Королева Османов

-Хюррем, очнись...Хюррем! Женщина помотала рукой перед собой, словно пытаясь отогнать образ, всплывший перед глазами. Это был Ибрагим, который обрызгал вдову султана ледяной водой. Хюррем поморщилась от резкой боли в висках. Повсюду чувствовался стойкий запах лекарств. Взгляд великого Визиря представлял собой смесь обеспокоенности и сочувствия. Он посчитал, что рыжеволосая славянка совсем не в состоянии сейчас обсуждать какие-либо дела, пусть даже и самые насущные, и, уже было начал вставать, как вдруг женская ладонь неуверенно дотронулась его руки. -Останься, прошу тебя! Мы с тобой еще не договорили! Грек решил не спорить, поэтому покорно присел на кровать, неподалеку от скорбящей вдовы. Хюррем собралась с силами, а затем перешла к делу, по которому и вызывала лучшего друга покойного Падишаха: -Я звала тебя по одному очень важному делу. Думаю, что ты и сам догадываешься о его сути. Мехмед теперь должен будет взойти на трон, а ты, как самый могущественный великий визирь за всю историю, должен будешь стать его первейшим советником. На завтра назначена церемония восшествия на престол. Ты должен будешь принести священную присягу моему сыну и обеспечить полное повиновение, как войска, так и совета Дивана. Я обещаю тебе, что не буду мстить за те страдания, что ты причинил мне за все эти годы. Во имя своих детей, я забуду про все и никогда не стану вспоминать. Ну что, заключим союз, ради общего будущего? Ибрагим ни сколько не удивился, услышав предложение своего давнего врага. Что еще могла попросить мать старшего наследника, оказавшаяся в одиночестве, посреди врагов, страстно желающих властвовать. Грек не стал затягивать с ответом, прикинув про себя возможные выгоды от этого сотрудничества: -Твое предложение очень заманчивое. Но у меня будет ряд обязательных условий, иначе ничего не могу обещать. Хюррем усмехнулась. Она ни чуть не сомневалась в том, что ненасытный греческий раб попытается выторговать для себя какие-то особенные привелегии. Но в нынешнем непростом положении, славянка была готова идти на вынужденные уступки. - Чего ты хочешь? Визирь задумчиво потеребил свою бороду. -Ты хочешь узнать мои требования? Ну так слушай! Во-первых, Я останусь на должности великого Визиря и мое денежное жалование вырастет до четырех миллионов. Во-вторых, звание Сераскира также останется у меня, кроме того, твой сын даст клятву перед советом Дивана, что не казнит меня при любых обстоятельствах. Как ты понимаешь, я должен позаботиться о своей безопасности. Вообще, я совсем не собираюсь диктовать Мехмеду что и как делать. Но, как человек, ведающий делами государства на протяжении более десятка лет, я надеюсь, что будущий султан будет прислушиваться к моим компетентным советам. Хюррем тяжело вздохнула, но в конце концов, утвердительно кивнула. Ведь особого выбора у нее и не было. -Хорошо! Я поговорю с сыном. Он все сделает. Так мы теперь в одной лодке? Ибрагим поклонился будущей Валиде султан и, прежде чем покинуть комнату, сказал ей напоследок: -Мы всегда были в одной лодке. Просто раньше, мы гребли в противоположных направлениях. Наступило утро, которое должно было стать судьбоносным для османского государства. В покоях Хасеки Хюррем султан было очень многолюдно. Кроме членов султанской семьи, здесь находились всевозможные слуги и наложницы, ожидающие различных приказаний от, собравшихся здесь, султанш. Госпожи выстроились в строго установленном порядке, в ожидании того, кто сегодня должен был стать новым Властелином мира. Первой, как и было заведено испокон веков, стояла Хюррем, одетая в мешковатое черное одеяние. Голову женщины венчала драгоценная высокая корона, изготовленная на заказ еще со времен свадебной церемонии между ней и султаном Сулейманом. За будущей Валиде султан, следовали высокородные тетушки Мехмеда, потом была очередь Михримах, Эсмахан и Хуриджихан. Следом за юными госпожами находилась беременная фаворитка Клара. Заканчивала эту почетную колонну Гюльфем хатун. Юные сыновья султана Сулеймана стояли в сторонке от женщин. Они, в глубине души, догадывались, что теперь изменится не только судьба их старшего брата, но и их собственная. Закон Фатиха был известен всем без исключением в этом дворце. Услышав в коридоре тяжелые шаги и громкие крики, женщины умолкли. Через секунду один из слуг, охранявший покои Хасеки султан, возвестил о прибытии "виновника торжества": -Дорогу, султан Мехмед хан Хазретлери! Все, за исключением Хюррем, склонились перед тем, кому было суждено возглавить Османскую Порту. Мехмед быстрым шагом влетел в комнату и, всего парой размашистых шагов, преодолел расстояние от дверей до, ожидающих его, родственников. Хюррем решила подбодрить сына, который заметно нервничал в этот непростой день, подарив ему улыбку, прежде чем протянула свою руку для поцелуя. Юноша запечатлел поцелуй на руке матери, после чего обнял славянку, которая хранила траур по погибшему супругу. Закончив с объятиями, Хюррем сказала напутственные слова: -Мой дорогой сынок, вот и настал момент, уготовленный нам судьбой. Сегодня ты взойдешь на трон, и все склонятся перед тобой. Сейчас наступило очень тяжелое время, для всех нас. Твой отец погиб в предательской засаде. И теперь все враги ополчатся на нас. Мы обязаны продемонстрировать всем свою силу. Покажи, что ты силен и могуч, под стать своим отцу и деду. Мехмед кивнул и повторно поцеловал ладонь матери. Хюррем щелкнула пальцем и, через пару несколько секунд, одна из наложниц накинула ему на плечи новый парадный кафтан, специально предназначенный для этого исторического момента. В руках этой девушки был и высокий головной убор, который султаны надевали лишь в очень важных случаях. Хюррем водрузила его на голову сына, преисполненная гордостью за юношу. -Иди мой лев, покажи им, что у великой Османской империи есть хозяин, которого стоит бояться. После, Мехмед выслушал приветственные слова остальных своих родственников, а затем отправился навстречу своей судьбе. Султанши, дружным строем проследовали на высокую башню, с которой открывался замечательный вид на площадку, где будет проходить сама церемония. Площадь была полна янычарами, нетерпеливо разгуливающими взад-вперед в ожидании выхода нового Повелителя. Тяжелые золотые ворота открылись и двое широкоплечих слуг вынесли трон великой династии Османов. Неподалеку находились члены совета Дивана, нервно переглядывающиеся друг на друга. Они понимали, что ситуация в государстве далека от идеала. Падишах и шехзаде Мустафа были зверски убиты персами в кровавой бойне. С запада подбираются император и австрийский эрцгерцог. Да и сама империя может в любой момент загореться огнем мятежа. Взгляд Хюррем наткнулся на Ибрагима, который увлеченно рассматривал трон. Это зрелище очень не понравилось новоиспеченной Валиде султан. "Неужели придет момент, когда он замахнется и на трон моего сына? Необходимо быть настороже и не спускать своих глаз с Ибрагима. Он всегда был ненастным, но раньше его сдерживал страх перед Сулейманом. Сейчас же, бояться больше нечего. Мехмед пока не имеет никакой репутации, поэтому Ибрагим постарается еще больше увеличить свое влияние на совет, армию и флот." От невеселых размышлений женщину отвлек вышедший к толпе стражник, объявивший о выходе Падишаха. Все женщины, которые находились сейчас в башне, внимательно приковали свой взгляд к воротам. Мехмед уверенно проследовал по направлению к трону своих предков, после чего демонстративно сел на свое законное место, окинув грозным взглядом всех собравшихся.