Ч1 Глава 14 Битва и поражение
4 апреля 2016 г., 23:15
Ты сказала, что я тебя убил, так преследуй же меня! Убитые, я верю, преследуют убийц. Я знаю, призраки бродят порой по земле! Будь со мной всегда… прими какой угодно образ… Сведи меня с ума, только не оставляй меня в этой бездне, где я не могу тебя найти! О боже! Этому нет слов! Я не могу жить без жизни моей! Не могу жить без моей души! (с) "Грозовой перевал" Эмили Бронте
Мрак и тьма. Выйдя из главных ворот, Кейра ужаснулась. Везде царил хаос. Крики, вой, стоны и лязганье метала. Вот маленькая девчушка бегством спасается от ужасного монстра, о котором слышала только в сказках. Йотун смеётся, шагая за ней. Девочка бежит, запинается и падает. Понимая, что деваться ей некуда, она прячет лицо, обхватив голову руками, и истошно кричит. Ледяной великан заживо падает рядом с торчащей стрелой в глазнице. Больше он не причинит вреда никому. Кейра опустила лук, подавая девочке руку. – Где твоя мама? – спросила она девочку, но та лишь шмыгала, утирая слезы. – Спрячься в замке. – сказала девушка, подталкивая девочку к воротам.***
Как всегда, лучших воинов кинули в самое пекло. Окружённые в кольцо, Сиф, Огун, Фандрал и Вольштагг яростно отбивались, сдерживая натиск ледяных великанов. Плотный огонь из укрытий и заранее расставленные ловушки делали своё чёрное дело. Но эти одержимые Йотуны все продолжали лезть отовсюду. Откуда ни возьмись появилось огромное чудище. Стрелы не пробивали толстую шкуру, а лишь злили исполина. Ощерившись, оно показало огромные саблевидные зубы, издавая оглушительный рык. Смрадное дыхание гиганта оставляло желать лучшего. Набросившись на стражников Асгарда, он с лёгкостью обезглавил их и, бросив тела в сторону, направился к Кейре. Вспышка, удар молнии, и вот Тор пробил огромную дыру, пролетая сквозь голову саблезубого монстра. – Жива? – улыбаясь, произнёс громовержец, приземляясь рядом с девушкой, и Кейра кивнула в ответ. – Не видела Локи? Его помощь была бы очень кстати! – Прячется в замке, – пожав плечами, недовольно проговорила девушка. – Очень странно! Это на него не похоже! – с этими словами он вновь взмыл, уносясь куда-то в небо, рассылая электрические разряды по ледяным великанам.***
Невольно Кейра оказалась в самом эпицентре битвы. Совсем рядом Всеотец верхом на восьминогом жеребце вёл за собой строй воинов, разя одержимых яростью врагов Гунгниром. Один из Йотунов проскочил и, ранив, повалил коня. Один оказался в ловушке, прижатый тяжёлой тушей. Самонадеянный великан, оскалившись, уже заносил ледяной клинок, чувствуя вкус победы, но вкус собственной крови вдруг заставил его отшатнуться. Три стрелы, одна за другой пробили грудь великана. Один видел стоявшую недалеко девушку с луком в руке, которую ещё недавно он был готов изгнать из Асгарда. Воины вытащили царя из-под коня, ретируясь.***
Неподалёку появился Тор и, как оказалось, не один. Локи с явным недовольством все же вступил в бой. – Братец, ты глупец! – произнёс Тор, продолжая размахивать молотом, стоя спина к спине с Локи – Знаешь, Тор, сейчас не место и не время для твоих наставлений! – недовольно произнёс брат, метнув клинок в напирающего великана. – Эта девчонка несмотря на все твои проделки, — выдохнул, отбиваясь, старший брат, – продолжает верить в то, что ты изменился. – Откуда тебе знать, во что она верит. – Трикстер исчез и вновь появился рядом. – Локи, ты явно слеп, – с силой кидая молот, ответил Тор – если не видишь происходящего, – продолжил он, поймав прилетевший назад Мьёльнир.***
Это миловидное лицо, скрывающее под собой жуткую личину, неистовую ярость и жестокость. Она узнала бы его спустя сотни лет. Скади медленно шла, обходя трупы своих воинов, не отрывая взгляда от Кейры. – Какие люди, – пропела брюнетка, скалясь. Кейра потянулась за стрелой, но колчан был пуст. – Нас тогда наглым образом прервали, ведь я с тобой ещё не закончила, – продолжала Скади, кругом обходя свою жертву. – Как и я, – ответила Кейра, и её ладони вспыхнули. Сгусток пламени стремительно направился в сторону повелительницы Йотунов, но та лишь грациозно увернулась, расплываясь в довольной улыбке. – А это становится весьма интересным! Кружась, словно в танце, они то и дело нападали и отражали магические атаки. – Маленькая бедненькая девочка! Ты так одинока! – злорадно шептала Скади, изображая сожаление. – А он так хорош собой. Нежный и страстный одновременно. – Можешь говорить что угодно: мне все равно. – Ты думаешь, он любит тебя? Думаешь, он придёт и спасёт тебя в очередной раз? – увлечённо продолжала сыпать колкости брюнетка и просчиталась: пламя опалило ей лицо, оставляя ужасный след. – Внешний вид не всегда отражает внутренние возможности. – Довольно улыбнулась девушка. – Как видишь, я не нуждаюсь ни в чьей помощи! – Этот лживый мерзавец думает только о себе. Он не привык считаться с другими, ни в грош не ставя нужды и желания окружающих, – вопила Скади преисполненная яростью. – И он ответит за то, что сделал. – Я знаю, – равнодушно ответила Кейра. – Но сначала я разберусь с тобой. – напирая, сорвалась брюнетка. – А-а-а. Не так быстро! – воскликнула Кейра, и в её ладони появился тот самый кулон. – Откуда у тебя это? Отдай его немедленно. – Ты ничего не получишь. – Ты и понятия не имеешь, что за вещица находится в твоей ладони. – Напротив. Но то, из-за чего ты развязала эту войну и чем жаждет обладать Локи, должно исчезнуть. – Ладонь Кейры охватило неистовое пламя, спустя мгновение Камень треснул, выпуская энергию. Взрывная волна сбила с ног всех, кто был в радиусе ста метров, а те, кто находился подле, и вовсе превратились в ледяные глыбы. Все, кроме неё. Скади застыла, превратившись в ледяную фигуру с вытянутой рукой в порыве выхватить камень, Кейра же лежала на земле неподвижно, словно спала. Видя все происходящее, в одно мгновение Локи телепортировался в эпицентр взрыва. – Что же ты натворила глупая упрямая девчонка! – прерывисто выдохнул трикстер, пытаясь привести в чувства девушку. Он стоял на коленях, крепко прижимая израненную девушку к груди, целовал её губы и что-то шептал. Умолял не покидать его. Кейра положила свою ладонь ему на щёку, и Локи прикрыл глаза, сглатывая, чтобы Кейра не видела накатывающих слёз, сдерживая всякое желание дать волю эмоциям, поджимая губы. Она никогда ещё не видела Лжеца таким. Может, он и злодей, и лгун, и жестокий тиран, но все же он не лишён чувств. Девушка, которая лежала у него на руках, любит его. Он не хотел принимать это, пытаясь искоренить и уничтожить это чувство любыми способами, но где-то в далёких уголках его души появилось осознание того, что ему были необходимы чьи-то любовь и признание. Эта девушка прониклась чувственностью к такому негодяю, как он, выразив не просто равнодушное сожаление, а оказав поддержку, в которой он так нуждался, чтобы ни говорил и как бы ни отрицал этого. Он чувствовал, что он к ней привык, даже зная, насколько она может быть невыносима и упряма. Чувствовал, что не хочет её потерять, ощущая, что рядом с ней он способен на большее, чем может. Она же хотела ему сказать, что теперь он не один, что их теперь двое, и все остальное не имеет никакого значения.***
POV Кейра Аааа... Как же больно. Хочется кричать, но я не могу издать ни звука, лишь выражение боли исказило моё лицо. Я чувствую, как кто-то берет меня на руки, чувствую, как чьи-то волосы спадают мне на лицо, чувствую, как мои щеки и губы накрывают поцелуи. Я открываю глаза и вижу его лицо, его чарующие словно небо глаза, полные страха и отчаяния. Улыбаюсь, пытаясь игнорировать боль, но он прекрасно чувствует этот обман и горько улыбается мне в ответ. Боль постепенно уходит, сменяясь бессилием и жутким холодом. Губы сильно дрожат… Но меня греет то, что рядом со мной он… Сильный, грозный, могущественный. Он не испытывал никаких угрызений совести, когда убивал, калечил, ломал людям жизнь, руша их судьбы. Он не чувствовал ничего, причиняя страдания окружающим. Возможно даже он испытывал некое наслаждение, убивая, но вскоре убийства стали для него чем-то обыденным, повседневным, само собой разумеющимся, и даже это чувство он больше не испытывал уже несколько последних сотен лет. Он просто обиженный ребёнок с кучей комплексов, готовый разрушать всё на своём пути, пытаясь доказать всему миру, что достоин быть царём. И он разрушил меня. Он изменил всю мою жизнь. Он изменил меня. Я стала другой. Больше нет той маленькой девочки с наивно-распахнутыми серыми глазами, которая когда-то плакала у разрушенного дома, размазывая по чёрному от сажи лицу горячие слёзы. Она исчезла, как будто её никогда и не было. И всё из-за него. Я помню нашу первую случайную встречу. У меня и надежды не было познакомиться с ним ближе. Почему же? – спросите вы – ведь странно, почему я не могу узнать получше человека, который живёт рядом и которого я вижу каждый день? А причина была, и она крылась во мне самой. Я прекрасно понимала, что была несовершенна, недостойна его. Это глубоко сидело в моём подсознании, и я не могла избавиться от этого. Моё происхождение и проклятие магией терзали меня. Лишь спустя годы я узнала, что мы очень похожи. Моё сердце словно калёным железом обжигала каждая случайная встреча с ним в коридоре замка или в залах во время пиров, я не могла и головы поднять в его присутствии. Лишь украдкой я наблюдала за ним. Мне хотелось запомнить его надолго, сохранить у себя в памяти навсегда, сделать моим, только моим… Постепенно он перестал быть для меня живым человеком, стал каким-то призраком, романтическим героем, отстранённым, выдуманным мной, идеальным и непогрешимым. Мне было приятно верить в эту сказку, и я всё меньше стала стремиться к знакомству с ним, стала воспринимать его как привычную декорацию, которая наполняет мою жизнь каким-то смыслом и живостью. Это длилось, пока его не заключили в темницу, и Фригга не наказала заботиться о её младшем сыне. Нарушив все запреты, я помогла ему бежать, а после кляла себя за совершенную глупость. Все мои страдания рассеялись, когда я обнаружила его в лесу раненного, еле дышащего, но живого. Ледяные великаны. Как же я их ненавижу, но если бы не они, не случилось бы ничего, что так сблизило нас. Ещё несколько часов назад под его уничижительным, презрительным взглядом мне хотелось провалиться сквозь землю, умереть, чтобы только никогда больше не смотреть в эти невыносимо красивые и невыносимо жестокие глаза. Надежды были растоптаны… Чуда не случилось, и мои стенания были напрасны. Но сейчас я вижу боль и отчаяние в этих бездонных глазах. Я вижу страх потери, раскаяние и безграничную нежность. Холод. Он почти заполнил меня, мне тяжело дышать. Мне так хочется сказать ему о своих чувствах, но я, словно пойманная рыбка, жадно хватаю воздух, едва шевеля губами. Я бы отдала ради него всё… Ради того, чтобы проснуться и увидеть его рядом с собой… Чтобы слышать его дыхание, чувствовать нежность его рук, что крепко обнимают меня во сне, вдыхать его запах, следить за малейшим движением его ресниц поутру, пока он спит… Одинокая слезинка катится по щеке, оставляя за собой влажную дорожку из разбитой надежды. Кажется, что слеза превратится в льдинку, не успев упасть на землю, прямо на щеке… Прости, что так получилось.***
Она медленно растворялась в его объятиях, превращаясь в россыпь огоньков, покидая его навсегда.
