Малыши

      Леви надеялась на то, что маленький Гажил будет милашкой, нечета взрослому, но все вышло в точности наоборот. Кто бы мог подумать, что характер маленького Редфокса будет в стократ хуже, чем раньше. Хорошо еще, что сил у этого упертого малолетки убавилось, так что теперь он не мог оказать достойного сопротивления магу слова.       Сейчас маленький брюнет сидел за столом, крепко привязанный к стулу и с ненавистью в алых глазах смотрел на свою няньку.       — Я не буду есть твою кашу! Хочу железо!!!       — А меня не волнует! — раздраженно заявила Леви, пытаясь засунуть в рот ребенка ложку с, уже начавшей остывать, едой. — Каша полезна для здоровья, так что ешь и не брыкайся.       — Не буду!       — Будешь! — девушка засунула в рот мальчишки ложку, так что Гажилу не оставалось ничего другого кроме как проглотить сладкую кашу, а заодно и слопать железный столовый прибор.       — Ну, вот и умница, — МакГарден поднялась с места и взяла вторую ложку. — Давай еще одну.       — Не буду! НЕ хочу! НЕ заставишь!       — А ну, не капризничай! — раздраженно прикрикнула на непослушного малыша Леви, продолжая попытки засунуть в него кашу. — Ешь давай и без разговоров мне! Ты только посмотри на себя! Весь перепачкался!       — И что с того, я не люблю кашу! — протестовал Гажил, злобно зыркая глазами.       — Ешь!       Эта был неравный бой, в котором девушка вполне могла проиграть, но все же, лишившись всех столовых приборов в доме, она смогла скормить ребенку всю приготовленную кашу. Ну, если не считать ту, в которую был перепачкан маленький недовольный брюнет.       —Ну вот, поели, — с облегчением вздохнула Леви, смотря на часы. Кто бы мог подумать, что просто покормить ребенка займет два часа и отберет все силы. — Теперь осталось тебя искупать и будем спать.       — Не хочу…       — Еще одно слово и ты об этом пожалеешь, Гажил Редфокс! — зашипела Леви, отвязывающая ребенка от стула. — Выпорю! — Не посмеешь!       — Хочешь проверить? — усмехнулась девушка, беря ребенка на руки и таща его в ванну. — Сейчас я тебя больше и старше, так что сила на моей стороне. И вообще, я о тебе забочусь, так что будь любезен, слушайся меня!       Леви пинком ноги открыла дверь, ведущую в ванную комнату, и поставила мальчика на кафельный пол.       — Раздевайся, а я пока воду наберу.       — Ги-хи, так и знал, что ты извращенка, хочешь на меня голого посмотреть, — заявил несносный Гажил, все-таки снимая с себя грязную одежду, которую МакГарден еще предстоит постирать.       — Было бы на что там смотреть, — раскраснелась то ли от злости, то ли от смущения, Леви, — Понимаю, был бы ты еще взрослым. А сейчас ты меня вряд ли впечатлишь! Так что не говори глупости.       — То есть на взрослого меня без одежды ты бы посмотрела, — рассмеялся ребенок, забираясь в ванну.       — Фейри! Как можно быть таким пошляком в этом возрасте?! — волшебница укоризненно взглянула на Гажила. Он ничуть не изменился, разве что рычит чуть поменьше. — Все, давай купаться, а после пойдем спать… И я расскажу тебе сказку…       — Да кому нужны твои сказки?! — фыркнул малыш, начиная умываться.       — Даже если это сказка о железном драконе, которого все боялись? — хитро улыбнулась Леви.       — Ну… так и быть, можешь рассказать… *** Спустя два часа       Леви полулежала на кровати и смотрела на маленького Гажила, спавшего на его кровати. Он был таким милым, что невозможно было не улыбнуться.       — Жаль, что ты не всегда такой, — вздохнув, девушка провела по длинным волосам, которые она умудрилась расчесать. — Вот только взрослым ты мне нравишься намного больше.       Сама не понимая зачем, МакГраден поцеловала малыша в щеку и улеглась рядом с ним, тихо напевая старую песню, которую ей когда-то пела мать. Она точно знала, что когда звучат эти слова, ребенку будут сниться только хорошие сны. Качнет колыбель тихо дрема Ночница Коснется лба нежной рукой, Уставшее солнце все ниже садится Скрываясь за Росью-рекой. И месяц уж по небу ходит высоко, Он млад нынче и златовлас А зори его холодны и далеки, Но чем-то похожи на нас. Ой, Лели, усни, а я буду тихонько тебе напевать о ветрах, О лютых морозах, о зимах студеных, Что спят в человечьих сердцах. Там хитрые змеи, там вещие птицы, Там люди без песен и глаз. Они под полой прячут души и лица, Но чем-то похожи на нас.