Мой парень - призрак, или Игры Судьбы и Смерти...

      Я вздрогнула и открыла глаза. Тут же взглядом нашла фигуру лежащего рядом Нацу. Успокоилась и присмотрелась. Он расслаблено спал, подложив руку под голову. Он был очень бледный, что являлось нормальным для призрака. А лунный свет, падающий на его лицо и руки, делал парня слегка прозрачным. Я снова вспомнила увиденный кошмар и вцепилась в белую рубашку, словно он мог исчезнуть прямо на моих глазах.       И тут в темноте блеснули два серебристых огонька. Его глаза. Они слегка светились, но меня это скорее успокаивало, чем пугало. Я знала, что он здесь, рядом со мной. И пропадать не собирается. Словно камень с плеч свалился.       — Что такое? Почему не спишь? — тихо и слегка хрипловато спросил он, изучая меня взглядом.       Я снова вспомнила тот сон. На глазах появились горячие слёзы. Я прижалась к нему, пряча лицо. Не хочу, чтобы он смотрел.       — П-просто кошмар приснился, — всхлипывая проговорила я.       Снова у меня перед глазами возник этот сон. Я стою и плачу. А Нацу исчез. Сначала он стал почти прозрачным. А затем просто испарился. И я помню только удивленные и напуганные серебристые глаза. И протянутую ко мне руку, за которую хотела отчаянно ухватиться.       — Что за кошмар? — его пальцы легко поглаживают спину, успокаивая. А я тихо всхлипываю.       — Мне приснилось, что ты исчез. Оставил меня.       Через секунду я полностью оказалась в кольце его рук. Драгнил крепко прижал меня к себе. И гладил уже по голове.       — Я тут. И никуда не пропаду. Обещаю, — в голосе звучал металл.       — А как же твоя память? — мне было страшно. Поэтому я вцепилась в него еще сильнее, словно это было последним, что я могла сделать, чтобы удержать его.       — А об этом не беспокойся. Прорвемся! Вот увидишь, я все вспомню! — его голос повеселел. Мне стало гораздо легче. Слезы прекратились. Но отпускать парня я не торопилась.       — Точно?       — Обещаю тебе. Ты же сама как-то сказала, Судьба на нашей стороне, — и я успокоилась совсем. Он прав, я такое сказала ему. Слова Девы, которые сильно удивили меня. Надеюсь, это правда. Я не хочу терять его.       Успокоившись, я заснула. Только вот снов больше не видела…

***

      Проснувшись утром, я не спешила вставать. Тихо лежала и рассматривала лицо спящего Нацу. Оно ни капельки не изменилось. Все такие же аккуратные черты, расслабленное выражение. Казалось, сейчас он откроет свои серо-зеленые глаза и снова открыто улыбнется, сказав новую колкость.       Но он открыл серебристые глаза. Они у него с потери памяти такие. И нежно посмотрел на меня.       — Больше кошмары не снились? — слегка хриплый от недавнего пробуждения голос ласкал слух. Он все равно был моим самым любимым и самым близким.       — Нет, — я улыбнулась. — Но будет кошмар, если я в институт опоздаю.       — Институт? — Драгнил приподнял розовую бровь. Меня всегда умилял этот жест. — Что-то знакомое…       — Память чешется? Это хорошо. Если что вспомнишь, говори! Я только рада буду! Точно! — мне в голову пришла гениальная мысля. — Я тебе Эльзу и Грея покажу. Они твои лучшие друзья. Были. Может, хоть их ты вспомнишь.       Бровь поднялась еще выше. А её обладатель задумчиво хмыкнул и ушел в себя.       А я тем временем выбралась из кольца холодных, но родных рук и направилась в ванную. После всех водных процедур я вернулась в комнату и стала шарить взглядом в поисках моей второй половинки. Слава богам, он не сидел в углу! Нацу сел под стенкой, сложив ноги в позе лотоса, был погружен в себя.       Пользуясь случаем, я быстро оделась и собрала вещи. Так, теперь надо разбудить нашего призрака.       — Ау! Ты там в себе не теряйся. А то я из-за тебя в институт опоздаю! — пощелкала у него перед носом пальцами.       Застекленелый взгляд метнулся на меня. О, ожила птичка!       — Извини. Пойдем, — он поднялся и по привычке вышел через стену. А мне осталось следовать за ним. Через дверь. Я ему не супервумен! Нацу дождался меня на улице и пошел следом, разглядывая дома, людей, транспорт. Для него с потери памяти все было в новинку. А я и не протестовала. И всегда отвечала на короткие вопросы, которые он задавал. А сама предвкушала его реакцию на встречу с друзьями. И гадала, какой же она будет. Не поймет? Кивнет? Проигнорирует? Или же хмыкнет в обычной манере? Интересно знать…       Только мы зашли в огромное здание института, как Драгнил тут же начал любопытно вертеть головой и все осматривать. Вот люди его и не видят, а мне почему-то всё равно стыдно! Не знаю, почему. А объект стыда тем временем разглядывал студентов, само здание, заглядывал в аудитории. И вот мы пришли к нужному кабинету.       — Приветик! — с этим криком я влетела в помещение и накинулась на Эльзу и Грея. Потискав друг друга, мы расселись по местам, разговаривая о мелочах. И тут я увидела, что Нацу молчаливой тенью возвышается за спиной Отмороженного. С пустыми глазами Драгнил протянул руку и слегка коснулся ею черных волос, которые всегда торчали в разные стороны. Я наблюдала за каждым движением, стараясь ничего не пропустить.       — Ау, Люська, ты чего в астрал выпала? Слушай, у нас на подработке… — начала рассказывать Эльза. Я уже и забыла про Нацу и заслушалась. И как только прозвенел звонок, и я села на свое место, я вспомнила о нем. Мне стало слегка стыдно. Повертела головой и обнаружила его сидящим рядом. Он просто смотрел в одну точку. Пока преподаватель не вошел, я хотела что-то спросить, но резко остановилась.       По его щеке потекла одинокая слеза. Я замерла на месте не в силах ни сдвинуться, ни выдавить хоть словечко. Серебристые глаза блестели от слез. А у меня на душе стало паршиво. Очень тяжело, словно это я все переживаю., а не он. Странное чувство.       Нацу протянул руку к лицу и легко коснулся пальцами своей щеки, по которой стекал соленый ручеек и дальше тек по шее, теряясь в ключицах. Поднес руку к глазам и задумчиво посмотрел на влажность на пальцах. Словно впервые видел слезы. Словно впервые плакал. И взгляд его говорил о том, что он сам не понимает, что послужило причиной этого.       И тут, бросив на меня короткий взгляд, Драгнил исчез. Растаял в воздухе. Я ничего не предприняла, ведь понимала, что ему надо побыть одному, все обдумать.       Пары пролетели быстро. Что очень удивительно. В перерывах я общалась с ребятами. Мы смеялись, шутили, обсуждали каникулы. Было хорошо, словно все снова на своих местах. Но на душе было неспокойно. Словно часть меня оторвали, оставив пустое место, рану, которая не могла затянуться сама. Хотелось взять и дотронуться рукой до этой раны, закрыть её, чтобы унять надоедливую тупую боль. Или же расцарапать и разодрать еще сильнее, чтобы совсем забыться.       — Люси, ты снова от нас в астрал сбежала? — расстроенно произнес Грей. — Что с тобой такое? Расскажи, что…       — Ты сегодня целый день какая-то отстраненная ходишь. Скажи, что тебя терзает, — перебила его Скарлетт. Иногда эти двое бывают слишком догадливы и слишком любопытны. И врать им не хочется, а что поделать?       — Ничего особенного. Просто задумчивая сегодня. Завтра исправлюсь. Честное пионерское! — я попыталась развеселить их и отвлечь. Чтобы не допытывались дальше.       — Когда ты в пионеры подалась?! — хором крикнули они. А затем переглянулись и рассмеялись. И я смеялась вместе с ними. Надо чуть-чуть развеяться. А затем найти его. Волнуюсь же.       — Кстати, Люси, ты стала меньше с нами общаться, — надула губки Эльза. А Грей просто смотрел на меня взглядом брошенной собаки. Только в этом взгляде плясали бесенята. Резвится, зараза.       — Нормально я с вами общаюсь, не надо мне тут. Просто задумчивая все время. А что, моего внимания мало? — ухмыльнулась и потрепала Отмороженного по черноволосой голове. Тот только смешно насупился и вывернулся, злобно сверкая черными глазами.       — Я тебе не кот какой, — ощетинился он. И именно на кота был похож в этот момент. А я хихикнула такому парадоксу.       — Ты чего там хихикаешь? Смешно сильно? Сейчас тебе уши начищу, и не будет тут смеяться, — попытался пригрозить он мне. Ага, конечно, уже боюсь и вся дрожу!       Исполнить обещанное ему не дал звонок. А я только перед носом пальцами щелкнула и сбежала на свое место. Спасена, отомщена.       Последняя пара пролетела быстро и словно в тумане. Я что-то слушала, что-то писала, куда-то смотрела, возможно, что-то говорила. И все это незаметно для себя.       И вот прозвенел последний звонок, оповещающий о конце учебного дня. Я быстро собралась, попрощалась с ребятами и скрылась за дверью. Торопливо двинула к шкафчику. Живенько все дела сделав, вышла на улицу. И стала оглядываться в поисках знакомой розововолосой шевелюры. Надеюсь, у него хватило ума оставаться неподалеку.       Его я заметила, как только все студенты исчезли с поля зрения. Стало пусто, и я сразу смогла разглядеть Нацу, прислонившегося к стене, засунувшего руки в карманы черных брюк и уткнувшегося носом в шарф. Хм, а я ведь почти перестала замечать существование последнего.       Я пошла к нему. Медленно, почти крадучись. Словно боялась спугнуть. Словно он мог убежать. Но он заметил меня и быстро повернул голову на звук шагов, который легким эхом отдавался на пустой площадке. Взгляд его тут же стал виноватым и слегка извиняющимся.       — Люси, прости, я… — начал он что-то говорить, но я перебила его.       — Нацу! — я бросилась на него, едва не свалив с ног, и обвила шею руками, уткнувшись лицом в грудь, все еще пахнущую зимой. — Ты как, в порядке? Прости, что так неожиданно. Я не подумала, что это будет так резко для тебя. Извини! — принялась громко извиняться, едва ли не плача. Ведь это я виновата.       Я почувствовала, как по-родному холодные руки неловко, словно неуверенно, приобнимают меня за спину и легко поглаживают. По этой самой спине пронеслось стадо марашек. Я наконец оторвалась от его груди и заглянула ему в лицо. Серебристые глаза глядели на меня с нежностью и некой благодарностью. А рука провела по голове, слегка взъерошив мои золотистые волосы.       — Не волнуйся, я в порядке. Просто неожиданно накатило. Я их и не знаю, и знаю. Странное чувство… Словно все воспоминания о них находятся за чертой, которую я переступить не могу. Ведь только я пытаюсь вспомнить хоть что-то, начинает зверски болеть голова. Словно сотни маленьких осколков разрывают её изнутри, — он ткнулся носом мне в макушку, а я вжалась в него еще сильнее. Словно в последний раз.       — И что мы будем делать? — спросила я, уже успокоившись.       — Для начала я телепортирую нас к тебе домой. И там порассуждаем. Я, кажется, начинаю догадываться. Чувствую, что близок, но не знаю к чему…       — Тогда домой? — я заглянула в серебристые глаза. Они сейчас выражали спокойствие, легкую грусть и бесконечную нежность. Словно это он меня утешает, а не я его.       — Домой, — кивнул он и улыбнулся. Затем прижал меня к себе, а сжала рубашку и пару нитей свисавшего по спине шарфа.       Не успела я и моргнуть, как заметила резкую смену обстановки. Были на улице, оказались посреди моей комнаты. Вот это способность. Тёмная лошадка-то мой призрак.       — Я и сам об этом знаю, — сказал он, пошатнувшись и плюхнувшись на кровать. Э? Он что, мои мысли читает?       — Нет. Просто смотрю малость, — ято-о? Так надо живо думать о чем думаю (гениально). А ты, шовинист розововолосый, кыш из головушки моей!       На отдалении сознания послышался смешок.       — Так, теперь колись, о чем ты там догадался? Что тебе там думать-вспоминать мешает?       — Не то что бы мешает. Просто дико начинает болеть голова, а сознание — туманиться. Словно что-то намеренно мешает. Или даже кто-то. Может, и по той же причине я призраком стал. Такое чувство, словно эта причина у меня перед самым носом… — он посмотрел в окно, разглядывая небо. Глаза его стали глубокими. Он был далеко.       — А может ли это…       «Довольно!» — резкий шепот ворвался в мои мысли. Только я отошла, заметила, что Нацу странно содрогнулся и завалился на кровать, зажав уши руками.       Я вскрикнула и кинулась к нему. Сначала Драгнил просто крупно дрожал. А затем широко раскрыл глаза и тихо сказал:       — Началось…       — Что началось?! — я в панике схватила его руку. Попыталась схватить. Прошла насквозь.       — Точнее, кончилось, — он слабо улыбнулся и выпрямился. И я заметила, что его руки и ноги стали прозрачными. Исчезают. Растворяются. — Хех, а я почти понял. Пока я могу оставаться материальным, но и это ненадолго, судя по всему. Эй, чего ты плачешь? — он посмотрел на меня. А разве не понятно? Он исчезает. Навсегда. Я же его больше не увижу.       «Не факт», — слабый ментальный смешок.       — Обещаю, что бы не случилось, я постараюсь найти тебя. Даже если исчезну с этого мира — буду искать, — сказал он уже нормально. А я не могла сдержать слезы. А ведь совсем недавно я не могла себе такого представить Как все быстро происходит.       — Почему ты исчезаешь? Почему бросаешь меня? Почему? — Тихо шептала я. — Ты же обещал…       — И я исполню обещание, только подожди, — еле удерживая равновесие, он поднялся и заглянул в мои заплаканные глаза. А затем медленно и легко поцеловал. Я почти не ощутила его губ. Но почувствовала этот поцелуй.       И тут он исчез весь. Я осталась одна. Совсем одна. И тихое «люблю» повисло в воздухе…

Пора сдавать карты, ведь игра затянулась…