удивлена? - брюнетку ранили его слова, она отстранилась от своего преподавателя. - Ты, наверное, даже не заметил, что меня не было в школе. Я же всего лишь твоя очередная шлюшка, которую ты трахаешь. Девушка больше не могла вынести его присутствия, её собственные мысли добивали её, и она решила уйти в свою комнату. Валуа ни на секунду не растерялся, сняв пальто и отбросив его, куда подальше, мужчина пошёл за девушкой следом. Пройдя длинный коридор, Франциск оказался напротив комнаты своей ученицы, сделав один шаг, он очутился в спальне его любовницы. Его взгляд тут же привлекла огромная двуспальная кровать, которую Мария еще не заправила, черные простыни были скомканы, одеяло лежало практически на полу, будто Стюарт не спала, а… Воображение юноши тут же дало о себе знать, он смотрел на этот беспорядок на ее постели и представлял, как спала девушка. Растрепанные волосы небрежно лежат на черных подушках, дыхание сбивчивое, словно ей снится марафон, футболка ее отца неприлично забралась до подбородка, открывая ее аппетитную грудь третьего размера. Ее томное дыхание постепенно превращается в волнующие его плоть томные стоны. Шуршащие звуки, доносящиеся из шкафа, вырвали блондина из фантазий. Обернувшись, он увидел Марию: мокрые волосы завязаны в пучек, а тело прикрывает лишь белое махровое полотенце. Это же насколько Валуа завис в своем воображении?! - Ты куда-то собралась? - Я должна извинится перед Карой, я была не права, – холодно ответила Стюарт, быстро одевая трусы. – А заодно предупредить ее, что в ближайшее время за ней приударит наш милый практикант. - Ммм, групповушка. Малышка, а ты меня приятно удивляешь, – оскалился Валуа. - Кто сказал, что я буду участвовать? – усмехнулась брюнетка. – Я больше не собираюсь участвовать в твоих извращениях. - А если я смогу тебя переубедить? – парень медленно подошел к Марии. - Не подходите ко мне, – предупреждала она его. Но он не послушал. Франциск резко впечатал Стюарт в зеркало, благодаря его умелым пальцам полотенце упало около ног девушки, обнажая ее почти нагое тело. Его дыхание спокойное и горячее, а ее сбивчивое и прохладное благодаря мятной пасте. Девушка смотрит на него с вызовом, ожидая его следующего действия, она наблюдает, как его глаза чернеют, как его поглощает темная сторона, и она ловит себя на мысли, что ей это нравится. Валуа положил свои руки на ее талию, немного щекоча нежную кожу своей любовницы. Ее дыхание замерло, она знала, чем это все закончится, но все же не останавливала его. Пальцы блондина скользили все ниже и ниже, пока не забрались под тонкую ткань её трусиков, все эти движения затуманивали разум брюнетки, она тяжело дышала, а когда его руки сжали её ягодицы, она мгновенно заскулила: - Франциск... мои родители... они могут... придти... в любую минуту. - Ты уже большая девочка, они поймут, - руки блондина ещё сильнее сжали её ягодицы. - Не надо, - она боролась с соблазном. - Тише, никто не узнает, - сладко шептал Валуа. - Не думай о последствиях. Сейчас важны твои потребности. Чего ты хочешь, когда мои пальцы оказываются у тебя на клиторе? Чего ты хочешь, когда мои губы в миллиметре от твоих? Чего ты хочешь, когда встаёт мой член? - Я ещё слишком маленькая для таких желаний, - проскулила Мария, когда его пальцы начали массировать её клитор. - Решила включить недотрогу. Что же я приму это как согласие, – усмехнулся Франциск.

***

Я лежу на своей кровати, пытаясь придти в себя после сокрушительного оргазма. Это было восхитительно, а адреналин, этот страх, что нас могут застукать в любую минуту, усиливает мою Нервану. Я даже не помню, как согласилась, последнее, что я помню: Франциск прижал меня к зеркалу, дальше ничего, только инстинкты. Никогда не думала, что буду сравнивать себя с животным. Я слышу скрип двери, обернувшись на шум, я увидела мистера Валуа. Мокрые кудряшки, с которых капают капельки воды прямо на кубики его пресса, на нем лишь мое полотенце, завязанное на бедрах. Я вскакиваю с кровати и надеваю футболку своего отца, не знаю, почему, но сейчас я не очень хочу, чтобы он видел меня обнаженной. Непонимание на его лице смешит меня, и у меня не получается скрыть свою улыбку. - Тебе лучше поторопиться, – выдавливаю я из себя. - Как скажешь, – холодно ответил он. Его руки потянулись к полотенцу, и у меня перехватило дыхание. - О Боже, обязательно было это делать? Неужели нельзя подождать, пока я выйду, – заверещала я. - Ты боишься моего члена? - Слушай, по-моему, ты уже выполнил программу своего дня. Трахнул малолетку. Теперь, прошу вас на выход, мистер Валуа, – класс, почему я не заметила, как обиделась на него? Он ничего мне не ответил, смерив меня суровым взглядом, стал одеваться. Когда трусы и джинсы уже были на нем, я стала изучать его, и меня опять посетил вопрос: почему он такой, почему такой холодный? Очередь дошла и до белой рубашки, но мужчина остановился, он держал ее в руках очень аккуратно, а затем протянул ее мне. - Возьми себе, ненавижу, когда от моих женщин пахнет другими мужиками, – фыркнул он. – Она очень удобная и в ней удобно спать, поверь, я несколько раз засыпал в ней на лекциях по анатомии несколько месяцев назад. - Мне кажется, эта вещь вам очень дорога, и я ее не возьму. К тому же на улице холодно, и вы замерзнете в одном пальто. - Мисс Стюарт, возьмите рубашку, – его глаза превратились в два айсберга. – Мне плевать на рубашку, да и на все шмотки в моем шкафу, и я буду очень рад избавиться от этой дешевой рубашки. Во мне кипит обида, на глазах выступают слезы, но я знаю, что ему нельзя показывать этого, Франциск просто не достоин моих слез. Поджав губы, я снимаю с себя футболку отца, выхватываю рубашку блондина и надеваю на голое тело, застегнув пару пуговиц, я вновь перевожу взгляд на Валуа. Я чувствую ненависть и злобу, а еще хочется плакать, но это потом. - Уходи, – прошипела я. – Пошел вон. Через минуту мои барабанные перепонки уловили звук хлопающей двери. И тут я дала волю эмоциям. Схватившись за голову, я начала шмыгать носом, а из глаз потекли горячие слезы. Я тяжело дышу, глаза закрыла пелена воды, и я ничего не вижу. Мой мозг пытается оценить весь ущерб нанесенный нашим отношениям, понять, кто прав, кто виноват, но сердце уже бьет тревогу, из-за чего мне не хватает воздуха. Я дышу ртом, чтобы хоть как-то остудить себя внутри, слезы уже стекали по моему горлу, раздражая порез. Надавив на глаза пальцами, я вдыхаю воздух носом и чувствую что-то новое. Этот запах. Запах блондина, от которого закружилась голова, я снимаю с себя злополучную рубашку и, слегка скомкав, прижимаю ее к себе, вдыхая запах опять через нос. Я читала много романов и в каждом упоминается запах, да, даже в «Пятьдесят оттенков серого» эти извращенцы сходили с ума от запаха друг друга. Раньше я считала это бредом, смеялась при очередной чуши: «Его запах будоражит мою кровь», но вот сейчас мне как-то не до смеха. Этот одеколон и запах самого мужчины прочно сидят в белой материи. С каждым вздохом улыбка на моем лице становится все больше и больше, а пульс постепенно становится стабильным. Может, магия запаха существует? Тогда я не понимаю, вся эта хрень работает на влюбленных, но ни я, ни Валуа не влюбленны друг в друга, да, мы увлечены, нам нравится заниматься сексом вместе, но любовью это не назовешь. К тому же у меня был только он, и мне не с кем сравнить. Оторвав свой нос от ткани, я начала рассматривать рубашку. Она мягкая и кристально белая, от нее не пахнет стиральным порошком, да и на застиранную тряпку она не очень похожа. Скорее всего он дорожил этой вещью, одевал лишь по каким-то важным дням, а стирал в химчистке. Пуговицы совсем новые и туго входят в дырочки. Франциск любил эту вещь. Хотя, может быть, дедукция - это не мой конек. Сложив рубашку, я отложила ее в сторону и, взяв телефон, начала писать смску. «Мам, мне нужно с тобой поговорить. Дело касается мальчиков, так что приготовься, старушка, оказывается, я не все об отношениях знаю. Мария.» «Ну, ты нашла время! Отношения между мужчиной и женщиной всегда очень сложны и у каждой пары индивидуальны. Я не могу помочь тебе, не зная ситуации. Но есть одно золотое правило: без компромиссов отношений не построишь, и если ты хочешь, чтобы этот человек был рядом с тобой, тебе придется уступить. Мама». «Вот сейчас у меня такое чувство, что у меня в комнате стоят скрытые камеры! Мария». «Значит, с советом я попала в точку. Мама». Черт, придется, идти извиняться. Буду честна сама с собой, тут виновата я. Тупица, я не могу требовать от него ничего, я его шлюха, я на это согласилась, согласилась играть по его правилам, теперь придется терпеть. С одеждой я не заморачивалась. Какое-то черное бесформенное платье, напоминающее футболку, черные капроновые колготки, кожаные стеганые ботинки и большая черная сумка, не знаю, зачем она мне, но с ней все выглядит круче, ладно-ладно там лежит парочка резинок. Горбатого могила исправит. Выпрямив влажные волосы, я завязала их в неопрятный пучек на затылке, подкрасив ресницы, я накинула на себя черное пальто и выбежала на улицу ловить такси. Расплатившись с таксистом, я вышла на улицу, здесь так холодно, но этого я не чувствую, мне жарко. Поднимаясь по ступенькам, я снимаю с себя пальто, когда я оказываюсь рядом с дверью, моя рука тянется к звонку, но мои зрачки с интересом расширяются, когда я замечаю, что дверь приоткрыта. Это мой шанс сделать ему сюрприз. Я ехидно улыбаюсь и тихо открываю дверь, аккуратно бросив пальто на пол, я прохожу вглубь дома. Здесь тихо, спокойно и мое любопытство просто кричит от волнения. Чувствую себя маленьким ребенком в Рождественскую ночь, которому хочется поймать Санту. Мои уши улавливают какой-то противный звук, похожий на женский сдавленный смех, доносящийся из гостиной. Это настораживает меня, может, к нему мама приехала? Иду на звуки. Притаившись за стеной, я наблюдаю за обстановкой. То, что я вижу, вызывает во мне бурю эмоций, я не знаю, как все это описать, но мне больно, то, что я ревную, это значит, ничего не сказать, а еще хочу кого-нибудь убить. Нет, не кого-нибудь, а эту шлюху! На диване сидит мистер Валуа без рубашки, на котором сидит какая-то мымра, которая его всего излизала. Я серьезно, такое ощущение, что она целоваться не умеет, я вижу только ее язык, который прикасается к его коже. Бррр… Она старше меня, блондинка, вроде нормальное телосложение, есть грудь, задница, но как по мне, то она жирная корова. Ее пальцы обвили его шею, она «целует», кусает моего практиканта. Валуа сидит спокойно, изредка тяжело вздыхая. Она его всего облапала!!! Сучка! - Ты какой-то грустный сегодня, пупсик, – девушка надула губки, отбрасывая свои крашенные локоны на бок. Моему взору открывается миленький ошейник, красующийся на ее шее. И я этот ошейник уже где-то видела. Ну, за то теперь я смело могу называть ее сукой. - Не твое дело. - Может, я подниму тебе настроение, – шепчет блондинка, спускаясь поцелуями все ниже и ниже. Франциск запрокидывает голову, одаривая комнату своей довольной улыбкой как у Чеширского кота. Меня сейчас стошнит. Так, Мария, выбирай: либо уходишь, либо… эмм… короче, либо уходишь, либо уходишь. Тут один вариант, он предал тебя. Вытирай слезы, он этого не стоит, пусть развлекается с кем-то другим, у тебя есть достоинство в конце концов. Вытерев соленые капельки с подбородка, я была готова уйти, но мои глаза предательски засекли, как ее жирные ручки сняли боксеры с парня и ее ротик вот-вот возьмет член в рот. Ну, все, ты напросилась, я тебе покажу, кто здесь главный. - Быстро убрала свои жирные руки от его члена, шавка! – прошипела я, выходя из тени. - Мария?! – удивился Валуа. - Милый, кто это? - Ты глухая? – закричала я. – Отошла от него, живо! - Буду я слушать какого-то гнома, – усмехнулась шлюха. - Серьезно? А по обидней ничего придумать не смогла? – я медленно подошла к этой парочке. Не удержавшись, я схватила ошейник и потянула блондинку на себя, та начала задыхаться. О, а это приятно, если я еще чуть-чуть сдавлю, то она умрет. Я дарю ей хищную улыбку. – Может быть, я и гном, но, по крайней мере, не такая шавка, как ты. Любишь ошейники, что же я подарю тебе электрошоковый, уж поверь, это будет весело, ну, я уж точно повеселюсь, – засмеялась я. – Так что будь хорошей собачкой и слушай меня сюда, еще раз увижу твою морду рядом с этим кабелем, я и его кастрирую, и тебя. Нравится прислуживать, поздравляю, у тебя новая хозяйка. - Конченая сука, – прохрипела соперница. - Неправильный ответ, – усмехнулась я, оставив на ее щеке красный след своей ладони. – Еще попытка. Постарайся в этот раз ответить правильно, я не хочу, чтобы твой труп в мусорке нашли. - Ладно. Ладно. Прости, я ухожу, – плакала она. - Умница, хорошая девочка, – я отпустила собачку. Через пять минут девушки и след простыл. Я тяжело дышу, я не знаю, что мне делать, но я не хочу здесь оставаться, мне противно его общество. Я поджимаю губы и уже разворачиваюсь, чтобы уйти. - Стоять, – твердо сказал блондин, и я подчинилась. Что, какого черта?!?! – Что это было? – рассмеялся он. - Здесь нет ничего смешного. Так, знаешь, я не хочу с тобой разговаривать. - Ты ворвалась ко мне в дом, чуть не убила… я даже не знаю, стоит ли называть ее имя, вдруг ты к ней домой завалишься и зарежешь, пока она спать будет. И ты еще психуешь на меня? Да, ты, черт возьми, лишила меня секса! - Ах, тебе меня не хватило? – я была в шоке. И тут в моей головке созрела идея. Фыркнув, я взяла себя в руки. – Иди в ванную. - Что? Не указывай мне! Ты забыла свое место? – вскрикнул парень. - Я сказала, пошел в ванную! Я верну тебе должок, ты лишился полового акта, что же можешь трахнуть меня сейчас. Но, ради Бога, помойся! Она тебя всего излизала, не хватало мне чем-нибудь заразиться от этой шавки. Когда Франциск ушел, я начала морально готовить себя к этому. У меня все получится. План идеален, главное, не облажаться. Вдох, выдох, я слышу, как бьется сердце, оно, словно мотор, отбивает бешеный ритм. Секунды, минуты, да сколько можно мыться? Я не выдерживаю и иду в ванную. Это даже хорошо, трахнусь с ним ванной и уйду. Я чуть не вышибла дверь в ванную комнату, хотя она была не закрыта, но мне сложно контролировать эмоции. Валуа в кабинке и не видит меня, я снимаю с себя одежду и захожу к нему. Вчера, когда я была у него, я видела несколько презервативов на полке в душе, поэтому не боюсь. Продуманный сукин сын. - Мне надоело ждать, – говорю я, прикрыв глаза. - Смотрите, какая не терпеливая. Ты серьезно? – он удивился. – Мария, открой глаза. - Я сказала, мне надоело ждать! – я распахиваю глаза, в них горит гнев, ненависть и все негативные эмоции, за которыми скрывается боль и обида на этого мужчину. - Мария, ты прекрасно понимала, что ты не одна. Я уверен, что ты знала, что у меня много женщин. Это моя природа. - Я пришла сюда не для разговоров, – шепчу я. – Трахни меня! – закричила я, подарив блондину смачную пощечину. Я тяжело дышу, мне стало немного легче, как будто из меня вышла часть боли, на глазах слезы, губы поджаты, я до сих пор не верила, что ударила его. Голова мистера Валуа немного отведена в бок, он не двигается, глаза закрыты, тяжелое дыхание. Ты заслужил это! - Больше так не делай, - выдохнул мужчина. - Я не хотел ссорится с вами, мисс Стюарт, признаюсь, я никогда не ссорился со своими шлюхами, вы, видимо, исключение. Поэтому я попробую одну теорию. Ходят слухи, что благодаря сексу люди мирятся. Что же, Мария, пора нам помирится, - с этими словами он прижал меня к себе, этого я не ожидала и слегка открыла рот, пытаясь запастись кислородом. Я попала под горячую воду из-за чего вздрогнула и рефлекторно прижалась ближе к парню, который был ещё теплее. - Вот только нам не нравится обычный секс, в этом мы немного похожи на зверей, - усмехнулся он, пытаясь поцеловать меня, но я не позволила ему этого. - Хм, мне нравится ваш настрой, никакой прелюдии. К тому же тебе не нужно все это, все эти поцелуйчики, нежные прикосновения. Потому что как только ты видишь меня, ты уже течёшь, - ухмыльнулся парень. Я уже была готова ему ответить очередной колкостью, но в следующую секунду моё лицо впечаталось в холодную плитку. Из моей груди вырвался громкий вздох. Я даже боли не почувствовала, это наоборот разожгло во мне не преодолеваемое желание. Я слышу, как разрывается фольга, ох, я не могу больше ждать. По телу пробегает армия мурашек, когда чувствую, как блондин дразнит моё влагалище своим членом. Я скулю. Так, Мария, не забывай о плане. Сосредоточься. И тут в меня входит моя любимая игрушка, из меня вырывается протяжный стон. Моё тело не успевает привыкнуть к этому темпу, я сжимаю пальцы в кулак и зажмуриваю глаза, черт, как же хорошо. Неожиданно Франциск выходит из меня и разворачивает к себе лицом, я, не растерявшись, запрыгиваю на него, обвивая его живот ногами. Когда я вновь чувствую Валуа в себе, мои ногти впиваются в его шею, оставляя красные следы. Он рычит, что-то бурчит себе под нос, но я не слышу. Мне так хочется поцеловать его, но сейчас это непозволительная роскошь, поэтому я закусываю губы, чтобы препятствовать самой себе. Я подпрыгиваю практически к потолку, и уже чувствую подступающий оргазм. Ах, идея! Некоторые симулируют оргазм, а я скрою его! Надавлю мистеру Валуа на больное место. Думаю, будет не сложно. Еле-еле включив свой мозг, я стала бороться с поступающей дрожью во всем теле, с каждой секундой становилось все труднее, а с каждой минутой я понимала, что из-за моих усилий оргазм будет очень мощным. Ладно, не получается остановить, значит, не будем подавать виду. Я тяжело дышу, прекращая все попытки избежать неизбежное, и моё тело парализует судорога. Тело размякло, словно во мне не осталось костей, глаза слипаются, по лицу стекает горячая вода, но как только я чувствую последний толчок своего практиканта, во мне появляется второе дыхание. Я слезаю с блондина с равнодушным выражением лица, хотя тело до сих пор вибрирует от незабываемых ощущений. Зевнув, я выхожу из душевой кабинки и начинаю одеваться. Перед своим исчезновением я ещё раз заглядываю в душевую. - В следующий раз старайся, пожалуйста, получше, не хочу уходить каждый раз неудовлетворенной, - фыркнула я и выбежала из ванной комнаты. Ноги предательски дрожат, ну, неужели он меня так оттрахал?! Я с трудом дохожу до прихожей, забираю свою сумку и, волоча своё пальто по полу, покидаю дом своего любовника. В глазах темно, голова кружится, мокрые волосы прилипли к коже, все тело превратилось в вату, я ничего не чувствую, кроме дрожи. Я больше никогда в жизни не буду противостоять оргазму. Такое ощущение, будто я обкурилась, да, я этот оргазм на всю жизнь запомню! Вскоре, когда моё зрение вернулось, я смогла рассмотреть место, куда занесли меня ноги. Большую часть своей жизни я прожила в Лондоне и никогда не была в этом Богом забытом месте. Маленькая улочка, здесь тихо, в воздухе витает запах мусорки, алкоголя и травки. Вдали я вижу кучку людей, они столпились около какого-то бара. Подойдя ближе, я смогла рассмотреть название. Ничем не примечательная вывеска с погасшими буквами. Хм, миленькое название Drunken Nun. Кстати говоря, я не прочь выпить, меня же типа предали, значит, я могу нажраться как последняя свинья. На входе не было фейсконтроля, поэтому я спокойно прошла в бар и уже через мгновенье пожалела об этом. Буквально на каждом столе трахались. Боже! Куда только не погляди, везде мужики имеют своих подружек. Я чувствую, как к щекам прилила краска, мне неловко. Так, спокойно, иди вперёд к барной стойке, напейся и вали домой. Играет громкая музыка, от этого вибрирует все здание. Я улыбаюсь, а тут очень даже ничего. Я вновь смотрю на этих людей и понимаю, что эти ребята тупо наслаждаются жизнью, им плевать на окружающих, и я уважаю их за это. Улыбнувшись своим же мыслям, я на трясущихся ногах зашагала к барной стойке, за которой уже сидели несколько таких же одиноких бедолаг, как я. - Эй, бармен. Налей-ка мне чего-нибудь покрепче, - крикнула я, плюхаясь на высокий стул. Моя задница тут же дала о себе знать, и я негромко вскрикнула. - Мм, похоже кого-то сегодня уже отымели, - усмехнулся парень, сидящий справа от меня. - Почему такая аппетитная девушка пришла в этот клуб без своего кавалера. - Ваши документы? - попросил бармен. - Вот они, малыш, - говорю я, протягивая парню фальшивые документы. - Зря стараешься, он - голубок, - съязвил сосед. Я поворачиваюсь на раздражающий меня голос. Рядом сидит парень лет двадцати пяти, высокий, смуглая кожа, хищная улыбка, карие глаза, ярко-выраженные скулы, выдвинутый вперёд подбородок, в общем, среднестатистический латиноамериканец. - С чего взяли, что я хочу с ним перепихнуться? - Ох, наконец-то встретил девушку, которая не боится говорить о сексе с незнакомцем! Я Генри. - Девушка, мне вызвать полицию или вы сами покиньте это заведение? - вмешался недовольный бармен. - Это фальшивые документы. Вы ещё несовершеннолетняя. - Эй, Билл, не наглей, это моя знакомая, никто не виноват, что она так молодо выглядит. А если вызовешь копов, я тебе твои голубые яйца на шею накручу, - улыбнулся Генри. - Налей ей текилы, пусть девочка расслабится. Мои губы растянулись в улыбке, когда бармен, поджав губы, отдал мне мои "документы" и протянул мне выпивку. Поблагодарив своего нового знакомого взглядом, я влила алкоголь себе в горло. Мм, божественно. - Ну, рассказывай, конфетка, каким ветром тебя занесло в этот бар? - Мне захотелось выпить. Конец, - радостно воскликнула я, жестами прося бармена повторить. - О, хочешь интересный факт обо мне? Я люблю трахаться! Я обожаю это занятие, буквально несколько минут назад меня отделал мой любовник, - завизжала я после ещё одной рюмки. - Ого, да ты копия моего друга. - засмеялся брюнет, заглядывая в свой телефон. После этой реплики я выпила ещё парочку рюмок, в глазах запрыгали звездочки. Черт, я же не умею пить. Ладно, на сегодня хватит. Я осматриваю помещение, в ушах гудит музыка, вокруг бордель, а Генри все также сидит в своём телефоне. По-моему, он из него и не вылезал, точно, когда я пришла, я точно видела, как парень с кем-то переписывается. Хм, наверное, теперь мне заново придётся завести с ним разговор. - А как зовут этого твоего друга? - поинтересовалась я. - Франциск, но он не в твоём вкусе, - улыбнулся парень. У меня чуть челюсть не отвисла! Таких совпадений просто не бывает! Это тот самый Генри! Мать вашу! Ооо, в моей голове опять созрел план! - Ну, это уже мне решать. Дай сюда мобильник, - я выхватываю телефон и замечаю, что он как раз с ним и переписывается. - Мм, какой симпатичный блондинчик! Прям Мэрилин Монро только мужик! Ой, смотри-ка, а у него хорошенькое тело! - играла я, икая. - Не против, если я напишу ему? - Он бабник. - А мне плевать, - хихикнула я, подавляя слезы. Черт, что-то мне не нравится быть пьяной. - Слушай, у него сейчас нет настроения, он сюда не придёт, одна его малолетняя шлюшка застукала Франциска с его любимицей. Там такой скандал был. - Ох, у него любимица есть! Так, а это интересно. - Ну, она старше его на пять лет. И то, что она делает... Детка, никто на это не способен. Поверь, у нас групповушка была, я знаю, о чем говорю. А эта мелкая её чуть не убила! - О Боже, какая трагедия! - ахнула я, еле сдерживая смех. Надо было все-таки убить эту мразь. - Ну, да, знаешь, я все же попытаю счастье, - улыбнулась я и начала печатать: «Франциск, приходи в бар! Черт, без тебя здесь скучно! Брат, тут столько отменных телочек, потрахаешься, выпьешь, отвлечешься. Кстати, тут одна девчонка хочет позаниматься с тобой биологией, говорит, что боится завалить олимпиаду. Г.» - Думаю он все-таки придёт, - улыбнулась я, возвращая парню телефон. - И как же зовут столь уверенную в себе девушку? - улыбнулся Генри, после чего поднёс стакан к губам. - Мария Стюарт, - мило улыбнулась я. Мужчина сразу же закашлял, о да, он знает, кто я такая. - И да, это я та маленькая сучка. - Вот же черт! Мария, если он придёт сюда, тебе не поздоровится. Ты ушла, внушив ему, что не получила оргазма. - По-моему, ты должен был уже понять, я не боюсь Франциска. И кто сказал, что я внушила? Это правда. И я до сих пор неудовлетворенна! - я приблизилась к брюнету настолько близко, насколько смогла. Я чувствую его дыхание своими губами. - Не будь дураком, Генри, ты же ведь хочешь развлечься, - шепчу я. - Ну, а раз я не любимица нашего кабелька, значит, мне нечего терять, - я впиваюсь в губы мужчины, они холодные и пропитаны алкоголем. Не самый лучший вкус. Но я продолжаю целовать его, все настойчивей и настойчивей, и в конце концов он сдаётся и отвечает на поцелуй. - Черт, Стюарт, вот умеешь ты завлечь мужчину, - прошептал он, прижимая меня ближе к себе. - Выбирай: окно, диван, стол, туалет? - Барная стойка. - шепчу я, кусая мочку его уха. - О, нет, здесь трахается только Валуа, милая. - Теперь и ты, - я смотрю прямо в глаза парня, который уже стянул с меня колготки и трусы. Его пальцы проникают внутрь меня, и я жмурюсь от боли. - Не было оргазма, говоришь? - смеётся Генри. - Иди к черту, надо же было как-то его унизить, - фыркнула я. - Ладно, я аккуратно. Ах, да. Ты же не любишь аккуратно. - скалится брюнет. - Ещё хоть один подкол, и останешься без члена. Парень замолкает. Одной рукой он массирует мой клитор, а другой расстёгивает свои джинсы, у него уже эрекция. Ну, это комплимент для любой девушки. Я усаживаюсь на стойку, продолжая принимать ласки мужчины. Когда между ног стало мокро я стала тяжело дышать, после чего накинулась на Генри с поцелуями, а он в свою очередь вставил мне, разумеется, перед этим он надел резинку. Я вскрикнула, черт, это больно. Такое ощущение, что Франциск предвидел, что я решу отомстить и специально меня так отымел, чтобы я думала только об этом кабеле. Ненавижу. Но вскоре боль исчезает, и я могу насладится приятными толчками. У Генри совершенно другой темп, он спокойный, медленный и даже немного нежный, ну, не в моем вкусе. Хотя, как не странно, у него есть свои плюсы. Я прижимаюсь вплотную к брюнету и открываю глаза. Около входа стоит Франциск Валуа, он тяжело дышит, он зол. О да. Это приятно. И я начинаю стонать ещё громче, изображая вершину блаженства. Я прихожу к финишу первая, видимо, моей вагине надоел этот цирк, и она решила закругляться, конечно же, тут тоже пришлось приукрасить. Через какое-то время заканчивает и Генри со словами: "Сука, ты покорила Лекси!" Наконец, я свожу колени вместе, одеваю трусики, плевать на колготки, мне жарко, беру свою сумку с пальто, благодарю Генри за чудесный вечер и подхожу к блондину. - Теперь слушай мои правила, малыш, - усмехнулась я, смотря в его пустые глаза. - Каждая твоя подружка будет сопровождаться вот такой вот порнушкой с моей стороны. И не факт, что в следующий раз это будет Генри, так что можешь не угрожать ему. Так что будь аккуратнее, сладкий, - я подарила ему невинный поцелуй в щеку и направилась к выходу. - Кстати, несмотря на то, что у него член меньше твоего, твой друг Генри ебется лучше, чем ты, - сказала я и захлопнула за собой дверь.

***

Перед глазами все та же картина. Теперь он ненавидит своего лучшего друга, лучше Генри не подходить к нему год, а может и больше. Он закрывает глаза, мозг работает как слаженный механизм, предлагая различные варианты действий. И вот оно шёлк. Решение есть. Блондин спокойно выходит из бара, его глаза быстро находят исчезающий в темноте силуэт девушки. Также быстро Франциск догоняет её. Он прижимает её к холодной кирпичной стене, показывая, кто главный. В его глазах пустота, которая закрывает все эмоции. Им руководит ревность, да, он ревнует её. Но почему-то только её. - Вряд ли ты сможешь заснуть сегодня, - оскалился парень, после чего перекинул Марию через плечо и понёс в их любимое место. Место, где все началось. _______________ Drunken Nun - пьяная монашка.