Сасори/Дейдара: Да, мой принц!

Когда поднявшийся из-за лазурной глади моря диск сияющего солнца позолотил своими длинными лучами древние каменные стены могучей крепости, на центральной башне старинного замка пробили в колокола, и приглушенный, могучий и гулкий, отразившийся от верхушек зданий и шпилей башен звук огласил все его улицы, площади и лежащие за пределами ворот селения, отдавшись долгим протяжным эхом от лежащих в тени седых облаков скалистых гор. Удары в колокол традиционно возвестили мирное начало нового дня. ...И как всегда, довольно бесцеремонно пробудили от и без того некрепкого сна одного из главных обитателей королевства, юного наследного принца Дейдару Тсукури. На поистине огромной роскошной кровати, в богатой на золото, слоновую кость и самые дорогие ткани комнате, высокопоставленная особа королевской крови почивала... Свернувшись клубочком на высокой пуховой подушке, подобно маленькому лесному зверьку. Одеяло давно осталось поодаль, он трогательно обнимал всего себя, обхватив острые плечи руками и стараясь поближе к телу прижать замерзающие от утренней прохлады оголенные ноги. Принц был прекрасен. Ни в одной из сказок не найти было схожего экземпляра - легче сразу обратиться к описаниям из религиозных книг, и вот там увидеть нечто похожее. Волосы юноши - цвета канареечного пера, блестящие, с золотыми искорками, спутанные и вьющиеся свободными легкими локонами ото сна, разметались вокруг всей его фигуры, доставая ниже выпирающих лопаток и укрывая прядями ключицы и грудь. Дейдара был худ, жилист - и гибок, о чем свидетельствовала одна его сложная поза, в которой тот умудрялся спокойно отдыхать. Низкий раскатистый звон заставил спящего слабо вздрогнуть, а веки его - медленно приподняться, и все тело принца в считанные секунды обмякло безвольно: прикрыв вновь пушистыми ресницами голубые, как море, глаза, он уронил руки вдоль тела и сполз с примявшейся подушки на прохладные простыни, на ощупь пробуя их гладкость длинными ногами и все так же мелко подрагивая. Наконец, королевский сын уютно устроился в высокой пышной постели так, словно и спал среди шелковистых расшитых одеял всю ночь, и капризно чутко наморщил аккуратный нос, по-кошачьи щуря мутные сонные глаза и оглядывая свою давно изученную до мельчайших подробностей спальню. В высокие мозаичные окна заглядывали первые лучи вперемешку с еще синеватым утренним маревом с нижних улиц. - Проклятые колокола... - вот было первое, что слетело с красивых правильных губ ангелоподобного принца, и сказано это было вполне мужским хриплым голосом, до боли не вяжущимся с женственной внешностью. Не услышав комментария в ответ на свою жалобу, Дейдара еще более недовольно заерзал и снова наморщил нос, словно от пыли, которой отродясь не бывало в роскошных покоях. - Яхико! - выкрикнул он, с удовлетворением заметив мгновенное суетное шевеление в другом конце комнат, за плотной завесью. - Я здесь, Ваше Величество, - из-за шторы, отодвинув ее, выглянул одетый и бодрый как всегда постельничий, рыжеволосый статный человек из приближенных к трону, заботящийся о состоянии постели королевской семьи и несущий охрану у постели наследника в ночное время. Поклонившись вежливо, он вышел на свет, и Дейдара требовательно капризно выдохнул: - Какой сейчас час, Яхико? Слуга склонил голову, давно уже привыкший к дурному настроению своего господина с утра, и отрапортовал: - Десять часов утра, Ваше Величество...Ваш личный бармен просил передать, что Ваш утренний заказ будет готов в самое ближайшее время, - последнее предложение рыжий выдавил, запнувшись, подавив некую неловкость в себе. Зато на принца это известие произвело кардинальное обратное впечатление: едва услыхав слово "бармен", Дейдара весь встрепенулся и ожил, в непослушных и дерзких красивых глазах вспыхнул оживленный огонек. Привстав на локтях, так что одеяло сползло на пояс, а волосы закрыли половину лица, парень возбужденно вкрадчиво поинтересовался, с каждым словом загадочно улыбаясь все шире: - А сделал ли он все так, как я вчера приказывал? - Сделал, Ваше Величество. - Противился ли он? Отвечай мне честно... - недобро, лукаво прищурился юноша, подавшись весь вперед и вскинув вопросительно светлую бровь, сверля взглядом слугу. - Противился, Ваше Величество, - позорно краснея и пряча лицо, пробормотал невнятно постельничий, - но выполнил все соответственно приказу... - Так, замечательно, - не обращая больше внимания на лепет слуги, отрезал Дейдара, садясь ровно и нервно убирая прядь волос со лба, - А теперь иди-ка ты отсюда, Яхико, и в спальню никому заходить не вели, пока я сам не выйду. Понятно тебе? - Но...Ваше Величество, утренние церемонии... - Поди прочь! - нетерпеливо свел брови к переносице королевский сын, поджав недовольно губу, и угрюмо сверлил спину рыжего слуги до того самого момента, пока тот, качая сокрушенно головой, не скрылся за тяжелой кованой дверью комнаты, тихо прикрыв ее вместе со всеми немецкими замками. - Так-то лучше... - все морщины мгновенно исчезли с ангельского личика, и парень вытащил из-под одеяла худые, но тоже вполне мужские большие руки с длинными тонкими пальцами, сжав ими край одеяла и решительно откинув его прочь через секунду, не желая больше медлить. В нетерпении он мечтательно сверкнул голубыми глазами и облизнулся, соскальзывая с кровати, сразу погрузив ступни в мягкий ворс дорогого ковра. - Знаю я вас, ничего нельзя доверить... Придется проверить все лично самому... - промурлыкал Дейдара себе под нос, вставая напротив высокого зеркала и мельком оглядев себя, коварно улыбнувшись отражению, только закинул за спину и поправил мягкие волосы, полностью захваченный своими мыслями. В предвкушении великолепного развлечения и интересного утра Тсукури направился к небольшой светлой двери в самом дальнем углу спальни, недавно сделанной там специально по его личному распоряжению. Дверка эта вела в такую же небольшую кухню, вернее, мини-бар, где по первому щелчку принца в любое время дня и ночи ему готовили самые различные напитки, столь любимые им, в отличие от еды - так было всегда, но теперь за той самой дверью появилось и еще кое-что, ради чего даже сам Тсукури был готов снизойти в это прохладное утро с теплых перин. * * * Привычный тихий звон стекла, гудение соковыжималки и шорохи оберток от сладостей на этот раз нисколько не помогали сосредоточиться на работе и расслабиться. Сасори с поразительной ловкостью, как всегда, готовил по заученному рецепту сладкий и фруктовый молочный коктейль, и перед ним на барной стойке возвышалась уже целая почти законченная пирамида из высокого бокала, взбитых сливок, ягод, шоколада и других ингредиентов. Но на этот раз красота выполненного заказа мужчину ни на секунду не отвлекли. Следующий пункт - спелые, сочные персики, любимый рецепт господина. Дейдара Тсукури. Ох уж этот Дейдара Тсукури!.. В голову ударила гремучая смесь спутанных мыслей, жара, негодования и бессилия одновременно. Акасуна, высокий и мускулистый, отлично сложенный мужчина, застыл с фруктом в руке, как трусливая нескладная девчонка, впервые попавшая на королевскую кухню и, стиснув зубы, чуть не сжал персик в кулаке, но вовремя остановился. Медленно опустив руку, Сасори взял нож и на автомате принялся вырезать из рыжей золотистой мякоти причудливые изящные кружева для украшения коктейля, весь напрягшись и стараясь уловить малейший звук за приоткрытой дверью. Бесполезно. Сердце колотилось возмущенно, смущенно и нервно одновременно. Царский мальчишка! Акасуна так и чувствовал, что незваный гость вот-вот заявится прямо в бар. Он слишком хорошо успел уже изучить характер "белокурого ангелочка". Дейдара подкрался незаметно, бесшумно, как кот, ступая по древним доскам пола в спальне, и наконец замерев за самой дверью. Приоткрыв ее чуть больше и заглянув внутрь, блондин крепко впился пальцами в стену и закусил губу, чуть не застонав от удовольствия при виде зрелища, открывшегося ему. Да, он сделал все, как велел ему его принц... "Боже, до чего же послушный, верный слуга! Мой исполнительный... Умница..." - с бешено горящими глазами сам себе прошептал юноша, вжавшись в стену уже всем телом, и стараясь не выдать себя волной почти физически ощутимого восторга и ликования. Его любимый бармен, встреченный всего с полгода назад Акасуна Сасори, стоял перед высокой стойкой в одних сетчатых темных чулках, плотно облегающих сильные мускулистые ноги, в почти незаметных женских туфлях, теряющихся на фоне всего прочего несмотря на каблук, а повыше линии ягодиц поясницу его пересекал тонкий идеально завязанный на бант поясок издевательски пошлого и откровенного фартушка розового цвета. Дейдара не видел пока, но знал прекрасно, какой на нем рисунок, вырез и оборки, так как подбирал это все лично лишь для того, чтобы сейчас наслаждаться сногсшибательным видом молодого и красивого, идеально сложенного мужчины высокого роста, широкоплечего и сильного. Кожа его, как у всех простолюдинов, была смуглого оттенка, загорелая под южным жарким солнцем, но не темная - она выгодно подчеркивала каждый изгиб и округлость мускулистого тела, практически обнаженного на данный момент, и необычный цвет его волос, уже отросших, буро-красных, как густая кровь, вьющихся свободными вихрами. Как же он был напряжен сейчас, как насторожен!.. И какой вид открывался принцу, прильнувшему к дверному проему... Словно чувствуя его взгляд за позвякиванием стаканов, Сасори дергался время от времени, переступая с ноги на ногу и шурша неудобной ему "одеждой", вдруг замирал - и тогда Дейдара чуть ли не стонал в голос при виде того, как играют бугры мышц на рельефной спине, как он, сам того не замечая, стоит, широко расставив ноги и оставив на обозрение подтянутую крепкую задницу, как отставляет ее назад, наклоняясь, как блестит ткань чулок на мужских широких бедрах и округлых икрах... * * * - Са-со-ри... Акасуна дернулся и замер, как пораженный громом, когда над его ухом раздался тихий шелестящий шепот, хриплый и сладкий, а на его задницу легла ладонь Его Величества. Дейдара подловил нужный момент и подкрался сзади к склонившемуся слуге, бесстыже и мягко сразу же ухватив за свою любимую часть тела - рука сама по себе огладила и сжала мгновенно напрягшуюся ягодицу, и юноша сладко замурлыкал, склоняясь к неподвижному изумленному мужчине: - Мм, твердая и крепкая, как орех... Ты чего это сжался весь, м? - Я... Не привык к таким ситуациям, Ваше Величество, - Сасори дернулся и до побеления костяшек сжал кулаки на столешнице, сдерживаясь и терпя свое унизительное положение, и парень это сразу же заметил, прильнув со спины уже всем телом. Ночная рубашка принца, белоснежная и шелковая, с синими лентами по краям, заскользила по горячей даже сейчас коже Акасуны, а щеки коснулись его светлые ангельские локоны. - Так я же предупреждал... Не пугайся, когда на кухне твою голую попку внезапно лапать сзади начнут... - растягивая слова, прошептал принц, становясь позади, и уже вторая его ладонь собственнически легла на ягодицы Сасори. Тот вздрогнул, и, поддерживая игру своего господина, промурлыкал низко в ответ: - А что же сам наследный принц делает на кухне? Проверет, как выполняют свою работу его верные слуги?.. - Именно... - тихо выдохнул Дейдара, вставая на цыпочки, чтобы положить подбородок на широкое плечо Сасори и заглянуть тому в глаза, сразу же улыбнувшись при виде непередаваемой смеси стыда, недовольства, смущения и упрямства в карих глазах. - Этим остолопам ничего нельзя доверить... Ты ведь остолоп? - внезапно беспечно осведомился он у Сасори, и радостно оскалился при виде его возмущенно дрогнувших ноздрей, как у обиженного породистого коня. - Да-да, самый настоящий... Не хотел надевать такую красоту, глупыш... - ловкие тонкие пальцы заскользили вверх по подтянутой заднице, очерчивая линию поясницы и заставляя Акасуну стиснуть зубы. Дейдара, впившись в него взглядом, слегка царапнул второй рукой упругую кожу ягодиц, улыбаясь нежно, уговаривая воркующими вкрадчивыми нотками. - Мой господин... - выдавил красноволосый, откровенно дернувшись вперед, вжимаясь в барную стойку, чем только позабавил юношу. - Мр? Не стесняйся, Сасори, тебе очень идет... Девочка моя, - мурлыча, парень издевательски подался вперед следом, прильнув к могучему горячему телу и дав мужчине прочувствовать все изгибы своей поджарой тонкой фигуры. Его руки с худыми ловкими пальцами обжигали кожу Акасуны, подбираясь за тонкий фартушек на живот и выводя круги по выступающему прессу. С тихим восхищенным стоном Дейдара провел подушечками пальцев по кубикам мышц, прижавшись щекой к плечу бармена, на миг забыв о том, как действуют прикосновения на последнего. Сасори прогнул невольно спину, сжав зубы и опустив буйную голову. Жарко. Принц лез своими руками совсем недвусмысленно и свободно. "Куда... Да что же..." Юноша сводил с ума. По телу прошлась волна инстинктивной агрессивной похоти в ответ на сонный теплый запах светлых волос и ласку пониже живота. Дейдара продолжил гладить пресс, скользнув все ниже, царапнув его эротично, и мило, ласково глянул на слугу, сразу уловив алый огонек в карих глазах. - Такой красивый, мм... - парень привстал на цыпочки, чтобы дотянуться до мускулистой загорелой шеи, и проложил по ней дорожку неторопливых мягких поцелуев, коснулся горячей венки под кожей острыми зубками, тут же лизнув. Акасуна откинул голову, застонав от неожиданного удовольствия, прокатившегося по телу. Юноша знал, где нужно трогать, задевая самое чувствительное. Дей не остановился, медленно прижимаясь губами к шее у самых волнистых волос, щекоча их дыханием, нежно, но...Бесстыжие ловкие руки, тонкие и прохладные на кончиках пальцев, спустились дальше, а на губах его заиграла хитрая улыбка. - Ваше Величество, Ваш завтрак уже готов, - Сасори выдохнул, посмев выпрямиться, надеясь скинуть со своей спины блондина - но тот только сильнее прижался к голой спине мужчины, шурша тканью фартушка, отчего Акасуна отвернулся, пряча вспыхнувшие щеки. - Я вижу, но ты загораживаешь вид своими булками... - уркнул в ответ Дейдара, остроязыкий и безнаказанно трущийся шелком ночной рубашки о поясницу и бедра Акасуны. Дей льнул сзади, так что оба ощутили полностью тела друг друга, в том числе и те их части, которые сейчас блондина волновали явно больше десерта. - Какая красота, мм... - прошептал он, томно прикрыв голубые глаза и опуская руку ниже, - Я так ценю твой талант... - совсем тихо и пошло выдохнул мальчик на ухо мужчине, обхватив пальцами у основания его член, не спрятанный под бельем, медленно и пробуя проводя по нему одними подушечками по всей длине, начав плавно скользить кольцом пальцев сверху вниз. - Вы и правда довольны, юный господин?.. - сжал зубы, откидывая голову назад, разомлевший и одновременно готовый рычать Сасори, лихорадочно борясь с желанием ухватить и убрать от себя эту слишком ловко надрачивающую ручку королевской персоны. Нет, Сасори, конечно, предполагал, что Дейдара заявится сюда с утра, но что откровенно начнет приставать, стоя у барной стойки... "Насколько же ему НА САМОМ ДЕЛЕ все это нравится!" При одной мысли о том, на какие выдумки способен сейчас юный наследник, кровь стыла в жилах, все замирало... Все, кроме скрытого под фартушком члена, к ужасу его владельца, набухшего и твердеющего все больше в ответ на продвижения бесстыжих рук и губ. Но не только собственная эрекция взволновала Акасуну. Чувствуя, как горит все тело, он тяжело сглотнул и подался назад, и тут же широко распахнул глаза: сзади в его ягодицы недвусмысленно уперлось нечто твердое и горячее, натянувшее шелковую ткань ночной рубахи. - Ах... - откровенно выдохнул Дейдара, с нервной красивой улыбкой потерся щекой о его спину, - вот видишь, как я доволен тобой... Чувствуешь, м? - Более чем, - из последних сил вежливо отозвался Акасуна, осторожно заведя руку назад и погладив парня через ткань одежды, - Что же мне прикажете делать с этой наградой? - тихо спросил он. Дейдара, проглотивший тихий довольный стон, с усилием отстранил себя от пышущего жаром и возбуждением тела, и окинул блуждающим взором барную стойку. Тут же идея пришла в его белокурую голову, и он ухватил Сасори за поясок фартука, дергая: - Бери скорее свой коктейль, и пойдем... * * * Дейдара первый пташкой выпорхнул из маленькой подсобки в освещенную солнцем спальню, встал и обернулся на Сасори, сияя глазами. "Он был бы похож на ангела, если бы не стояк..." - подумалось Акасуне, но тут же все его веселье иссякло. Дейдара улыбался, издевательски-оценивающим и масляно горящим взглядом окидывая его с ног до головы. "Лучше бы я был и вовсе голым", - сокрушенно решил Сасори, шагая в шуршащей розовой юбочке и проклятых тонких чулках с подносом в обеих руках. Одному богу известно, насколько же постыдно смотрелся он, взрослый мужчина, в таком виде, но бесстыжий юноша только восхищенно медленно облизнулся, безотчетно дотронувшись до своего члена через рубашку, погладив его. - Ты просто прелесть, Сас... Дождавшись, пока краснеющий слуга поставит блюдо на стол, Дейдара приблизился к нему и взял его руки в свои. - Теперь целуй меня, - прошептал он и требовательно, чуть капризно поднял лицо, приоткрыв губы. Дейдара открыто наслаждался тем, что сам ведет игру, тешился своей властью и тем, как это бесит такого альфу, как Акасуна. - Слушаюсь, - сквозь зубы выдавил тот и наклонился, резко и грубовато впиваясь в губы юного наследника. Дейдара был готов. Он первым скользнул язычком в рот мужчине, выталкивая его язык своим, но позволяя безжалостно кусать себя за губы. Акасуна сминал их и прихватывал до боли, не желая уступать, а его большие тяжелые ладони легли на талию Дейдары, а потом на ягодицы. Против этого юноша не мог устоять и застонал в поцелуй, теряя дыхание, сдавая позиции. Настойчивый, ласковый, опытный, Сасори вскоре завладел им полностью, жадно и страстно вылизывая весь его рот, целуя глубоко и сладко, так что у парня закружилась голова. Весь отдавшись потоку ощущений, он скользнул руками вниз, желая дотронуться до мускулистого торса мужчины, прижаться к нему своим животом. Сасори раскрыл глаза, оценивая намерение Дея, и понятливо отстранился от его припухших губ, стаскивая с него рубашку через голову и снова жадно припадая к ним. Дейдара радостно сразу же прижался, теперь ничто не мешало юноше прильнуть к сильному телу. Сходя с ума от того, как бесстыже затерся о него Дей, Сасори мстительно и довольно огладил его задницу, тиская упругие половинки в руках. Мальчишка весь обмяк, упираясь своим возбужденным членом в бедро Акасуне, и тот сам проявил инициативу, увлекая своего принца на раскрытую постель. Они сидели на краю большой кровати, вцепившись друг в друга страстно и жадно, и Сасори награждал своего юного принца длинными, влажными и глубокими поцелуями, то и дело спускаясь на чувствительную шею, лаская грубоватыми ладонями его бедра, заставляя отвечать, путаясь и подрагивая. Дей заводился с полуоборота, всегда отзывчивый на ласку, как мартовская кошка. Обычно ему хватало даже простого контакта, чтобы разомлеть. И сейчас, трепетно прикрыв глаза, он рвано водил ладонями по прессу мужчины, по его ногам, задевая резинку чулок и, сладко жмурясь, плавно сползал ниже, на постель. Тело принца дрожало мелко и просяще, требовало ласки, изогнувшись вымученно и податливо, само так и давалось в руки, требовало срочных прикосновений. Акасуна подвел ладони под белый плоский живот, трогая его, давая ощутить свои грубые и умелые пальцы - накрыл широкими, шершавыми ладонями королевский худой живот и сразу пах вместе с ним, нажимая на холеную гладкую кожу и ниже, на набухшую и поплотневшую плоть, приласкав неотесанно и с жесткой нежностью, как умел. Тело на его ладонях содрогнулось и выгнулось навстречу, Дей томно и тихо, скуляще застонал, так жарко и порывисто выдохнув на смуглую шею Сасори, что тот сжал зубы в ответ: это дыхание и эта дрожь обещала многое. Конечности у юноши подогнулись, он упал безвольно на локти, когда мужчина дотронулся до него - как кошка он опустил живот и задрал зад вслед за силой его рук, волшебных, обжигающих, жилистых и мускулистых, которые взяли его всего. Дейдара пискнул от сладкого удовольствия и ткнулся аккуратным носиком в розовые рюши фартука, сползая по нему все ниже - на... Грудь? Пресс?.. Щекой потерся и прочувствовал потвердевший сквозь ткань сосок, прикрыв дрожащие веки. Где... Его руки, руки верного Акасуны, подняли наверх его бедра, так властно расставив, что юноша весь замер. - Мой господин... Вам хочется внимания здесь, я вижу... - сладкий, хриплый голос раздался над ухом, и в следующий миг сильные пальцы резко и так ярко прошлись по всей длине возбужденного члена, что Дей чуть не вскрикнул в голос. Мужчина обхватил его набухшую и слишком чувствительную головку, наткнувшись на нее сразу же, и нажал, прижав весь сочащийся смазкой упругий член к своей руке. Когда начались движения, скольжение кольца пальцев во венкам на стволе сверху вниз, сверху вниз, все чаще, вместе с головкой, зажатой в кулаке и хлюпающей, так часто и так беспардонно, так сразу... Блондин звонко, протяжно выстонал, раскрыв рот, и распластался кверху ягодицами, подмахивая плавно и судорожно. Рука увереннее сжала член, надрачивая грубовато и с оттягом, тиская тонкую уже влажную от смазки кожу на нем. Юноша впился пальцами в розовую юбочку на слуге, прижавшись головой к его могучему, родному телу, доверившись и без конца натираясь щекой, как кот, обо все, что попало под раскрасневшуюся щеку. - Сасори... - закрывая глаза, повторил парень, забываясь, зализал мягкую ткань - не заметил, как дрогнул мужчина, - Сасори, хватит... - Дей глотнул воздуха, пытаясь свести брови строго и очнуться, но тут наконец дошло другое. Он склонил голову, в очередной раз потеревшись, и тут понял, что же это так бесстыже и очевидно выпирает из-под юбки слуги, такое горячее и твердое, мешающее класть лицо вниз. - Ах ты...животное... - промурлыкал сладко юноша сквозь вздох удовольствия, ожесточенно дернув бедрами вперед, в руку Сасори, когда тот мстительно стиснул его головку в ответ. Дей поднял глаза, медленно облизнувшись, и впился ногтями в бедро под ним: - Как тебе не стыдно так грубо отвлекать меня от ласки... Я почти кончил! - надул губы принц, картинно и нарочно выставив вперед узкий подбородок, так, чтобы видеть, как Сасори в ответ тяжело задышал - конечно, ведь его вставший в самый нужный момент член был медленно обхвачен тонкими ловкими пальчиками прямо через ткань. - Простите, мой господин... Это было так трудно: удержаться... - мужчина нарочно беспечно улыбнулся, но это вышло вымученно, все внимание его ушло к "проблемке" в паху. Сасори завел обе руки назад, посмев убрать их из-под тела блондина, уже такого горячего и почти получившего свое с утра. - Не прощу... - Дейдара втянул живот напряженно, едва опустив бедра вниз, и обхватил толстый орган слуги у самого основания, картинно покачав им, шевеля ткань, натянутую на головку, - ты за все заплатишь, раб... - прошептал он, и завороженно подался вперед. Для начала, не сводя с обнаглевшего слуги томного голубого взгляда, он приподнялся и сверху обхватил губами головку прямо через ткань, обводя ее языком. Акасуна вздрогнул, раздувая ноздри, но стон сдержал, и тогда Дей, довольный, обхватил головку еще раз, начиная елозить по ней языком и посасывать, так что на юбке расплылось влажное пятно. Этого Сасори не вынес, сдавленно охнув сквозь зубы, и резким движением впутал пятерню в волосы блондина, наклоняя его голову. Вместе с губами, скользнувшими по стволу вниз, сползла и ткань, обнажая твердую плоть. Позволяя управлять собой, Дейдара жадно и голодно накинулся на горячий член, обводя каждую венку остреньким язычком, лаская губами, опускаясь до яиц, выбивая из Сасори тяжелое дыхание и сдерживаемые стоны. Мучаясь от возбуждения сам, он самозабвенно прижался губами к члену и наконец медленно взял его в рот, начав с влажной головки. Акасуна надавил на светлый затылок, заставляя поскорее заглотить пульсирующий орган, но, взяв на треть, до горла, Дейдара вдруг остановился. - Неет... - едва различимо протянул он, ворочая языком во рту, занятом большим членом, и посмотрел на Акасуну лихорадочно блестящим взглядом. - Я буду мучать тебя... - возвестил он, под разочарованный низкий стон вынимая член изо рта и нежно чмокая крупную головку. - Буду издеваться над тобой, - подмигнул он, обхватывая орган тонкими пальцами, и тряхнул головой. Сдавшись, Сасори вздохнул и убрал руку, упираясь ей позади себя. - Так-то лучше. Смотри, - мурлыкнул Дей и с улыбкой приблизился к члену, влюбленно выдыхая на него. Сасори вздрогнул. - Даа... - томно шепнул юноша, покачивая горячий упругий ствол, легко и быстро водя по нему пальцами, - Люблю его... - нежно признался он и вдруг неожиданно резко припал губами к головке, часто зализывая ее, попадая в самую щелку. Сасори глухо взвыл, дергая бедрами и сжимая руки в кулаки. Этого парень и добивался. Радуясь, он вибрирующе замурлыкал прямо в горячую плоть, продолжая обводить ее языком чуть медленнее, потом такими же круговыми движениями начал опускаться вниз по стволу, медленно погружая член в рот. Когда он оказался там вновь, достав головкой до горла, юноша остановился, потянулся назад и взял твердую плоть за щеку, посасывая. Его пальцы, длинные, тонкие и испачканные в смазке, задвигались вверх-вниз, сжимая член мужчины крепким кольцом. Сасори дышал тяжело и кусал губы, запрокинув голову, а его бедра рвано подергивались, так и стремясь податься вверх. Дейдара погладил их ладонью, задвигав другой рукой еще быстрее, надрачивая ему и одновременно сладко, напористо заглатывая раз за разом толстый член, водя по нему влажным языком, плотно стискивая головку губами. Видя, что мужчина весь отдался ощущениям, он распластался еще ниже, припадая губами в выступающим венам, и стиснул в ладони полные потяжелевшие яйца, перебирая их, жадно ловя хриплое дыхание и рваные низкие стоны слуги. Акасуна снова взялся рукой за его волосы, но уже не заставляя брать глубже, а просто сжимая, держась за них как за последнюю соломинку. - Шлюшка, - слетело с его губ вместе с тяжелым глухим стоном. Сглотнув, он пристально посмотрел на Дейдару, раскрывшего пошло рот с багровой головкой на языке, и продолжил: - Вы развратная маленькая сучка, господин... - Ах так?.. - тихо мурлыкнул Дей и внезапно, не давая Сасори опомниться, поднялся на колени, сжав член того в кулаке. - Это я-то сучка?.. Ну посмотрим... - нежно шепча, блондин медленно, со вкусом опустил руку вниз, а затем повел вверх, нажимая большим пальцем на головку. - Так кто же из нас сейчас сучка? - спросил он прямо в губы дрогнувшему Сасори, и, перехватив упруго качнувшийся член, быстро и ритмично задвигал по нему ладонью. - Кто?.. - Ч-черт... Мужчина, ощущая, что теряет над собой контроль, отвернулся, закусив губу, чтобы не видеть личика мальчишки, умело и сильно надрачивающего ему и все крепче, все требовательнее сжимающего налившуюся кровью головку. Член в ответ на эту ласку запульсировал, став просто каменным, и воздух сгустился, стало нечем дышать. Пальцы мальчишки оглаживали выступающую венку, оттягивали тонкую кожицу с головки, размазывая смазку. - Ты что хочешь... - не выдержал Акасуна, толкаясь в худую руку, - хочешь, чтобы я сейчас прямо?!.. Внезапно эти слова эхом повисли в комнате: Дей прекратил двигать кулаком по члену, медленно приблизившись к уху мужчины. - Хочу... - по буквам выдохнул он прямо туда, и острым кончиком языка провел по изгибам ушной раковины. - Нх!.. - Акасуна выгнулся и подавился стоном, в ужасе сжимая руки на одеяле: это его место было таким же чувствительным, как и то, что пульсировало в пальцах парня. Тяжело хрипло дыша, он смотрел в стену перед собой, кусая губы, и уже не видел, как мальчишка с удовлетворенной улыбкой нырнул вниз, раскрывая рот и направляя член туда, снова двинув ладонью. Ему хватило нескольких летящих движений, чтобы большой горячий член дрогнул, изливаясь густой белесой спермой прямо на его язык и губы, заливая все лицо. - О да!.. - Тсукури блаженно зажмурился, сглатывая, облизываясь и причмокивая, целуя багровую головку, все еще по инерции водя по ней пальцем. Акасуна опустил вниз неверящий взгляд, еще отходя от оргазма, и тяжело зарылся рукой в светлые волосы. Дей по-детски улыбнулся в ответ, смахивая с щек белые капли спермы и теребя краешек залитого напрочь фартушка. - Значит, я, по-твоему, шлюха... - тихо протянул он, переводя дыхание, и Акасуна напряженно замер. "Кажется, мне конец. Я зашел слишком далеко..." Но даже не гнев королевского сына, а перспектива ссоры вместо секса ужаснула бармена. Дей тем временем продолжил и, говоря, поднимался все выше, пока не взял Сасори за щеки своими испачканными руками, глядя в упор: - Это я-то, до тебя никого не имевший, продажная девка, да?.. - Принц... - Ты прав, - неожиданно оборвал начавшиеся оправдания парень и совершил нечто, от чего Сасори глухо охнул: резко толкнул его назад ладонями, напрыгивая сверху, оседлал бедра Акасуны, нависая над ним: - Так и есть, - жарко доверительно зашептал белокурый юноша на чувствительное ухо, жадно сжимая ногами бедра мужчины, - только я ТВОЯ личная сучка, запомни... Запомнил? - Д-да, - ничего не понимая, проронил Акасуна, инстинктивно обнимая его. - ...Тогда извиняйся, целуй меня, остолоп! - негромко засмеялся блондин, и Сасори не заставил просить дважды, смело накрывая испачканные губы юноши своими. Не получивший разрядки, Тсукури был изможден и напряжен до предела, его стоящая плоть упиралась в живот Сасори, и возбуждение парня заставляло Акасуну желать его все сильнее, хотеть отодрать хорошенько эту округлую задницу, так хорошо ложащуюся в ладонь. Отстранившись и проведя языком по его губам, Сасори смело повел пальцами по ложбинке меж ягодиц, касаясь сжатого колечка мышц. Парень был уже готов, доведен до предела, а потому ломано прогнулся в пояснице, подаваясь вслед за пальцами. Качнув бедрами, он коснулся половинками ягодиц вновь твердеющего органа, вздрогнув, и вдруг вскинул на Сасори пытливый голубой взор: - А почему...Почему всегда ты? - В смысле? - Сасори раздраженно вскинул бровь, не понимая, куда клонит принц. - Сегодня Я буду тебя трахать, - резко сев на мужчине верхом, возвестил изящный хрупкий парнишка. - Что?! - красноволосый аж подавился, - Никогда, забудь! - Что это значит? - мгновенно превратившись из нежной кошечки в капризного диктатора, свел светлые брови к переносице блондин, - Я твой принц! И мы будем делать это так, как я хочу! - Нет, пожалуйста... - сокрушенно приложил ладонь к лицу мужчина, но Дей уже решительно соскользнул с него и, мелодично мурлыча, растянулся на смятых простынях. - Мой принц, я не могу этого сделать! - сев, Акасуна взлохматил свои волнистые волосы, тяжело вздохнув. - Ну давай же, мой хороший...Я буду стонать для тебя, как ты любишь... - уговаривая, юноша медленно сладко облизнулся и приподнял бедра, не сводя наглых и пытливых голубых глаз со своего любовника. Его член упруго качнулся, едва заметно, твердо встав и сочась каплями смазки с оголившейся набухшей головки. Дейдара призывно выдохнул, оскалившись, когда увидел, как жадно неотрывно следит за его возбужденным органом мужчина у его ног. - Иди сейчас же... - жарко требовательно прошептал блондин. Сам не зная, что им движет, внезапно Акасуна двинулся вперед, нерешительно касаясь руками гладких бедер парня. - Предупреждаю, мой принц, это безумие... - Нет, нет, продолжай, - жадно следя за действиями бармена, оскалился юноша, и призывно прогнулся, - тебе понравится... - Ни слова! - не выдержав, перебил его красный, как рак, Акасуна, - ни слова об этом больше!.. - Ладно, ох... Ох, - рвано пролепетал юноша, во все глаза глядя, как решившийся слуга наконец-то перекинул ногу через него, мимолетно касаясь бедрами выступающих тазовых косточек, и неловко опустился. Как в сладком сне Дейдара увидел, как его член, уже ноющий без разрядки, коснулся крепких ягодиц, как напряглись пресс и мускулистые руки мужчины, которыми тот уперся в кровать. - Давай... Теперь медленно прими его в себя... - едва слышно прошелестел Дейдара, зная, что это лишь раздразнит партнера. Так и оказалось, дерзко вскинув голову, Акасуна приподнялся и без подготовки поймал ладонью член парня, направляя его меж ягодиц. От ощущения долгожданного проникновения в тесное, жаркое и узкое нутро у блондина потемнело в глазах, он длинно и долго застонал, обмякая. Не жалея себя, Сасори сходу, качнувшись, насадился на всю длину, и оба резко вскрикнули, застывая в напряженных позах. Акасуна содрогался, неверяще закрыв глаза."Это..." Это был его первый раз в этой позе, первый раз в этой роли. Мучительно-тягучая волна абсолютно нового ощущения разлилась от низа спины по всему телу, скручивая его волной извращенного возбуждения. Акасуна сдавленно выдохнул и поднял взгляд на лицо Дейдары, тут же непроизвольно сильно-сильно сжав внутри его член. Юноша, глядящий на него своими голубыми глазами, в ответ растерянно ахнул и выгнулся, вжимаясь лопатками в матрас, отчаянно толкнувшись вперед, в тесные мышцы. - Какой ты тугой... Боже... Как...Всегда как первый раз... - рвано прошептал он, выгибаясь, и Сасори чуть не зарычал в голос от вида распластавшегося возбужденного блондина под собой. Возбужденного... Его твердый член вошел до конца, распирая все мышцы, пошло и неправильно, заставляя Сасори просто теряться. Он, сдерживая тяжелое дыхание, полностью сидел на бедрах юноши, держась на напряженных расставленных ногах. Дейдара уловил его растерянность, и на влажных искусанных губах расцвела блуждающая улыбка. - Сасори... - сладко протянул Тсукури, вытягивая руку вперед и проводя ей по члену слуги, - Ну же, приподнимись, не стесняйся... Мой сладкий, - бесстыже добавил он, зная, что это добьет его. Карие глаза мужчины запылали, и он резко привстал, так что его стоящий член тяжело качнулся, а Дейдара, пользуясь этим, положил дрожащие ладони ему на бедра и жадно, порывисто сделал несколько коротких толчков, вгоняя твердый орган по самое основание в его задницу. - О-ох, да... - отвечая на шокированный, смятенный взор Сасори и на напряженность его тела, Дейдара сладко застонал, прогибаясь, красиво вскидывая бедра, ударяя пахом о ягодицы Акасуны. - Вот так, видишь... Как ты меня... - прищурившись, прошептал юноша. Сасори сжал челюсти, стыдясь самого себя, уперевшись ладонями в постель у боков парня. Воспоминания о том, как он сам трахал мальчишку точно так же, наложились на странные, переполняющие сейчас ощущения и, сам не отдавая себе отчет, Сасори вдруг плавно и медленно опустился на его член, попав в ритм. Дейдара хрипло выпустил воздух из легких, вскинув на слугу удивленный взгляд. - Да, мой господин... - отвечая на этот немой вопрос, выдохнул Акасуна и, поднявшись, соскользнул вниз еще раз, так что прошило будто током все тело. - Я все всегда делаю, как вы просите, - решившись, усмехнулся он и решительно, порывисто задвигал бедрами, чуть приподнявшись над парнем и яростно тиская внутри его горячую плоть. Он даже не мог себе представить, как это будет... Каково это - и как будет выглядеть сам Дейдара. Принц наконец заткнулся, не в силах даже ответить, как маленький мальчишка зажал себе рот кулаком, вытаращившись на взявшего инициативу слугу, а потом - застонал. Акасуна обрадовался этому, низко опуская голову, позволяя и себе сорваться на низкие стоны, двигаясь отрывисто и плавно одновременно, скользя вверх-вниз по возбужденному члену, ощущая, как горит вся задница. Непонятное чувство, похожее на животный дикий голод, заполнило все тело, коротких толчков стало мало, Акасуна не заметил сам, как задвигался чаще и насаживаясь все больше, удерживая член блондина в себе, сжимая его. - Сасори, - оглушенно, весь замерев, тихо выдохнул тот, - Сасори... Зная, как любит принц близость во время секса, Сасори медленно склонился к нему, напряженно, словно натянутая пружина - и тут же его шею обвили руки юноши, заключая в более чем близкие объятия, заставляя лечь сверху. Зверея, Акасуна задвигался, скользя на твердом члене и вбивая его в себя, жестко, не жалея горящих огнем мышц, отчаянно тиская пульсирующий член. Дейдара закатывал глаза, приоткрыв рот, судорожно поднимался навстречу и царапал ногтями широкую спину. "Как будто я деру тебя..." - Сасори низко застонал, кусая мальчишку в шею, в горло, одной рукой яростно водя по своему члену - и Тсукури не выдержал дольше, вдруг беспомощно вжавшись в мужчину на всю длину, вскинул бедра пару раз и замер ломано, толчками изливаясь глубоко внутрь. - Мой принц... - плотно прижимаясь к содрогающемуся телу, прошептал Акасуна и, сам не ожидая от себя, вдруг тоже кончил - от ощущения тела мальчишки, от его члена и от того, что был насажен на него, заполнен изнутри. Пошлое, грязное удовольствие растеклось по сплетенным телам, и оба шумно часто задышали, вжимаясь друг в друга. - С...Сас... Спасибо, - не пытаясь даже отдышаться, Дейдара повернулся к Акасуне и прижался щекой к его лицу. - Я тебя люблю... - И я вас, господин, - совершенно искренне заверил его мужчина, приподнимаясь, чтобы парень вышел из него. По бедрам в чулках медленно потекли белесые подтеки. - А ты, какой же ты сексуальный в этом... - меж тем без продыху продолжил юноша, и Сасори понял, что на сегодняшнее утро оргия не окончена. Слишком уж развязный, просящий вид был у только что разрядившегося парня. - Вам это так нравится? - усмехнулся Акасуна и, пользуясь своим шансом, поднялся, так что руки юноши соскользнули вниз с его горячих плеч. Дей окинул взглядом взлохмаченного, взмокшего, сильного мускулистого шатена вожделеющим взором и тихо восторженно заскулил, комкая простыни в кулаках. - Да... Так нравится, что я с ума схожу... Кажется, я готов вечно кончать от этого. Сасори... - продолжил он жалобно, и выгнулся, трясь затылком о кровать, - Сасори, у меня опять встает, посмотри... Акасуна, уже зная, что сделает сейчас, опустил карий взгляд туда, где худые ладони юноши поглаживали низ его живота, касаясь кончиками пальцев члена, размазывая по нему семя. - Вижу... - протянул Сасори и навис над ним, пристально глядя в большие, умоляющие синие глаза. - Есть только один способ это исправить, мой принц... - смуглая рука накрыла ладонь юноши и отвела ее, опускаясь ниже меж аккуратных ягодиц. - Какой? - дернувшись, всхлипнул юноша. - Встать на колени, - торжествуя, ощерился бармен, и до этого нежная рука уверенно ухватила за бедро, а вторая под живот. Не позволяя мальчишке и пикнуть, Сасори дернул его, ставя раком, и зверем накрыл его сверху, зарываясь носом в спутанные локоны, жадно сжимая в своих руках его гибкое, юное тело. Дейдара покорно, сладко прогнулся, закусив губу и показал наконец свою сущность, развязно и похотливо потеревшись ягодицами о пах Акасуны. Тот, не желая больше медлить, покрыл загривок принца чередой ярых поцелуев и обхватил его за талию, одним четким, сильным рывком входя в узкое нерастянутое тело. Дей ахнул и застонал в голос, давясь хриплым стоном, и упал на локти, прогибаясь пуще прежнего. Озверевший Акасуна покачался, примериваясь, и жадно двинулся вперед, вгоняя до упора вновь твердый член. - Вот так, сучка... Крупная дрожь прошла по истомленному телу мальчишки, он сжался весь, и его нижняя губа мелко задрожала. - Какой же... Он у тебя большой, Сасори... - прошептал он, мечтательно трясь щекой о подушку, - и такой твердый... Аа!.. Устав слушать сладкий лепет, Акасуна усмехнулся, двинувшись вновь, рывком вставил в узкую дырочку сочащийся смазкой член и начал двигаться, раскачиваясь, все сильнее, шлепая пахом о поднятые ягодицы, сжимая бока парня до боли. Он задрал его повыше, прикусив за шею, и вколачивался в содрогающееся тело, награждая стонущего принца самыми сильными, глубокими толчками по самое не могу. Акасуна драл его, обхватив и налегая сверху, не давая дышать, словно желая затрахать до смерти, но именно такой секс и нужен был маленькому извращенцу. Сейчас, пошло расставив ноги и робко подмахивая, захлебываясь всхлипами, он больше походил на распутную кошку, жадно насаживаясь на раскаленный твердый орган. Рыча от удовольствия и все чаще входя в горящее огнем нутро, Акасуна занес высоко ладонь и в один из толчков с силой треснул Дея по заднице, особенно жестко войдя под новым углом. Член надавил головкой на простату, проехавшись по мышцам, и Дейдара взвыл, забившись под ним. - Моя шлюха, - теперь Сасори не сдерживался, трахая его как следует, с мужской агрессией и силой, глубоко входя в его узкую попку, - Моя королевская подстилка.. Кричи, кричи громче! А ну... Нагнув парня, он резко приставил руку к его раскрытому рту, вталкивая туда два пальца. - Покричи теперь, сучка! - почти выйдя, Акасуна со всей длины вогнал член вглубь нежных мышц, и Дей отчаянно умоляюще заскулил, покорно часто зализывая его пальцы, смачивая слюной, капая ей на постель. Парень задыхался и содрогался, весь нанизанный на толстый твердый член, Сасори видел, как горит его задница со следом от удара и, вместо того, чтобы выйти, размахнулся и ударил его еще раз, оставляя отпечаток на второй ягодице. Это было слишком для мальчишки, он заорал, весь трясясь, и вытянулся в струнку, обильно кончая в подставленную под член ладонь. - Gut... - низко прошептал Акасуна ему на ушко, подминая всего его под себя, и, простонав сквозь зубы, резко вышел из него, наматывая длинные волосы на кулак, устраивая член в ложбинке между ягодиц и кончая, изливаясь прямо на задницу и спинку упавшего грудью вниз парня. Тяжело дыша, он с удовлетворением смотрел на то, как растекаются по светлой коже молочно-белые разводы, стекая в ложбинку поясницы. - Вы прекрасны, мой принц... - резким движением убирая волосы со лба назад, протянул Акасуна, глядя на два красных отпечатка пятерни, по одной на каждой половинке. - З...Заткнись, - только и смог выдавить все еще мелко трясущийся юноша, заваливаясь набок, а потом со стоном боли перекатываясь на спину, показывая мужчине свой запачканный живот и прикрывая ягодицы рукой. По щекам его пошел легкий румянец, губы были искусаны в кровь, а в глазах засело просто неземное удовольствие. - Заткнись и дай мне мой коктейль... - Да, мой принц, - утирая капельки пота с виска, весело отозвался Акасуна, - боюсь, мороженое уже растаяло... - Так я слижу его, мне не впервой, - подмигнув, расплылся в кошачьей улыбке наследник царства. За окном пели, заливаясь, поздние пташки. Солнце играло на стенах, мозаичных окнах и золотых волосах. В королевстве начиналось самое обычное - на этот раз действительно доброе - утро.