Подарки судьбы

Предательство. Церемония бракосочетания должна была проходить в великолепной и помпезной церкви в самом центре Марселя. Эймос Конор, влиятельная персона в мире финансов, альфа с известным громким именем, должен был проводить своего пасынка к алтарю, где его ожидал жених, Майкл Флоринтайн, важная фигура в теле-индустрии и политике. Всем в окружении альфы было известно, что Эймос мечтал выдать своего пасынка-омегу за одного из своих сыновей, но ничего не вышло — один из немногих случаев в его жизни, когда все пошло не так, как он запланировал. Общее волнение около церкви росло. Венчание планировалось после полудня, но журналисты с телекамерами и фотоаппаратами уже прибыли на место, на час раньше положенного времени. И все с нетерпением ждали прибытие братьев Конор. Послышался гул, и к церкви подъехала роскошная машина, из которой вышли трое богато одетых альф и омега — нынешний муж Эймоса и папа Дария (пасынка альфы). Для своих сорока пяти лет омега выглядел превосходно. Казалось, что он не комфортно чувствует себя под светом прожекторов, поэтому ускорил шаг и поторопился войти в церковь, пока братья альфы позировали на ступеньках. Внутри его уже ожидали омеги трех братьев - красавчиков. — Здравствуй, Александр. Ты вроде бы был с нашими мужьями?! — попытался его поддеть Леонид. — Здравствуй, Леонид, Кен, Тревес, — спокойно всех поприветствовал омега и продолжил: — Ваши половинки стоят на ступеньках и позируют, стараясь дождаться отца и Дария. — Готов спорить, это самый счастливый день в твоей жизни, Алекс, — проговорил Тревес. — Дарий все-таки избежал горькой участи стать омегой одного из наших мужей. Омега улыбнулся, ласково посмотрел на альф, которые шли к ним по проходу, и проговорил: — Вы же знаете, как я люблю их всех. И я не был бы против, если бы Дарий пожелал стать омегой одного из них. Но, как известно, этого хотел не он, а Эймос… И все окружающие одобрительно закивали, понимая желание омеги не развивать скользкую тему дальше. Все близкие знали, что альфа привык все делать по-своему. — Саша, как ты убедил его позволить отдать Дария за другого? — пробормотал Кен, омега Дэна. — Мне всегда казалось, что ничто не сможет заставить его изменить свои планы. — И то правда, — иронично ответил Александр. — Я просто сказал ему, что если он будет и дальше настаивать на своем, добром это не кончится. Когда он осознал мои слова, сдался. Ведь о нашем разговоре узнало бы все общество… — И люди посмеялись бы над ним, а ведь он этого терпеть не может. Знаете, я думаю, что брак с вами — это лучшее, что произошло с моим отцом за всю его жизнь. Это, наверное, и есть сила истинных, — проговорил Алан, целуя ручку омеги, продолжая развивать тему отца и его идей. — Александр, только вы в состоянии его осадить. — Алан, солнышко, где ты был? Мы были разочарованы, когда ты не прислал ответ на последнее письмо, и боялись, что ты не успеешь на свадьбу. И прошу тебя, говори тише! Не хочу, чтобы твой отец это слышал, — последние слова Александр буквально прошептал. — Прости, папа. Как видишь, я успел, а был я в экспедиции на мысе Надежда. Надеюсь, все знают, где он находится? И рассказывать об этом никому не придется во всех подробностях, — ответил Алан, пожимая руки старшим братьям альфам, а после — целуя ручки омегам. — Ты не представляешь, как я рад тебя видеть. — Папа, я же не мог пропустить свадьбу всей нашей единственной гордости. А где жених? — Он должен прибыть с Джексоном, ведь тот его шафер. — Так значит, не заарканили только нас. Как жаль, отрываться будем только мы вдвоем. Так, пока нет отца, тихонечко спрошу, когда я буду баловать племянников? — и все три пары потупили взгляд в пол и тихо вздохнули, не зная, что ответить, ведь их жизнью практически руководил Эймос. В воздухе царила атмосфера радости, которую в последнее время переживала вся семья. Один за другим альфы находили своих истинных омег, которые идеально им подходили. Дэн отвернулся от светских омег, которые желали его на себе женить, и выбрал Кена, омегу с острова, коим он владел. Марсель, наконец-то, обрел счастье с Тревесом, омегой, которого однажды уже по своей глупости терял. Томас практически нуждался в Леониде, потому что только с ним был самим собой. Любовь еще одного сына-альфы Никиты и его омеги Доминика прошла все ссоры и недоразумения, потому что они были созданы друг для друга. Только Алан и Джексон оставались холостяками. Алан постоянно был в своих экспедициях и очень редко появлялся дома. И это тоже Эймос считал своей ошибкой, пытаясь понять, где он промахнулся в воспитании сына, но благодаря Александру и Дарию он забывал обо всем, когда Алан появлялся дома. Джексон был привлекателен, и многие поговаривали, будто из всех братьев Конор он один больше всего был похож на Эймоса. Строгое лицо с резкими чертами, точеное, как у отца. Светло-каштановые волосы и темно-карий цвет глаз. И разница в их характере была еле уловимой: у одного помягче, а у другого по сквернее. Годы работы, тяжелый и тернистый карьерный путь добавили лицу Эймоса суровый и грубый вид. А у Джексона угадывалось тоже самое выражение, но несколько мягче. Как только он стал делать карьеру в политике, то тут же познакомил Дария с Майклом Флоринтайном, будущем мужем омеги. И только для того, чтобы отец снова не заводил разговор о свадьбе Дария с кем-то из его братьев, но он и не подозревал, какой сволочью окажется его друг.

***

— Ты готов? — крикнул Джексон из-за полуоткрытой двери спальни в гостиничном номере. — Майкл, поторапливайся, машина уже ждет! — Сейчас-сейчас! — откликнулся Флоринтайн. В зеркале отражались две красивые и статные фигуры тридцатилетних альф, одетых в праздничные фраки. — Ну, как я выгляжу? — спросил Майкл. — Превосходно! Прямо-таки образец счастливого жениха, — весело ответил Джексон. Майкл бросил на него испепеляющий взгляд: — Не говори глупости! Счастливых женихов не бывает. Все они трясутся от сознания ответственности, которая в этот день ложится на их плечи. — Слушай, если подумать, то ты прав. Мои братья на своих свадьбах были на грани нервного срыва и, только когда все проходило гладко, могли немного расслабиться. Альфа знал, что за волнением друга скрывается нечто большее. Майкл — альфа в самом расцвете лет, успешен, богат, да еще и начинающий политик. Уверенность в его действиях проходила красной нитью сквозь всю его жизнь. Джексон сам видел, как его друг стал меняться на глазах после знакомства с Дарием. Он видел, как тот делал омеге предложение, так как сам находился в том же ресторане, присматривая за милым сводным братом по приказу отца. Эймос боялся потерять Александра, и это отражалось на его поступках, но Александр делил свою любовь на всех. Эта любовь перепадала и им с братьями, но только отец и единственный ребенок омеги получал ее чуточку больше. Нет, братья-альфы никогда не жаловались, но если что-то происходило, Саша всегда был рядом. Вот уже двенадцать лет, как Дарий был его сводным братом. И их отношения нельзя было назвать стабильными, но братья все равно окружили омегу своей любовью, стараясь никого к нему не подпускать. Это продолжалось до тех пор, пока отцу не пришла в голову идея женить кого-то из братьев на Дарии. После этой идеи братья перестали сильно опекать сводного брата, стараясь того с кем-нибудь познакомить из своего окружения, но только Джексону это удалось. И когда его лучший друг сделал его братишке предложение, Джексон был рад за них обоих. Глядя на Майкла, Джексон радовался, что именно его другу достанется такой прекрасный и милый омега, достаточно умный, чтобы получить красный дипломом детского хирурга, да еще способный дать отпор в любом споре или драке. И этот настоящий красавец достанется его другу. Джексон радовался тому, что сделал правильный выбор для своего брата. Джексону пришлось улететь на переговоры сразу же после помолвки его друга и брата. И вернулся он только две недели назад, но за эти две недели стал замечать, что его друг постоянно на взводе. Альфа все это списал на обычное предсвадебное волнение и решил проследить, чтобы все прошло без эксцессов. — Ну, пойдем же, — поторопил он друга, открывая дверь. — Нам уже пора! — Подожди секундочку, мне кажется, я что-то забыл, — нервно отозвался Майкл. — Не паникуй, я все уже взял. — Точно? — Вот кольцо, смотри, — и альфа вынул маленькую коробочку из кармана, чтобы доказать, что кольцо на месте. — Ты ведь за ним хотел вернуться? — Да-да, конечно. Альфа ободряюще хлопнул Майкла по плечу, заметив волнение в его голосе: — Все в порядке! Ну, пойдем! Через несколько минут они спустились и, поприветствовав шофера, забрались на заднее сиденье лимузина. До церкви было недалеко, но в то утро на дорогах, как специально, образовались ужасные пробки. Пока они еле ползли, волноваться начал уже сам Джексон: — Ну же! Если так будет продолжаться, то отец и Дарий прибудут раньше нас. — Как твой отец согласился отдать Дария? Как только подумаю об этом, так голова идет кругом. — Майкл, успокойся, все будет хорошо. — Я сомневаюсь, что твой отец отступил от мысли женить Дария на ком-то из вас. — Я уже объяснил отцу, что Дарий мне нравится, но не настолько, чтобы я на нем женился, да и не хочу я… пока. А Алан… он всегда где-то пропадает, лишь бы не видеть отца. — Значит, поэтому ты познакомил меня с ним. И как я раньше не догадался. Это получается, я — твоя замена? — Майкл, друг, у меня и в мыслях такого не было, — шокировано вымолвил Джексон. — Да ладно, Джек. Твой старик, ни-ко-гда, не признавал поражений. И я уверен, он из кожи вон вылезет, чтобы сорвать эту свадьбу. — Что ты, черт подери, имеешь в виду? — Да он постоянно был препятствием, когда я приходил приглашать куда-то Дария. И пока я ждал твоего брата, твой отец не раз просил оставить в покое вашу семью и Дария. И если я этого не сделаю, то он знает, как ударить по - моим финансам и жизни. — Я надеюсь, ты сумел дать отпор ему? — У меня даже шанса на это не было, чтобы что-то ответить. Он быстро развернулся и ушел, при этом так хлопнув дверью, что я даже стал ждать, когда же рухнет в гостиной мезонин. — Да, это в его духе. И я рад, что ты не отступил от Дария, и ему достанется такой смелый муж. — Но я вовсе не люблю его, — тихо пробормотал Майкл. — Я сделал это предложение, чтобы позлить твоего отца. Я просто потерял самообладание, вот и все. А сейчас я себя проклинаю, не хочу делать ему больно. — Майкл, ты хочешь сказать, что сделал предложение руки и сердца Дарию только для того, чтобы позлить моего старика? — Да. Ты же знаешь, я не люблю, когда мне указывают, и поэтому, разозлившись, я сделал предложение Дарию, а вот теперь не знаю, как быть. Он прекрасный и славный омега, но я не люблю его. Если бы твой отец не стал угрожать мне, я не стал бы делать это предложение. — Майкл, я отказываюсь в это верить! Я ведь видел вас, вы оба светились от счастья, а это ваша любовь, она же… — Джексон, пойми, не было никакой любви, я просто все это разыграл, — мы остановились на светофоре, когда друг тихо проговорил: — Джексон, прости, я не могу, объясни все Дарию и скажи, что я верю в то, что он встретит свою истинную пару и…, что он обязательно будет счастлив, но не со мной… прости. Майкл тут же открыл дверцу и выскочил на тротуар. — Майкл, вернись, ты должен сам все объяснить Дарию. И еще у него была какая-то новость для тебя. Майкл, — Джексон выскочил из автомобиля и кинулся за другом, но того уже и след простыл, так как Майкл всегда двигался быстро. Джексон обошёл аллею, но и там не обнаружил Майкла. Уже вернувшись к машине, он стал осознавать весь ужас сложившийся ситуации. Всю дорогу до церкви он пытался придумать, как преподнести новость о побеге жениха. Увидев множество телекамер и фотовспышек, альфа застонал уже в голос, представив, что будет написано в газетах и показано на телевидении. Быстро попросив шофера, чтобы тот подъехал со стороны черного входа, он сам пригнулся в машине, чтобы его не заметили. Вручив щедрые чаевые шоферу, попросил того держать язык за зубами и никому ничего не рассказывать. Пока Джексон пробирался через черный вход к своим, надеялся, чтобы с братом было все хорошо и повел он себя адекватно. Ведь омега очень силен, но голос в голове твердил обратное: «Ты просто говоришь себе то, во что хочешь сам верить. Эта новость раздавит его, и поэтому перестань себя обнадеживать».

***

Он вошел в основную часть церкви и увидел всю свою семью, они сидели на передней скамье и что-то внимательно слушали и улыбались. Пройдя чуть-чуть вперед, он увидел Алана, и тот что-то рассказывал с улыбкой на лице. Первыми Джексона заметили Дэн, Марсель и Томас, и они жестом попросили младшего подойти. — Где Майкл? Джексон, что случилось? — Жених не приедет… он… короче, он струсил в последний момент. И на очередном светофоре просто выпрыгнул из машины. Я попытался его догнать, но не смог… простите. — Что все это значит? — тут же возле них оказался Александр. — Он ведь не может так поступить с моим сыном! — возле них тут же оказались и другие члены семьи. — Полагаю, он все это время терзался в сомнениях, и вот сейчас они его полностью сокрушили и одолели. Прежде чем кто-то что-то мог сказать, орган заиграл свадебный вальс, и в проходе показались Эймос и Дарий. — О нет, только не это! — простонал Джексон. — О, Господи, Саша, это же катастрофа! — взволновано проговорил Кен. Уже глядя на омегу, Джексон стал себя проклинать, надо было дождаться их в машине и все рассказать. На улице омега смог бы уехать тихо и без унизительных сцен, а теперь ему придется развернуться у самого алтаря, да еще одному покинуть церковь. Джексон не мог оторвать взгляд от Дария, и ему казалось, что перед ним совсем другой человек. Альфа не мог понять, куда делся сильный и скромный омега, которого он всегда видел за завтраком, обедом и ужином. Теперь перед собой он видел красавца и восхитительного принца в белом одеянии. Его волосы, обычно прямые, заплетенные в тугую косу, были искусно завиты, и в них была прекрасная диадема. А вокруг самого омеги струился свет, который он никогда не замечал. Уже подходя к алтарю, Эймос заметил только своих близких и Джексона. В его душе что-то перевернулось, и он, нахмурившись, остановил приемного сына, а сам подошел к младшему. — Где он? Почему ты один? А вы вместо того, чтобы сидеть, столпились здесь? — Боюсь, у нас проблемы, — ответил Джексон, отступая от отца, а Саша немного приблизился к пасынку. — Майкла здесь нет. И он…, он не придет, — как только альфа это договорил, к ним подошел Дарий. — Папочка, что здесь происходит? — Понимаешь, солнышко… Майкл, он, — начал было Александр, но его тут же прервал Эймос. — Твой альфа сбежал и даже не смог объяснить свой побег. — Он не может так со мной поступить, — и омега поднял глаза на брата. — Джексон, может, он просто заболел? Или ему плохо? — Нет, Дарий, он здоров, как бык. Прости, Дарий, но он в последний момент передумал и сбежал, выпрыгнув из машины. И я понятия не имею, где он сейчас. — Сбежал? Он не мог сбежать, да еще и со своей свадьбы. Если это так, то я хочу знать, почему? — Видно, сдали нервы, — просто ответил Джексон. — Нервы сдали? Но…, но что ты имеешь в виду? — еле слышно произнес омега, глядя на брата, отца и папу. — Папа, ведь когда женишься на том, кого сильно любишь, нервы разве сдают… — Дарий, понимаешь, свадьба — это большое событие, с которым некоторые альфы и омеги не могут справиться. — Почему? Что произошло? — спросил Дарий, и на его глазах уже навернулись слезы. — Он вдруг осознал, что просто не может выдержать этого. Дарий, больше ничего не говоря, отошел от них, и было видно, что он старается бороться с обуревавшими его чувствами. Боль, недоверие, разочарование — все эти чувства разом отразились на прекрасном лице омеги. И последнее, что Джексон заметил на лице у омеги, было страдание от унижение. Глядя на сына, Эймос пришел в такое негодование, что даже у Александра появилась мысль сбежать. — Как только найду его, ему мало не покажется. С задних скамеечек уже поднимался шум, и до гостей стал доходить смысл того, что произошло, а священник предложил всей семье пройти в более тихое помещение, чтобы они могли поговорить спокойно и без посторонних лиц. Уже в безопасном месте Джексону пришлось повторить все, что было, по дороге, при этом он держал за руку Дария, чувствуя его напряжение, которое росло с каждой минутой. — Я его убью, в порошок сотру, — рычал Эймос, накручивая круги. — Присоединимся, — поддакивали старшие братья, обнимая омегу. — Я не разрешаю вам к нему приближаться, пока сам с ним не поговорю и не выясню, что случилось на самом деле. — Но Дарий… — начали было Дэн и Марсель. — Я сам разберусь,, и не лезьте, — зло и строго, глядя на них, произнес Дарий, и альфам ничего не оставалось, как отступить и ждать решения отца. Посмотрев на Дария, Эймос просто достал телефон и отдал его Дарию. И только Джексон знал, что отец сейчас очень гордится этим маленьким, но решительным омегой. Об этом говорила его легкая, скрытая улыбка в глазах. — Дарий, отдай мне телефон, я против того, чтобы ты ему звонил, — четко проговорил Джексон. — Отстань от меня. Ты мне никто, чтобы стоять и говорить, что мне делать. — Я пока еще твой старший брат, который о тебе заботится. — Ты не заботишься, ты, как все альфы, только диктуешь свои правила, по которым мы, бедные омеги, должны жить. А я этого не хочу. После того как Дарий высказал свое мнение, движимый в этот момент гневом, о том, как он относится ко всем альфам в общем, и Джексону в частности в комнате воцарилась гнетущая тишина, и только Александр ее решил нарушить, подойдя к своему ребенку. — Дарий, давай я сам поговорю с Майклом, а ты пойдешь, умоешься, тебя проводят Кен и Тревес. Но Дарий, вцепившись в телефон, только отшатнулся от папы. Омега быстро набрал знакомый номер, но в ответ — тишина. Он набирал несколько раз, а вся семья стояла поодаль от него, только Саша старался быть ближе. После пятнадцатого раза по комнате стали разносится всхлипы. И папа, не выдержав, присел рядом с Дарием, а потом уже стали подходить отец и старшие братья со своими мужьями. Джексон стоял в стороне и не находил слов, он не знал, что можно сейчас говорить, а что нет, наверное, боясь, что Дарий снова на него накричит. Алекс чувствовал, как его сына трясло, а отец продолжал гладить его по плечу. Ну а братья оказывали дружескую поддержку, стоя молча рядышком.

***

Дарий уже почти успокоился, когда дверь распахнулась и на пороге появился Никита со словами: — Я не понял. Я тут боялся опоздать, а свадьба еще и не началась… Но дальше ему не дали вставить и слова — старшие братья отвесили ему по паре подзатыльников. Дарий, выбравшись из объятий папы и отца, молча направился на улицу с черного хода, возле которого уже собралась вся пресса. Омега, как на автомате, прошел мимо них, сел в машину пап и отправился домой, а Джексон и Алан последовали за ним по приказу отца. В машине Дарий позвонил в банк и снял со своей карты всю денежную сумму, потом был звонок в аэропорт и заказ пяти билетов на одно время, но в разные страны, для того, чтобы его быстро не нашли. Выйдя из машины возле дома, омега вошел и направился в свою комнату. Собрав быстро вещи и документы, Дарий сел на свой мотоцикл и, пока братья спорили, кто ведет машину, омега уже скрылся.